Узы

ДЕСЯТЬ ЛЕТ НАЗАД -Что ты делаешь? Цисса удивоенно разглядывала шнурок, который ее лучший друг старательно пытался пришпандорить к поручню качели. Веревочка все время выскальзывала у Карима из рук и мальчик сирдито хмурил бровки и по детски обзывал шнурок "глупым". - Помнишь фильм, который нам вчера Алиса показывала? - не отраваясь от своего занятмя, уточнил Карим. - Помню. Там что-то глупое про шпионов было. - Это не глупое! Шпионы крутые! Я пытаюсь наручники как там сделать! Карим вновь неакупатно дернул шнурок и тот резко прокрутмвшись, сорвался с качели. - Глупый! - фыркнула Цисса - шнурок, не наручники. А если уж и представлять его наручниками, то надо не качелю связывать, а человека. Дай сюда! И руки за спину заведи! Я покажу... Девочка выдернула у друга шнурок и стала старательно вспоминать все узлы, какие знала. Ничего подходящего у нее в памяти не нашлость, поэтому Цисса просто обвернула шнурок у Карима вокруг запястий несколько раз, на каждом поворете завязывая узелок. - Крепко - задумчиво протянул Карим, когда она закончила. Под громкий смех подруги мальчик завертелся на месте ужом, пытаясь вырваться из веревки - Крепко - подтвердила девочка и стала щекотать друга. - Ай, развяжи! Оба свалились на траву и с громкими воплями и смехом стали кататься по ней, пока оьа не выбелись из сил. Шнурок уже давно развязался, но им было очень весело бороться на молодой травке и щекотаться. - Я то же кое-что вспомнила из вчерашнего фильма - тяжело дыша, заметила Цисска и приподнавшись на локтях, широко улыбнулась - давай погадаем на кофейной гуще! Кариму было все равно, во что играть, поэтому дети быстро вскочили и бросились на кухню особняка, в котором жила семья мальчика. Отец занимался каким-то бизнесом и не плохо зарабатывал, поэтому они могли позволить себе многое. Цисска была из обычной семьи, но их матери дружили еще с детства и семьи продолжали общаться до сих пор, позволяя детям часто играть вместе. На кухне никого небыло. Они быстро нашли чашки, баночку кофе и задернули шторы. - Ты слова помнишь - почему-то шопотом спросил Карим. - Не очень, но можно придумать - так же тихо отозвалась девочка и начала тихо шептать что-то себе под нос, вороша в чашке сухое кофе, палочкой от суши. -Что-то не очень это похожена парня - озадаченно протянул Карим, разглядывая получившийся спустя несколько минут рисунок. - А как по мне, на тебя очень похоже - зихнула Цисска и в тот же момент получила локтем в бок. Внезапно дверь распахнулась и на пороге возник отец Карима. - Францисса, тебе пора - строго произнес мужчина - твои родители уже уездают. Девочка кивнула и помазав другу на прощание ю, исчезла в проеме двери. " Мы тогда еще не знали, что наши встречи больше не будут прежними" - появилось спустя много лет на страницах дневника Франциссы. Их встреча и в самом деле состоялась еще не скоро и была в край не счастливой. СПУСТЯ ДЕСЯТЬ ЛЕТ - Сколько раз тебе говорить, чтобы ты шла сюда осторожнее - тихо шипел Карим, пытаясь помоч девушке вскорабкаться на подоконник снаружи. Благо его комната находилась на первом этаже. - Солнце, не ворчи. Я и так старалась осторожнее - отдышавшись, ответила Цисса, наконец спрыгивая на ковер комнаты. Парень фыркнул и подойдя к кровати, спокойно на нее рухнул, с усмешкой смотря на подругу детства. - Ну и что такого срочного могло случиться, что ты не смогла дождаться первой пары в колледже? - весело усмехнулся Карим и потянулся - ты же знаешь, что мой папа против нашего общения. Нам кранты, если тебя увидят здесь! Было уже глубоко за полночь и парня клонило в сон, но не смотря на внешнюю насмешку, он боялся расстроить Циссу. - У меня сюрприз, закрой глаза и перевернись на живот - широко улыбнувшись, предложила девушка. Предложение звучало странным, но Кариму так хотелось спать, что он расслышал лишь предложение закрыть глаза. А уж на спине спать или на животе, какая разница вобщем-то? Он понял свою ошибку лишь когда сзади послышался щелчок чего-то металического. - Цисса! -возмутился парень, подпрыгивая на кровати и дергаясь - отпусти меня, зараза! Девушка покачала головой. На лице ее расцвела в край довольная улыбка и в следующий момент она достала из сумки скотч и начала крепко сматывать лодыжки брыкающегося парня. - Цисска! Францисса потянулась и коснулась указательным пальцем его губ. - Будешь кричать, я заткну тебе рот. Громкая угроза, это бесспорно. Карим быстро это сообразил и замолчал, недовольно разглядывая. Девушка закочила с его лодыжками и слегка вздернув футболку, пробежаоась пальцами по впалому животу. Карим дернулся и поерзал, пытаясь отодвинуться от нее. Шекотку он всегда терпеть не мог. Рука Циссы скатилась на бок и парень замычал и брыкнулся. Девушка тихо засмеялась и встав, пододвинула к кровати стул, после чего извлекла из сумки пластиковый стаканчик, пачку растворимого кофе, карандаш и свечку со спичками. Разместив все это на столе, Цисса зажгла свечи и насыпала в стакан кофе. - Если честно не помню слова, но ведь для меня это не большая проблема. Карим не вслушивался в ее борматание, сосредоточенно вертясь на кровати. Руки начали затекать и это было довольно не приятно. К тому же если сейчас кто-нибудь зайдет в комнату, это будет грандиозный скандал. Цисска сосредоточено выводила что-то в стакане карандашом. Сейчас она делала это гораздо аккуратнее, чем десять лет назад. В темноте ее волосы казались очень темными, как и глаза, в которых отражались азарт и радость. Волосы, неакуратно забраные в хвостик, слегка спадали еа глаза и оеа пыталась их сдувать, не отвлекаясь от рисования. Она выголядела так мило. Карим ее любил. Очень давно, но в их отношениях небыло смысла. Отец уже выбрал ему невесту, а разбивать Циссе сердце он не собирался. Нельзя с ней встречаться, не имя серьезных намерений. А значит остается лишь строить из себя ее друга, вечно насмехаясь и подшучивая. - Я закончила - радостно воскликнула Цисса и помогла ему сесть. Со связаными руками и ногами это было преблематично - вот смотри ка! Карим тяжело вздохнул и настороженно покоосился в крудку, после чего не удержался и весело улыбнулся. Что же, за десять лет Цисска все же научилась рисовать. Честь и поклон, на этот раз его лицо было отчетливо видно на дне стаканчика. Оказывается, Францисса еще и рисует не плохо.. Он поднял на нее глаза, вглядываясь в темную глубину ее серых зрачков, в темноте кащавщихся черными. Девушка задучмчиво пркосилась на его губы, словно спрашивая разрешения. Давать это ращрешение было нельзя ни в коем случае. Нельзя, он повторял себе это уже не раз и не два, но почему то кивнул. Он хотел дать это ращрешение и почему-то сейчас стало не так важно, что же там будет дальше. Все же есть смысл жить одной минутой. Тогда точно ничего не пропустишь.