Рыцарь из моей сказки

      Пожелав Сяо Чжаню спокойной ночи, Ван Ибо, зайдя в свою спальню и закрыв дверь, устало опустился на кровать. Этот день дался ему тяжело. Он, наконец, привёл Сяо Чжаня и их сына на свою территорию. Для Ван Ибо, который очень редко впускал кого-то в свой дом, не терпя чужого присутствия, этот шаг много значил. В его доме, среди его вещей, никогда никто не находился слишком долго. Редкие визиты родителей по праздникам были не в счёт. Даже свой гон он проводил на съёмных квартирах, не желая чувствовать запах посторонних омег в своём доме.       Теперь же с появлением в его жизни Сяо Чжаня Ван Ибо хотелось, чтобы запах и следы этого омеги были повсюду. Приведя Сяо Чжаня в свой дом, он очень хотел, чтобы тому всё понравилось. Он оформил детскую комнату и комнату для Сяо Чжаня с надеждой, что омега почувствует, что в доме Ван Ибо ему будет хорошо и он захочет остаться. Его глаза так загорелись при виде кухни!       Однако, Ван Ибо чувствовал, что Сяо Чжань чувствует себя неловко, как будто считает, что всё это временно и он всего лишь гость в доме Ибо. Это расстраивало, и Ван Ибо абсолютно не понимал, что с этим делать. Оставалось надеяться только на то, что со временем Сяо Чжань всё же почувствует, что только здесь, рядом с Ван Ибо ему будет хорошо и сам не захочет уходить.       А ещё Ван Ибо никак не мог выбросить из головы то, что Сяо Чжань сегодня впервые его коснулся, сам по собственному желанию. При воспоминании об этом простом невинном прикосновении к его руке, Ван Ибо до сих пор бросало в жар. Почему такая мелочь была настолько ошеломляющей? Альфа замечал, что омега тоже иногда реагировал на Ван Ибо как-то необычно.       Прочитав информацию об Истинных, присланную Ляо Сюнь, Ван Ибо задумался о том, что то, что он чувствует к Сяо Чжаню, то, как резко изменилось его поведение со дня их первой встречи и то, как с каждым днём Ван Ибо всё сильнее желает обладать этим омегой, действительно похоже на связь Истинных, могут ли они оказаться ими?       К сожалению или к счастью, точно об этом можно будет узнать только после того, как альфа поставит омеге метку. Вот только захочет ли Сяо Чжань хоть когда-нибудь получить метку Ван Ибо? Для любой пары получение метки – это очень ответственный шаг, а с риском получить метку Истинного ответственнее вдвойне.       Они с Сяо Чжанем не обсуждали ни разу даже сферу, касающуюся обычного секса, что уж говорить о получении метки. Хотя в своих фантазиях, чего уж врать самому себе, Ван Ибо уже владел Сяо Чжанем целиком. Уже не раз эти пошлые мысли посещали Ван Ибо. Он хотел Сяо Чжаня, хотел его всего целиком – до дрожи в руках, до зубовного скрежета.       Обладать. Пометить. Присвоить. И в то же время – любить, беречь, заботиться. Его внутренняя сущность альфы сходила с ума от этих противоречивых желаний, это было похоже на одержимость.       Единственное, что сдерживало Ван Ибо от того, чтобы пойти на поводу своих инстинктов, это то, что Сяо Чжань не давал ему разрешения сделать всё это с ним. Этот молчаливый невысказанный запрет был самым надёжным поводком для альфы. Причинить вред омеге – это немыслимо, благополучие омеги – высший приоритет.       Сяо Чжань был сейчас на его территории, в доме, который он положил к его ногам. И даже ворочаясь сейчас в своей постели, не в силах заснуть, Ван Ибо знал, что его омега рядом с ним, пусть и не так близко, как хотелось бы. Сяо Чжань теперь его супруг, они связаны браком и признанным общим ребёнком, которого Ван Ибо уже полностью воспринимал как своего. Они одна семья, одно целое, им никуда в ближайшее время друг от друга не деться, и пока этого было достаточно.       Детский плач заставил Ван Ибо подскочить с кровати. Не думая о том, чтобы хоть немного прикрыться – альфа предпочитал спать только в лёгких пижамных брюках без верха – Ван Ибо поспешил в комнату Сяо Чжаня. Открыв дверь, альфа увидел, как надрывается плачем их малыш, и каким беспомощным выглядит сонный Сяо Чжань. – Что случилось? – спросил Ван Ибо. – Я не знаю, – растерянно ответил Сяо Чжань, – он проснулся, я покормил и переодел его, а потом он начал плакать и до сих пор не успокаивается. – Дай его мне, – попросил Ван Ибо, протягивая руки и выпуская успокаивающий феромон, который тут же смешался в воздухе с феромоном омеги.       Сяо Чжань передал ему малыша и в следующее мгновение ребёнок затих, лишь слегка всхлипывая от слишком долгого плача.       Ван Ибо не отводил взгляд от сына, желая убедиться, что тот действительно успокоился и сможет заснуть. Он покачивал его на руках и даже начал что-то напевать, когда вдруг почувствовал, как изменился в комнате аромат Сяо Чжаня, добавив к цветущей вишне горькость скошенной травы – запах возбуждения омеги.       Ван Ибо перестал петь и поднял на омегу напряжённый взгляд – альфа внутри него заскулил, желая ответить на такой явный сигнал от омеги, и не имеющий права сделать это без его согласия.       Сяо Чжань смотрел на Ван Ибо потерянным взглядом, явно не справляясь с эмоциями. Его взгляд блуждал по альфе, то задерживаясь на ребёнке в его руках, то оглядывая его голый торс и упругую задницу в мягких пижамных брюках.       