5.
28 апреля 2024 г., 16:39
***
Я бегу. Бегу в носках по снегу, натыкаясь на стекло. Мои ноги уже кровят, а я этого не чувствую. Я осознаю, что за мной остаются кровавые следы, но ничего с этим сделать не могу. А что я сделаю? Сниму носки? Кровь будет оставаться на снегу еще больше. Я не выдержу. Не выживу, если останусь там. Осознание этого пришло ко мне месяц назад. Тогда я узнала о том, что она моя мать и все это время планировала побег. Я слушалась её. Она относилась ко мне нежно, но приказывала мне. Мне приходилось слушаться её, чтобы втереться в доверие и показать, что я «хорошая девочка». В итоге она доверила мне ключи от ворот, чтобы встретить проверочную комиссию, а после того, как они приехали, я сбежала. Ключи я выкинула в другую сторону. Туда, куда я не бежала. Я хочу их запутать, потому что знаю, что поиски меня точно будут проводиться. Я добежала до трассы. Увидела магазинчики рядом с заправкой и рванула туда, увидев машину как у моей матери. Добегаю до магазинов и забегаю туда. Кассирша странно смотрит на меня, а потом на мои окровавленные ноги. Я смотрю на неё, а она поднимает бровь. — А…Почему ты без обуви? Ты бежала от кого-то? — она встает и идет ко мне. Подходит и сажает на стул. — Я… Сбежала с частного пансионата. Только прошу, не говорите никому! Я не хочу обратно! Там страшно… Нас бьют, насилуют… — она начинает гладить меня по голове, а после встает и идет куда-то. — Я принесу тебе обувь и чай, — она заходит за прилавок и достает коробку с обувью. Несет мне и смотрит на мои ноги. — Тебя еще надо обработать бы… Женщина тяжело вздыхает и идёт на склад. Мне стыдно, но в то же время я благодарна ей. Она пришла с перекисью, ватками и бинтом. Снимает мои носки и обрабатывает мои ноги. Закончив, тетя протягивает мне носки, и я надеваю их. Она даёт мне обувь, после чего встаёт и идёт за прилавок. Слышу запах кофе и шум кофейной машинки, пока надеваю обувь. Смотрю на свои ноги. Ботинки совсем немного велики, но я сильно затянула шнурки, поэтому они не спадают. Чувствую запах кофе над собой и поднимаю голову. — Держи, — женщина подходит и протягивает картонную чашечку с кофе. Я искренне говорю ей «спасибо», а она тепло улыбается и садится рядом. — Вы добрая… Спасибо, что не звоните им, — я тяжело вздыхаю, после чего начинаю чувствовать боль в ногах. Сильно расцарапала… — Ты согрелась? — она поднимает бровь и гладит меня по спине. Киваю, она встает и надевает куртку. Я же допиваю кофе и смотрю на нее. — Пойдем, я закрываю магазин… Я отвезу тебя куда надо. — Спасибо, но… Мне некуда… — Как некуда? У тебя же должны быть родители, нет? — она ошарашенно смотрит на меня, пока я встаю и иду к ней. — Моей настоящей матерью оказалась директриса пансионата… Поэтому к приемным родителям я ехать не хочу. И они сдадут меня обратно, поэтому точно нет… — А… Ясно. Ну, давай тогда ко мне? — женщина поправляет волосы, а я улыбаюсь и киваю. — Давайте… Я буду очень благодарна. Женщина выходит из магазина и запирает его на крупный замок. Я стою позади неё и рассматриваю машины, проезжающие мимо. — А как вас зовут? — она поворачивается, а я задаю вопрос. — Я Юлита. А ты? — Я Ева. Юлита тепло улыбнулась и села в машину, которая находилась сзади магазинчика. Я сажусь на заднее сиденье и понимаю, что я слишком быстро доверилась ей. Но отмахиваюсь, думая, что ничего она мне не сделает. И я не ошибалась. Она хорошая.***
