Сумка, тапки и мужик

      Практически у каждого из нас был (или до сих пор есть) друг, который не то чтобы являлся самым отъявленным холостяком и засранцем. Но постоянной головной болью — это точно. И самой настоящей занозой в заднице, да. Особенно, когда во время очередной попойки у товарища начинается бесячий приступ нескончаемого нытья. «Вся жизнь — говно, все бабы (мужики) — суки» и «Как же тяжело быть одному в этом жестоком мире». Что «Его никто не любит, не понимает, и вообще — все против него».       У Феликса был самый близкий и верный товарищ со школьной скамьи, ноющий об отсутствии личной жизни при каждом удачном и неудачном случае. И при всём этом отвергающий любую кандидатуру. Как будто это не он та самая «барышня на выданье», и не его личную жизнь пытались пристроить в хорошие руки. Знакомьтесь — Ян Чонин. Та самая милая и очаровательная блондинка, капризная, избирательная и… одинокая.       Ли Феликс, изрядно подустав от постоянного нытья друга. Последние полгода он прилагал недюжинные усилия и пытался свести Чонина со всеми своими знакомыми и горячими мужиками (девушки из этого списка были вычеркнуты ещё в средней школе). Но, увы, его друг вертел нос от каждого. А после первого свидания посылал претендентов на его руку и сердце в недалёкое цензурное путешествие. Хорошо хоть не прямо, теми самыми словами «нахуй». Иначе Феликс бы давно сгорел со стыда за своего товарища.       Вот, казалось бы, что было нужно молодому мужчине? Все парни были хорошие, умные, обеспеченные. И симпатичные, что немаловажно. Ведь у Феликса других и не водилось. Он как-то раз даже был готов расстаться с собственной свободой (не обременяющей его, прошу заметить) и счастливой позицией нижнего, но тоже был отвергнут уже на середине фразы. Не то чтобы Феликсу Чонин вообще нравился. Что только не сделаешь ради дружбы и окончания систематического выедания мозга маленькой чайной ложечкой.       Работа у Чонина была совершенно не подходящей его чувствительной и капризной натуре. Он уже пару лет трудился адвокатом. Любил браться за дела самые сложные, с убийствами и прочими уголовными пакостями. И, как ни странно, выиграл девяносто пять процентов своих заседаний. Чонину все два года очень везло, чему завидовали все его коллеги-адвокаты. Ведь ему ещё ни разу не приходилось сталкиваться с одним из самых жестоких прокуроров, с которым шанс выиграть дело становился равным практически нулю.       В зале суда и при общении со своими клиентами Чонин был мягким, сочувствующим, сопереживающим и понимающим. Был готов выслушать обвиняемого, войти в его положение, придумать самую хитровы́ебанную линию защиты. И убедить судью в том, что этот бедный и несчастный человек сам оказался жертвой. А присяжные так вообще души не чаяли в милом парне, постоянно держащем обвиняемого за руку. Но всё это происходило лишь в зале суда. Стоило только покинуть рабочее место, Чонин снова становился самим собой. А Феликс каждый раз задумывался — нет ли у его друга той самой «биполярки».              У Чонина была главная отговорка после очередного знакомства — «Не ёкнуло». А значит, кандидат был отвергнут в грубой форме, чтобы сразу и без надежды на какое-либо продолжение. Феликс бесился. Феликс злился и был готов кинуться на друга с кулаками. Феликс доёбывал его анкетами с сайтов знакомств, потому что все его знакомые давно закончились. Он и сам был готов закончиться от того, какой же всё-таки Чонин привереда. А ещё модник. Такой модник, которых можно, конечно, поискать, но и днём с огнём не сыщешь.       — Феликси-а, как думаешь, эта сумочка хорошо на мне смотрится? — Чонин вертелся у зеркала в очередном бутике, куда они в этот раз пришли за обновками (хоть в шкафу места и не наблюдалось), с сумкой из новой коллекции Alexander McQUEEN.       Конечно, Феликс отправился на очередной шоппинг не просто пошопиться. Он в принципе ненавидел магазины, а новые шмотки предпочитал заказывать на онлайн-площадках. Главное, чтобы было посвободнее, поэтому с размером никогда и не парился. Велики штаны? А ремень зачем тогда придумали?! Худи на три размера больше? Вообще-то сейчас так модно! Из самых долгих покупок одежды оказался выбор делового костюма на работу. Но, конечно, было и то самое «но» — к выбору кроссовок Феликс подходил основательно. Так сказать, в качественной обуви ты шагаешь в успешную жизнь. И сейчас парочка друзей находилась в магазине, где кроссовок-то было раз-два и обчёлся. Да и новые ему на данный момент были не нужны. Поэтому Феликс залип в своём телефоне, занимаясь крайне важным делом — поиском партнёра Чонину, пока его друг вертелся у зеркала.       Сам же Чонин придерживался более обширного правила — шагать в качественную жизнь нужно не только в хорошей обуви, но и с хорошей сумкой. И одетым с иголочки.       — На тебе неплохо бы смотрелся тот продавец с предыдущего магазина, — голос Феликса нескрываемо сквозил сарказмом (да потому что просто заебал всех отшивать), а сам он лишь мельком бросил на друга взгляд. Кажется, это была уже двадцать пятая сумка в коллекции Чонина, которые были выгуляны лишь раз. — Может, лучше вернёмся в тот секс-шоп и заберём полупрозрачный боди? Будешь в нём на работу ходить. Глядишь — и клюнет кто-нибудь. И «ёкнет» там у тебя, где надо. А присяжные твои вообще с тебя глаз не сведут. Считай, любое дело будет выиграно сразу же.       — Опять ты за своё? Не мешай личную жизнь с работой. Это другое! — Чонин устало вздохнул. — Мне пока никто не нужен. Я свободная птичка дальнего полёта.       — Петух ты общипанный! Повтори это ещё раз, я запишу на диктофон. А потом включу тебе запись во время очередного приступа нытья о твоей несчастной судьбе и беспросветном одиночестве.       — Я к вашей сумке подобрала обувь! — девчонка-консультант с дежурной улыбкой возникла буквально из ниоткуда с коробкой новеньких брендовых лоферов в руках.       — Пф, — снова фыркнул Феликс, возвращаясь к своему телефону. — Почему не мужика? Неужели вы не видите, что этой птичке нужен мужик?       — П…Простите, — смутилась девушка. — Но наш магазин обуви и аксессуаров, а не мужиков.       — Эх, ничего вы не понимаете, — покачал головой Феликс. — Пора выходить за горизонты! Повышать клиентоориентированность! Принесите мне книгу «жалоб и предложений», я напишу пару слов для вашего начальства.       Чонин же изо всех сил старался игнорировать диалог друга с консультантом магазина и любовался своим отражением. Они ведь пришли сюда именно за покупками, а не его личную жизнь устраивать. И уже надевал новые тапотули, которые так идеально сочетались с сумкой. Даже металлическая вставочка была одинаковой! Ну разве это не судьба?       — Ликси, ну посмотри! — не унимался Чонин, разглядывая себя в зеркале. — Они прям для меня.       — Ага, вполне миленько, — протянул Феликс, по-честному даже не взглянув на друга. Он просто заполнял для Чонина очередную анкету на сайте знакомств с многообещающими лозунгами и гарантией найти пару в целых восемьдесят процентов!       — Я тоже так думаю, — послышался рядом мужской голос. Незнакомый. Глубокий, мягкий, обволакивающий всё тело теплом и уютом.       Оба парня обернулись на незнакомца. Крепкий в плечах, явно без пропусков посещающий качалку, среднего роста, симпатичный брюнет. Милые ямочки на щеках расцвели на лице мужчины, стоило ему только улыбнуться, пристально смотря на шокированного Чонина.       Чонин ойкнул. И будь проклят Феликс, если это было не то самое «ёкнуло»! Он сотрёт эти тапотули в порошок, а вместе с ними и самого Чонина, если он окажется неправ. А чтобы убедиться в своих догадках, нужно было действовать сиюминутно.       — Вы тоже думаете, что они мило смотрятся? — с улыбкой чеширского кота Феликс аккуратно подошёл к мужчине. Он знал, что в таких ситуациях жертву нужно брать ещё тёпленьким.       — Да, — серьёзно ответил незнакомец. — Вполне неплохо.       — А знаете, где они ещё будут мило смотреться? На ваших плечах в комплекте с ножками этого молодого человека. — Феликс уже имел высшее образование и заливал нужную ему информацию, как на тех самых тренингах по продажам. Только теперь «товар» — его друг, а точнее — его ножки в новых чёрных лоферах. И тянуть кота за яйца сейчас было не подходящее время.       Чонин закашлялся, пребывая в самом настоящем ахуе и смятении. Феликс же, уже давно находящийся на крайней стадии отчаяния, с надеждой в глазах посмотрел на только что появившегося претендента на «то самое». А охмуряемый мужчина на минуту задумался, прожигая стройные ножки Чонина в обтягивающих джинсах голодным взглядом, не скрывая интереса в глазах.       — Если вы позовёте его на свидание, я дам ему свой костюм горничной, — Феликс буквально светился, как настоящее солнце, от возможности наконец-таки устроить личную жизнь его капризного друга. Главное — не переусердствовать со свечением, а то ненароком всё внимание на себя переключить можно.       — Феликс! Ты что несёшь? — Чонин мгновенно покраснел от стыда и смущения, прикрывая пылающие уши между осветлённых прядей и продолжая шипеть на друга. — Прекрати немедленно!       — Заткнись и не мешай, — прошептал Феликс и отмахнулся от друга, как от назойливой мухи, продолжая позориться (давайте признаем, что это того стоило). — Мы не представились, кстати. Это Ян Чонин — самый горячий парень в активном поиске. А я Феликс — его лучший друг. — Парень настойчиво подтолкнул Чонина к кандидату на руку и сердце (ну или хотя бы на соседнюю подушку), пока тот хлопал глазами и краснел, как спелый сочный томат (а я — томат, члену этого мужчины рад).       — Кристофер. Можно просто Крис. — Мужчина протянул руку для приветствия. Чонин на автомате поднял свою и вложил тонкую изящную ладонь в чужую — крепкую и горячую. Сердце бухнулось куда-то в пятки, обжигая попутно низ живота и провоцируя ту самую реакцию, когда узкие джинсы внезапно стали слишком тесными.       — Я дам вам его номер телефона! — вспыхнул Феликс, уже царапая чёрным карандашом-подводкой (другого пишущего предмета в рюкзаке не нашлось) на чеке из супермаркета. Затем проверил на бумажке список покупок. И, убедившись, что там не было строки с презервативами, кивнул сам себе, засветился пуще прежнего и протянул чек потенциальному парню лучшего друга.       Свободной рукой Кристофер взял листочек у Феликса и сунул его в карман, продолжая смотреть на Чонина, влюблённо хлопающего глазками. А он ничего такой, милашка-блондин с мягкими губами и красивым ротиком. В такой точно поместится… Ладно, об этом Чан подумает позже, а пока ещё раз оценил шикарные обтянутые ноги.       — Я позвоню? — спросил мужчина у очаровательного парня и улыбнулся ему самой обезоруживающей улыбкой.       — Да? — тихо переспросил Чонин, почувствовав, как сердце гулко забилось совсем не там, где ему следовало быть (намного ниже).       — Да, — усмехнулся Крис. — И напишу тоже. — А затем задорно подмигнул Чонину, выпустил чужую ладонь из своей под тихий, разочарованный, но трепещущий вздох и покинул магазин.       — Если ты не затащишь его в свою жизнь или хотя бы в постель, то я тебя убью, клянусь! — прошипел Феликс, провожая взглядом идеальную мускулистую спину Криса в обтягивающей чёрной майке. От такого бы он и сам не отказался, если бы на первом месте сейчас не стояла карьера.       — Не понадобится, — прошептал Чонин. — У меня от одного вида уже стоит.       Дождаться звонка или маленькой смски оказалось самым сложным заданием за все сознательные годы Чонина. На протяжении нескольких дней привычное нытьё об одиночестве сменилось миллионом переживаний. «А вдруг он бумажку потерял»? «А вдруг ты в номере ошибся»? «А вдруг он передумал»? И в довершении — «Не такой уж я и красавчик, как всегда думал» (истеричка).       Феликс был готов рвать и метать, попутно выдирая на себе волосы. Волосы было жалко — слишком долго отращивал и денег вбухал, чтобы осветлённые волнистые пряди выглядели идеально. Поэтому приходилось молча терпеть, раздражённо вздыхать и тихонечко придумывать коварный план, как же прикончить своего друга, чтобы никто не заметил.       На четвертый день случилось долгожданное чудо. Телефон пропиликал короткой трелью, а Чонин уже без надежды в глазах взглянул на экран, ожидая увидеть очередное «Вам одобрена кредитная карта» или «Мы по вам соскучились! Скидка в 1000 вон на следующий заказ в приложении ждёт вас!». А затем расцвёл, как весенний нарцисс, краснея, бледнея и буквально задыхаясь от трепыхающегося сердца.       — Ликс! Ликс! Мне кто-то написал! — завизжал Чонин на всю зону фудкорта, привлекая к себе всеобщее внимание и прыгая на стуле.       — Если это он, то пойду ему сегодня свечку за здравие поставлю, — усмехнулся Феликс и наклонился над чужим телефоном. KriXXXL: «Ну привет, Ян Чонин.»       — Хм… Проверь, кто это. Фотку посмотри там или спроси у него прямо, — предложил Феликс и плюхнулся на своё место, потягивая молочный коктейль из голубой трубочки. — Проверил?       — Ага, — спокойно ответил Чонин, продолжая что-то активно печатать.       — Как?       — Да как обычно. Нахуй послал.       — Ты сделал что?! — прогремел слишком низким голосом Феликс. Своим секретным оружием он пользовался нечасто, но всегда метко и по делу. И сейчас был тот самый случай.       — Ой, — прошептал Чонин. — Он ответил что-то. KriXXXL: «Кхм, это Кристофер. Стоило, наверное, сразу представиться.»       — Блять, Нин. Я когда-нибудь прикончу тебя, честное слово!       — Да чего ты бесишься? — напускным спокойным тоном ответил Чонин. — Сработало же! Что ему написать?       — Ты всё равно меня не послушаешь. Так что дальше сам, — отчеканил раздражённо Феликс. — Птичка дальнего полёта, блять… Ты как тот ёж — птица гордая. Куда пнут, туда и полетишь.       Чонин фыркнул и принялся печатать сообщение в открытом чате. На аватарке красовалась мускулистая грудь, так что Чонин было отвлёкся, открыл фотографию (вдруг там и полная версия есть), но разочарованно вздохнул. Феликс же придвинулся поближе и как ни в чём не бывало уткнулся в чужой телефон.