Ван Ибо только сейчас осознал, в каком виде он предстал перед Сяо Чжанем среди ночи. А ещё они оба укладывались спать, сняв блокирующие феромон пластыри, отчего сейчас их запахи, ничем не сдерживаемые, выдавали их обоих с головой.       Ван Ибо сглотнул. Контроль – это то, что он должен удержать сейчас любой ценой. – Чжань-гэ, – приглушённо произнёс Ван Ибо, – приоткрой, пожалуйста, окно.       Сяо Чжань, услышав его голос, словно очнулся от транса, в его глазах отразился ужас, а в следующее мгновение он ринулся к окну, открывая форточку настежь. – Дерьмо, какое же дерьмо! – едва слышно донеслось до ушей альфы.       Свежий воздух тут же наполнил пространство, снижая концентрацию их смешанных запахов.       Сяо Чжань метнулся к кровати и открыв одну из шуфляд прикроватной тумбочки, достав из неё блокирующий пластырь, тут же приклеил его на себе на шею. – И мне, пожалуйста, тоже, – напряжённо попросил Ван Ибо, всё это время не спускавший с омеги глаз.       Сяо Чжань удивлённо посмотрел на него, но выполнил просьбу. Подойдя к альфе, он дрожащими руками разорвал упаковку пластыря и нервно облизал свои губы, прежде чем потянуться к шее Ван Ибо. От того, что омега коснулся феромонной железы Ван Ибо, вздрогнул уже альфа. Это было похоже на удар тока. Оба мужчины замерли. Их взгляды встретились и ни один из них сейчас не мог его отвести от другого. И они бы простояли так ещё долго, но поток холодного воздуха из окна заставил Сяо Чжаня встряхнуться. Он поспешил к окну, чтобы закрыть его, и не позволить температуре в комнате сильно снизиться, чтобы не простудить ребёнка.       После использования пластырей их запахи стали ощущаться слабее, однако не исчезли до конца, они всё ещё их чувствовали, хотя не должны были, теперь их концентрация была привычной, всё-таки они неделю в больнице ночевали в одной комнате.       Оба мужчины незаметно друг от друга смогли с облегчением вздохнуть.       Чжимин на руках Ван Ибо уже мирно спал, прижав свои ручки к лицу. Альфа подошёл к детской кроватке и аккуратно переложил в неё малыша. – Думаю, теперь он будет спать, но если проснётся опять, зови меня, – тихо сказал Ван Ибо Сяо Чжаню. – Хорошо, извини, что разбудили тебя, – также тихо ответил ему Сяо Чжань. – Я тебе уже говорил перестать извиняться каждый раз, – как можно спокойнее попытался сказать Ван Ибо, однако, в его тоне всё же можно было услышать недовольство. – Это нормально, что ребёнок плачет, нормально, что каждый из нас заботится о нём и мы можем помочь друг другу. Это не повод для извинений, Чжань-гэ, ты ни в чём не виноват. Пожалуйста, не делай так больше, это обижает меня, – закончил Ван Ибо, пристально глядя на омегу.       Сяо Чжань уже хотел снова начать извиняться, но промолчал. Всё же у него и правда какой-то повышенный комплекс вины. Его альфа уже ни раз высказывал ему за это, возможно, стоит прислушаться и начать больше любить себя.       Когда Ван Ибо покинул комнату, Сяо Чжань, вернувшись в кровать, задумался о том, что между ними только что произошло. Вид альфы с голым торсом, а также не сдерживаемый ничем аромат его феромона просто свели Сяо Чжаня с ума. Резкое возбуждение и желание отдаться настигли его неожиданно, он возбудился и Ван Ибо понял это. Сяо Чжань сейчас готов был сгореть от стыда. Теперь ему даже ночью придётся спать с блокирующим пластырем, иначе он рискует опозориться перед альфой ещё больше. И ещё одна вещь волновала омегу. Когда Сяо Чжань приклеивал блокирующий пластырь на шею Ван Ибо, тот вздрогнул, Сяо Чжань видел, как альфа был напряжён, и он готов был поклясться, что в тот момент только чудо смогло удержать альфу от каких-то ответных действий. Что, между ними в конце концов происходит? ***       Ван Ибо так и не смог полноценно заснуть до утра. Произошедшая ситуация между ним и Сяо Чжанем взбудоражила его. Прокрутившись на постели до пяти утра, он, снова услышав плач ребёнка, с облегчением поднялся, чтобы уже не засыпать, всё равно это было бесполезно.       Зайдя в комнату, он увидел такого же не выспавшегося Сяо Чжаня, который едва мог держать глаза открытыми, и почувствовал желание позаботиться об омеге. – Спи, Чжань-гэ, я сам займусь Чжимином, всё равно я уже встал, – с этими словами он взял ребёнка на руки и вышел с ним из комнаты, оставив Сяо Чжаня досыпать.       На работу было к восьми часам, так что, позаботившись о малыше и разместив его переносную люльку рядом с собой, Ван Ибо даже успел приготовить для себя и Сяо Чжаня простой завтрак в виде рисовой каши и овощного салата, размышляя о том, стоит ли затариться в магазине какими-нибудь полуфабрикатами на будущее.       В 7 часов он занёс люльку с вновь заснувшим малышом к Сяо Чжаню, тот ещё спал. – Чжань-гэ, – легонько потряс Ван Ибо Сяо Чжаня за плечо.       Омега, проснувшись, резко подскочил, глядя на альфу испуганными глазами. – Я что, заснул?       