Просыпаюсь утром и иду на кухню. Я живу с Юлитой уже 2 дня. Никаких происшествий пока что не было, чему я очень рада. Но меня определенно ищут, учитывая то, что у меня было много звонков от матери, но я еще когда бежала выкинула симку. Сжимаюсь и встаю, укутанная в плед. Дома холодно. Снег валит, а я поворачиваю голову и смотрю в окно. Вьюга... Я чувствую тепло рядом с собой и прикосновение. Поворачиваю голову и вижу Юлиту. — Пойдем кушать. Оденься теплее, дома холодно. Как сегодня ноги твои? — она погладила мое плечо, а я улыбнулась ей. — Всё хорошо. Ноги болят куда меньше. Она кивает и уходит на кухню, а я сажусь на кровать и одеваюсь. Тёплые носочки, штаны и кофта. Встаю и иду к ней. — Присаживайся, — она уже сидит за столом и ест бутерброды с чаем. — Спасибо, — я сажусь напротив нее и беру кружку. Отпиваю крепкий кофе. Смотрю в окно и чешу затылок. Снег сегодня валит, а ещё у меня какая-то тревожность на сегодняшний день. Слышу её голос в голове, который противно проговаривает «доченька». Невольно дергаюсь и завоёвываю этим внимание Юлиты. — Ты чего дёргаешься? — она поднимает брови и я отмахиваюсь рукой. — Да я про мать свою вспомнила… Ничего такого. Она кивает и продолжает пить чай. Через 15 минут она и я вместе заканчиваем трапезу и я понимаю, что хочу сходить в горячий душ. — Я в душ схожу, — переводит взгляд на меня и улыбается. Кивает. — Полотенце в ванной, иди. Я захожу в просторную ванную и вижу фиолетовое нетронутое никем полотенце. Беру его и раздеваюсь. Залезаю в душевую кабинку и включаю воду. Почти мгновенно вода становится теплой, а я расслабляюсь от чувства тепла. Шум воды над головой заглушает мне всё. Беру шампунь и наливаю на руку, после чего втираю в голову. Я слышу стук, но понимаю, что это глюк. Выхожу из душа и неожиданно слышу хлопок входной двери. Кто-то ушёл или пришёл? Я вытираюсь полотенцем, беру тёплый халат, надеваю носки и выхожу одетая. — Юлита? Юлит? — я шагаю на кухню, где мы последний раз и виделись. Я захожу туда и замираю. Бездыханное тело лежит на полу в луже крови с простреленной головой. Я закрываю рукой рот и понимаю, что возможно она мертва из-за меня. В немом крике, я сажусь перед ней на корточки и прощупываю её сонную артерию, надеясь почувствовать пульс, но… Безуспешно. Резко встаю и кричу, после чего бегу в комнату. Беру рюкзак Юлиты, кидаю туда её деньги и одежду, еды и её телефон. Одеваюсь теплее, так как предстоит побег снова. Только я нахожу людей, но они тут же гибнут… Дело во мне или её смерть — не из-за меня? Этот вопрос, судя по всему, будет меня мучать ещё долго. Но а пока что я выбегаю из квартиры, но чувствую, как мои волосы пытаются схватить. Волосы оказываются мокрыми и легко выскальзывают из рук, а я поворачиваюсь и вижу охранника школы. Кричу и начинаю бежать по лестнице, но потом сажусь на перила и еду по ним. Благодаря длинной куртке, скользит хорошо и я быстро оказываюсь около входной двери подъезда. Выбегаю, вижу машину матери и саму мать. Она улыбается. — Бегунья нашлась, — я показываю ей фак и убегаю за дом. Слышу мат из её уст и скрежет машины. Прячусь в кустах. Она заезжает за дом и выходит из машины. — Я знаю, что ты не могла так быстро убежать… Выходи! — она начинает грозно ходить по местности, а я выбегаю из колючих кустов и бегу к дороге. — Ева! Не заставляй меня тебя опять искать! — Тебя никто и не заставляет меня искать! — кричу ей в ответ и скрываюсь за другим поворотом дома. Слышу выстрел, но понимаю, что я целая и живая. Промазали. Бегу в парк и вижу посадку деревьев. Убегаю в неё и понимаю, что я потерялась. Но мне плевать. Главное, что я сбежала и у меня есть достаточное количество денег, чтобы уехать из этого города.