I.N.

«Ну, проверку на заинтересованность ты прошёл. Рад, что ты написал.»

KriXXXL: «Давай сходим куда-нибудь поужинать в субботу? Это свидание.»

I.N.

«Да, конечно! Я не против.»

      Возбуждённый визг оглушил Феликса так, что даже уши заложило. Чонин заелозил на стуле, предчувствуя хороший вечер с отличным завершением, плавно перетекающий в ночь. Хитрая улыбка расплылась на довольном лице, а нижнюю губу Чонин игриво прикусил зубами. Жаль только, собеседник его не видел. KriXXXL: «Может, есть предпочтения в кухне?»

I.N.

«Да мне без разницы. Я всеядный.»

KriXXXL: «Тогда, может, суши?»

I.N.

«Рис слишком тяжело переваривается.»

KriXXXL: «Пицца?»

I.N.

«Слишком жирная.»

KriXXXL: «Мексиканская кухня?»

I.N.

«Неее, слишком острая.»

KriXXXL: «Тогда что вообще ты предпочитаешь?»

I.N.

«Не знаю. Мне всё равно. Куда поведёшь, то и подойдёт.»

      Кристофер на другом конце телефона наверняка словил когнитивный диссонанс от логики Чонина (Крис по правде был готов вырывать на себе волосы). С такими привередами ему ещё не приходилось иметь дело. Но ничего. У него было кое-что и для этого прелестного малыша, что и уровень вредности подуменьшит, и всю дурь из головы вытеснит.       — Чонин, ты такая бесячая сука. — Феликсу хотелось бы удариться лицом об стол, но нос ему тоже было жалко. Ему в скором будущем на новом рабочем месте своим лицом светить предстояло, а не вот это вот всё. Но Чонин — не Чонин, если не наворочал бы дел даже с самой простой перепиской. — Ещё немного, и ты его спугнешь.       — Я учился у тебя, между прочим, — Чонин скривил губы в зловещей улыбке. — У меня всё под контролем. Это флирт.       — Если это флирт, то я балерина. Завтра же схожу к шаману.       — Зачем? — вспыхнул Чонин и уставился на друга.       — Потому что ты безнадёжен, — прогремел Феликс. — Он написал тебе, если что. KriXXXL: «Тогда остаётся только один вариант — моя постель.»       Чонин фыркнул и расцвёл в щеках. Сработало. Рыбка попалась на крючок.

I.N.

«Ресторан выберем на месте. Желательно в шаговой доступности.»

KriXXXL: «От моей постели?»

I.N.

«От твоего дома. До встречи 🫶»

KriXXXL: «Тапки не забудь.»

I.N.

«Остальное можно не надевать?»