Ван Ибо от этого взъерошенного вида омеги рассмеялся, стараясь не разбудить малыша. – Я рад, что ты смог немного поспать, Чжань-гэ, но я ухожу на службу, поэтому оставляю Чжимина на тебя. Если пойдёте гулять на улицу, ключи от квартиры лежат на столике в коридоре. Будут какие-то проблемы, звони мне или, на крайний случай, Ляо Сюнь. Я могу вернуться поздно, так что не ждите меня вечером.       Сяо Чжань, всё ещё сонный, молча слушал всё, что говорил ему Ван Ибо. В глазах альфы он выглядел беззащитно и нежно, и не удержавшись от порыва, Ван Ибо, склонившись к нему, оставил на его щеке быстрый поцелуй. Точно также он чмокнул ребёнка в лобик и поспешил выйти из комнаты, не давая Сяо Чжаню время потребовать от него объяснений его поступку.       Сяо Чжань, коснувшись кончиками пальцев того места, куда поцеловал его Ван Ибо, лишь непонимающе уставился на закрывшуюся после ухода альфы дверь. ***       День на службе выдался для Ван Ибо горячим. Казалось, будто вокруг все сговорились для того, чтобы вынудить бегать его без перерыва по разным местам целый день. Когда к концу рабочего дня глава одной из оперативных групп объявил о том, что у них, по-видимому, намечается ночной выезд на неопределённый срок, Ван Ибо лишь стиснул кулаки и глубоко вздохнул.       Он успел лишь написать Сяо Чжаню сообщение, что домой его сегодня можно не ждать, и поспешил к уже подготовленному к выезду автомобилю. "Хоть бы справиться побыстрее, я уже так соскучился по Сяо Чжаню и Чжимину!" – думал Ван Ибо в пути.       Быстро справиться не удалось, преследуемые преступники заставили попотеть всю их группу, в итоге вернулись они в полицейское управление только к обеду следующего дня, и даже после этого срочное участие Ван Ибо в допросе затянулось ещё на пару часов.       Альфа переживал о Сяо Чжане и ребёнке. Его телефон давно разрядился, у него самого не было ни одной свободной минуты, он даже не мог вспомнить, когда он последний раз ел. И даже найти Ляо Сюнь, чтобы спросить её, не связывался ли с ней Сяо Чжань, ему так и не удалось.       Вымотанный, грязный, не выспавшийся Ван Ибо вернулся домой только к одиннадцати часам вечера. Его не было дома почти двое суток.       Однако, как бы не хотелось Ван Ибо завалиться спать, он, еле передвигая ногами от усталости, всё же первым делом направился в комнату Сяо Чжаня, чтобы убедиться, что с ним и ребёнком всё хорошо. Ван Ибо открыл дверь спальни и никого не обнаружил. Его сердце пустилось в галоп. Забыв об усталости, альфа ринулся в детскую – там тоже никого не было. На него стала накатывать нервная дрожь, впервые он испытывал такой всеохватывающий страх.       Сердце начало стучать уже где-то в горле, а перед глазами всё расплывалось. На Ван Ибо накатила паника. Где Сяо Чжань и Чжимин?! Что-то произошло?! Они ушли? Бросили его? Их похитили?       Из последних сил, представляя самые ужасные сценарии в своей голове, альфа направился к своей спальне, уже на ходу просчитывая, что ему делать и куда бежать. Открыв дверь, он сделал шаг вперёд, и ему в нос ударил знакомый аромат цветущей вишни. На его кровати в обнимку с Чжимином и его собственной рубашкой, оставленной почти два дня назад, спал Сяо Чжань.       Альфа резко остановился, как будто его мгновенно выключили из розетки. Конечности сразу стали неподъёмными, а он сам прислонился спиной к стене, желая хотя бы устоять на ногах.       С его семьёй всё было в порядке, он зря переволновался, они никуда не ушли. Он смотрел на двух спящих его самых родных и близких людей, и чувствовал, насколько важной частью его жизни и его души они стали.       Запах феромона Сяо Чжаня успокаивал, и Ван Ибо ощутил, как начинает потихоньку уплывать его сознание – он засыпал на ходу. Однако, он всё ещё был грязный и вонючий после почти двух суток вне дома. Из последних сил, взяв свою одежду для сна, он пошёл в ближайшую ванную, чтобы принять душ. Обратно он шёл уже почти ничего не видя и засыпая на ходу, он даже не приклеил новый блокирующий пластырь. Вернувшись в комнату и вытащив из шкафа дополнительные одеяла – Сяо Чжань с малышом спали просто поверх покрывала – он подошёл к кровати, накинув одно из одеял на Сяо Чжаня и ребёнка, а под другое залез сам. Едва его голова коснулась подушки, а его собственный аромат смешался с ароматом Сяо Чжаня, он тут же провалился в сон. ***       Сяо Чжань с Чжимином после ухода Ван Ибо на службу поспали ещё немного. Чуть позже, когда Сяо Чжань направился на кухню за детским питанием, а также с мыслью, что бы такое приготовить на завтрак себе самому, он с удивлением обнаружил на столе готовую еду, видимо, приготовленную альфой и оставленную для него.       Почему Ван Ибо такой? Нежный с ребёнком, заботливый и внимательный к Сяо Чжаню. В памяти тут же вспыхнула утренняя сцена – альфа поцеловал его в щёку, Сяо Чжань снова неосознанно коснулся пальцами того места, где он всё ещё мог ощутить прикосновение альфы. Почему Ибо сделал это? Значит ли это, что альфа испытывает к Сяо Чжаню гораздо больше чувств, чем показывает? Ведь просто чужого едва знакомого человека никто не будет целовать. Так может, для Ван Ибо Сяо Чжань что-то значит? Может ли он нравиться ему на самом деле?       