Телефонный звонок

— Здравствуйте, телефон доверия. Я вас слушаю. — Здравствуйте... Я... — мужской голос на том конце трубки тяжело вздохнул, — Я больше не вижу смысла жить. У меня никого нет... Могу я... хотя бы с вами попрощаться? — Конечно, — голос человека был пуст и холоден. — Может, вы хотите о чем-нибудь поговорить? — Думаю... думаю, что хочу задать один вопрос. Вы знаете, в чем смысл жизни? — Смысл жизни у каждого человека разный. Для кого-то он заключается в родственниках и близких людях, кому-то важно обеспечить себе и своим детям счастливое будущее, кто-то занимается любимым делом. Есть и такие, кто живет просто потому, что ему дана жизнь. — Понятно. — Абонент замолчал. — Что именно вы поняли? — Что у меня точно нет смысла, чтобы продолжать существовать в этом мире. — Вы точно в этом уверены? Может быть, все-таки есть такие люди или вещи, воспоминания, которые держат вас в этом мире? Ведь не обязательно уходить сейчас, вы можете переспать с этой мыслью пару ночей, вспомнить все мелочи, что когда-то имели для вас значение. — Знаете.. раньше я жил местью... Теперь же, когда она свершилась, я потерял последнего, кого, возможно, хотел бы сохранить в своей жизни. Тот человек потерял из-за меня все на свете. А я потерял его. Я не сожалею, но теперь моя жизнь совершенно бесполезна. Ему лучше будет без меня; если я останусь, то это будет тяжело для нас обоих. — последние фразы абонент будто говорил для самого себя. — Не хотите рассказать, что случилось? Не обязательно вдаваться в мелкие детали. — Я убил его... Я убил его брата. Я отомстил за свою семью. Но мне пришлось втереться в доверие к нему... Я даже сам не заметил, как этот человек стал для меня всем. Единственное, о чем я жалею, так это о том, что понял это слишком поздно. — такой обыденный тон. Будто он читает книгу без выражения. —Простите, но... — Нет, я не закончил, — перебил абонент. — Этот человек... Мне иногда кажется, что это не я втерся в доверие к нему, а он ко мне. Я стал зависим от него. Всю жизнь мне никто был не нужен. Всю жизнь я был один, я думал над местью. Но теперь... теперь я хочу закончить это нелепое существование. Тот человек меня ненавидит, хотя он и утверждает обратное, я то знаю, что подобные поступки не прощают. Не думаю, что можно что-то исправить. — А вы хотели бы исправить? — Нет. Такой исход как сейчас был мной просчитан уже давно. Единственное, что я не учел — что при расставании с ним будет так больно. Повторюсь, я не жалею, что моя месть свершилась, я даже не жалею, что с тем человеком получилось все именно так. Я просто уже не могу жалеть об этом, ведь я так долго тешил себя мыслью, что месть оправдана, и мои поступки правильны. —Что вы сейчас делаете? — Я? Да ничего. Смотрю на волны. Эта речка довольно глубокая, да и течение сильное. Знаете, я много думал над тем, как закончить со всем этим. Мне кажется, что прыжок с моста будет выглядеть даже немного эпично, вам не кажется? Спрыгнуть в бурлящую воду и за мгновение пропасть из виду. Конечно, труп будет выглядеть не очень привлекательно, но это уже будут не мои заботы. Сердце пропустило удар, что-то во всем этом было ему знакомо. — Вы.. хотите утопиться? — Да, — спокойный тон; он точно не шутит и не действует эмоционально. — Хочу. — Я не буду вас отговаривать. Мы можем просто поговорить еще немного? — О, конечно, по плану у меня еще около получаса. — До чего? —До того, как его смена закончится. Знаете, он ведь тоже работает на телефоне доверия. Хотя не сказал бы, что доверчивым людям там место. Еще удар. Он уже слышал эту фразу. Он уже говорил ее ему. Вот на что похожа проблема этого человека... — Вы... вы хотели услышать его голос? — О нет, что вы. Наверно я не правильно выразился — я не желал его слышать, я хотел попрощаться. Хотя, скорее всего, меня бы и слушать не стали, я не собираюсь извиняться перед ним. Это все равно ничего не исправит. — Он немного помолчал, — Ладно. Не думаю, что от этого разговора будет толк. Изначально я звонил, чтобы попрощаться. Так вот, Ши Циньсюань, прощай. Гудки стали громом среди ясного неба для Циньсюаня. Трубка выпала из его рук. Так и правда он... Вот почему такой знакомый голос, вот почему эта история в точности наложилась на историю самого Циньсюаня. Но почему... — Мин-сюн.... — только и смог выдавить он из себя, пытаясь осознать происходящее. Почему он не верил, что Циньсюань его простил? Этот голос и правда принадлежал Хэ Сюаню. Это правда был человек, который безжалостно перерезал горло его старшему брату. Но что же теперь... Получается... Что