Гроза

Вам когда-нибудь приходилось наблюдать приближение грозы? Когда небо постепенно затягивают тучи, которые темнеют и сгущаются. Уходящее солнце озаряет своими лучами кроны деревьев, на улице всё затихает. Кажется, что в такие моменты совершенно ничто не издаёт звуков. А затем поднимает сильный ветер. Ши Цинсюнь брёл уже достаточно долго. Позади осталось множество деревень и сёл, он шёл неторопливо, часто останавливаясь. Накануне выдалась страшная жара, парило порядочно, все приметы о предстоящей буре были на лицо. Юноша шёл по дороге через поле, слегка прихрамывая на ногу, опираясь при этом на трость. Ходил он однако шустро. С того рокового дня, как он лишился божественных сил прошло почти два года... А гроза надвигалась. Нужно было срочно искать какое-никакое, да укрытые. Время давно близилось к вечеру, да и непогода скорее всего пробудет здесь до самого утра. Не хотелось бы ночевать под открытым небом. Ши Циньсюнь продолжил свой путь, и вдалеке, хвала небожителям, он заприметил небольшую хижину, похожую на домик охотника или лесника. Впрочем, это было не столь важно. Подойдя к домику, странник принялся осматривать строение. На удивление домишка оказался крепким. На лице бывшего повелителя ветров тут же засияла улыбка. Вот так удача! Целый дом! Внутри тоже было где разгуляться. Небольшая комнатка, старая циновка возле небольшой печи, столик и две табуретки. Кажется домик был оставлен не так давно. Ши Циньсюань сбросил с плеч небольшой мешочек, где находились его вещи, немного еды и воды. В углу он обнаружил метёлку из веток, с помощью которой принялся подметать пол. Как никак, за то время, как он снова стал человеком, ему пришлось много трудиться, Циньсюань успел полюбить порядок вокруг себя. Гораздо приятнее было находиться в чистоте, особенно когда пришлось пол года жить на улице. Поэтому теперь, как бы тяжело ни приходилось жить, Циньсюань старался поддерживать порядок и чистоту. А тем временем на улице темнело. Когда юноша выходил, дабы отряхнуть циновку, то заприметил неподалёку ручей с чистой водой, откуда позже он набрал воды в котелок. До начала дождя надо было успеть найти и дров, чтобы не ночевать в сырости. Когда все основные дела были закончены, небо окончательно потемнело. Раздались первые раскаты грома. Сильный, тяжёлый. Он долго ждал, чтобы сейчас выпустить всю свою силу, что копил эти жаркие дни. Тут же поднялся холодный ветер, задрожали ветви на деревьях. Ши Циньсюань аж вздрогнул от неожиданности. Пора уходить в дом. Первые капли дождя застали его уже на крыльце. А затем, как по велению хлынул самый настоящий ливень. Бродяга успевает быстро захлопнуть дверь, чтобы его не смыло дождём. После уборки в доме стало намного светлее, и при этом как-то уютнее что ли. Дождь барабанил по крыше. Хвала небесам, что не было протечек. Затопив печь и поставив на плиту котелок с водой Ши Циньсюань сел наконец-то и вздохнул. Прошло уже много времени, боль утраты затихла в нём, ненависти в его душе не осталось. Конечно, после случившегося его звали на небеса, да и ни раз. Только к чему это всё было нужно? За эти два года он многое осознал, стал ценить совершенно простые вещи. Радоваться каждому дню за то, что он есть. Много работал, помогал нуждающимся. Даже иногда Циньсюань допускал мысль, что за эти два года он повзрослел настолько, насколько не смог повзрослеть за столетия, проведённые в небесной столице. За окном снова раздался пронизывающий гром, а затем яркая вспышка молнии озарила всё помещение. Снова наступила темнота. Дождь с большей силой ударял в окна, бил по крыше, в трубу завывал сильный ветер, со всей яростью. Стало очень жутко и одиноко. *** Следующая вспышка молнии наступила через пару ммнут. Следом последовал удар грома, после которого Циньсюань подскочил со своего места, а затем замер. Дверь в дом резко открылась в унисон раздавшегося грома, а на пороге показался тёмный силуэт. Ши Циньсюань от ужаса замер. Демон? Нечисть? К встречи с чем-то иным он не был готов совершенно никак, а простой человек не мог бы появиться в такой глуши в такую-то погоду! Однако долго рассуждать не пришлось. Незнакомец постоял немного, а затем закрыл за собой дверь, проходя глубже в помещение. В этот момент Циньсюаню казалось, что он не дышит, правда биение собственно сердца всё равно заглушало всё на свете. Силуэт тёмный остановился, а следующая вспышка молнии позволила