Сяо Чжань с удивлением обнаружил, что эта мысль согревает. Прокручивая в голове свои собственные реакции за всё время знакомства с Ван Ибо, Сяо Чжань смог признать, что альфа ему очень нравится, настолько сильно, что он готов рискнуть, но попробовать добиться его внимания к себе не только как к договорному супругу, но и как к омеге, с которым альфе искренне захочется быть рядом. Сяо Чжань хотел, чтобы Ван Ибо увидел в нём свою пару. Возможно ли это? И если Сяо Чжань сделает первые шаги сам, не посчитает ли Ван Ибо его расчётливой сукой, которая мало того, что получила его имя и поселилась в его доме, но ещё и залезла к нему в постель. Ведь со стороны в их ситуации это могло выглядеть именно так, и это очень беспокоило Сяо Чжаня.       День без Ван Ибо в новом доме оказался для Сяо Чжаня беспокойным. Они впервые с Чжимином оказались предоставлены сами себе. Сяо Чжань решил ещё раз изучить их новый дом тщательнее, он ведь мог сделать это? Ван Ибо ясно дал ему понять, что он может делать здесь всё, что захочет. В итоге Сяо Чжань по новой перебрал вещи, сделал кое-где перестановку и решил похозяйничать на кухне. К сожалению, запас продуктов был весьма скуден, видимо, альфа действительно не был силён в том, что касалось организации его питания.       Составив список продуктов, Сяо Чжань решил вместе с Чжимином сходить на прогулку и зайти в магазин, заодно и окрестности изучить, им же ещё жить здесь.       Благодаря лифтам спустится вниз с детской коляской, которая ждала своего часа, оказалось легко. Сяо Чжань познакомился с охранником-бетой внизу, и тот с удовольствием рассказал о том, где в их районе находится самое необходимое – супермаркет, аптека, банк и автобусные остановки. Также оказалось, что недалеко от их дома есть большой парк, в котором можно гулять с ребёнком.       На прогулку и поход в магазин Сяо Чжань потратил больше двух часов. Ван Ибо не звонил и не писал омеге. И от этого почему-то было грустно, хотя Сяо Чжань и понимал, что на службе альфе на самом деле может быть просто не до него. Написать же первым он не решился.       Остаток дня прошёл в домашних хлопотах. В перерывах между заботой о малыше, который сегодня был несколько капризнее, чем обычно, Сяо Чжань решил заняться готовкой.       Снова иметь возможность заниматься любимым делом, которое было основой его мечты о собственном ресторанчике, оказалось невыносимо приятно. Последние месяцы его беременности, когда Сяо Чжань жил в чужом доме, и неуклюже пытался отработать своё содержание, хоть от него и не требовали этого, у омеги не было возможности готовить, поэтому сейчас он чувствовал воодушевление.       Он приготовил полуфабрикаты, а также несколько полностью готовых блюд, которые легко было заморозить, чтобы использовать позже. Также он сделал ужин, ожидая Ван Ибо, и даже успел приготовить десерт. Сяо Чжань с предвкушением ожидал, когда Ван Ибо вернётся домой и попробует его стряпню. Понравится ли альфе?       Однако, время шло, и рабочий день уже давно закончился, а Ван Ибо всё не было. Да, Сяо Чжань помнил, что альфа говорил, что может вернуться поздно, но всё-таки надеялся увидеть его до того, как придётся ложиться спать.       Чжимин к вечеру начал вести себя беспокойно, он постоянно хныкал и не хотел засыпать.       Телефон Сяо Чжаня пиликнул сообщением. Омега поспешил открыть его – Ван Ибо сообщал, что из-за срочной ночной операции, домой он сегодня не вернётся. Сяо Чжань почувствовал укол разочарования, он так надеялся, что Ибо вернётся домой. С грустью он убрал приготовленный ужин в холодильник и вернулся в комнату к Чжимину. И вот тут начался кошмар.       Чжимин никак не хотел засыпать. Он постоянно плакал и никак не успокаивался. Сяо Чжань пытался покормить его, переодеть, носил его на руках и пел колыбельные. Он измерил ему температуру, и изучил в интернете все советы. Помогало это мало. Через некоторое время, утомлённый плачем малыш, наконец, забылся беспокойным сном, продолжая всхлипывать даже во сне. Сяо Чжань заснул рядом с ним.       В течение ночи Чжимин ещё несколько раз просыпался, хотя обычно делал это всего один раз за ночь. Сяо Чжань не понимал, что случилось. Ему так сейчас не хватало Ван Ибо – в присутствии альфы Чжимин всегда успокаивался, и это всегда удивляло Сяо Чжаня. Неужели сам омега настолько бесполезен, что не может самостоятельно справится с собственным ребёнком? Это было ужасно.       Наутро Сяо Чжань чувствовал себя разбитым и не выспавшимся. От Ван Ибо тоже не было вестей. Сяо Чжань решился написать ему сообщение, чтобы узнать, как у него дела. Однако, отправленный текст остался непрочитанным. Испытывая тревогу, омега набрал Ляо Сюнь. – Доброе утро, Чжань-гэ, – почти мгновенно ответила девушка. – Привет, Сюнь-цзе, – с некоторым облегчением произнёс Сяо Чжань.       