KriXXXL: «Желательно надеть…»       Чонин расхохотался. Он даже представил, как Крис покраснел и засмущался. По крайней мере, должен был. По крайней мере, Чонину так хотелось. Он пока даже не догадывался, что рыбкой на крючке был вовсе не Кристофер, а сам Чонин собственной персоной.       Феликс же, вопреки всем уговорам Чонина, на следующий день пришёл к расхваленному на весь округ шаману. Его очень рекомендовали старушки у подъезда. Те вечно обсуждали, как таинственный мужчина помог их родственникам наладить личную жизнь. Нет, Феликс не подслушивал. Старушки очень громко разговаривали, а Феликс жил на первом этаже, и окна его спальни выходили как раз на околоподъездные лавочки. Так что, интереса ради (на самом деле у него был свой достаточно весомый интерес), Феликс расспросил бабуль о шамане и получил заветный адрес с телефоном.       Причиной номер один визита к Паксу был, конечно, Чонин со своими вечными проблемами и загонами. Второй же причиной был вопрос о его новой работе, к которой Феликс усердно готовился. Так что, прихватив с собой фотографию своего друга, он заявился в шаманскую лавку, звеня дверными колокольчиками, в назначенное ему время.       В помещении всё, что можно было увидеть с первого взгляда, завораживало глаз. А если присмотреться — то и вовсе можно было остаться здесь на несколько часов, чтобы просто рассматривать каждую деталь. Самого шамана ещё не было, поэтому Феликс не отказал себе в удовольствии попялиться на причудливые статуэтки, кулоны-амулеты и браслеты с чётками, многочисленные свечи, пакетики с травами. Да и вообще весь интерьер с его обивкой вводил с самого начала в какой-то магический транс.       Но самым интересным была главная деталь комнаты — огромная, хрустальная и переливающаяся всеми оттенками от отблесков свечей и небольших ламп люстра. Она как-то и не вписывалась во всю эту обстановку, но чертовски интересно её дополняла. Вот так, залюбовавшись длинными висюльками, плавно покачивающимися и тихо звенящими, Феликс не сразу заметил появление самого шамана. Вот бы эти висюльки, да вместо серёжек… Отличное украшение получилось бы! Задумавшись о своём, Феликс всё-таки откашлялся и по привычке низко пробасил. Дал понять, что он в принципе-то уже пришёл, а его никто не встречает! А вообще-то это он тут платит за услуги!       — Есть кто-нибудь?       — Кто-нибудь, где-то, может быть, и есть, — внезапно послышалось за его спиной. Феликс даже подпрыгнул на месте от неожиданности. — Где-то тут и где-то там. Понятие пространства, как и времени, относительно.       — Что? — испуганно переспросил Феликс тоненьким голоском, медленно разворачиваясь на голос.       — Да тут я. Чего бубнишь?       За спиной возник мужчина. Невысокого роста, но достаточно коренастый и явно увлекающийся если не бодибилдингом, то хотя бы усердными тренировками. Это было видно даже под розовым ханбоком, украшенным красными бусинами. На голову была нацеплена непонятная белая шапочка-платочек. Феликс несколько раз похлопал удивлёнными глазами и тихо выдохнул. А хотелось заржать только от одного вида мужчины в этом странном наряде. Но Феликс не за этим сюда пришёл и постарался максимально собраться с мыслями.       — Вы тот самый шаман? — прищурив глаза, всё же поинтересовался Феликс.       — Со Чанбин. Приветствую вас, — ответил мужчина. Он поклонился и жестом указал рукой, давая понять, что можно уже присесть около магического стола. Феликс плюхнулся на подушку, наблюдая за медленно идущим мужчиной к своему месту. Тот, похоже, никуда не торопился. Затем сел и воззрился на Феликса самым устрашающим взглядом, разводя руки в стороны. — Что привело вас в мою обитель?       — Кхм. Я слышал, вы в личной жизни разбираетесь? — промямлил Феликс. — Мне помощь нужна, в общем-то.       — Ну, допустим, — серьёзно ответил шаман, даже не моргая.       — У меня друг… Как бы это сказать… Никак не может любовь найти.       — Надеюсь, это не та история, где тот самый друг — это ты? — на всякий случай уточнил Паксу.       — Что? — прошептал Феликс, отмахиваясь от наваждения и транса, в который ввёл его шаман одним своим взглядом. — Да нет! Нет. Вот его фото. — И протянул маленькую чонинову фотокарточку. — Это точно не я.       — А тебе, между прочим, тоже не помешает, — спокойно сказал Чанбин и принял фотографию.       — Да причём тут я? Про друга скажите. А то он заебал немного, — смущенно уточнил Феликс. Паксу хрюкнул от смеха, но тут же собрался.       — Да без проблем, — ответил Чанбин и затанцевал бровью. — Оплату принимаю натурой.       — В смысле? — возмутился Феликс. И нахуя, скажите, он вообще сюда припёрся? — Я не из этих! — соврал и глазом не моргнул.       — Ну, попытка не пытка.       Пока Феликс делал вид, что он «не из этих», он снова залип на нависшую над его головой люстру. Пытался придумать, где ещё можно было бы использовать переливающиеся палочки с капельками хрусталя. Чанбин тем временем достал терминал и поставил перед собой. Феликс хмыкнул и полез за банковской картой.       — А тут прям современно. Эквайринг, люстра…       — Ну да. Из старого тут только черепа крысят. Они от дедушки достались.       — Жуть. — Феликс передёрнул плечами. Карта приложена, терминал пиликнул, чек медленно вылез из аппарата.       Паксу положил фотографию Чонина перед собой. Достал откуда-то из ящика длинные спички, чиркнул одну, поджёг свечу на столе и демонстративно помахал деревянной палочкой, чтобы затушить огонь. Огонь тушиться не хотел. Шаман несколько раз подул на спичку, но всё было тщетно. Видимо, опять перепутал коробки и схватил ту, что для охоты и рыбалки. Выругался матом и кинул спичку в стоящий на столе кувшин с какой-то жидкостью, где плавали лепестки цветов. Огонь потух. Спичку пришлось выловить и вытащить пальцами из жидкости оставшиеся в ней истлевшие угли. Ну, никто (почти) не видел, никто и не докажет.       Перед свечой на стол был поставлен какой-то сомнительный магический шар (кажется, Феликс видел такие в магазине сувениров). Свеча задута, а над ней распространился густой дым с вполне себе приятным ароматом. Странным таким, что у Феликса слегка закружилась голова. Рука шамана оказалась над свечой и тем самым шаром. Воцарила тишина, пока шаман водил над своим реквизитом ладонью и закатывал глаза. Затем громко замычал, а Феликс тихо хихикнул, как дурачок или словивший приход любитель повеселиться.       — Духи говорят со мной… — практически не своим голосом, продолжая «мычать», прошептал Чанбин.       — Где?! — опомнился Феликс, вздрогнул и начал озираться по сторонам. Стало жутковато.       — Да заткнись, я плохо слышу, — прошипел Чанбин (уже своим голосом). — Так вот, духи говорят, что он на верной дороге. В самое пекло разврата.       — Прямо так и говорят?       — Нет. — Шаман махнул рукой и улыбнулся. — Это я сам додумал.       — А духи знают, надолго у него эта дорога? — не унимался Феликс. — Я успею карьеру построить, пока он снова одиноким не станет?       — Духи видят двух людей… — Шаман продолжал водить ладонью прямо по сгущающейся дымке. — Сильную связь… Возможно, брак? Я не уверен… Но, видимо, надолго.       — Да?! — Феликс радостно взвизгнул и подскочил на месте. — Ну супер! До свидания!       И он уже был готов свалить из этого места. Но Чанбин резко взял его за руку и вернул на место, заставляя посмотреть на себя. Прищурился, всматриваясь в его глаза и, наконец, выдал:       — Ты встретишь его совсем скоро.       — Что? — удивился Феликс, не понимая, о чём вообще говорит шаман. — Кого?       — Скоро, — повторил Чанбин и сильнее сжал руку Феликса.       — Мужик, ты больной? — пробасил Феликс, пытаясь вырвать ладонь. Не вышло.       — Вас сведёт что-то общее, но и чужое.       — Мне вообще не до этого! Я скоро работать начну. Ты про кого вообще? — Любопытство взяло верх. Не зря же его так бесцеремонно остановили. А затем руку отпустили так же внезапно. Ну что за интриги? Ну кто так делает? — Так что ты там говорил?       Шаман молчал и ехидно улыбался. Внутри Феликса ещё больше рос ком недосказанности и разрывающего его интереса. Но ответа он сегодня, похоже, не получит. Зато шаман определённо точно добился второго посещения и, возможно, привлёк нового постоянного клиента. Так сказать, переиграл и уничтожил.       — Может, натурой всё-таки? — заиграл уже двумя бровями Чанбин. — Ты же «из этих».       — Не для тебя цветочек цвёл, и ягодка росла! — вспыхнул Феликс, прикрывая краснеющие щёки, и быстренько ретировался из лавки.       Уже выбравшись на свежий воздух, вдохнув весеннюю прохладу полной грудью, Феликс хмыкнул. Вовремя он унёс ноги. Ведь под действием ароматов и чарующей обстановки внезапно промелькнула мысль остаться. И, возможно, расплатиться так, как предлагал паксу. Мужик, честно говоря, он был неплохой, привлекательный. А азарт увидеть, что же там было под ханбоком, тоже своё дело сделал. Феликс пообещал себе, что больше в это место ни ногой! Ну и счастливым потопал домой, ведь всю необходимую информацию о Чонине он получил. А значит, одной головной болью будет меньше. Феликс ещё никогда так не ошибался, как в этот момент…       О своём визите к шаману Феликс рассказал Чонину тем же вечером. Чонин обрадовался. Феликс в очередной раз взгрустнул. Что же там тот сумасшедший нёс про «Ты скоро встретишь его»? Зачем он вообще об этом сказал Феликсу? Но Чанбин явно владел маркетинговыми приёмами лучше. И Феликс не нашёл в себе сил, чтобы удалить злосчастный номер телефона шамана. Правда, и другу всё сразу не выложил.       Вернёмся к нашему главному герою. До встречи оставалось ещё несколько дней. Но Чонин решил, что готовиться к свиданию нужно уже сейчас. Так что быстро записался на эпиляцию всего тела, к парикмахеру и косметологу и принялся подбирать наряд на вечер субботы. Для этого пришлось выгрести все шмотки из шкафа, которые буквально завалили комнату. Для начала нужно было найти подходящие чёрные брюки. Чёрных брюк было пар тридцать, но все не подходили. Перерыв не одну гору вещей, Чонин присел прямо посреди всего бардака и тоже взгрустнул. Начал раздумывать, а не сходить ли им ещё на один шоппинг.       Феликс интереса ради начал рассматривать шмотки, находящиеся в близкой доступности. Розовые брюки-клёш? Куда вообще их Чонин мог надевать? Чёрная водолазка с цепью-паутиной? Откуда это вообще среди рабочей стопки одежды? Попался под руку даже кожаный чёрный плащ. Феликс ненароком представил, как этот предмет гардероба смотрелся бы на Чонине на голое тело. В голове сразу же возник образ человека — любителя перед случайными прохожими распахнуть свою верхнюю одежду, под которой ничего не было. И заржал. Чонин, конечно, был тем ещё озабоченным, но к эксгибиционистам не относился.       — Ликс, — вздохнул Чонин. — Пошли за шмотками.       — Вот ещё! — взорвался Феликс и принялся активно копаться в куче чужих вещей. — Мы что, тут тебе наряд не найдём? Сейчас-сейчас… — твердил он и разбрасывал тряпки в разные стороны. — Кажется, оно было где-то здесь.       — Да что ты ищешь? — удивился Чонин и подполз к другу.       — Вот! — из кучи вещей были выужены странноватые штанцы. — Надень прозрачные штаны. Я недавно видел парня в таких. Смотрелось ничего так.       — Так мы до ресторана не дойдём, — отмахнулся Чонин, но завидел другие чёрные брюки. Кажется, он минимум пять пар таких же отверг. А эти приглянулись и были отложены в сторонку.       — Так в этом же и суть, — обиженно промямлил Феликс и вытащил какую-то другую вещь. — Ну хоть что-нибудь прозрачное надень! Вот, смотри, какая рубашечка, соски видно будет. Он с тебя не слезет.       — Тебе так принципиально меня раздеть?       — Так шансов на отсутствие моей головной боли намного меньше. Надевай! — и кинул рубашку Чонину. Ладно, вещь смотрелась на нём очень даже достойно, даже несмотря на полупрозрачные вставки кружева в очень интересных местах. А в комплекте с найденными брюками, которые идеально обтянули подкаченные ляжки, так вообще крышесносно. — Не забудь обуть те тапки.       — Это мой самый главный атрибут на вечер, — прыснул Чонин. — Могу голым прийти, но лоферы надену.       Итак, костюм на свидание был найден. Стоит ли говорить, сколько часов пара друзей после этого потратила на то, чтобы вернуть все разбросанные шмотки обратно в шкаф? Пока Феликс негодовал и был готов попихать на полки всё это барахло прямо так, комом, Чонин ныл, что лучше бы они на шоппинг сходили, а не вот это вот всё. Но дело было сделано, душа Чонина успокоилась. Оставалось только хорошо выспаться за четыре часа, чтобы свежим, словно огурчик, явиться на заключительное заседание по последнему делу. А потом в коллегии получить новое, от которого все отказывались. После этого был запланирован выходной на пятницу для посещения всех запланированных процедур, чтобы навести марафет.       В пятницу на Чонине лица не наблюдалось. Хмурый и угрюмый, прихватив с собой своего верного друга, Чонин явился на эпиляцию. Обычно улыбчивый и жизнерадостный, он молча лежал на кушетке и даже ни разу не пискнул во время процедуры. Феликс же впервые не сидел на сайтах знакомств, а смотрел заинтересовавшую его лекцию по финансовому планированию продаж и рискам непредвиденных убытков. Так сказать, готовился к предстоящей работе. Мастер эпиляции, не привыкший работать в такой гнетущей тишине, особенно с Чонином, первые полчаса пытался молчать. Но профдеформация дело своё сделала, ведь зачем ещё (кроме результата процедуры, конечно) приходят клиенты, как не поделиться своими новостями и последними сплетнями.       — Чонин, ты сегодня такой молчаливый, — угрюмо произнёс мужчина.       — А, не обращайте внимания, — ответил за него Феликс. — У него непредвиденные проблемы. Похоже, будет минус одно дело в его личной копилке.       — Всё так плохо? — уточнил мастер.       — Ебучий прокурор, — прошипел Чонин. — Ну ничего… Мы ещё посмотрим, кто кого уделает.       У парикмахера Чонин тоже сильно не разглагольствовал. Пока его личный стилист болтал и флиртовал с Феликсом и подкрашивал Чонину корни после стрижки, он снова молчал. Настроение перед свиданием куда-то магическим образом исчезло. И Чонин обязательно припомнит это тому самому прокурору, с которым предстояла встреча в ближайший понедельник. Нужно было забыться. А, возможно, и напиться. Но позволить себе этого перед завтрашним днём Чонин не мог. Не идти же на встречу с мужчиной своей мечты с жутким перегаром. Так что нужно было искать другой способ, чтобы хоть как-то отвлечься от предстоящего дерьма.       