Спасибо за то, что ты есть

I’m alright if you’re alright

And I’m okay if you’re okay

Ricky Montgomery — This December

      Этой зимой снега пришлось ждать очень долго. Как бы не хотелось поскорее увидеть сверкающий крошечными ледяными искрами пейзаж, природа была непреклонна. Даня, шедший с покупками на вечер, разговаривал с Жекой по телефону, обсуждая их с Ирой скорую свадьбу.       — А я тебе говорю, что этот эксперимент она вряд ли оценит. Выбери классику, — продолжал настаивать на своём Даня, пытающийся переубедить Жеку заказывать зелёный костюм на главное торжество в его жизни.       Сам Жека лишь отмахивался от наставлений друга, приводя свои аргументы «за», а после разговор начинался с начала. Так и не придя к общему мнению за последние несколько дней, парни решили снова отложить эту дискуссию на завтра, а это «завтра» могло повториться у них и через два и через четыре дня. По большей части, Даня считал, что Жека просто нервничал, поэтому цеплялся за бессмысленные споры как за спасительную соломинку, чтобы не оставаться наедине с тревогами, пока Ира занимается процедурами и организаторскими вопросами. Она решила не подпускать Жеку, которого перемкнуло в последние две недели переживать обо всём, в целях сохранения его здоровья.       Провернув ключ в двери, Даня вошёл в квартиру и, бросив пакет у небольшой тумбы в прихожей, стал переодеваться. Вдруг откуда-то из кармана висящей на вешалке куртки снова донеслась вибрация. Нащупав телефон, он открыл уведомления и увидел короткое от Жеки: Евгений А кольца??       Вздохнув, а следом улыбнувшись, он записал ему голосовое сообщение, что как только он согласится на классический вариант костюма, то они сразу же перейдут к новой теме для обсуждений. Заблокировав экран, Даня постарался представить, как бы он чувствовал себя, если бы у них с Ромкой была свадьба.       «Неужели я бы тоже настолько съехал с катушек?»       Стоило ему только подумать о Ромке, как он не заставил себя ждать, негромко выкрикнув из ванной:       — Дань? Ты пришёл?       — Да-да, — Даня заглянул в комнату и, увидев улыбающегося Ромку, лежащего в пене, подошёл к нему, слегка целуя того в лоб. Помыв руки в раковине, он предупредил, что если через полчаса, когда скромный ужин будет готов, Ромка не вылезет из ванной, то Даня к нему присоединится, и ужин так и останется несъеденым. Довольный смущённым выражением лица своего парня, ушедшего на время под воду, Даня направился за пакетом, а следом на кухню.       — Ты уже придумал, что будешь дарить? — решив не проверять правдивость Даниной угрозы, Ромка быстро закончил с ванной и теперь сидел на мягком стуле, наслаждаясь жареной картошкой с золотистой корочкой.       — Ага, — отвечал Даня, закончив со своей порцией и убирая тарелку в раковину. — Будешь добавку? — наклонившись к сидящему Ромке, он заглянул сначала в его тарелку, а потом в глаза.       — Нет, спасибо, — улыбнулся парень благодарно.       — Смотри мне, — чмокнув его в щёку, Даня принялся мыть посуду.       — Так что ты придумал?       — М? А, ну, есть кое-что... — загадочно ответил парень.