Раз девушка спокойна, значит, с Ибо должно быть всё в порядке. – Ты что-то хотел? У вас с малышом всё хорошо? – Да, с нами всё нормально, – ответил Сяо Чжань, не желая жаловаться, – немного беспокойная выдалась ночь, но в целом терпимо. – Ну, это хорошо, – ответила Ляо Сюнь, – но, если тебе нужна будет помощь, не стесняйся обращаться, что-нибудь придумаем. – Я знаю, спасибо, – произнёс Сяо Чжань, а затем спросил – Сюнь-цзе, я не могу связаться с Ибо, с ним всё в порядке? – Ох, их группа ещё не вернулась с ночного выезда, но ты не волнуйся, Чжань-гэ, недавно они выходили на связь, у них всё нормально, просто непредвиденные обстоятельства. А у босса, наверное, разрядился телефон, поэтому он тебе не отвечает. Не переживай, Чжань-гэ, я сообщу тебе, если будет что-то слышно. – Спасибо, Сюнь-цзе, – с облегчением выговорил Сяо Чжань, – тогда я больше не буду тебя отвлекать. – Ничего страшного, ты можешь звонить и писать мне в любое время. – Хорошо, буду иметь в виду, – закончил разговор Сяо Чжань.       С Ван Ибо всё было в порядке, и Сяо Чжань почувствовал, как ему стало легче дышать.       Чжимин всё ещё вёл себя беспокойно. Сяо Чжань вышел с ним на прогулку и провёл на улице почти четыре часа, поскольку Чжимин только так смог заснуть, парк, в котором они гуляли действительно был красивым и удобным местом для прогулок.       Мысли об Ибо не отпускали. Сяо Чжань скучал. Удивительно, как этот альфа за недолгое время их знакомства стал настолько важен для него. Почему Сяо Чжаня так сильно тянуло к Ибо, почему в его отсутствие так беспокойно билось сердце? Да и Чжимин быстро принял альфу как своего родного отца. Наблюдая за их общением, Сяо Чжань был полностью уверен, что лучшего отца для его сына нельзя было и пожелать. Ван Ибо слишком много стал значить и в жизни Сяо Чжаня, и в жизни Чжимина, вот только значат ли они для альфы так много тоже?       В середине дня Сяо Чжань получил сообщение от Ляо Сюнь о том, что группа Ибо вернулась в управление, но сам альфа занят на допросе. То, что Ван Ибо не связался с ним сам, было немного обидно, но в то же Сяо Чжаня успокоило то, что с его альфой всё было в порядке.       Наступивший вечер так и не привёл Ван Ибо домой. Сяо Чжань ощутил тоску, ему уже так хотелось увидеть альфу, почувствовать его запах, получить редкие, но такие приятные объятия и прикосновения. Он так скучал по своему мужу!       Что-то дрогнуло внутри Сяо Чжаня в тот момент, когда он произнёс про себя это "мой муж", впервые он сам себе сказал это, вкладывая в это слово именно своё чувство, а не просто назвав формальный статус. Ван Ибо для него теперь по-настоящему его муж, его альфа – Сяо Чжань принял это своим внутренним "я". И от этого принятия его сердце окунулось в нежное ласковое тепло, подарив Сяо Чжаню какое-то новое ощущение, которому он пока не мог дать определение.       Чжимин, которому уже пора было спать, снова не мог заснуть. Ребёнок капризничал и плакал. Боясь повторения прошлой ночи, Сяо Чжань вновь начал прокручивать в голове все возможные способы для того, чтобы успокоить малыша. Всё казалось бесполезным. Чжимину было плохо, видимо, он тоже соскучился по Ван Ибо – по его запаху, его рукам и успокаивающему голосу.       Запах! Эта мысль возникла в голове омеги внезапно. Подхватив плачущего Чжимина на руки, Сяо Чжань направился к комнате Ван Ибо. Он нерешительно остановился у нужной двери – имел ли Сяо Чжань право входить туда в отсутствие хозяина?       "Это наш дом, Чжань-гэ," – всплывшие в памяти слова альфы придали Сяо Чжаню уверенности, и он решительно открыл дверь.       Аромат альфы в комнате был не слишком силён, но Сяо Чжань его сразу почувствовал. Он, вообще, всегда чувствовал феромон альфы очень отчётливо, и даже если Ван Ибо использовал блокирующий феромон пластырь, Сяо Чжань всё равно улавливал его мельчайшее присутствие в воздухе – это было странно. Потому что, казалось, никто кроме него, его больше не ощущал. Даже Ляо Сюнь, навещавшая его в больнице после родов, на вопрос про запах Ван Ибо ответила, что не ощущает его, если только её босс намеренно не выпускает свой феромон сам.       Рыдающий Чжимин на его руках внезапно затих, лишь слегка всхлипывая. Сяо Чжань с удивлением посмотрел на сына. Неужели решение было таким простым? Чжимин, похоже, на самом деле нуждался в запахе Ибо для того, чтобы почувствовать себя лучше.       "Как же крепко ты уже привязал нас обоих, Бо-ди", – подумал Сяо Чжань и замер. Вырвавшееся имя звучало непривычно, но тем не менее естественно сорвалось с его языка. Омега ещё раз произнёс его, на этот раз вслух, пробуя звучание на языке: – Бо-ди...       Ему нравилось. Сяо Чжаню хотелось узнать, понравится ли такое обращение Ван Ибо, если омега решится так обратится к нему? Пожалуй, надо попробовать.       Сделав несколько шагов в комнату, Сяо Чжань остановился. Что ему теперь делать? Остаться или уйти?       Сяо Чжань взглянул на сына, который начал потихоньку засыпать и принял решение. Подойдя к кровати, он уложил Чжимина на покрывало. Здесь запах альфы чувствовался ещё больше. На краю постели омега заметил оставленную Ибо рубашку, видимо, альфа не успел убрать перед уходом. Подтянув её к себе и укрыв ею ребёнка, Сяо Чжань решил ненадолго прилечь рядом, чтобы дождаться, пока Чжимин уснёт. Едва Сяо Чжань коснулся головой подушки и вдохнул запах альфы, как мгновенно уснул. Прошлая ночь для него тоже была бессонной.       