разглядеть очертания до боли знакомой фигуры. — Ми- Хэ.. Хэ Сюань?.. - послышался тихий шепот с его стороны. — Тц... Что ж ты будешь делать. Сомнений быть не могло. Демон Черных вод стоял сейчас перед Ши Циньсюанем, как на ладони. Правда Черновод, по всей видимости попал под ливень. С его ханьфу и волос капала вода, а сам он выражал полное недовольство сложившейся ситуацией. Хотя и Циньсюань не был в полном восторге от неё... Каким-то чудом бывшему повелителю ветров удалость найти пару свечей, припрятанных в дальнем углу. Как только он зажёг одну, стало намного легче разглядеть соседа по несчастью, который продолжал стоять возле двери и молчать. Ши Циньсюань понимал, что нужно сказать ему что-нибудь, не хорошо получается ведь... Но поперёк горла словно встал ком, юноша был не в состоянии выдавить из себя хоть что-то. С большим усилием он заставил себя взглянуть на Хэ Сюаня. — Господин Хэ... Вы промокли... Наверное лучше снять одежду, а то... - что "а то"? Заболеет? Но он ведь демон, какая ещё простуда? — Куда? Пока паренек рассуждал, демон успел снять с себя верхнюю одежду. Ши Циньсюань лишь осталось "угукнуть", а после положить одеяние того на печь, которая уже постепенно нагревалась. Они сидели молча за столом, наблюдая за пламенем свечи, думая о своём кажется... Циньсюань поджал губы, периодически поглядывая на когда-то дорогого друга. Кто они сейчас? Наверное враги... Хэ Сюань тогда всё сказал... То, что Ши Циньсюань всё ещё жив - это с благословения непревзойденного. Он наверняка желает его смерти. Мучительной, долгой... Жестокой, как- — Давно ты здесь? - вопрос прозвучал, кажется громче, чем сегодняшняя гроза. Юноша даже не сразу понял, что должен отвечать. Излишне болтливый Циньсюань раньше никогда бы так долго не молчал. — Пара часов, не больше. Я... Случайно забрёл сюда, если ты хочешь, я могу сейчас же уйти...! — Нет. Хэ Сюань встал, довольно неожиданно для самого бродяжки. — Не нужно... - Хэ Сюань замирает, снова замолкает. Боится спугнуть ветерка. В помещении снова повисла тишина. Угнетает. Снова яркая всыпышка молнии озаряет помещение. За окном завывает ветер, и несмотря на печь, которую Циньсюань так старательно пытался затопить. Каким-то чудом на плите печи закипела вода в котелке, и на этот звук Ши Циньсюань отвлёкся. — Может быть.. Чаю? Больше ничего предложить не могу.. Но если вы немного подождёте, я могу сварить кашу. У меня было немного крупы. Бывший повелитель ветров стоит спиной сейчас, ищет крупу в своём мешочке. Он не мог сейчас смотреть в глаза своему "гостю". На предложение его Демон Чёрных вод не отвечает сразу. Обдумывает, всё же он не планировал найти здесь кого-то из живых людей, не говоря уже о Циньсюане! — Хорошо. - лишь отрезает тот, с неким хрипом. — Я тогда сейчас, пару минут! - юноша достал из закромов пару кружек, если конечно так можно было выразиться, и принялся заваривать чай из сушёных трав, что ему подарили в одной деревушке за помощь. Та старушка ещё очень мило улыбалась, сказала кажется, что эти травы очень редкие, помогают от многих недугов. Как только чай был готов, младший Ши поставил кружки на столик, за которым всё ещё смирно сидел Хэ Сюань. Демон не церемонится, берёт в руки горячий сосуд, руки ледяные стараясь согреть, а затем отпивает немного. Циньсюань садится рядом, немного отпивая чая. — Неплохо.. Спасибо. - шепчет непревзайденный. — Не за что... Мне больше нечего предложить, хаха... - юноша делает ещё один глоток напитка, словно надеясь, что он поможет совладать с собой и угомонить странные мысли в душе. Допивают чай они также в тишине. От печи тем временнм уже начинает идти тепло, такими темпами верхнее одеяние Черновола высохнет быстро. Возможно с концом грозы он уйдёт. Уйдёт? Ши Циньсюань поник тут же, как поймал себя на мысли, что скорее всего Хэ Сюань уйдёт очень скоро. Им нужно было поговорить, ещё тогда... Или хотя бы год назад. Ещё тогда в столице, когда он вернул ему веер. Как же ему хотелось, чтобы ливень с грозой не кончался. Аромат почти готовой каши выводит бродяжку из дурных мыслей. Он совсем забыл про неё! Ши Циньсюань подскакивает, находит две тарелки, принимаясь накладывать кашу. Хотя кашей это назвать-то было сложно, так, варёная крупа с солью. Но уже что-то! Кладёт себе немного, Хэ Сюаню же двойную, или тройную порцию. Помнил, что тут без еды совсем счахнет. А может удастся и задобрить демона? — Вот, надеюсь не всё так плохо.. Хаха.. В любом случае должно быть лучше, чем кулинарные изыски Его Высочества.. Хаха.. Да простит меня Собиратель цветов. Циньсюань ставит перед демоном тарелку, снова садится напротив. Черновод по началу не сильно хотел показывать, что был рад такому "гостеприимству", однако кашу принял с удовольствием, принимаясь есть с аппетитом. Неужели сейчас было всё как раньше? Когда они могли вот так же спокойно сидеть? Хотя нет... Ши Циньсюань не стал бы варить кашу, сидеть в тряпье...