***

      — Ого, подарок, за который мне ещё и заплатят! — Жека был в восторге, услышав сначала вопрос Дани по телефону, а позже увидев того на пороге своей студии.       — Надо же было тебя хоть как-то вытащить из квартиры. А то так бы там и просидел, а потом и поседел, не дождавшись свадьбы.       — Да-да, быстрее садись уже, — явно не слушая, о чём говорил Даня, Жека быстро пришёл в себя и включился в любимый процесс. — Так-с. Что будешь набивать? Ром, — он обратился к стоящему всё это время неподалёку Ромке. — Возьми вон там стул, если хочешь наблюдать. Или — милости прошу на диван, там можно и поспать, хах.       — Х-хорошо.       Ромка притащил стул и уселся рядом, немного с опаской смотря на инструменты Жеки.       — Вот. — Даня протянул другу листок бумаги с эскизом будущей татуировки.       — И... Что это значит? — Жека серьёзно посмотрел на него, прочитав надпись. — Ты хоть знаешь перевод? Сводить будет потом болезненно.       — Там всё нормально. Бей уже.       — Что там? — с любопытством поинтересовался Ромка, выпрямляясь на стуле, чтобы рассмотреть загадочную надпись.       — Это секрет, — Даня резко отодвинул руку Жеки подальше от Ромки, чтобы тот ничего не увидел, и, извиняясь, улыбнулся.       Ромка пожал плечами, как бы показывая, что он не слишком обижен, но одновременно с этим, откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, как бы показывая, что всё же капельку обижен.       Спустя полтора часа Данина заготовка с листа переместилась на место под его левой ключицей. Пока Жека готовил принадлежности к заключительному этапу прежде чем отпустить «клиента» домой, Ромка встал с места, видя наконец то, что Даня так старательно пытался скрыть, чего больше не делал после завершения всей работы, лёжа на кушетке и довольно улыбаясь, наблюдая за тем, как с осознанием меняется выражение лица его парня. Ромка глянул на него, ничего не говоря, а когда вернулся Жека, внезапно заявил:       — Сделай мне такую же.       Парни переглянулись, не ожидая такого поворота, а после Жека радостно произнёс:       — Ого, парни, вы решили задобрить дядю Женю? — весело посмеявшись, он заговорил более серьёзно, обращаясь к Ромке:       — Этого оболтуса я давно знаю, а ты? Уверен, что точно хочешь?       — Угу, — ответил Ромка, глянув на Даню.       — Ну вы даёте, хах.       Закончив с Даниной татуировкой, Жека принялся всё объяснять Ромке. Когда и вторая надпись была готова, он дал парням рекомендации по уходу и ещё раз поблагодарил за такой нестандартный подарок, который и правда помог ему прийти в чувства и отвлечься от затянувшихся переживаний.       — Не трогать ближайшие четыре часа. Потом снимаете и промываете тёплой водой с антибактериальным мылом, вытираете насухо и накладываете чистую повязку. Остальное напишу. И без самоуправства там. Лучше позвоните.       — Тебе лишь бы найти свободные уши, — подколол его Даня.       — Ой, иди уже отсюда, — почти выталкивая из своей студии старого друга, отвечал он, более дружелюбно прощаясь с Ромкой. — Пока, Ром.       — Пока.       — Тресни его там где-нибудь от меня, чтоб не умничал лишний раз.       Ромка тихо рассмеялся. Как бы Даня и Жека не показывали, что отношения у них будто бы натянутые, он прекрасно знал, что это не так, и каждый раз наблюдал за их взаимодействием с некоторым умилением.

***

      Снег выпал ближе к середине декабря, аккурат к долгожданному торжеству. Тату успели зажить, а парни смогли за это время успокоить и вернуть Жеку времён двухлетней давности. Начали празднование с официальной части, где Жека и Ира поставили свои подписи в документе при множестве свидетелей, а после восторженных возгласов и поздравлений, осыпаний молодожёнов лепестками и рисом, «горьких» поцелуев и слёз радости, гости и непосредственные виновники торжества переместились в забронированный на этот вечер ресторан. Даня и Ромка оделись в одинаковые чёрные костюмы с единственным отличием в аксессуаре — Даня, не без помощи Ромки, надел галстук, а сам Ромка подчеркнул свой образ бабочкой. Что до Жеки... Даня его не переубедил, и сейчас он представал перед всеми в глубоком тёмно-зелёном костюме, который, как оказалось, пришёлся по вкусу Ире, а Даня после этого решил задуматься над своим.       Настал самый трогательный момент всего вечера. Первый танец молодых. В зале погасили свет, оставив лишь мягкое рассеянное свечение вокруг танцующих и пустив лёгкий пар по полу. Женя уверенно взял Иру за талию и аккуратно притянул ближе к себе, глядя ей в глаза. Первый шаг вперёд, ознаменовавший не только начало их первого совместного танца в качестве мужа и жены, но и начало их новой жизни, в течение которой они так же, как и в танце, будут идти вместе к своим целям и мечтам, не оглядываясь на остальных и видя в глазах друг друга только свои отражения. Несколько несложных поддержек и кружений, и танец медленно подошёл к финалу, завершившись женихом нежным поцелуем невесты. Прозвучали аплодисменты, кто-то вытирал слёзы, кто-то широко улыбался, радуясь счастью молодых, а после на танцпол вышли все желающие.       К Дане, разговаривающему с Ромкой, подошла девушка-свидетельница. Немного замявшись, она спросила:       — Кхм, прости, ты же свидетель со стороны жениха?       — Ага, — оторвавшись от беседы, ответил Даня. Парни с любопытством посмотрели на девушку, а она неловко продолжала:       — Ты... Может, потанцуем?       — А... — Даня опустил одну руку под стол, пряча её за скатертью и кладя на Ромкину ногу. — Прости, я обещал своему любимому человеку ни с кем не танцевать.       Ромка, услышав эти слова, зарделся и прикрыл рот рукой, полуотвернувшись, осознавая, что Даня помнил об их давнем уговоре несколько лет. Девушка спешно извинилась и ушла к танцевавшим в центре зала подругам.       — Ты чего? — спросил Даня, прекрасно понимая причины такого вида его парня.       — Ничего, — Ромка постарался успокоиться, пряча лицо за бокалом.