Во сне Сяо Чжаня всё ещё мучало какое-то беспокойство – ему чего-то не хватало, кто-то должен был быть рядом, кто-то, кого здесь не было. Он искал его снова и снова, но никак не мог найти. А потом Сяо Чжань в своём сне внезапно очутился в облаке – мягком, тёплом и пахнущим солнечным лесом. Этот насыщенный аромат напитывал его, растворяя всё ранее испытанное волнение и тревоги, окутывал его нежностью и дарил радостную лёгкость. Он знал, что теперь ему не нужно бояться, потому что он, наконец, нашёл то, что искал так долго. ***       Сяо Чжань проснулся полностью отдохнувшим, с удивлением отметив, что Чжимин не будил его. Распахнув глаза, Сяо Чжань повернулся к малышу, чтобы убедиться в том, что с ним всё в порядке, и удивлённо замер. Рядом с мирно посапывающим сыном он увидел спящего Ван Ибо. Он вернулся! Его муж был дома!       Вспомнив о том, что они сейчас в комнате альфы, омега слегка растерялся. Когда вернулся Ван Ибо? Что он подумал о том, когда увидел их с Чжимином на его постели? Сяо Чжань отметил, что они с ребёнком накрыты одеялом. Это Ибо укрыл их? Тогда почему не разбудил? Или..? От мысли о том, что альфа, возможно, совсем не был против их присутствия на его территории, внутри что-то защекотало, проносясь ласковой волной по его сердцу.       Спать больше не хотелось, Сяо Чжань тихонько встал, стараясь не потревожить своих мальчиков, но Чжимин тут же заворочался, просыпаясь, поэтому Сяо Чжань аккуратно взял его на руки и ещё немного полюбовавшись на спящего Ван Ибо, которого не хотелось будить, тихонько покинул комнату.       Чжимин был в хорошем настроении, Сяо Чжань сменив ему подгузник и переодев, уложил его в переносную люльку, которая оказалась весьма удобным приспособлением для того, чтобы перемещать ребёнка по квартире, и пошёл на кухню готовить детское питание, ставя чайник. Он разместил люльку на небольшом диванчике у обеденного стола и с умилением посмотрел на своего ребёнка, снова поражаясь тому, насколько важным для его малыша оказалось присутствие альфы, наверняка, малыш не просыпался сегодня ночью только потому, что оба его отца были рядом.       Если бы только можно было спать так постоянно! Сяо Чжань на мгновение представил, как они с Ибо спят в одной постели, их малыш рядом в своей кроватке, а руки Ван Ибо обнимают его всю ночь.       От этой фантазии Сяо Чжань вспыхнул. Почему он так сильно хотел близости с этим альфой? Он впервые испытывал подобные чувства, даже с его бывшим было не так, Сяо Чжань всегда просто следовал желаниям партнёра, когда как ему самому никогда не хотелось проявлять никакой инициативы, хотя тогда и казалось, что он испытывает к своему первому альфе чувства. Но как же отличалось это от того, что происходило с омегой сейчас. Рядом с Ван Ибо он ощущал себя настолько хорошо, что это даже пугало. Альфа был идеальным, словно рыцарь из сказки. И Сяо Чжань с каждым днём хотел его всё больше во всей своей жизни.       На плите закипел поставленный чайник и Сяо Чжань, выбравшись из своих мыслей, принялся готовить детское питание. Покормив Чжимина, омега написал Ляо Сюнь сообщение с вопросом, нужно ли Ван Ибо сегодня идти на службу. Девушка ответила, что до обеда альфа может находиться дома, чтобы выспаться и немного отдохнуть.       Весьма довольный этим фактом Сяо Чжань решил порадовать своего альфу вкусным завтраком и принялся за готовку. ***       Когда Ван Ибо проснулся, первым делом он посмотрел на противоположную сторону кровати, где должны были спать его омега и его сын. В комнате он оказался один, хотя ещё чувствовал цветуще-вишнёвый запах Сяо Чжаня. Слегка нахмурившись, альфа взглянул на часы, которые показывали начало десятого утра. Накинув на себя футболку, Ван Ибо направился в ванную, а затем пошёл на поиски своей семьи. В спальне омеги и детской комнате их не было, однако, альфа услышал что-то со стороны кухни и направился туда. Войдя на кухню, взгляд Ван Ибо сразу зацепился за омегу. Сяо Чжань что-то готовил, напевая себе под нос. Эта картина заставила сердце Ван Ибо забиться чаще, он так соскучился за эти дни по своей семье!       Внезапно Сяо Чжань повернулся к нему и Ван Ибо заметил, как засияли глаза омеги при виде него. – О-о, доброе утро, Бо-ди, хорошо выспался? – радостно обратился к нему Сяо Чжань.       Услышав такую форму своего имени из уст омеги, Ван Ибо почувствовал, как ему становится хорошо на душе. Ранее он никому не позволял обращаться к себе в такой форме, даже его собственные родители всегда называли его Ибо, без всяких нежностей. Но Сяо Чжаню он готов был позволить всё что угодно, и ему это нравилось. А ещё он готов был немного рискнуть.       Ван Ибо улыбнулся и, подойдя к Сяо Чжаню, обхватил его со спины одной рукой за талию, и слегка притянув к себе, оставил на щеке омеги нежный поцелуй. – Я немного отдохнул, спасибо, Чжань-гэ.       Он тут же отпустил омегу и спокойно, словно ничего необычного не произошло, подошёл к люльке с Чжимином.      