молчать. Аппетита почему-то не было совсем. Паренёк смотрел на свою порцию, сверля её глазами. — Ты не будешь? — Что?.. — Не так уж плохо вышло. Если не будешь, то отдай мне. Не выкидывать же. Он это серьёзно сейчас? — Господин Хэ, я не... — Нет... Ты же дурак, наверняка не ел ничего с утра. Лучше поешь. Сомневаюсь, что у тебя есть ещё что-то. Хозяин Чёрных вод хмыкает, скрещивая руки на груди. За пару минут он успел расправиться со своей порцией. Ветерок только выпучил глаза, то и дело моргая, оглядывая давнего друга. Друга ли? — Не заставляй меня тебя кормить. — Н-не стоит! Я понял... Прошу меня извинить, хаха. *** А Гроза никак не унималась. Дождь кажется стал меньше идти, в то время как гром где-то высоко в небе продолжал греметь. Не зная, куда себе деть, Циньсюань успел разместиться на циновке. Время было позднее, он с самого утра бродил пешком и порядком устал. Да и боль хромой ноги давала о себе знать. Демонам сон не нужен. Только вот Ши Циньсюань больше не небожитель. Он человек, и без сна ему приходится тяжко. Бродяга вздыхает, поднимая свой взгляд на Хэ Сюаня. Их взгляды встречаются. Чужие глаза кажутся такими глубокими, тёмными... Как толща воды в чёрных водах. В них отражается пламя свечи, что уже почти догорела. Такие родные при этом глаза, которые сейчас с теплотой смотрят на давнего друга или врага. Ши Циньсюань уже сам не знает. Он смотрит с тоской. Ему тяжело, но он никогда не жаловался на эту свою судьбу. Ни разу не пожалел о своём выборе. Он понимал, что заслужил это всё. Судьба коварная штука, и быть может, если она свела их вновь, это будет каким-то знаком для них? Хэ Сюань встает из-за стола, опускается рядом на циновку у печи к Циньсюаню. Они не разрывают зрительного контакта. Молчат. Сидеть в этой тишине ночи было приятно, по-особенному. От влажности воздуха волосы у младшего Ши завились. Сейчас он был похож на барашка. Нежные глаза всё также блистали сейчас. Ничто не способно было сломить этот жизнерадостный блеск в его взгляде. У Хэ Сюаня же волосы ещё оставались сырыми после дождя, однако было в этом что-то... Завораживающие. Хотелось потянуть руки к нему, и пусть что будет, не думать о последствиях ни на миг! Грянул гром. Потухла свеча, а дальше всё, как в тумане. Они и не поняли, кто первый из них потянулся за поцелуем. Их первый поцелуй выглядел очень смазанно, чувственно, резко, как удар грома. Они вцепились в друг друга, боялись отпустить. Циньсюань обвил своими руками шею, отчаянно отвечая на ласки, боясь, что в любой момент Хэ Сюань отвернется от него. Демон же прижимает к себе за спину младшего, поглаживает нежно, стараясь успокоить его. Никуда он не уйдёт. Останется. Они целуются долго. Слишком. Будто оголодали за столько лет, пока были рядом, но при этом так далеко. Отстраняются они также одновременно. Чтобы взглянуть друг другу в глаза, но уже по-другому. Циньсюань плачет. По его щекам текут слезы. Но он улыбается. — Циньсюань? Всё в порядке? - обеспокоенно спрашивает демон. Его каменное лицо впервые растаяло, он кладёт руки на плечи чужие, смотрит в глаза, а затем дотрагивает рукой до щеки юноши, смахивая с неё слезинки. — Всё хорошо, Хэ-сюн. Всё правда хорошо. - словно самый яркий луч солнца, Ши Циньсюань улыбается, смотря на него. Он кладёт свою руку поверх ладони Хэ Сюаня, поглаживает прохладные пальцы. Он счастлив, наконец-то счастлив. Черновод тает под этим взглядом, он принимает к своей груди хрупкое тело человека, целует его в макушку, нежно укачивает на руках. — Хэ-сюн... — М? — Ты не уйдешь?...Гроза кончается... — Не уйду. Я останусь с тобой, не отпущу тебя больше.. Ни за что. — Хэ-сюн... — Что ещё? — Я люблю тебя. Ответа было не нужно. В ту ночь они спали вместе, крепко прижимаясь к друг другу, держась за руки, на узкой циновке. *** В ту ночь гроза прекратилась внезапно. Тучи разошлись, а небо было усыпанно звёздами.