Пока следующий на очереди косметолог делал массаж лица после маски с золотом, в мозг Чонина ворвалась гениальная идея. Конечно же, идея была напрямую связана с очередным шопингом. А точнее — с покупкой нового парфюма, чтобы сразить Кристофера с первой секунды не только своим сияющим видом (после золотой маски то), так ещё и ароматом. Благо от салона красоты до ближайшего торгового центра было рукой подать. Иначе Феликс бы не выдержал очередных поездок по городу, так как отсидел себе за день всю задницу. Заодно и язык стёр, пока за Чонина трепался. А с больной задницей и саднящим языком, и совсем не от того, от чего очень хотелось бы, прогулки получаются такими себе, не очень приятными.       Выбор парфюма оказался даже дольше и сложнее, чем выбор тех самых тапотуль, которые стали причиной возможного отсутствия основной феликсовой головной боли. Чонину ничего не нравилось. Из доступного, на что было не жалко отстегнуть небольшую сумму, так точно не нравилось. Так что друзей консультант привёл в более элитный отдел, где от количества цифер до запятой у Феликса отвалилась челюсть. Чонину же было не жалко (для дела ведь). Поэтому в этом отделе пришлось задержаться ещё на полтора часа.       Наконец выбор был сделан — какой-то очень популярный цветочный аромат, так ещё и с феромонами! Парфюм обещал на все сто процентов оказаться замеченным и притягательным для противоположного пола (на уточнение, привлечёт ли аромат пол «не противоположный», консультант задумчиво кивнул). Сумма, списанная с банковского счёта, тоже не осталась незамеченной. Феликс ворчал, что Чонину снова будет нечего пожрать. Чонин же отмахнулся, мол — подумаешь, несколько раз не побухаю (что вряд ли).       И когда Чонин наконец-таки закончил с приготовлениями к свиданию за несколько долгих дней, Кристофер только начал готовиться к предстоящему мероприятию. Тут никаких усилий сильно не требовалось. Несколько классических костюмов в шкафу находились в постоянной боевой готовности — всегда отглажены и вычищены. Собственно, как и туфли. Чёрный костюм, белая рубашка, галстук, обувь. Поэтому из всей подготовки Крис выполнил главное — повалялся в ванной несколько часов, чтобы хорошенько отмокнуть и вывести из организма все токсины в воде с солью. А ещё впервые пропустил тренажёрный зал в День ног. Ибо ноги ему завтра очень понадобятся. И, желательно, рабочие.       А ещё Кристофер не отказал себе в удовольствии хорошенько подумать о Чонине. Тут от одного воспоминания никакого «ёкнуло» не нужно было. Стояло всё, что должно было стоять, по стойке смирно. Хорошенький блондинчик. Милый. Наверняка, очень чувствительный. От мысли, как бы его прелестные губы смотрелись вокруг каменного стояка Криса, рука сама потянулась к паху. А после фантазии, как стройные ноги обвивали бы его талию или подрагивали на плечах во время оргазма, кулак непроизвольно сжался на члене.       Таких прекрасных мальчиков Кристофер давно не встречал. И залип на нём практически сразу. В воспоминаниях до сих пор стоял тот образ, который Крис разглядывал от стройных ног в чёрных туфлях. Он тогда не отказал себе в удовольствии задержаться взглядом на красивой заднице, скользнул по прямой спине и упёрся в сияющие глаза в отражении зеркала. Хитрые такие глаза, узкие, будто улыбающиеся. А его руки? Это вообще был отвал всего. Длинные аристократические пальцы. Как красиво они будут смотреться, сжимая член Криса… Хватка у Чонина, возможно, была и не такая сильная, как у самого Кристофера. Но такому красавчику это и не требовалось. Он только своим видом мог довести до ментального оргазма.       На положительной ноте после продуктивной пятницы Чонин половину дня субботы провёл за окончательными сборами. В третий раз выгладил рубашку, которая всё равно мялась от неосторожного прикосновения. Несколько раз поменял нижнее бельё, чтобы больше подходило случаю. Нацепил новые носки и надел брюки. Пару часов просидел перед зеркалом, делая укладку и нанося лёгкий макияж, чтоб выглядеть не слишком вульгарно. Потом порылся в шкатулке с драгоценностями и прочими цацками, подбирая что-нибудь лёгкое, блестящее и ненавязчивое. Вытащил чёрный кружевной чокер (так себе «ненавязчивое») с камнем посередине и пару колец на пальцы. Чтобы чокер смотрелся эффектнее, расстегнул пару верхних пуговиц рубашки.       Машина Кристофера уже подъехала к дому Чонина в строго оговоренное время. Практически минута в минуту. Вот что значит пунктуальный человек! Чонин же долго копался в коридоре. Обул ещё ни разу не ношенные заветные лоферы, накинул кожаный пиджак. Чуть было не забыл про парфюм. Вспомнив, взял в руки флакон, брызнул порцию в воздух и с блаженной улыбкой шагнул под распылённые частицы, чтобы они осели на волосах и одежде. Схватил сумку, открыл было дверь, но подумал ещё кое о чём. Вернулся к духам и с хитрой улыбкой брызнул ещё немного на то самое место для пущего эффекта. Чтобы не оставить ни малейшего шанса сегодняшнему спутнику. Затем выплыл из квартиры, никуда не торопясь, хотя опаздывал уже минимум на полчаса. Ну а что? Если надо — подождёт.       Машина была припаркована прямо возле подъезда. Огромный чёрный минивен, в котором поместились бы несколько таких Чонинов в полный рост. А ещё в ней определённо точно можно было заниматься весьма приятными вещами, не задумываясь о том, что будет тесно, низко и неудобно. Чонин медленно подошёл к пассажирскому сиденью, открыл дверь и залез внутрь, устраиваясь поудобнее. И только после этого повернулся к Кристоферу.       — Привет, — игриво помахал Чонин рукой.       Крис медленно оглядел Чонина с ног до головы. О чудо! Заветные тапки были на нём! А ещё узкие тонкие брюки, обтянувшие его бёдра, которые захотелось укусить. Рубашка с кружевом — её Кристофер рассмотрит уже позже, как только Чонин снимет свой пиджак. Из-под расстёгнутого ворота рубашки интимно торчали ключицы, от чего у Криса кое-где и кое-что зашевелилось. А потом окончательно встало, стоило только заметить чокер на шее. Чонин кокетливо дул губы, по-блядски накрашенные мерцающим блеском. А невинные глаза несколько раз моргнули. Мол, «Ну чего ты? Не поздороваешься даже?».       Кристофер тихо рыкнул и голодно облизнулся. Может, чёрт с ним, с этим рестораном? Он может заказать еду и домой. И накормить эту крошку с рук прямо в постели. Но вроде бы уже и обещал. Так что пришлось сильнее сжать руль и постараться вдохнуть и выдохнуть. В нос ударил парфюм, приятный такой, с ноткой лилии и, кажется, жасмина. Вдыхать аромат за ухом Чонина явно будет чистым наслаждением. Тут резко в штанах встало ещё сильнее. А как ехать за рулём в таком состоянии? Пришлось не глядя нажать пальцем на кнопку панели автомобиля, чтобы приоткрыть окно.       — Ну привет, Ян Чонин, — своим тёплым глубоким голосом сказал Кристофер и хищно улыбнулся. — Ну что, в ресторан?       — В ресторан, — согласился Чонин и пристегнул ремень безопасности.       Заведение Крис выбрал ещё задолго до того, как вообще договорился о свидании. В ресторане «Джен», находящемся всего в ста метрах от его дома, были и пицца, и суши, и блюда различных стран. А спросил о предпочтениях он просто для галочки. Так что столик забронировал сразу за несколько дней, куда их и сопроводил начищенный до блеска официант.       Сразу же был принесён аперитив (Кристофер отказался от алкоголя, выбрав сок) и оставлено меню. В меню Чонин и залип, смущаясь от пристального взгляда Криса. Тот выглядел по-доброму, постоянно улыбался Чонину, демонстрируя ямочки на щеках, но в то же время раздевал его своими глазами. Есть от волнения не очень-то и хотелось. Чонина больше интересовало продолжение банкета, а прилично нажравшись вкусного, заниматься сексом будет тяжеловато. Поэтому всё своё внимание Чонин направил на огромный список салатов, пока не случилась самая настоящая трагикомедия.       В ресторан ворвался молодой мужчина с грязной псиной подмышкой и встал прямо рядом с ними, развернувшись спиной. Актёр из него был так себе, но, похоже, что сильной игры и не требовалось. Зрителем в данном спектакле был только один человек — молоденькая девушка, явно готовая провалиться сквозь землю. Её же спутник, кажется, был отчасти рад, но откровенно шокирован.       — Любимый! — кричал незнакомец на всё заведение. — А как же наш сын?       — Какой сын? — удивлённо спрашивал второй, едва отдышавшись.       — Я ждал тебя дома с малышом! А ты загуливаешь опять? Я думал, мы прошли этот этап. Ты же мне обещал…       Собачонка подмышкой активно махала хвостом, под которым определённо точно не наблюдалось никаких половых принадлежностей, чтобы быть сыном. Все присутствующие в ресторане смотрели только на них, а обслуживающий персонал застыл на своих местах. Чонин уже откровенно хихикал себе в ладонь. Ещё минута — и он не сдержался бы от разыгранной комедии. Кристофер хмурил одну бровь, пристально следя за парой незнакомцев. Благо закончилось сие представление быстро. Как только мужчины вышли наружу, девушка тоже собрала свои вещи и сбежала так, что одни пятки сверкали.       — Вот это драма, парень хорош! — прыснул наконец-таки Чонин и позволил себе расхохотаться.       — Да уж, — не сдержался и Крис. — Я только не понял, почему он суку сыном назвал?       Хорошо просмеявшись, мужчины дождались своего заказа и принялись за незатейливый ужин. Чонин попивал хорошее вино (уже третий бокал влил в себя и заказал вторую бутылку), пока Кристофер растягивал свой ананасовый сок и продолжал пожирать Чонина глазами. Эта его рубашка, просвечивающаяся прямо на темнеющих ореолах сосков… Он её специально нацепил? Мог бы и не стараться, она будет сорвана в первую же минуту, как только Чонин окажется в квартире Кристофера.       Молчание затянулось. Чонин нервничал. А кому, как не старшему в паре, брать всё в свои руки? Поэтому Крис сказал первое, что пришло ему в голову и не давало покоя всё время после их встречи.       — Ты какой-то невесёлый сегодня. Так не хотел встречаться со мной?       — Нет, — отмахнулся Чонин. — Просто проблемы на работе.       — Понятно. А кем работаешь, если не секрет? — спросил Крис и закинул в рот сочный кусочек стейка с кровью.       — Я адвокат, — ответил Чонин и отхлебнул вина (полбокала).       — Даже так, — присвистнул Кристофер. — А что за проблемы-то?       — Мне в понедельник с человеком встречаться. Говорят, он душный и жёсткий, самый настоящий дед. А я ещё не готов, как бы… Гребаный прокурор Бан Чан.       Кристофер подавился ещё не дожёванным куском мяса. Запил еду соком, отвернувшись от Чонина, тревожно поглядывающего в его сторону, и выдохнул.       — Прокурор Бан Чан? — переспросил Крис. — Наслышан. Не такой уж он и душный, как ты выразился. Скорее — справедливый.       — Да конь он педальный! — взорвался Чонин. — Я два года был счастливчиком, ни разу с ним не пересекаясь. Так и вижу, как мозг мне съест…       — А по какому делу встречаться?       — Да там сложно. То ли наркотики, то ли убийство. Я ещё не смотрел толком само дело.       — Интересно, — с улыбкой протянул Крис. — Вдруг тебе понравится с ним работать?       — Да я скорее в лицо ему плюну! Обвинения он всё равно не добьётся!       Кристофер изо всех сил старался не заржать. Ситуация становилась всё забавнее и интереснее. Вот этот вот крошка-мальчик в своём блядском чокере и с накрашенными губами ещё и адвокат? Ещё и по такому делу? Похоже, удача повернулась к Крису лицом, но отвернулась от Чонина.       — А ты кем работаешь? — вырвал из мыслей Криса голос Чонина.       — Да так… Туда-сюда, миллионер, — игриво улыбнулся Кристофер. — Но тоже немного с твоей деятельностью связано.       — О! Так ты тоже адвокат? Не видел тебя в коллегии.       — Ну… Типа того, — ответил Крис. Нужно было перевести тему, пока всё не зашло слишком далеко. — Как тебе ужин?       — Ничё так, — хитро улыбнулся Чонин, закинул остатки салата в рот и допил последний бокал. — Теперь можно и продолжить вечер.       После выхода из ресторана на город уже опустилась ночь. Чонин уверенно прошёл к пассажирской двери автомобиля и удивлённо уставился на Кристофера, который к транспорту подходить не собирался. Какого же было удивление Чонина, что заведение находилось как раз в той шаговой доступности, о которой он в шутку упомянул в первой переписке.       Квартира у Кристофера находилась на самом высоком двадцатом этаже, практически пентхаус! Ещё и довольно огромных размеров. Вся обстановка сквозила строгостью, мебель с острыми углами, преобладающе в чёрно-белых тонах. В воздухе витал аромат гвоздики с сандалом. Тёмные занавески в гостиной были полностью задёрнуты. Несколько шкафов до упора набиты разнообразной юридической литературой.       Пока Кристофер включал несколько приглушённых светильников и тихую расслабляющую музыку, Чонин прошёлся вдоль книжных полок. С интересом рассмотрел корешки книг, подошёл к окну и раздвинул тяжёлую ткань, восхищаясь открывшимся видом. Панорамные окна являли обзор на мерцающий ночной город разноцветными огнями. Вино уже прилично расслабило его тело и заставляло не переставая тянуть улыбку. Сама атмосфера была наполнена какой-то загадочностью, дисциплиной, желанием подчиняться. А внизу живота от предвкушения медленно затягивался приятный узел предстоящего возбуждения.       — Может, вина? — тихо шепнул на ухо Крис, беззвучно оказавшись за спиной Чонина. Томно вдохнул аромат с шеи, загоняя Чонину мурашки вниз по спине. Затем положил обжигающие ладони на его бока и сильно сжал пальцами, притягивая к себе.       Чонин вздрогнул от неожиданности и случайно испустил тихий стон. От стона Кристофер прорычал и прижался носом к шее. А потом лизнул кожу от заднего ворота рубашки под кромкой волос до самой мочки уха и подался бёдрами вперед, впечатывая явное возбуждение в чониновы ягодицы.       — Можно без вина, — прошептал Чонин и откинул голову на плечо Кристофера, открывая шею ещё больше. Над кружевом чокера почувствовался горячий поцелуй.       — Сразу к сладенькому? — усмехнулся Кристофер, потираясь пахом об упругую задницу. — Нетерпеливый малыш…       — Я боролся со стояком почти неделю из-за тебя, — томным шёпотом ответил Чонин. — Но сейчас, блять, перед глазами стоит та псина из ресторана. Как это развидеть?       — У меня есть кое-что для тебя, что точно заставит забыть обо всём на свете. — Крис с лёгкостью подхватил Чонина на руки, пока тот взвизгнул, обхватывая его мощную шею, и понёс в другую комнату.       Комната оказалась спальней с кроватью внушающих размеров. Всё в тех же чёрно-белых оттенках. У Кристофера, похоже, всё было огромным. Чонин надеялся, что не ошибся ни в одном из пунктов. А огромная машина, квартира и кровать не были признаками комплекса Наполеона. Чонина Кристофер усадил на край кровати и отошёл, зажигая прикроватные светильники и выключая основное освещение, бившее в глаза. Затем медленно вернулся, снял чёрный пиджак, оставляя его на спинке кресла около окна, и развязал галстук. От волнующего возбуждения Чонин сжал пальцами белое одеяло под собой. Мягкое, плюшевое, что его тут же захотелось ощутить обнажённой спиной.       