Опустившись перед ним на корточки, он нежно поцеловал ручку внимательно смотревшего на него ребёнка. Снова повернувшись к Сяо Чжаню, он увидел, насколько смущённо после его поцелуя выглядел омега. Однако, заметив его взгляд, Сяо Чжань тут же улыбнулся и произнёс: – Садись завтракать, Бо-ди, как раз всё готово, – глаза Сяо Чжаня внимательно смотрели на Ван Ибо, словно проверяя реакцию на то, как он к нему обратился.       Ван Ибо невозмутимо присел на один из стульев. – Спасибо, Чжань-гэ, за эти два дня я уже и не помню, когда я нормально ел.       Сяо Чжань нахмурился на это заявление. – Ты должен больше заботиться о себе, Бо-ди. Я буду готовить тебе еду, чтобы ты брал её с собой. – Тебе не стоит беспокоиться, Чжань-гэ, это необязательно. – Что значит необязательно? Ты мой муж, и я обязан позаботится о тебе, Бо-ди, – недовольно возразил Сяо Чжань. –Ты ничего мне не обязан, – тихо произнёс Ван Ибо, опуская глаза, – я не хочу чтобы ты делал что-то, что тебе не хочется только из чувства благодарности. – Что за чушь ты несёшь, Бо-ди, с чего ты взял, что я не хочу? – возмутился Сяо Чжань.       Ван Ибо с какой-то непонятной надеждой посмотрел на него, словно ожидая чего-то.       Сяо Чжань, уловив его взгляд, почувствовал, как сжалось его сердце. Похоже, не у него одного здесь проблемы с самооценкой.       Подойдя к Ван Ибо, пугаясь собственной смелости, Сяо Чжань присел на стул возле внимательно наблюдающего за ним альфы и потянулся к его руке. Их пальцы переплелись, и они оба почувствовали, что от этого соприкосновения их обоих накрывает волна какого-то тёплого ощущения, ласково и неторопливо растекаясь по всему их телу. – Бо-ди, ты прекрасный человек, и я действительно благодарен тебе за всё, что ты для нас делаешь, но не думай, что это тяготит меня. Потому что это неправда. Ты всегда говоришь мне, что я должен ценить себя больше, но и ты должен сделать то же самое, – произнёс Сяо Чжань. – Моё желание позаботиться о тебе хотя бы с помощью приготовленной еды искренне, и я бы хотел делать для тебя больше, но не уверен, что именно мне позволено. Ты можешь сказать мне, Бо-ди? – голос Сяо Чжаня звучал проникновенно и омега с волнением ожидал, что ответит ему на это неожиданное "почти признание" альфа.       Ван Ибо смотрел на Сяо Чжаня и не мог поверить в то, что слышал. Омега сейчас сказал ему, что хочет заботиться о нём, и что надеется на что-то большее? Он спрашивает его, позволено ли ему это делать? Значит ли это, что Сяо Чжань даёт ему добро на то, чтобы сделать их отношения более близкими? – Тебе позволено всё, Чжань-гэ, – твёрдо произнёс Ван Ибо, пристально глядя омеге в глаза – всё, что ты захочешь.       Глаза Сяо Чжаня от этих слов широко распахнулись, его рот приоткрылся, а сердце в груди начало отбивать чечётку. Он тяжело сглотнул и ответил: – Тебе тоже, Бо-ди...тоже позволено всё.       Ван Ибо одно долгое мгновение после услышанного пристально изучал лицо Сяо Чжаня, как будто пытаясь убедиться, что то, что он услышал не шутка и ему действительно дали "зелёный свет".       А в следующий миг он потянул Сяо Чжаня за руку на себя, наклоняясь вперёд, вплетая другую руку в волосы омеги, и коснулся его губ своими.       Прикосновение губ обожгло обоих, пуская по их коже волну мурашек. Поцелуй вышел нежным и осторожным, словно знакомя их друг с другом заново. Только теперь это был уровень ощущений, эмоций и новых для обоих чувств. Они словно открывали для себя новый мир друг в друге, позволяли себе перейти на иной уровень доверия, устанавливая новые правила их связи.       Оторвавшись друг от друга, они продолжали смотреть друг другу в глаза, не решаясь озвучить то, что только что произошло.       Положение спас Чжимин. Не желая мириться с тем, что его родители не обращают на него внимание, занятые друг другом, он решил напомнить о том, что ему тоже нужно внимание.       Смущённые альфа и омега, отстранившись друг от друга, перевели внимание на малыша. И пусть между ними не было сказано ни слова, но их улыбки говорили сами за себя – в будущем их ждёт что-то новое, что-то только для них двоих.       Ван Ибо поднял сонного Чжимина на руки, чтобы отнести его в кроватку поспать. Спустя десять минут, уложив малыша, он вернулся на кухню, чтобы наконец, позавтракать. Сяо Чжань продолжал хлопотать у плиты. – Он заснул, – сообщил альфа Сяо Чжаню.       Омега улыбнулся, и ответил: – Это хорошо, я волновался, что у него снова будут проблемы со сном. – Насчёт сна, – произнёс Ван Ибо, – что-то случилось, пока меня не было? Почему вы решили спать в моей комнате?       Сяо Чжань нервно улыбнулся и ответил: – Это были нелёгкие два дня для нас. В первый день, когда ты ушёл на службу, всё было более-менее нормально, мы прекрасно проводили время. Вышли на прогулку, познакомились с нашим охранником, который рассказал нам, где в нашем районе находятся магазины, аптека и прочее. Потом вернулись домой, и к вечеру А-Мин начал вести себя беспокойно.       