Спасибо за то, что ты есть

      Расправившись с вином, парни принялись убираться на кухне — Даня носил из гостиной посуду, а Ромка разбирался с нею уже в раковине. В последний свой заход, когда Даня ставил стаканы на верхнюю полку серванта, он заметил лежащий чуть ниже блокнот, привлёкший его внимание. Не удержавшись от соблазна, парень всё же открыл случайную страницу, написанное на которой он не сразу понял. Точнее, не понял, какое отношение это имеет к Ромке, и точно ли он имел к этому отношение.       Забрав блокнот с собой и держа его в руках, Даня вернулся к Ромке на кухню с немым вопросом, на который тот сначала не спешил отвечать, однако под пристальным Даниным взглядом отмалчиваться долго ему не пришлось тоже. — Прости, я тут случайно подглядел... — смущённо признался Даня, чему Ромка не мог больше сопротивляться и тихо рассмеялся, а после, вздохнув и набравшись решимости, всё же заговорил. — Мне неловко в этом признаваться, потому что я не знаю, как ты отреагируешь, но... в общем, пока я был в клинике, то, как ты можешь понять, занятия там разнообразием не блистали, поэтому я слегка увлёкся письмом. Сначала я использовал блокнот как личный дневник и записывал туда, в основном, самые приятные события из прошлого, — на мгновение Ромка запнулся. — Я просто боялся, что меня там каким-то образом и правда лишат этих воспоминаний, а так у меня была бы «подушка безопасности», которая каждый раз напоминала бы мне о том, кто я есть на самом деле.       Ромка стоял, опёршись поясницей на край раковины, и смущённо пряча свой взгляд от Дани, медленно подходящего ближе к нему. — Ну а потом как-то сами собой, наверное, от скуки, в голове стали появляться сюжеты, один из которых однажды ночью я решил записать. А потом уже пошло-поехало. Видимо, находиться в четырёх стенах большую часть времени оказалось для меня слишком, — парень тихо усмехнулся, не заметив, что Даня уже отложил блокнот на край стола, а сам приблизился к нему вплотную. — Я бы очень хотел прочитать всё, что там написано, — прошептал он, слегка прикоснувшись к Ромкиной щеке кончиками пальцев, и, заглянув ему в глаза, спросил, — Можно?       До парня не сразу дошло, о чём именно Даня просит разрешения, так как словами он выражал одно, а вот действия его говорили о совершенно другом. Но Ромка не собирался отказывать ему в чём бы то ни было, поэтому в своём ответе он был уверен на сто процентов. — Можно... — Ромка первым двинулся вперёд, захватывая Данины губы своими в нетерпеливом поцелуе.       Даня ответил сразу, одной рукой скользнув по его шее, а другую положив на талию и прижимая к себе. Перехватив инициативу, он торопился, напирая и, в конце концов, заставил Ромку вжаться в тумбу, стоящую позади него. Ряд спешных поцелуев выбивал остатки кислорода из лёгких, из-за чего приходилось прерываться, чтобы судорожно сделать вдох, а после снова раствориться друг в друге. Мысли путались, забредали куда-то не туда, но парням сейчас было совсем не до желания здраво рассуждать и думать. Ромка вдруг почувствовал Данины руки, крепко сжавшие его бёдра, чтобы в этот же момент поднять и усадить его на край тумбы, на что он рвано выдохнул, когда Даня резко прижал его к себе, удерживая за поясницу и накрывая его губы своими.       Ромка никак не мог подстроиться под торопливость Дани, но вскоре это и не понадобилось, ведь парень переключился на его шею. Чуть оттянув ворот своей же футболки, которую он заставил Ромку надеть ещё днём, парень проходился жаркими поцелуями по нежной коже, руками уже вовсю оглаживая Ромкину спину. Сам Ромка, шумно вздыхая, пальцами зарылся в слегка вьющиеся волосы, запрокинув голову и со всем желанием подставляясь Даниным губам. Сдавленно произнеся что-то, Даня ловко ухватился за «собачку» на молнии Ромкиных брюк, снова начиная торопиться. — С-стой... не здесь же, — в попытке отдышаться, пока представилась возможность, проговорил Ромка. — Почему? — такой же запыхавшийся Даня продолжал держаться за замок на молнии теперь в нерешительности. — Здесь и вода рядом, салфетки не понадобятся...       Парень вновь прильнул губами к Ромкиной шее, но оставляя на ней всего один лёгкий поцелуй. А отстранившись и даже не пытаясь этого скрыть, решил насладиться открывшимся видом. В его собственной одежде Ромка казался ещё более притягательным, чем обычно. Парень с трудом смог отвести взгляд от общей картины, чтобы перейти к деталям. — Давай уж лучше по-старинке, — улыбнулся Ромка, но улыбка его быстро сошла на нет, когда Даня неожиданно поднял его, заставив обхватить себя ногами, и понёс в гостиную на диван. — Пусти, тяжело ведь! — возмущался парень, на что Даня лишь довольно хмыкнул. — Нет.       На что именно это был ответ — на отказ его отпускать или на заявление о своей тяжести, Ромка не узнал, так как теперь оказался припечатан к мягкой обивке Даниным телом. Чуть приподнявшись и заставив Ромку приподняться на локтях следом, Даня стянул с него футболку, как бы ему не хотелось видеть того в своей одежде как можно чаще, но видеть его без одежды ему нравилось намного больше. Светлая кожа так и манила прикоснуться к ней, чему Даня не мог и не хотел сопротивляться, усевшись Ромке на бёдра и начав гладить его грудь, невесомыми движениями двигаясь ниже, обводя и аккуратно выделяя каждую косточку, удивительно красиво выглядящую на его стройном теле. Медленно, растягивая удовольствие и оставив всю спешку на кухне, он то ненарочно заставлял упавшего на лопатки парня хихикать, когда становилось щекотно, то замереть и не дышать в предвкушении, когда кончиками пальцев Даня касался слишком чувствительных зон на коже.       Не выдержав, Ромка вытянул руку вперёд и, ухватившись за Данину шею и повалив того на себя, утянул его в новый поцелуй. Следующей ненужной в радиусе пяти метров вещью оказалась футболка Дани, которая всё это время была уже на нём, а не на Ромке. Ногами Ромка притянул Даню за поясницу вплотную к себе, отчего с губ парня неожиданно для него самого сорвался тихий стон. Медлить больше никто из них не собирался, хаотично снимая друг с друга оставшуюся одежду и обмениваясь влажными поцелуями, куда они только могли дотянуться. Будто сорвавшиеся с цепей, они снова были полны жажды друг по другу, а осознание близости не только физической, но и духовной, разжигало это пламя только сильнее. — Погоди, — перед самым ответственным моментом Ромка вдруг стал странно себя вести, будто хотел что-то сказать, но никак не мог решиться. — Да? Что такое? — Даня замер, придерживаясь за разведённые по обе стороны от него колени парня.       Ромка отводил взгляд, но в какой-то момент собрался с силами, чтобы сказать: — Ты не против, если мы сделаем немного по-другому? — По-другому? Это как? — Даня внимательно смотрел на него, ожидая объяснений.       Вместо ответа Ромка осторожно подтянул колени к себе и, положив подушку поудобнее, перевернулся на живот. — Вот так...       Отчего-то в его голове всё ещё были сомнения и страхи, о которых Даня не догадывался, но своими действиями даже неосознанно доказывал, что все они безосновательны.       Застигнутый врасплох неожиданной сменой позы и видом перед ним Даня несколько секунд пытался привести себя в чувство, после чего выпрямился, стоя на коленях, и, придвинувшись ближе, склонился над парнем, нежно целуя его в спину. — С тобой — всё что угодно.       Изучив каждый выпирающий позвонок и поцеловав каждую крошечную родинку у Ромки на теле, он аккуратно развёл его ноги пошире, придерживая за талию и переходя к основному «действу».