***

      Когда пришло время расходиться, ещё раз поздравив молодых, парни добрались до временно съёмной квартиры и, поочереди приняв душ, уставше расположились на кровати.       — Да, денёк сегодня насыщенный, — начал негромко Даня, дотягиваясь рукой до сидящего Ромки и обхватывая того вокруг талии.       — Это точно, — посмеялся Ромка, поправляя руки Дани на своих рёбрах, чтобы было не так щекотно.       — Падай ко мне, — подозвал его Даня, усиливая хватку теперь уже на бёдрах парня.       — Сейча-а-а-с, — протянул Ромка, заканчивая что-то писать в телефоне.       — А хотя нет, сиди, — Даня резко вскочил с кровати и ушёл в коридор. Через пару минут он вернулся, встречаемый недоумённым взглядом Ромки.       — У меня и для тебя есть подарок, — заключил Даня, усаживаясь рядом.       Покрутив в руках маленький бумажный пакетик, он достал из него небольшое серебряное украшение. Ромка не сразу понял, что это, пока Даня не разделил его на две части. Взяв его ладонь в свою, он вложил в Ромкину руку одну из частей.       — Это твоё, — сказал он тихо, следя за реакцией парня.       Ромка раскрыл ладонь и увидел на ней лежащее серебристое крыло на цепочке.       — Это?..       — Это подвеска, — Даня поднёс свою ладонь к Ромкиной, показывая точно такое же крыло в своей руке. — Я, как всегда, скажу пафосную вещь, но... но это будет правда.       Он слегка замялся, пальцем другой руки нервно поглаживая костяшки Ромкиной кисти.       — Я хоть и будущий лётчик, но свои «крылья» я обрёл гораздо раньше. Благодаря тебе.       — И правда пафосно получилось, — попытался скрыть за шуткой собственное волнение Ромка, глядя на серебряное крыло в своей руке. — Прости. Мне... очень нравится. Спасибо.       — Рад слышать. Ты примешь её?       — Угу.       Радостно заулыбавшись, Даня добавил:       — Она на магнитах. Стоит их приблизить, и они прилипнут друг к другу, — он показал наглядно, как это работает.       Ромка с интересом наблюдал за этим, а потом, взяв Данину часть подвески в руки, надел её на шею парня и, закончив, поцеловав того в кончик носа.       — Прямо как мы, — тихо посмеялся Ромка.       — Наденешь?       Ромка повернулся спиной, а Даня аккуратно убрал в сторону его волосы, спадающие на шею, и зацепил замочек за одно из колец.       Даня на время затих, а после неожиданно стал медленно целовать заднюю сторону шеи Ромки, заставляя того шумно выдохнуть. Взяв себя в руки и повернувшись к нему, Ромка улыбнулся, взяв в руку свою часть их подвески. Он поднёс её к Даниному крылу, и та сразу же примагнитилась, вызывая ещё более радостную улыбку на лице Ромки. Даня решил повторить свою попытку и, коснувшись лица парня, приблизил его к себе за подбородок, глубоко целуя.       Ромка больше не стал противиться или отшучиваться, отвечая на поцелуй с тем же желанием, что выказывал ему Даня. Он почувствовал, как его руки медленно поднимались вверх, забираясь под край домашних шорт, в которых он был, а затем проникая и под бельё, сжимая горячую кожу его бёдер. От такого напора у Ромки перехватило дух, он хотел было вдохнуть немного воздуха, но Даня этого не позволил, заставляя его лечь на спину и нависнув сверху, отчего потребность в кислороде отпала до лучших времён — Ромка уже почти не дышал от такого вида своего парня. Когда они вновь стали близки, Ромка стал замечать за собой новые открытия в личной жизни. Например, он узнал, что готов беспрекословно подчиняться всему, что скажет или сделает доминирующий над ним Даня. Когда он приходил в такое состояние, Ромка почти терял связь с реальностью. Так происходило и сейчас. Даня, воодушевившись тем, что Ромка оценил его подарок, решил сделать ещё один.       Стянув с него шорты и футболку, Даня губами очерчивал каждый изгиб на Ромкином теле. Дойдя в нетерпении до низа живота парня, он поцеловал в место у резинки белья и, одновременно глянув вверх на тяжело дышащего Ромку и пройдясь по ней языком, оставил его полностью обнажённым, губами прикасаясь к паху. Выверенными движениями и ритмом он довёл парня до края и закончил своё «выступление» протяжным Ромкиным стоном, что был для него желаннее любых аплодисментов. Шумно дыша, Ромка понемногу приходил в себя, а когда увидел, что Даня не собирался продолжать, приподнялся на локтях, спрашивая:       — А ты?       — Не беспокойся, всё хорошо. Сегодня ты устал, отдыхай.       