Белая мужская рубашка оказалась там же, рядом с пиджаком и галстуком. Перед взором предстала мускулистая грудь, мышцы которой перекатывались при каждом движении Кристофера. Крепкие натренированные руки с отчётливыми бицепсами и сильными плечами. Из таких объятий даже при желании не вырвешься. Однако Чонину и не хотелось. Взгляд упал на очерчённые кубики пресса и прокаченные косые мышцы живота, уходящие под кожаный ремень брюк, который Кристофер в этот момент медленно расстёгивал. Видел бы Чонин спину — захотел навсегда бы остаться в этом моменте. Но пока Крис стягивал чёрные брюки, а Чонин подрагивающими пальцами потянулся к пуговицам собственной рубашки.       — Не надо, — строго сказал Кристофер. — Я раздену тебя сам.       Чонин послушался, испуская тихий вздох, стоило брюкам отправиться в сторону. Под чёрными боксерами выделялось нечто, что заставило его уверовать в очередной раз. Нет, это был не комплекс Наполеона. Под бельём было явно возбуждение, каких Чонин в своей жизни ещё не видел.       — Ооо… — прошептал Чонин и схватился ладонью за чокер, который внезапно сдавил шею. Кислорода стало не хватать, а рот от удивления закрываться не собирался.       — Этот аксессуар тоже оставь. Он должен быть на тебе до конца.       — Ааа… — все слова внезапно вылетели из головы. Как и навязчивые мысли, которые роились в недрах памяти последние полчаса.       А стоило Кристоферу снять бельё, в голове возникла лишь одна единственная мысль. Поместится ли вообще в открытый в данную секунду рот Чонина вот это вот сокровище, которое возникло перед глазами? Таким и делиться абсолютно точно ни с кем не хотелось. Было, по правде говоря, страшно, но жуть как интересно. Возбуждённый член под штанами Чонина предательски дрогнул и выделил приличную порцию предэякулята. Он откровенно тёк, как самая настоящая шлюха, только от одного вида члена.       — Нравится? — усмехнулся Крис и, получив согласный кивок, подошёл к Чонину вплотную. — Познакомишься с ним поближе?       Дрожащая ладонь медленно вспарила в воздухе и аккуратно обвила крупный ствол длинными пальцами. Кристофер издал тихий стон и прикрыл глаза. Было чертовски приятно. Именно так, как он и представлял в своих фантазиях. Аккуратные пальцы нежно сжали возбуждение и медленно провели от основания по всей длине. Фаланга большого подушечкой остановилась на чувствительной головке, лаская и надавливая на уретру — это заставило простонать Кристофера громче. А затем ладонь спустилась снова ниже.       — М…можно? — неуверенно спросил Чонин и облизнулся, заглядывая Крису в глаза.       — Конечно, детка. Он в твоём распоряжении, — ответил Кристофер и закусил губу. Наблюдать, как Чонин опускается ниже к члену и слизывает языком солоноватую вязкую жидкость, оказалось очень занимательным зрелищем. А затем Чонин накрыл головку губами и медленно опустился чуть ниже.       Обхватывать член такого размера получалось с трудом. Уголки губ натягивались, угрожая будущим наличием маленьких трещин. Но Чонину так даже нравилось. Он ловил неимоверный кайф от обладания этим мощным инструментом, методично втягивал щёки и старался опуститься по возможности ниже. Горлового тут точно не получится, хотя Чонин вполне себе спокойно мог побороть и рвотный рефлекс.       Кристофер громко стонал, легко подавался навстречу губам Чонина и сжимал его волосы (а хуй с ней, с укладкой!) в кулаке. Опустившись чуть ниже, Чонин внезапно отстранился и закашлялся. Вышло слишком резко и слишком глубоко, что потекли даже слёзы из прищуренных глаз. Крис потянул за волосы Чонина подальше от себя и присел перед ним на корточки.       — Не старайся, малыш. Я не маленький мальчик и тем более не садист какой-нибудь. Ты не сможешь. Но ведь поработаешь своей чудесной задницей для меня?       Чонин часто закивал головой, смахивая с одной щеки слёзы. С другой Кристофер несколько капель слизал языком, обдавая кожу лица горячим дыханием. А затем потянулся к пуговицам рубашки, чтобы избавить наконец Чонина от лишней одежды. Чонин послушно вытянул шею, позволяя раздеть себя, и прикрыл глаза. Его накрыло не по-детски. Окутало жаром и сильнейшим возбуждением. Всё тело стало податливым, а ещё немного потряхивало. Такое точно с ним было впервые. И это точно был не результат алкоголя. Скорее наоборот — всё прежнее опьянение как рукой сняло.       Чонин был пьян от Кристофера, к которому так сильно влекло. Сильного и властного мужчины, судя по двум брошенным фразам. Он не казался резким и грубым. Наоборот — каждое его действие сквозило заботой и теплом. Но толика опасности маячила где-то на задворках сознания и ещё больше подогревала предвкушением большего.       Рубашка была снята и отброшена в сторону. Крепкие сильные ладони прикоснулись к белой груди Чонина и нежно провели по коже, задевая чувствительные участки лишь на секунду. Чонин вздрогнул и вздохнул. А потом его приоткрытые губы были накрыты чужими в тёплом поцелуе. Пока не требовательном, нежно сминающим мягким ртом его собственный, пробуя на вкус.       Губы у Кристофера были нежными и чувственными, заставляющими хотеть почувствовать их ещё больше и на каждом участке своего тела. К поцелую медленно присоединился кончик языка, пока играючи касающийся приоткрытого рта лёгкими движениями. Чонина покрыло мурашками, а руки потянулись к крепкой мужской груди напротив. Необходимо было дотронуться до всего, что можно было огладить ладонями. Прочувствовать каждый перекатываемый под кожей мускул и притянуть ближе к себе, чтобы согреться в объятиях.       Как улетели брюки Чонина — вспомнить было сложно. Поцелуй быстро перешёл в более глубокий, стоило только ворваться чужому языку в рот Чонина и встретиться с его собственным. Вспышка. Пожар. Мучительный взрыв. От Чонина остались только чувства и эмоции. И неподвластное ему дрожащее тело, которое хотело большего. Хотелось прижаться к разгорячённому телу Кристофера, раствориться в нём полностью. А у них ведь даже секса ещё не случилось! Только прелюдии, и неизвестно сколько одними ласками Крис собирался мучить его перед тем, как наконец взять полностью. А Чонин был готов кончить уже сейчас — член болезненно пульсировал и продолжал выпускать естественную смазку, пачкая нижнее бельё.       Кристофер отстранился от поцелуя и медленно стянул оставшиеся на теле Чонина вещи — трусы и сразу же пару носков. Тот непроизвольно сжал пальцы на ногах, а Крис усмехнулся. Отправив на кресло вещи, он склонился над Чонином, заставляя лечь спиной на кровать.       Кожу наконец окутало покрывало, словно мягкое облако, нежно и заботливо, как и все действия Кристофера. Вот так легко самая капризная и избирательная блондинка была разложена на чужой кровати всего за несколько десятков минут. Кто-то об этом жалел? Никто.       Тёплые ладони с трепетом огладили тело Чонина. Он, конечно, посещал тренажёрный зал, хоть периодически и ленился. Но за фигурой следил и форму старался не терять. Никогда не перекачивал мускулатуру, но доводил её до совершенства. Слегка подкаченные руки, но такие же тонкие и изящные, какими и должны были быть. Красивые изящные грудные мышцы, подтянутый живот и слегка выделяющиеся кубики пресса.       Кристофер, залюбовавшись зрелищем перед собой и медленно скользя ладонями по телу, томно вздохнул.       — Ох, малыш… Ты прекрасен, — сказал он и припал мягкими губами к выделяющемуся соску.       С губ Чонина сорвался громкий стон. А сам он резко выгнул спину и сжал ладонями покрывало. Крышу сносило в неизвестном направлении. Вся чувствительность подскочила до уровня двухсот процентов.       С Днём ног Ян тоже дружил. Поэтому ножки у него были не просто стройные, но и хорошо проработанные, до красивых прокаченных мышц.       Кристофер скользнул вниз ладонями по бёдрам Чонина и не отказал себе в удовольствии сжать пальцами идеальную ляжку. Согнул одну его ногу и устроил на краю постели. Нужен был упор на собственное колено, которое тут же было просунуто под согнутое чужое, лишая тем самым и возможности закрыться от себя.       Нежными поцелуями Крис добрался до второго торчащего соска, обхватывая его своими губами, и простонал синхронно вместе с Чонином. Какой же сладкий был этот крошка… Льнул всем телом, сжимал пальцами его плечи и так чувственно дышал и постанывал. Выпустив из захвата губ бусину соска, Кристофер провёл с нажимом по ней языком, а потом прошёлся ещё несколько раз быстрыми движениями одним кончиком. Чонин громко охнул, а под животом Криса запульсировал аккуратный истекающий член.       Рука Криса потянулась к чужому вожделению и как можно мягче сжалась вокруг него. Любил ли Чонин пожёстче — они разберутся и после. А пока тот часто задышал и неосознанно подался в чужой кулак. Несколько плавных движений вверх-вниз, и Чонин под ним сбивчиво застонал. Кристофер нежно сжал член у основания и дотянулся до шеи Чонина, обжигая кожу поцелуями и оставляя мокрые дорожки от языка.       — Такой чувствительный малыш, — прошептал Крис между поцелуями. — Тебе хорошо, детка?       — Мгм, — тихо ответил Чонин и ещё больше задрожал, стоило языку добраться до мочки уха.       — А дрожишь ты от страха или от желания? — губы обхватили мочку, слегка оттягивая за мерцающую серёжку в ней.       — Я…я не з…знаю, — всё, что смог произнести Чонин. Он сжал пальцы на чужой спине, царапая кожу кончиками ногтей, и прижался сильнее к крепкой груди Криса.       Кристофер отстранился и навис над Чонином с хищной улыбкой. Тот медленно моргал затуманенными глазами и быстро дышал через рот, хватаясь за его предплечья. Подхватив Чонина под руки, Крис аккуратно подтянул его на середину кровати, согнул обе стройные ноги в коленях и устроился между ними, продолжая зацеловывать каждый сантиметр белой кожи.       Чонин запустил пальцы в волосы Кристофера, перебирая чёрные упругие пряди между ними и слегка сжимая. Горячий поцелуй оставлен на пупке, медленным скольжением языка Крис поднялся до ключиц, провёл по межключичной ямке и добрался до шеи. Очертил кончиком кромку чокера, а затем нежно прикусил тонкую кожу, вырывая новый стон из лёгких Чонина.       — Нужно достать смазку, — томно прошептал Кристофер, а Чонин сильнее задрожал, не в силах успокоить свои колени.       Приподнявшись над Чонином под тихий всхлип, Крис достал из ящика тумбы прозрачный флакон и несколько серебристых упаковок. Бросил их рядом на кровать и припал губами к губам Чонина. Целовал долго, мучительно, страстно, заполняя помещение громкими влажными причмокиваниями. Исследовал языком рот Чонина, глубоко вторгаясь в него, переплетаясь с чужим. Крепко прижимал податливое тело к себе, потираясь стояком о чужой и о мокрый плоский живот от выделившегося предэякулята.       От губ оторваться пришлось, так как возбуждённый член всё сильнее давал о себе знать болезненными пульсациями. Так сильно хотелось заполнить этого малыша, почувствовать его вокруг себя, а Кристофер его даже не подготовил. Медленно отползая вниз, попутно оставляя короткие укусы на сосках, от которых Чонин слабо взвизгнул, Крис добрался до чужого стояка. Аккуратный прямой член, не маленький и не большой, словно с перламутровыми переливами от смазки и лёгким, сносящим крышу цветочным ароматом. Возможно, от одежды?       Чонин же никогда не признается, что сделал перед самым выходом из дома…       Лизнув широким языком от основания до самой головки, Кристофер обхватил чувственными губами красивый член и слегка погрузил его в рот. Чонин вскрикнул и застонал, приподнимая бёдра выше. Одну руку Крис тут же просунул под ягодицы и насадился сильнее, принимая член практически полностью. Втянул щёки и начал посасывать его, лаская языком. Следом щёлкнула крышка смазки, как символ приближающегося удовольствия.       Чонин потерялся в ощущениях. Расплавился мерцающей платиной по белоснежной кровати, благодарно постанывая и предоставляя своё тело полностью.       Смазка согрета между пальцами. Лёгким касанием Кристофер очертил окружность сжавшегося сфинктера, размазывая скользкую жидкость. А затем палец на одну фалангу проник внутрь, ощущая горячее сжимающееся нутро вокруг него. Чонин всхлипнул и чуть приподнялся.       — Крис… — тихо прошептал Чонин. — Крис… я готов…вился перед выходом.       — Да? — усмехнулся Кристофер, выпустив член изо рта. — А я уверен, что этого недостаточно. Потерпишь ещё немного?       — Мгм, — неохотно согласился Чонин. Медленно откинулся назад и постарался посильнее развести трясущиеся ноги от перевозбуждения.       Палец уверенным движением погрузился на всю длину. Чонин всхлипнул, постарался подняться выше, уходя от неприятных ощущений. Но Кристофер тут же накрыл его член губами, блокируя все пути отступления — сверху оказалось его лицо, снизу под ягодицами вторая ладонь. Несколько поступательных движений, и стоило пальцу найти простату, Чонин разомлел, расслабился и застонал. К первому пальцу легко добавился второй — он и в правду себя готовил, но явно не для таких размеров.       С третьим пальцем Чонину явно стало неприятно, судя по всхлипам. Кристоферу пришлось снова активнее посасывать член и стимулировать простату.       От стимуляции Чонин снова расслабился, а вместе с крышесносным минетом был готов кончить здесь и сейчас.       Но Крису хотелось, чтобы кончил Чонин под ним и от его члена. Так что чужой стояк пришлось оставить в покое, как и простату, методично растягивая только анус и массируя стенки, податливо растягивающиеся при каждом скольжении внутри.       С четвёртым пальцем было даже чуточку больно, но Чонин терпеливо принимал всю подготовку, вздрагивая и всхлипывая при каждом вторжении.       Поцеловав истекающую головку члена, Кристофер извлёк пальцы и потянулся за презервативами. Внутри Яна стало резко пусто и неуютно. А ещё почему-то накатило смущение. Раньше Чонина так долго и заботливо никто не растягивал. Да раньше он вообще это делал сам. Воспользовавшись моментом, Чонин свёл ноги вместе и прикрыл лицо руками. Что его ждало дальше — было одному чёрту известно. Шелест блистера и звук раскатывающегося силикона успокоиться не давали. А конечный щелчок крышки смазки и вовсе заставил задрожать ещё сильнее.       Кристофер добавил побольше лубриканта на презерватив и распределил его по всей своей длине. Выдавил на пальцы ещё немного, развёл заботливым движением сжатые ноги Чонина, дополнительно смазал его анус. Немного протолкнул пальцами внутрь, чтобы максимально облегчить скольжение, которое для Чонина поначалу будет не очень приятным. Лучше пусть будет слишком много, чем мало, и не до болезненных трещин по итогу. А затем устроился между разведённых ног, устроив чониновы бёдра на своих.       — Боишься, малыш? — нежно спросил Крис, нависая над Чонином, и убрал прижатые к лицу ладони. Оставил на каждой покрасневшей щеке по поцелую, а руки уложил на свои плечи.       — Немного, — согласился Чонин и посмотрел на Кристофера томными глазами, переполненными страстью, эмоциями и желанием.       — Потерпи ещё немного, хорошо? — и нежный поцелуй в губы.       Проникать внутрь Кристофер не торопился. Скользил головкой по кольцу мышц и продолжал зацеловывать лицо Чонина, извивающегося в его руках. Расслаблял его внезапно напрягшееся тело, лаская ладонью по груди, легко сжимал пальцами возбуждённые соски. Чонин стонал, даже слишком громко для этого момента. Постоянно пытался самостоятельно насадиться на член, но Крис останавливал его руками.       — Не спеши, детка, — шептал на ухо Кристофер и лишь слегка подавался вперёд — надавливал на вход, но не проникал.       — Пожалуйста, Крис… Пожалуйста. Дай мне его. Я хочу больше… — насадиться по-прежнему не удалось, а Кристофер усмехнулся и прикусил мочку уха.       — Ну что за нетерпеливый мальчишка, — выдохнул Крис и приподнялся на одной руке.       Второй же рукой Кристофер направил себя сильнее и надавил на упругий вход. Чонин постарался расслабиться. Растянутый пальцами сфинктер по-прежнему сопротивлялся, с трудом расходясь под давлением крупной головки. Но постепенно сдался, медленно принимая внутрь половой орган. Головка вошла полностью. Крис остановился, так как Чонин громко всхлипнул и вжался ногтями в его плечи. Он вернулся к влажным от поцелуев губам и провёл по ним своим языком, продолжая медленно погружаться в приятное тепло членом.       Чонин непроизвольно громко вскрикивал от тянущих болезненных ощущений. Это было для него новым, ранее не виданным чувством. Стенки ануса податливо растягивались, обволакивали каменный стояк Кристофера, принимая его глубже.       Войдя полностью, Крис снова остановился и взглянул в лицо Чонина. Тот в немом крике приоткрыл рот, брови свёл к переносице, а всё тело затряслось ещё сильнее. Настолько сильно он заполнил Чонина, что у того не осталось ни единой клеточки, которая не чувствовала бы член внутри себя.       — Всё хорошо, детка? — заботливо спросил Крис.       — Да, — выдохнул Чонин. — Да… — А стоило только почувствовать первый маленький толчок, как Чонин выгнулся и застонал: — Да, Крис… Боже, это так… Боже, Крис, пожалуйста, ещё!       Находить и подбирать нужный угол в принципе не требовалось. Орган Кристофера своими размерами при каждом скольжении стимулировал все чувствительные места и точки удовольствия. Медленными плавными движениями он подавался назад, а затем снова вперёд, слушая высокие стоны под собой. Не торопился, позволяя привыкнуть к своим размерам. Чонин выгибался дугой, подставлял шею, слегка сдавливаемую при напряжении чокером. Крису рвало крышу от вида парня в этом блядском украшении. А как он сжимал его собой, крепко и горячо… Колени Чонина инстинктивно сжались по бокам Кристофера. А он медленно толкался внутрь снова и снова.       — Ох, Чонин… Ты такой узкий. Так хорошо принимаешь меня. Тебе нравится, малыш?       — Да. Мне… очень хорррошо, — сбивчиво отвечал Чонин.       Кристофер приподнялся и сел на колени, раздвигая по бокам стройные ноги. Проник резко и глубже до громкого крика Чонина. Его накрыло желанием и долгожданным обладанием этого превосходного тела. Узкие бёдра так красиво раздвигались под ним. Так пошло принимали скрывающийся член между ягодицами при каждом толчке. Пальцы ног поджимались от удовольствия, а Чонин буквально ломался в спине, стремясь грудью выше. Позволить ему кончить? Да без проблем, пусть в первый раз малыш получит свой оргазм вот так, не откладывая его в долгий и мучительный ящик.       Чуть изменив угол, Крис начал толкаться размашистее и выше, постоянно жёстко стимулируя простату головкой и раздвигая чужие ноги ещё шире. Чонин задрожал, сбивчиво зашептал что-то неразборчивое и на особо резком толчке сильно подкинулся. Пальцы Кристофера тут же обхватили пульсирующий член и сжали головку, добавляя ещё больше ощущений. Чонин вскрикнул, выгнулся и начал ярко кончать. Упругие струйки семени вырывались из поглаживаемой чужими пальцами головки, пока Крис короткими толчками продолжал стимулировать простату.       Сверхстимуляция отключила здравый рассудок Чонина. Заставила кончать дольше, дрожать от каждого семяизвержения, заливая собственные живот и грудь, и громко кричать.       Позволив Чонину немного отдохнуть, но продолжая медленно погружаться внутрь, Крис размазал пальцами чужую сперму по животу. Затем поднёс руку к своим губам и голодно облизнул кончик пальца языком.       — Ммм… Ты такой вкусный, малыш, — глубоким голосом сказал Кристофер. Чонин смотрел удивлёнными глазами на него, пока он облизывал остальные пальцы. Ещё никто и никогда не делал этого для него. Никто не пробовал его на вкус. — Но в следующий раз остановимся на ананасовом соке, без вина, хорошо?       Чонин коротко непонимающе кивнул, завороженно наблюдая за Крисом. А потом тот покинул тело Чонина. Медленно перевернул его на живот, поглаживая ягодицы руками и оставляя поцелуи на напрягшейся спине.       Этот малыш точно сведёт Кристофера с ума своими реакциями. На каждое прикосновение Чонин реагировал ярко, вздрагивал, тихо стонал и подставлял тело для дальнейших ласк. Вошёл сзади Крис без предупреждения. Упругая задница тут же приподнялась вверх, а снизу послышался громкий стон удовольствия. Двигался он уже более уверенно, размашисто, не жестко, но и не щадя Чонина. Без переживаний, что тому будет некомфортно.       Чонина, судя по отдаче, всё вполне устраивало, а ягодицы постоянно устремлялись вверх. Ставить в коленно-локтевую этого перевозбуждённого крошку не хотелось — его колени то и дело норовились разъехаться в стороны. Поэтому на помощь пришла подушка, которая была тут же подсунута под живот Чонина. Проникновение стало глубже, а Чонину явно стало легче — не приходилось выгибаться, и позволило расслабиться, просто получая удовольствие.       Крис наслаждался этим актом, тащился от одного вида Чонина, осветлённые волосы которого разметались по постели. Он наклонился, сгрёб ладонью слегка удлинённые пряди и чуть потянул на себя, заставляя прогнуться в спине. Без грубости. Но это явно добавило перчинки в ощущениях Чонина, который громко промычал и быстро кончил, задрожав всем телом и осквернив подушку под собой. Хорошо, что не спальную, эту не жалко было и выстирать. Замедлив темп, волосы Чонина Кристофер отпустил. Парень быстро задышал под ним, комкая покрывало. Крис наклонился ниже, лаская языком и губами шею и загривок.       — Как ты, детка? — тихо спросил Кристофер, потираясь носом о чувствительную кожу.       — Я в порядке, — выдохнул Чонин.       — Сядешь на меня сверху? Справишься?       — Мгм, — прошептал Чонин и заёрзал под ним.       Опускаться на член огромных размеров сверху уже было легче. Мышцы сфинктера достаточно расслабились и легко принимали то, что Чонин направлял в себя своей ладонью. Крис голодно смотрел на него и постоянно лапал руками его тело то там, то здесь. Оглаживая плечи, играя пальцами с возбуждёнными сосками, скользя по подтянутому животу. Сев полностью, Чонин принялся медленно двигать бёдрами и стонать, закатывая глаза от удовольствия. Невообразимо сильное удовольствие, от которого невозможно было отказаться и хотелось ещё больше. Ещё сильнее. Ещё глубже. Чонин то высовывал кончик языка в уголке губ, то прикусывал нижнюю зубами, охая и ахая при каждом толчке внутри. Чуть откинувшись назад, он опёрся руками на ноги Криса, меняя угол и глубину, и начал быстро двигаться сверху.       Кристофера зачаровывало зрелище. Особое внимание привлекал выпирающий бугорок внизу подтянутого живота при каждом глубоком толчке. Подтянув руку к этому месту, Крис приложил ладонь и громко застонал. От этого ощущения все нервные окончания напряглись, обостряя чувства до состояния эйфории. Чонин скакал быстро, явно не в силах бороться с погоней за очередным оргазмом. Был ли он в себе, сложно было понять. Но он продолжал самоотверженно доставлять удовольствие партнёру и себе.       — Чонин, детка, — томно через стоны Крис позвал Чонина. Тот взглянул мутными глазами на него, кусая свои губы. — Дай свою ручку.       Чонин, перенеся тяжесть на одну руку, протянул ладонь Кристоферу. Ладонь тут же была уложена на низ его же живота.       — Двигайся, малыш. Почувствуй меня в себе, вот здесь, — и Крис надавил своей ладонью поверх чужой на низ живота.       Лёгкое давление добавило ещё больше чувствительности. Чонин громко вскрикнул, откидывая голову назад, и быстро задвигал бёдрами. Ноги уже не слушались, а от всего него осталась лишь одна нервная клетка, словно натянутая струна. Были только эти ощущения. Эмоции. Движения и разливающееся тепло во всём теле. Чонин задрожал. От кончиков пальцев медленно собиралось удовольствие, обжигающими потоками концентрируясь внизу живота. Там, где под ладонью прямо в её центр врывался чужой член через его кожу. Удовольствие, готовое взорваться и разбить Чонина на миллионы атомов.       Крис видел это. То, как очередной оргазм медленно накатывал на Чонина. И с ехидной ухмылкой сжал уже готовящийся излиться член парня у основания, толкаясь внутрь него своими бёдрами, подкидывая на себе.       Чонин взвизгнул, чувствуя, как оргазм резко отошёл на задний план, но удовольствие от стимуляции простаты стало немного болезненным. Он поднял голову с жалостливым взглядом на Кристофера. Зачем он остановил его?       — Не так скоро, крошка, — усмехнулся Крис. — Если ты ещё раз кончишь, то отключишься. А я ещё не увидел, как смотрятся твои ножки на моих плечах.       Резко и быстро Кристофер перевернул Чонина на спину, даже не выходя из него. Медленный толчок внутрь. Чонина разбило на миллион осколков от ощущений. Что вообще с ним делал этот мужчина? Ещё ни разу секс не приносил такого запредельного наслаждения. Даже самый крышесносный, грубый и жёсткий, самый дикий и необузданный секс, граничащий с адреналиновым приходом. Чонин расплывался под горячим телом Криса, как масло на горячем тосте. Как тёплый мёд, стекающий с ложки. Как расплавленный сыр тягучими ниточками. Как кусочек шоколада и молочное мороженое в самый жаркий летний день.       Подняв стройные ноги на свои плечи, Кристофер принялся уверенно толкаться внутрь. Чонин срывался на крик. Мял под собой постель. Хватался за волосы. Трогал свои губы. И тут же тянулся к крепким чужим ногам по бокам от себя. Крис ласкал ладонями напряжённые ляжки. А ведь они и в правду отлично смотрелись на его плечах. Он не сдержался — сначала оставил поцелуй на щиколотке, а потом лизнул гладкую кожу. Чонин от наслаждения поджал пальцы ног. Под руками Кристофера на коже рассыпались мурашки. Толчки стали быстрее, глубже и увереннее. Высокие стоны и крики явно уже перебудили соседей, даже с учётом хорошей звукоизоляции в квартире.       Пока Чонина не накрыло. Яркий завершающий оргазм, практически всухую. Ведь уже после первого раза кончать было не чем. Дрожа всем телом, Чонин, не умолкая, твердил:       — Крис… О боже… боже… Крис. Это так… хорошо.       — Понравилось? — улыбнулся Кристофер, наклоняясь над Чонином, сгибая его практически пополам. А затем вышел из него. — Сделаешь ещё кое-что для меня?       Чонин кивнул и открыл глаза. Кристофер вышел из него, аккуратно укладывая его ноги на кровать. Перекинул через него колено и подполз ближе к лицу. Сорвал презерватив и откинул его в сторону.       — Приподними голову, — попросил Крис.       Чонин послушно приподнялся, упираясь на локти позади себя. Большой палец Криса лёг на истерзанную постоянным покусыванием нижнюю губу, припухшую от поцелуев, и надавил на неё. Вторая ладонь легла на ещё каменный стояк и начала быстро надрачивать член.       — Открой ротик. Да, вот так, детка. А теперь высунь язычок. Ммм… Ты такой… Ты такой замечательный. Ты так хорошо справился.       От похвалы Чонина крыло. Он послушно открыл рот, высунул язык, дыша через рот, и продолжал смотреть в переполненные желанием чёрные глаза Кристофера. Терпеливо ждал, пока тот доводил себя до конечной точки, поглаживал его язык, лицо, волосы. Пока наконец не кончил.       Горячие упругие струйки ударили по щеке, губам, языку. Особо сильные попали даже на нёбо, одна немного задела веко с уже размазанным макияжем. Но Чонин послушно держал рот открытым, пока Крис не издал низкий стон, аккуратно усаживаясь ему на грудь.       Чонин слизал языком всё, до чего можно было дотянуться его кончиком, и с наслаждением сглотнул. Ммм… На вкус сперма Кристофера была сладковатой, не отталкивающей, как это обычно бывает. Вполне приятной на вкус.       Крис блаженно улыбнулся и потянулся ладонью к лицу Чонина. Размазал собственное семя по лицу вместе с тушью для ресниц. Так Чонин выглядел ещё более пошло. Но так притягательно…       Глаз немного защипало. Чонин начал щуриться, смущённо улыбаясь. Сил в теле не осталось. Его разморило блаженной негой, расслабляя все конечности. Сейчас бы только упасть и уснуть. Но глаз по-прежнему щипало, а Крис оказался очень заботливым партнёром. Встал с постели, поднял на руки Чонина и отнёс в душ, где аккуратно опустил на ноги, придерживая за талию. Смыл тёплой водой с лица остатки всего безобразия. Чонин откинулся на прохладную стену спиной и улыбнулся, трогая Кристофера ладонями. Притянул к себе руками, не желая прекращать объятий.       Губы снова накрыты горячим поцелуем. Целоваться с Кристофером оказалось высшим наслаждением. Как чувственные губы скользили по чониновым, как прихватывали их, втягивали в рот, а зубы легко покусывали. Не больно, но так интимно и возбуждающе. Член у обоих сразу же снова встал.       Крису бы хотелось приподнять этого мальчишку, впечатать спиной в стену и вытрахать оставшуюся душу уже так, стоя, как ему бы хотелось. Чтобы малыш сорвал голос. Чтобы не чувствовал своих ног. Чтобы забыл, как его зовут, и вспоминал только имя Кристофера, выкрикивая его в момент оргазма. Но ему ещё предстоит встреча в понедельник… А если они продолжат, Чонин на ноги в ближайшие несколько дней точно не встанет.       Поэтому Кристофер резко развернул Чонина грудью к стене и медленно опустился вниз, оглаживая ладонями ягодицы. Развёл упругие половинки пальцами, поглаживая подушечкой большого покрасневший вход, и лизнул его языком. Чонин простонал и чуть выгнулся, подавая задницу назад. Крис хмыкнул, скользя языком по анусу, и аккуратно проник кончиком внутрь. Чонин ахнул и вздрогнул. Сфинктер свободно пропускал чужой язык, которого было явно мало. Малыш оказался ненасытным, начал медленно насаживаться самостоятельно и тихо постанывать от ласки.       К языку присоединились два пальца, а затем Кристофер отстранился. Ему очень сильно хотелось посмотреть, как ещё открытый пульсирующий вход раздвигается вокруг пальцев. Развел средний и указательный, словно ножницы, и тихо простонал от восхитительного зрелища. Между пальцев свободно поместился и язык, ласкающий стенки внутри. Чонина снова затрясло от возбуждения.       