А потом всю ночь он плохо спал, я даже подумал, что он приболел, но температура была нормальной и каких-то симптомов болезни не было, он просто вёл себя беспокойно, плакал и просыпался каждые двадцать минут. Мы еле пережили ту ночь, да и днём мало что изменилось. Единственный долгий сон у него был, когда мы четыре часа гуляли в парке, который обнаружили недалеко от дома. А вечером всё опять началось по новой. Я не знал, что делать. Тебя рядом не было, чтобы его успокоить, а со мной он не хотел засыпать. Тогда я подумал, что, возможно, он скучает по тебе – по твоим рукам и твоему запаху, всё-таки ты был практически первым, кого он узнал, как только родился, да и потом ты каждую ночь находился рядом. А тут тебя впервые не было рядом с нами, и, видимо, это оказалось для А-Мина стрессом.       Когда я подумал об этом, решил сходить в твою комнату, чтобы мы могли почувствовать твой запах. И ты не поверишь, Бо-ди, стоило нам только зайти к тебе, как А-Мин сразу успокоился. Я положил его на кровать и нашёл твою рубашку, которая ещё пахла тобой. А потом я решил полежать рядом с Чжимином, недолго, пока он не заснёт, чтобы затем перенести его к себе, но в итоге я сам заснул, ну а дальше ты знаешь, – закончил говорить Сяо Чжань. – Извини, Чжань-гэ, – внезапно произнёс Ван Ибо, – я должен был подумать о том, чтобы оставить вокруг Чжимина больше своего запаха на его вещах. Но я не думал, что буду отсутствовать дома почти два дня, это получилось незапланированно. – О чём ты говоришь, Бо-ди? – удивился Сяо Чжань, – это точно не твоя вина. Мы не могли знать, что для А-Мина будет так важно постоянно чувствовать твой запах вокруг себя. Да и узнал я об этом случайно, зато теперь мы будем в курсе.       Сяо Чжань улыбнулся и продолжил: – Чжимин уже полностью признал тебя своим отцом, Бо-ди, ему комфортно рядом с тобой. Ты так заботишься о нём, спасибо тебе. Со всей этой ситуацией, ещё совсем недавно, я очень беспокоился по этому поводу. И я не был до конца уверен, что мой ребёнок по-настоящему станет для тебя родным, всё-таки это очень сложный вопрос для многих людей, не каждый способен на такой ответственный шаг, да и природу никто не отменял, многие альфы на дух не переносят чужих детей, это же не секрет. Но ты и правда, идеален, Бо-ди, для А-Мина ты лучший отец, который у него только мог бы быть. И я до сих пор не могу поверить, что ты достался именно нам – прекрасный рыцарь из моей собственной сказки. – Чжань-гэ, перестань, – возразил Ван Ибо. – Я не идеальный, ты просто ещё плохо меня знаешь. Но я могу тебе пообещать, что для меня Чжимин – мой настоящий сын, и это не изменится. Он всегда будет для меня старшим и нашим первенцем. – П-первенцем? – внезапно потерял дар речи Сяо Чжань.       Мысли омеги разметались. "Ван Ибо что, только что изъявил желание вырастить со мной ещё несколько детей? Со мной?" Этот факт не укладывался у Сяо Чжаня в голове. – Чжимин носит мою фамилию, – невозмутимо продолжил альфа, – он Ван. Поэтому не надо говорить мне спасибо за то, что я забочусь о собственном ребёнке. И что касается сна, Чжань-гэ, думаю нам всем надо спать в одной комнате. Если наличие наших соединённых запахов настолько важно для Чжимина, мы не можем это игнорировать. Поэтому, если ты не против, я хотел бы вам предложить спать со мной. Купим ещё одну детскую кроватку, чтобы не таскать ту, что есть, туда-сюда, и посмотрим, как дальше пойдёт. Возможно, когда А-Мин повзрослеет, будет проще, но пока он такой маленький, думаю, мы должны спать все вместе. Как ты считаешь?       Сяо Чжань, абсолютно потерянный ещё от прошлого заявления альфы по поводу первенца, сейчас ещё больше был ошарашен предложением спать всем вместе. И, главное, и возразить было нечего. Ребёнку на самом деле нужны феромоны обоих родителей, поэтому предложение звучало рационально, да и сам Сяо Чжань всего пару часов назад размышлял о том, как было бы здорово остаться в комнате альфы на постоянной основе. Вот уж действительно, бойся своих желаний, они могут исполниться.       Но ещё больше Сяо Чжань снова был поражён тем, каким настойчивым, уверенным и добивающихся своих целей был его альфа. Он просто во всём всегда прёт напролом, в отличие от осторожного Сяо Чжаня, который каждое решение принимает только после долгих раздумий и сомнений. Это черта характера Ван Ибо поражала Сяо Чжаня, и в то же время он был восхищён. Поэтому, единственное, что мог ответить Сяо Чжань: – Я думаю, это хорошая идея, если мы не будем тебе мешать, Бо-ди. – Ты не можешь мне помешать, Чжань-гэ, – с неожиданной нежностью произнёс Ван Ибо, – Я буду только рад.       Сяо Чжань почувствовал, как от этой интонации альфы, у него внутри всё переворачивается от волнения. А мозги, казалось, превращаются в кашу. Он едва смог собрать их в кучу, чтобы как-то отреагировать на то, что сказал альфа и то, как он это сказал. – Тогда хорошо. Ладно. Мы будем спать вместе. Раз ты говоришь, что всё в порядке, Бо-ди, тогда так и сделаем.       Ван Ибо улыбнулся его ответу, и Сяо Чжань вдруг чётко осознал, что в этот момент он, похоже, подписал себе окончательный приговор, без права повернуть назад.