получается... Он хочет покончить с собой?! Нет, Циньсюань не может этого допустить! Он просто не может! Ведь Хэ Сюань его единственный.. даже несмотря на его поступок, Ши Уду и правда совершил непоправимое, за что поплатился жизнью. Конечно, Циньсюань не собирался просто так забывать об этом, ему до сих пор было больно, что его так легко использовали. А сейчас... сейчас оказывается, что Хэ Сюань тоже сожалел? Он точно сожалел! Не признавал, но сожалел! Последние мысли скомкались в один большой ком, потому что Циньсюань резко подскочил со стула, накинув ветровку на плечи, выбежал из кабинета и полетел вниз по ступенькам. Он знал куда бежать. Река. Мост. Там он... там он... там он.... признался ему в своих чувствах около полугода назад. После этого их общение стало весьма странным: Хэ Сюань старался избегать его, а Циньсюань корил себя за тот поцелуй, который не смог удержать. Та река и правда глубокая, а течение сильное. Унесет и не заметит. Он несся по ночному городу, пробегая мимо редких людей, не спеша идущих по улицам и с изумлением и раздражением смотрящих вслед бегущему парню, который только что толкнул их, и не обращая внимания на светофоры и гневные сигналы машин. В какой-то момент ноги его переплелись и он полетел вперед, нещадно проезжаясь по асфальту руками. Больно. Но это не имеет значения. У него оставалось меньше 10 минут, если Хэ Сюань не соврал и действительно собирался ждать. А вот и мост. Река. Человек, стоящий за ограждениями. Черный плащ развивался под порывами ветра, а мужчина смотрел на небо. — Хэ Сюань! — Заорал, что было силы, Циньсюань, не сбавляя темпа. Еще немного. Еще чуть-чуть и он его достанет. Он скажет, что не сердится. Скажет ему, что не отказывается от него. Скажет, чтобы тот не смел умирать! — Ты все же пришел... — произнес человек за ограждениями, повернувшись спиной к пустоте и наблюдая за тем, как мужчина в ветровке пытается отдышаться и не выплюнуть легкие. — Да ты прям со скоростью ветра летел. Не терпелось посмотреть? — Прекрати! — наконец отдышавшись, Циньсюань подошел блице и ухватил за руку человека за оградой. — Послушай, я... Неожиданно губы Циньсюаня накрыли чужие, более холодные и тонкие. Они были так напряжены... Циньсюаню казалось, что поцелуй длился вечно. Но вечность... быстро закончилась... Хэ Сюань, прекратив целовать, притянул его ближе к себе. — Знаешь, — начал шептать он на ухо, — ты самый лучший из всех, кого я когда-то знал. Я так... так виноват перед тобой. Я знаю, ты меня простишь, знаю, что не откажешься, но я... не могу простить себя. С того момента, как я увидел то твое выражение лица, я понял, что не смогу простить себя никогда. Я... я правда думаю, что так будет лучше... Прости меня. — последние слова прозвучали совсем тихо, но Циньсюань их услышал. Тело пробрала дрожь, он старался зацепиться за его тело... хотя бы кисть руки, хотя бы еще немного, и он бы смог!... Огромный всплеск черной в темноте воды. Бурное течение. Минуты не прошло, как тело скрылось из вида. Циньсюань пустым взглядом продолжал смотреть на черные всплески волн. В руках у него остался лишь плащ. Сколько он помнил Хэ Сюаня, этот плащ был для него удобней любой кофты и куртки. И даже умирать он пошел в нем. Кажется, на мгновение Циньсюань позавидовал этому плащу. По щекам наконец покатились слезы. — Ты трус! ТЫ ЖАЛКИЙ ТРУС! — с этими криками Циньсюаня прорвало на плачь, рыдания вырывались из напряженных связок, перерастая в истерику. Циньсюань не мог остановиться, он просто сжался в комок, продолжая давиться криками и слезами. Это было неимоверно больно. Как он мог, вот так просто сказать ему такое и упасть! Просто взять и шагнуть назад! Вскоре упреки переросли в мольбы вернуться. Он так громко взывал к Хэ Сюаню, что прохожие люди не смогли пройти мимо. Вскоре мольбы заменились попытками броситься следом. Но его удержали. Кто-то вызвал скорую. Она приехала, когда он уже ничего не делал, не говорил и даже не думал. По его щекам все так же ручьями стекали слезы, а взгляд был пуст. Пусть он и не смог скинуться вслед за тем человеком, но внутри он умер. Он разодрал себя на части, порвал в клочья, не оставляя ни кусочка. После смерти брата, ему открылась жуткая истина на его деяния. Он всегда любил брата, но не настолько, чтобы прощать подобное. Теперь же он потерял Хэ Сюаня. Которому готов был простить абсолютно все. Но теперь уже поздно. *** — Здравствуйте, это телефон доверия. Я вас слушаю. — Здравствуйте... я... не могу жить... без него... не могу. Я хочу... попрощаться хотя бы с кем-то...