***

— Ты как? — переплетясь ногами с тонким покрывалом и уже отдышавшись, парни тихо разговаривали. — Лучше всех, — Ромка расслабленно заулыбался, уткнувшись в Данино плечо.       Даня нащупал Ромкину ладонь и, взяв её в свои руки, стал легонько массировать. Однако когда его пальцы наткнулись на небольшой продолговатый бугорок у него на запястье, парня одолели тяжёлые мысли. — Ром? — М? — Это тогда, когда ты... — Даня не смог договорить начатое, ощущая накатывающее чувство опустошающей безысходности. — Да, — тихо прошептал Ромка на так и не заданный вопрос. — А ты... ты ведь не первый раз это делал, да? — продолжал спрашивать Даня, большим пальцем оглаживая гладкую кожу. — Да, — на удивление самого Ромки ответы на неудобные вопросы сейчас давались ему гораздо легче. — Ещё до нашего знакомства. У меня были времена, когда просто хотелось всё прекратить и ни о чём больше не жалеть. Да и чтобы другим не мешать...       От этих слов у Дани больно защемило сердце, а по спине прошёлся холод. Ему было знакомо это чувство, но только отчасти, и ему никогда не хотелось закончить всё радикально, а всего лишь было желание заменить одну боль другой. Однако с Ромкой всё было иначе. Его смелости оказалось достаточно даже для того, чтобы уйти раз и навсегда, оставив всё позади. Но и причины для этого у него были совсем иные, от осознания чего становилось вдвойне обидно и больно. За него. Ромка не заслужил всего того, с чем ему пришлось столкнуться, но, несмотря на всё это, даже встретившись со всеми проблемами лицом к лицу, он остался собой, не потеряв ни капли той решимости, однажды едва не стоившей ему жизни. Он всегда был сильным, и остаётся таким по сей день, какие бы мысли ни скрывались у него внутри, заставляя сомневаться в себе. Обиднее всего было то, что никто в его окружении так и не смог понять и принять его, разглядеть то, что таилось глубоко в душе, из-за чего он всюду чувствовал себя чужим и ненужным.       Даню вдруг поглотили ещё более тревожные мысли, от которых по телу пробежались неприятные мурашки. «А что, если бы он закончил начатое...» «Нет, не хочу этого знать! Он здесь. Он со мной. Всё хорошо»       Даня легонько сжал Ромкину ладонь в своей и, поднеся её ближе, прикоснулся губами к его запястью. Даня выцеловывал каждый шрам, что встречался у него на пути, будто желая навсегда стереть не только их, но и все рвущие на части душу воспоминания из памяти Ромки. — Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы на месте этих шрамов не появились новые. Никогда.       Даня, приложив Ромкину руку к своему лицу, посмотрел ему в глаза. — А ты? — немного помолчав, спросил Ромка. — Ты же тоже увлекался... «этим»? Ну, помнишь, тогда в школьном туалете... — А, — Даня слегка нахмурился, вспоминая. — Да, было дело. — И благодаря этому «делу», — Ромка придвинулся ближе, укладываясь Дане на плечо. — Мы по сути и познакомились. — Хотел бы я, чтобы наше знакомство прошло по-другому... Но, — парень уткнулся носом в русую макушку. — Я рад, что даже при таких условиях нам удалось понять друг друга. — Я тоже, — прошептал Ромка, прикрывая глаза и заметно расслабляясь. — Засыпаешь? — Угу. — Хорошо, — Даня сполз чуть ниже и, поцеловав парня в лоб, приобнял его, тоже закрывая глаза и медленно погружаясь в дрёму.