Под языком вошел и третий палец. Все три накрыли комок простаты, медленно массируя чувствительную точку. А язык поступательными движениями вторгался внутрь, имитируя лёгкие толчки.       Чонина снова размазало. Распластало по стенке, пока короткие ногти царапали кафельное покрытие. Язык Кристофер убрал, начал быстро вторгаться пальцами в комок нервов, а для дополнительной стимуляции второй рукой аккуратно массировал зону простаты снаружи, чуть ниже входа. Чонина разбило. Затрясло в очередном сухом оргазме с громкими криками и всхлипами. А затем он медленно сполз по стене вниз, буквально падая, ведь силы уже покинули всё его тело.       Крис удержал Чонина от падения, чреватого разбитым носом или ушибленными коленями. Приподнял под руками и аккуратно вывел из душевой. Заботливо обтёр мягким белоснежным полотенцем, взъерошил влажные от воды волосы под тихое смущённое хихиканье Чонина. Этот крошка ещё и стеснялся после всего того, что между ними было… Что за счастливый подарок судьбы получил Кристофер в этот раз? Он ведь даже не собирался заходить в тот магазин. Его случайно привлёк образ паренька, крутившегося возле зеркала.       Но ничего… Для Чонина это ещё не все сюрпризы, уготовленные жизнью. А отказываться от этого чудесного малыша Кристофер был не намерен. Поэтому заботливо уложил на постель, собрав испорченное покрывало, накрыл одеялом и за минуту убедился, что Чонин отключился в спокойном блаженном сне.       Утро наступило так же внезапно, как Чонин отключился накануне. Тёмные шторы заботливо защищали глаза от яркого солнечного света. Всё тело откровенно ломило, мышцы казались резиновыми и безбожно ныли. Одним словом — открыв глаза, Чонин почувствовал, что он буквально воскрес. Потихоньку пришлось собрать себя по частям. Заодно и мысли собрать в кучу.       От воспоминаний прошедшей ночи щёки Чонина горели, а желание снова откинуться на подушку, желательно без сознания, ещё никогда не было таким сильным. Сверху его придавливала тяжёлая мужская рука. А в туалет хотелось ну очень сильно. Попытки аккуратно снять с себя чужую конечность результата не дали. Поэтому пришлось тихо развернуться к Крису, беззаботно посапывающему и дующему губы во сне с напряжённым лбом. Забавный такой… Но выбраться из оков было нужно, значит, предстояло Кристофера разбудить.       — Крис… — тихо проговорил Чонин, дёргая того за руку. — Крис, выпусти меня, пожалуйста.       Кристофер недовольно заелозил и лишь сильнее прижал к себе Чонина. Да что ж такое-то… Пришлось дёргать руку сильнее, буквально тормошить Криса со всей силы. Кристофер вздрогнул, слегка приоткрыл глаза. Затем резко подскочил на месте под писк Чонина и громко закричал:       — Протестую!       Чонин подпрыгнул и сам, а от неожиданности и испуга тоже прокричал.       — Ааа… Крис! Ты чего пугаешь-то?       Кристофер заелозил пятой точкой по кровати, затем громко вздохнул и попытался проморгаться, хмуря лоб. Постоянно причмокивая, заозирался по сторонам, приходя в себя, и наконец потёр лицо ладонью.       — Это ты, Чонин-и, — сказал Крис и потянулся к нему руками. — Иди ко мне.       — Подожди! — запротестовал Чонин. — Мне надо в… носик подпудрить!       Крис рассмеялся. А затем с умилением наблюдал, как его крошка пытался собрать ноги вместе и встать на них.       Чонин же был готов поклясться, что за прошедшую ночь посетил свой День ног минимум раз пять. И теперь с этим нужно было что-то делать. А пока на подрагивающих, едва переступающих конечностях дополз до туалета, сделал свои дела, вымыл руки. Умылся и даже почистил зубы (пальцем, ну да ладно). Не забыл обтереть влажным полотенцем и ещё кое-что. И только потом вернулся в спальню и юркнул под одеяло, где его тут же сгребли в крепкие объятия.       — Я уже соскучился, — прошептал Кристофер на ухо и потёрся каменным членом.       — О боже… У тебя уже встал? — выпалил Чонин и улыбнулся.       — Утренний стояк, детка, — усмехнулся Крис. — Привыкай. Я буду ласков.       Чонина перекатили на бок в позу «ложечки», помяли ягодицы с тихим голодным рыком. Откуда-то уже рядом оказалась смазка и презерватив. Тянуть с действиями Кристофер не стал. Быстрыми движениями смазал вход парня, немного разработал податливый после ночи сфинктер и пристроился стояком, медленно входя внутрь и целуя шею. Затем сорвал чокер с тихим смешком.       — Это больше пока не требуется.       — Ты же хотел, чтобы он был на мне до конца, — через тихие стоны сказал Чонин.       — Тот конец был ночью. Сегодня хочу видеть тебя естественным. Ты такой нежный по утрам.       Кончили оба быстро. И больше Крис старался не приставать к Чонину, за что тот благодарил небеса. Иначе он бы не выбрался из чужой квартиры. А ему вообще-то ещё сегодня дело изучить предстояло перед встречей с самым зловещим типом и самым настоящим мудаком.       Завтрак приготовил Кристофер. Пара жареных яиц и кружка с ароматным кофе. То, что нужно было, чтобы хоть немного взбодриться. Ели молча, лишь изредка бросая друг другу неловкие взгляды и улыбки. Потом ещё немного пообнимались, постояли у приоткрытого окна, закутанные в одеяле (таком же, как и вчера, но чистом).       — Тебе нужно домой? — спросил Крис, вернувшись из душа и видя одевающегося Чонина в спальне.       — Да. Мне нужно с делом ознакомиться. Иначе завтра будет полный пиздец! А я не могу упасть в грязь лицом!       Кристофер рассмеялся и потрепал только недавно причёсанные волосы Чонина. Чонин, тоже хихикая, отмахнулся от игривых рук и постарался собраться из уже намокшей тряпочки. Позволить себе остаться он не мог. Там ещё и Феликс наяривал на телефон и засыпал друга смсками. Под конец тревожными, мол, какого хера Чонин не отвечает и жив ли он там вообще.       На пороге, пока Крис провожал Чонина, целовались долго и страстно. Цеплялись друг за друга, как в последний раз, прикусывали губы и тяжело дышали. Отлипнуть было сложно. А Чонин даже на мгновение задумался, что, может, нахуй вообще это дело? Может, он и за ночь успеет всё прочесть и подготовиться? Но Кристофер подталкивал Чонина к двери, продолжая целовать. Остановился на шее, осыпал лёгкими касаниями и лизнул ушную раковину, рассыпая новую порцию мурашек на Чонине.       — Завтра увидимся, — прошептал Крис.       — Не знаю… — ответил Чонин. — Если буду в состоянии после встречи с тем мудаком.       — Обязательно увидимся, — усмехнулся Кристофер и шлёпнул по упругой заднице Чонина на прощание.       Дома Чонин с горем пополам нарыл обезболивающие и принял сразу парочку. Так сильно тянуло мышцы во всём теле, о некоторых он раньше вообще не подозревал, хоть и тренажёрный зал посещал постоянно. За несколько часов, хоть и клонило в сон, успел ознакомиться с делом.       Дело было плёвым — жена убила мужа. Вообще по неосторожности. Муж — жалкий наркорюга, явившись домой в очередном приходе, кинулся на жену драться. Та кинула в него стакан, да не очень удачно — попала в самый висок. Мужик тут и откинулся. Судя по делу, прокурор был готов впахать обвиняемой десять лет лишения свободы. Ну а Чонин и с делами посерьёзнее работал! Для него это дело, казалось, как «два пальца об асфальт» выиграть. А тут дамочка явно была жертвой, а не настоящей преступницей. И присяжные будут чониновы, а те души в нём не чаяли.       К вечеру явился Феликс. Завидев с порога не сходящую улыбку с лица друга, радостно взвизгнул и, пританцовывая, выставил из рюкзака на стол несколько бутылок пива. Чонин было сначала отказывался, мол, не желательно с похмелья идти на встречу с прокурором. Тем более с этим. С остальными со всеми он уже бухал, и не один раз.       Но пиво выглядело слишком соблазнительно. И Чонин не стал самого себя обманывать. С довольной моськой опустошил пару предоставленных бутылок. Уже немного «подшофе», Феликс подробнее рассказал о своём визите к шаману. В частности — про фразу «Ты скоро встретишь его». И поделился, что хотел бы сходить ещё разок, да что-то было как-то кринжово. Тем более одному. Тем более после предложений расплатиться натурой.       — Ты серьёзно веришь в это? — удивился Чонин, играясь с пустой бутылкой.       — А ты нет? Это, между прочим, он сказал, что ты идёшь верной дорогой с нужным человеком. Вон, даже бумажки с бутылок не отклеиваешь! Знатно тебя выебали. Завидую даже…       Феликса пришлось-таки выпроводить пораньше. Закинувшись ещё парочкой обезболивающих, чтоб наверняка, Чонин улёгся спать. Нужно было выглядеть свежим и отдохнувшим. Начищенным. Произвести впечатление перед дедом-маразматиком, душным, жёстким и вообще мудаком конченным. Его Чонин никогда не видел, так уж сложилось. Но все умозаключения были сделаны исходя из отзывов и рассказов коллег, возмущающихся и негодующих. С этим прокурором никто не хотел иметь дело. Чонин бы тоже отказался. Только его последнее заседание было назначено очень невовремя, что он не успел спихнуть с себя новое. Ну да ладно, всё бывает в первый раз! Вдруг ему и тут повезёт? Не посадит же этот тип несчастную женщину из-за мужа-урода за решётку?       Утром Чонин чувствовал себя настоящим денди. Строгий деловой костюм, но белого цвета. Как символ чистоты и невинности (мы-то знаем, как он невинен). Зализанные гелем осветлённые волосы, лишь пара прядок спадала на лоб. Чуть даже подпудрился и увлажнил губы бальзамом. Побрызгался тем самым парфюмом. Ведь, если всё пройдёт хорошо, можно будет встретиться с Кристофером, который с самого утра уже написал: «Доброе утро, детка. Жду встречи!».       Заскочив в свой офис, Чонин захватил остальные необходимые бумаги. Попутно выслушал нескончаемые сопереживания коллег и дружественные похлопывания по плечу, которые ничуть не помогали. А потом Чонин заявился в офисное здание прокуратуры. Благо оно находилось не так далеко от адвокатской коллегии. Гордо прошагав по коридорам, задрав повыше подбородок, по дороге встретил несколько уже знакомых человек, которые сочувствующе улыбнулись и по-дружески подмигнули. У зловещей двери с надписью «Прокурор Бан Чан» Чонин простоял минут пять. Собрался в кучу, вдохнул-выдохнул и повернул ручку, входя внутрь и закрывая за собой дверь.       С первого взгляда в кабинете никого и не было. Если бы не шорох сбоку от рабочего стола. Весь кабинет сквозил какой-то знакомой строгостью и дисциплиной. В чёрно-белых тонах, вдоль стен стояли стеллажи с бесконечной юридической литературой. Около стола была замечена чужая задница в чёрных классических брюках. Чонин усмехнулся.       — Не думал, что прокурор Бан будет встречать меня… — тут Чонин поперхнулся. Мужчина медленно выпрямился и повернулся к нему. — Так…       — Ну, здравствуй, адвокат Ян, — усмехнулся мужчина, демонстрируя ямочки на щеках.       — Крис? — пропищал Чонин и быстро заморгал, пытаясь отогнать наваждение.       — Тут я прокурор Бан Кристофер Чан. Приятно познакомиться. — Крис подошёл к Чонину и протянул руку.       — Блять… — прошептал Чонин, но руку принял. Пожал крепко и нервно. — Но ты не дед!       — Не знаю, с чего ты вообще это решил, — ответил Крис и указал рукой на стул. — Присаживайся.       Чонин дотопал на трясущихся коленях до стола и плюхнулся на стоящий около него стул. Стол был огромным. Блестящим таким, чистым. Каждая бумажка имела своё строго определённое место. Всё идеально разложено по стопкам. Даже пара письменных ручек лежала строго вдоль бумаг. Ян заёрзал на стуле, где-то в животе непривычно заныло странное чувство. Вообще, конечно, не странное, а уже вполне себе знакомое. Но неожиданное именно в этом кабинете.       — Есть что сказать по делу? — строго спросил прокурор Бан, доставая из стопки нужную папку с документами.       — Тебе не понравится, — тихо ответил Чонин и опустил глаза.       — А ты всё же попробуй.       — У меня сбудется мечта идиота, если трахнешь меня на этом столе, — прошептал Чонин, а Кристофер громко рассмеялся.       — Обязательно трахну! — смеясь, ответил Крис. Потом немного успокоился и более серьёзным тоном добавил: — Если выиграю дело.       — Но… Это же шантаж! — взорвался Чонин.       — А ты как хотел? — по-доброму улыбнулся Крис. — Как ты там говорил? Душный и жёсткий? Надо соответствовать.       Дело казалось плёвым. Вообще ни о чём, положа руку на сердце. Если бы не одна заноза в заднице, постоянно вставляющая палки в колёса. Заноза эта в заднице, по правде говоря, давно не была. От этого было ещё тяжелее. Чонин старался избегать Криса на работе и сбегать после заседаний пораньше. Дома уже мог расслабиться немного и спокойно отвечать на сообщения Кристофера, не забывая уколоть того между делом. Заседания проходили тяжело. На все аргументы у прокурора Бана было своё мнение, которым он разбивал всю линию защиты вдребезги. А выглядел этот чёрт в мантии так сексуально, что Чонин порой даже забывался, когда и что нужно было говорить. Ну и встрял же он, по самые яйца!       От постоянного возбуждения, глядя на такого строгого и непреклонного Криса, грозно расхаживающего по залу суда, яйца ныли постоянно. В промежности тоже неприятно пустело. По вечерам даже приходилось передёргивать себе то в душе, то прямо в кровати. Крис его не жалел, даже присылал откровенные фото (без лица, конечно, а то мало ли). Стандартно желал доброго утра, спокойной ночи, а перед каждым заседанием не забывал написать что-то вроде «Готов к поражению? Мой стол ждёт тебя…».       Вот же блять… Чонин бесился. Рвал на себе волосы. Пытался успокоить обвиняемую, носил ей передачки в место временного заключения и уверял, что всё будет хорошо. И свои позиции не уступал. Уступил бы — всё бы не затянулось уже до шестого заседания. И давно был бы хорошенько оттрахан.       Крис тоже нервничал. Стал чаще украдкой подходить к Чонину в здании Центрального суда. Один раз затащил его в пустой кабинет и прижал к закрытой двери. Целовал долго и развязно.       Чонин сначала сопротивлялся, пытался отпихнуть Кристофера от себя. Он же, в конце концов, птица гордая. Шипел и бубнил, что «Блеск размажется», «Прическу испортишь», «Блять, Крис, у меня же стоит!». Но потом быстро сдался и повис на крепкой шее. Трахаться хотелось сильно, особенно с этим типом. Тем самым дедом-маразматиком и последним мудаком. Хотелось уже не просто на столе, а в его огромной квартире, на огромной кровати и с огромным членом.       Тянуло сильно (и в душе, и между ног). Тянуло больно. Но они договорились. Хотя оба были готовы сдаться (мы тут все уже ждём).       Перед следующим заседанием Чонин долго не мог уснуть. Кристофер тоже. Оба елозили и вертелись на своих кроватях, думая лишь об одном — что рядом не хватает одного единственного человека. Не удержался первым Крис. Схватил телефон и настрочил смску. KriXXXL: «Мой крошка Чонин не спит?»