Даня искренне улыбнулся, хотя его желание не заканчивать на достигнутом хорошо читалось ниже пояса, что не ушло от внимательного взгляда Ромки. Он осторожно подполз к сидящему Дане и, примкнув к его спине своей грудью, прошептал, едва коснувшись уха губами:       — Хочу тебя.       В довершение своих слов он стал гладить ладонями его спину, попеременно прикасаясь к ней губами. Услышав тяжёлый вздох, Ромка запереживал, что сделал что-то не так или был чересчур настойчивым, отчего замер и перестал касаться Дани. В эту секундную заминку и активизировался Даня, разворачиваясь к нему лицом и хватая того за бока, укладывая его головой на подушку.       — Я пытался сдерживаться, — низко произнёс он, вновь накрывая Ромкины губы своими, пальцами впиваясь в длинные ноги, обхватившие его за поясницу, когда до Ромки дошло осознание продолжения «банкета».       Пахом прижавшись вплотную к оголённому телу, Даня с трудом удерживал в голове мысль о подготовке, а Ромкины недвусмысленные действия ему в этом совсем не помогали.       — Н-н...не шевелись, — выдохнув, Даня отодвинулся на безопасное расстояние, хотя Ромка продолжал обнимать его ногами, пока парень дотягивался до дорожной сумки, где на всякий случай хранилось всё необходимое.       — Ляг на живот, — повинуясь не то приказу, не то просьбе, Ромка послушно лёг, как было сказано, и постарался повернуться, насколько это позволяло его положение, с интересом наблюдая за дальнейшими действиями своего парня.       Даня приподнял его за бёдра, подложив под него небольшую подушку, и принялся за подготовку к основному действу. Ромка плюхнулся лицом в подушку, ожидая бесконечно долго, пока Даня наконец не поцеловал его в выпирающий позвонок и не зашуршал упаковкой. Ромка снова повернулся к нему, и следом получил поцелуй уже в губы, когда Даня улёгся на него, чуть шире разводя ноги в стороны. Ромка сдавленно промычал, ощущая долгожданную наполненность с коротким всплеском боли, тут же схлынувшим под натиском настойчивых Даниных ласк. Какое-то время он двигался осторожно, медлительно, пока не почувствовал, как Ромка расслабился и без слов стал требовать большего. Даня сел на колени и за бёдра притянул его ближе к себе, соприкасаясь вплотную и начиная двигаться теперь быстрее и резче. Ромка спрятал стоны в подушке, пальцами с силой впиваясь в простыню и одеяло. С очередным толчком Даня выдохнул:       — Как же я... хочу тебя.       — Ты уже... м-м... — с трудом проговорил Ромка в ответ.       — Нет. Мало, — тяжело дыша, Даня одной рукой обхватил лежащего Ромку и проскользил ею вверх по груди, оставляя захват на его шее, а второй рукой удерживая за живот, поднимая парня в вертикальное положение и прижимаясь к его спине кожа к коже.       Вновь быстро набрав скорость, он довёл Ромку до исступления. Удерживаемый лишь Даниными руками, он отбросил голову назад на его плечо, сознанием уплывая далеко отсюда.       — Ох, бл... Ощущая, как Даня проникал в него глубже под другим углом, Ромка сильнее прогибался в пояснице ему навстречу, желая получить как можно больше. Даня понял этот сигнал и крепче сжал пальцы на шее парня, другую руку опустив ему на пах и прижав ближе к себе. Не давая сдвинуться с места и увеличивая темп, он заходил на всю длину, пару раз укусив его за плечи, каждой частичкой себя чувствуя желания парня. Даня провёл языком по его шее и впился в тонкую кожу губами, оставляя после себя тёмно-бордовый след, одновременно с этим глубоко толкнувшись, он почувствовал, как стало тесно, а Ромка с несдерживаемым стоном обмяк в его руках, заставив и самого Даню содрогнуться, пальцами до боли сжимая Ромкино бедро. Тяжело дыша, он пытался привести сердечный ритм в норму и, погладив Ромкино плечо, аккуратно повернул его к себе лицом, укладывая на спину и ложась рядом.       — Ты как? — спросил спустя пару минут он.       — Мгм, — только и смог ответить Ромка, расслабленно прикрыв глаза.       — Надеюсь, понравилось, — тихо посмеялся Даня.       — ...прибью тебя.       — Прости-прости, больше так не буду, — коснувшись кончиками пальцев лица Ромки, Даня провёл ладонью по его щеке.       — Прибью, если будешь думать, что не понравилось.       — Хорошо, — Даня рассмеялся и расслабился, подобравшись ближе к нему и нежно целуя надпись, расположенную аккурат над сердцем, как и у него самого — Per aspera ad astra.       Пусть она заключала в себе не только позитивный смысл, однако для Ромки и Дани все тернии остались позади, оставив в награду лишь звёзды.