***

— Да-да, я понял.       Ромка сидел на кухне, разговаривая по телефону со своим бывшим доктором и по совместительству названным адвокатом, пока Даня старался вникнуть в сеть разговора, но не включаясь в него напрямую. — Ну? Что там? — Он снова настаивает на том, чтобы я участвовал в судебном процессе лично, — он уронил лицо в ладони, тяжело вздыхая. — Я понимаю, что непросто, но... может, всё-таки стоит это сделать, чтобы раз и навсегда со всем разобраться? — осторожно начал Даня. — Скорее всего, ты прав, но я не знаю, смогу ли...       Даня протянул руку к Ромке, поглаживая его по волосам. — Может, попробуешь? Даже если не получится — не страшно. — Я постараюсь. К тому же, Александр Владимирович сказал, что можно провернуть всё с моим минимальным участием, но прийти всё равно нужно будет. — И что думаешь? Согласишься? — Пообещал дать ответ до завтра. — Уверен, у тебя получится, если ты всё же решишься. В любом случае, я не оставлю тебя и буду рядом. — Спасибо, — наконец, Ромка поднял взгляд, благодарно улыбаясь. — О, кстати, — Даня вдруг вскочил со своего места, направляясь в коридор, а вернувшись, выложил на стол перед парнем несколько штук мороженого с разными вкусами. — Ты когда успел? — заулыбался Ромка, не ожидая такого поворота событий. — Почаще заглядывай в морозильник, может, чего ещё интересного найдёшь, — пошутил Даня, вручая Ромке ложку для мороженого в пластиковом стаканчике. — Спасибо, — рассмотрев этикетку и увидев там свой любимый вкус с карамелью, просиял Ромка.       Даня же сделал выбор в пользу шоколадного, чтобы не обделять Ромку, если тот захочет добавки. Переместившись на одно сидение, парни снова разговорились, вспоминая ещё одну недавнюю проблему, коснувшуюся их. — А, это... С мамой всё нормально разрешилось? — неуверенно спросил Даня, боясь, что Ромку ещё не отпустила эта ситуация. — Ну, можно сказать и так. Наверное, она всё-таки приняла моё решение, пусть и достаточно болезненно. — Да уж, как-то слишком много всего навалилось разом... — стушевался Даня, вспоминая целую череду событий за последние несколько недель. — Прорвёмся, — неожиданно Ромка пальцем коснулся кончика носа Дани, после чего хитро заулыбался.       Скосив взгляд на кончик носа, Даня понял, что Ромка намазал на него мороженое, и спустя пару секунд, ушедших на осознание и продумывание плана действий, в отместку сделал то же самое, из-за чего размеренное и уютное поедание мороженого вдвоём чуть не превратилось в настоящую битву. Когда лица обоих были порядком измазаны, Ромка, весело смеясь, резко наклонился к Дане, быстро слизнув мороженое с его щеки и сбив этим парня с толку. Какое-то время он озадаченно смотрел на него, а потом притянул его за шею к себе, утягивая в сладкий поцелуй. Последующие несколько часов парни были увлечены друг другом, а уже вечером Ромка сам позвонил Владимиру Александровичу, чтобы досрочно озвучить своё решение и скорее закончить затянувшуюся историю с судами, перевернув не самую приятную страницу своей жизни.