I.N.

«Нет. А ты?»

KriXXXL: «Я тоже… Как видишь. Как себя чувствуешь?»

I.N.

«Хуёво. Прокурор Бан та ещё сука…»

KriXXXL: «Понимаю… Может, ему надо спустить пар?»

I.N.

«Ну пусть подрочит… Я-то что? Я вот подрочил…»

KriXXXL: «Ммм… Малыш играет без взрослых?»

I.N.

«Не дождёшься!»

KriXXXL: «Завтра дождусь.»

I.N.

«Мечтать не вредно.»

      Чонин психанул и кинул телефон. Поджал губы и зарылся с головой под одеяло. Полежал в тишине минуту, скинул одеяло и схватил телефон. Уже был готов написать, что через полчаса приедет и покажет, как малыши играют без взрослых. Остановился вовремя. Ебучий Бан Чан, чтоб его налево! Но Чонин был готов и к завтрашнему заседанию. Был готов и голову дать на отсечение, что оно будет последним! У Криса не останется ни единого аргумента!       Утром Чонин прихорашивался долго. Подкрасил глаза, на губы нанёс нюдовую помаду. Уложил волосы без всяких там гелей. Нацепил белую рубашку с галстуком, костюм. И в довершение поверх пиджака — чёрный кожаный ремень. И знакомые нам тапки, конечно. Это был его главный козырь. Крис определённо точно не устоит перед ними, ещё и перед узкими чёрными брюками, так красиво обтягивающими бёдра. Надушился теми самыми духами во всех местах и побольше. И уверенным в себе направился в Центральный суд.       Присяжные, похоже, уже изрядно подустали (понимаем). Напряжённо собирались на своих местах, поглядывая на двух не уступающих друг другу мужчин, и громко вздыхали, качая головой. Обвиняемая тоже уже готова была на любое наказание, лишь бы прекратить всю эту нервотрёпку, вышедшую из-под контроля. Про судью и говорить было нечего. Женщина лет тридцати пяти с нечитаемым выражением вошла в зал суда, села на своё место и грозно посмотрела на прокурора и адвоката по очереди. Потом устало потёрла лоб и тихо сказала:       — Начинайте.       Первым встал Чонин. Высокомерно смотря на Криса, вышел из-за своего стола, уверенно шагая в центр зала. Одному Кристоферу было понятно — этот крошка демонстрировал свои обтянутые ноги в заветных топотулях. Неужто сдаться был готов? Но нет, сдавался тут только соседний зал под банкет, но никак не адвокат Ян Чонин.       — Перед началом заседания, — начал Чонин, — хочу напомнить всем о презумпции невиновности. Вина госпожи Чон по-прежнему не доказана. В её действиях прослеживались лишь попытки самообороны. Госпожа Чон на протяжении двадцати лет терпела неподобающее поведение собственного мужа и ни разу не подняла на него руку, не причинила никакого физического вреда. Чашка могла быть сброшена случайно.       — Чашка была брошена точно в цель, угодив прямиком в голову потерпевшего, ныне усопшего господина Чона, — вмешался прокурор Бан в монолог. Посмотрел на судью, та согласно кивнула и показала жестом, что адвокат может продолжать.       — Госпожа Чон не осознавала, что она делает. Она была напугана.       — Страх и непреднамеренное убийство не слишком вяжутся между собой.       — Она была в состоянии аффекта! — взорвался Чонин и топнул ногой.       Судья тяжело вздохнула и упёрлась лбом в свою руку, качая головой. Цирк продолжается. Зрительский зал забит.       — Что не помешало ей запустить в него стакан, — снова уточнил Кристофер.       — А надо было по головке погладить? — елейно процедил Чонин, щуря глаза.       — По какой именно? — внезапно уточнил прокурор.       Среди присяжных раздалось тихое шушуканье и смешки. Не хватало только попкорна для зрителей. А можно ещё и пива.       — Как думаешь, кто выиграет? — спросил один незнакомый мужчина у другого.       — Наверное, тот, кто сверху, — прыснул второй, и оба громко засмеялись, но быстро успокоились, когда судья «шикнула» на нарушителей.       — Простите, но мы ещё об убийстве говорим? — уточнила уже сама судья. Чонин покраснел с головы до пят. Вот же чёрт в своей мантии (чертила ещё тот)! Пришлось усесться на своё место и полистать записи, ища ещё весомые аргументы в защиту.       Крис вышел в центр зала и привычно грозно зашагал из стороны в сторону. Присутствующие устало вздыхали, обвиняемая поникла, шепча адвокату: «Чонин, давайте уже всё закончим? Я больше не могу этого выносить…» Крис довольно улыбнулся уголком губ и развернулся к присяжным. Впервые никто из присутствующих на его заседании не спал. Все с интересом наблюдали за происходящим. Самое простое дело превратилось в какую-то непрекращающуюся дораму, то ли комедийного жанра, то ли драматического. А теперь, похоже, ещё и с эротическим контекстом между этими двумя.       — Хочу напомнить всем присутствующим, что мы на этой планете не судьи и не боги. Не нам решать, кого можно лишать жизни, а кого нет. Жизнь человека священна до тех пор, пока не будет доказана его неоспоримая вина. Страх не даёт права принимать подобные решения. Госпожа Чон на протяжении двадцати лет терпела неподобающее поведение мужа-тирана? Почему же она ни разу не обратилась в правоохранительные органы с заявлением об избиении или плохом отношении в свою сторону? Почему же она не подала на развод? Не переехала от мужа? Значит, её вполне устраивали семейные отношения…       — Протестую! — закричал Чонин со своего места.       — Протест отклонён, — отмахнулся от него Кристофер и снова развернулся к присяжным, собираясь продолжить.       — Ты не судья, — прошипел Чонин. — Что ты несёшь?       — Так! — прогремела судья. — Предлагаю закончить этот цирк! Суд и присяжные удаляются для принятия окончательного решения. Адвоката и прокурора прошу сдать документы по делу.       Крис взял бумаги со своего стола и передал их судье. Чонин же грозно смотрел на прокурора, не двигаясь со своего места. Взглядом пытался дать понять — уйди уже оттуда, я к тебе и близко не подойду! На самом деле у него стоял. Каменно так, по стойке смирно, хоть и был прикрыт удлинённым пиджаком. Но это точно не скрылось бы от глаз Кристофера, так тщательно рассматривающего его все последние дни.       Прокурор сел на место. Слишком спокойно для этой ситуации. Чонин же быстро подскочил к судье, передал листочек трясущимися руками и вернулся к подсудимой. Подсудимая устроилась прямо на столе на своих руках и тихо всхлипнула. Похоже, нервничал сейчас только Чонин. Ему слишком сильно хотелось выиграть. Дело принципа. Он уже так проникся к госпоже Чон… Та была милейшей женщиной, рассказывающей забавные истории даже в такой трагической ситуации. Держалась до последнего.       За пятнадцать минут ожидания Чонин стёр свои ладони о штаны. Те постоянно становились влажными и дрожали от перевозбуждения (прошу заметить — всякого). Он, конечно, предчувствовал своей пятой точкой, что заветный стол его будет ждать в любом случае, независимо от результата и приговора. Но природное упрямство не позволяло уступить даже самому сексуальному мужчине во всей Южной Корее.       Суд вернулся, присяжные на месте, а Кристофер краем уха услышал коротко брошенную фразу: «Ну, может, хоть потрахаются теперь». Как результат — победно улыбнулся и посмотрел на испуганного Чонина. Господи, эта детка испуганным был таким привлекательным. Какой там стол! Крис был готов разложить его прямо здесь, в зале суда, если бы осквернение подобных мест не несло уголовной ответственности.       — Суд и присяжные приняли окончательное решение, — прогремела судья. — Семьдесят процентов приняли сторону обвинения, тридцать — сторону защиты. Воздержавшихся не имеется.       Чонин побледнел. Раскрыл молча рот и уставился на игриво улыбающегося Криса, спокойно крутящего ручку в ладони.       — Внимание! Тишина в зале! Оглашается решение суда! Госпожа Чон Лихён, дата рождения — пятнадцатое февраля тысяча девятьсот восемьдесят третий, обвиняется в непредумышленном убийстве семнадцатого марта текущего года мужа, с которым находилась в официальном браке, господина Чон Дживона, дата рождения — тринадцатое декабря тысяча девятьсот восемьдесят второй, и приговаривается к двум годам исправительных работ в социальных службах города Сеула. Решение окончательное и обжалованию не подлежит!       В зале повисла гробовая тишина. Чонин округлил глаза, повернувшись на судью. Женщина ударила молотком председателя, поднялась с места и покинула зал суда, качая головой. Затем голова Чонина медленно повернулась на Криса. Тот спокойно сидел и улыбался одним уголком губ. А потом и вовсе подмигнул Чонину, молча встал и ушёл. Это что вообще сейчас такое было?       Госпожа Чон вцепилась в руку адвоката со слезами на глазах.       — Господи, Чонин! Это правда? Это всё правда?       — Я сам, если честно, в шоке, — ещё ошарашенно ответил Чонин. — Удачи вам, госпожа Чон! — и поцеловал женщину в щёку.       — Спасибо! Спасибо, мой мальчик! Обещай, что придёшь ко мне в магазинчик! Я оставлю для тебя самые свежие фрукты. Тебе нужны витамины, ты такой бледный!       — Обещаю! — ответил Чонин женщине и обнял на прощание.       До здания прокуратуры Чонин добрался за считанные минуты. Кабинет Криса был распахнут настежь, где тот расслабленно сидел в своём кресле с закрытыми глазами, откинув голову назад. Даже не снял свою мантию.       — Это что вообще было? — прошипел Чонин, ворвавшись в кабинет и захлопывая за собой дверь.       — Закрой дверь на замок, пожалуйста, — тихо попросил Крис и открыл глаза.       Дверь была закрыта на два поворота, а Чонин грозно прошагал к столу.       — Что ты там устроил?       — Как что? Переиграл и уничтожил. И выиграл дело, между прочим. — ответил Кристофер. Тихо встал со своего места и обошёл свой стол, подходя к Чонину. — Тапки на месте — это уже хорошо. Ты готов?       — К чему? — пискнул Чонин, но тут же был усажен на край стола сильными руками.       — К бонусу. Ты же сам хотел, — усмехнулся Крис. Провёл носом по шее Чонина, втягивая лёгкий аромат в себя. — Я так скучал, детка.       Из кармана брюк на стол была кинута смазка и презервативы. Чонин ахнул. Устроившись между его разведённых коленей, Крис аккуратно толкнул его назад, укладывая на стол. Толкнул его на себя, ухватившись за кожаный ремень. Впечатался своим пахом в чужой. Под брюками прокурора каменно стояло. Но врать не будем — стояло у обоих.       — Ты что, носил это с собой в зал суда? — со стоном от трения промежности прошептал Чонин.       — Каждый раз. Я надеялся, что ты сдашься раньше.       — Дурак! — прыснул Чонин, но тут же начал хватать воздух ртом — его член через брюки накрыла крепкая ладонь и с силой сжала.       — Сможешь быть потише? Это всё-таки прокуратура…       Чонин кивнул. С ремнём возиться не пришлось — на брюках он отсутствовал. Даже не расстёгивая молнию, Крис резким движением стащил штаны с Чонина вместе с нижним бельём. Смазал пальцы смазкой и, прижимая высоко задранные ноги в лоферах к своей щеке, огладил сжатое кольцо мышц. Чонин вздрогнул, но блаженно простонал и расслабился. Как же долго он этого ждал! Сколько же ночей ласкал себя, представляя, что это руки Криса, а не его собственные.       — На долгую растяжку нет времени. Ты же игрался с собой, малыш? Ах, да… Игрался. — Ответа и не требовалось. Три пальца входили без проблем в податливое нутро. — Тогда оставим прелюдии до дома?       — Ты… даже м…мантию н-н-не сн-н-нял, — шептал Чонин, стараясь не кричать. Прикусывал собственную руку, скользя спиной по гладкому столу. Крис придерживал его за бёдра, агрессивно вбиваясь внутрь, иногда испуская довольный рык, чем заводил Чонина лишь сильнее.       — Я так сильно хотел своего малыша… Ты так послушно принимаешь меня. Да, моя детка?       — Да, Крис. Ещё, пожалуйста…       — Ты моя детка? Скажи.       — Я твоя детка. Да! Только твоя!       — Ммм… — рыкнул Крис. — Мой малыш… Мой сладкий малыш. Я не выпущу тебя из постели несколько дней. Ты и ножки свои прелестные свести не сможешь.       — Мгм. Пожалуйста…       — Моя детка хочет кончить? — и резкий глубокий толчок прямо в простату. Чонин вскрикнул и выгнулся. — Попроси меня. Как подобает в этом кабинете.       — П… ох боже… п-п-пожалуйста… Прокурор Б-Б-Б… Ах бляяять… Бан Чан. Пожалуйста.       Несколько быстрых глубоких толчков, возносящих Чонина до запредельных высот. Оргазм накрыл его, заставляя забыть об осторожности, что их могут услышать. Чонин прокричал, выгнулся и ярко кончил, изливаясь на края своей рубашки. Благо пиджак предусмотрительно был задран вверх и закреплён за ремень. Крис кончил следом от пульсирующего сжатия кольца мышц, сдавливающего его стояк. Изливался долго обжигающей жидкостью в презерватив, а потом грузно навалился поверх пытающегося отдышаться Чонина.       — Всё хорошо? — ласково спросил Кристофер и огладил светящуюся щёку от переливающихся слёз, сорвавшихся с глаз.       — Да, дорогой. Теперь всё просто замечательно, — ответил Чонин. Ладонями притянул лицо Криса ближе, оставляя тёплый поцелуй на чувственных губах.       Оставалось надеяться, что это было их первое и последнее совместное судебное заседание. И если Чонин был готов принимать поражение на этом столе, то для Кристофера придётся придумывать собственное «наказание».