Надгробие

Ночь. Только луна освещала парню путь в царство мёртвых, там где его никто не тронет, Антон на самом деле уже и не помнит кто его провел на кладбище и когда это стало «обычной рутиной» каждое воскресенье приходит ближе к двенадцати ночи в место успокоения душ, он знал к примеру Анатолий Петрович Иванов умер от передоза за несколько дней когда его нашли, он был молодым родился две тысячи шестого года и умер двадцать второго. И нет он не был на его похоронах но у парня была особенность о которой его мать просила никому не говорить и только Димка Позов знал, а точнее он видит мёртвых, и нет не разложенных и сожранных разными насекомыми, в том виде в котором у них остановилось сердце. Иногда Антон снимая амулет в виде обычной подвески из эпоксидной смолы которую заговорила сестра матери чтобы он в обычной жизненной рутине не видел их, мёртвых которые смотрели на Антона, а после по вечерам говорили о своих проблемах, некоторые приходили и плакали а некоторые молча сидели, он знал что это самоубийцы и они не могу говорить, но Шаст сам говорил о жизни и они становились более яркими и иногда через пелену молчания прорезался их смех. Можно сказать Антон был для душ у которых не было пока возможности реинкарнировать психологом. Сейчас как всегда бредя через лес он дошёл до высокого забора и был рад что он худой и спокойно может пролезть сквозь прутья. Он шёл прямо, Антон знал кому он надо, старой бабуле которой за сотню перевалило, она видела как очередной её правнук родился и теперь ей надо было поделился этим с ним ведь со своими «соседями» она уже поделилась. Сняв аккуратно амулет, он увидел мёртвых, если раньше он их пугался то сейчас они были его друзьями. Бабушка сидела на скамейке и смотрела на своего надгробие. - Доброй ночи Прасковья Прокопьевна. Кто родился? – спрашивает Антон садясь на скамейку рядом с бабушкой. - Двойня, назвали Наденькой и Любашей, они такие милые сынок что прям затискать хочется. Жаль что я уже мертва, в канцелярии сказали что через пару годиков реинкарнирую. – говорит Прасковья Прокопьевна с грустной улыбкой. – Харитончик аж расплакался, ты бы видел как он смотрел на то как рождаются дети, будь он живым сознание потерял бы! Зуб золотой ставлю, потерял бы. А ты как Антош? - Да никак, Ирка моя с Эдом ебалась у меня за спиной. – говорит поникший парень отпуская голову на колени. - А говорила что неверная девка будет, а ты не послушал меня сынок!.. За надгробием бутылка водки стоит возьми хлебни грам сто. - Прасковья Прокопьевна, мне не надо это. - А мне весёлый нужен ты а не  подобие так что давай, водочка хорошая правда не такая как в семнадцатые но хоть что-то. Давай милок, не строй из себя девку. Антон выдохнул, обошёл надгробие и нашёл бутылку водки, открыл крышку и сразу хлебнул большой глоток, специфичный вкус сразу опалил гортань и в районе сердца стало так тепло как ещё никогда не было, Антон чуть качнулся на пятках и сел обратно на скамейку. - Слушай там ктот идёт… - говорит бабушка указывая рукой в сторону леса. Антон расплывчато увидел силуэт несколько раз моргнул и сфокусировал взгляд и в правду идёт кто-то, судя по телосложению парень. Антон отхлебнул водки ещё и достал амулет нацепил на шею, ну что если его судьба такая так тому и быть. Силуэт приблизился к ограждению могилки и молча обошёл её заходя на территорию без спроса и при этом с правой ноги! - Эй, муж… Мужчик сьба-лся по хрошуму, не твоа могилка… - пьяно и не очень связно говорит Антон поднимаясь с скамейки. - Эй тихо, ты ведь не хочешь потревожить их сон? – шепчет мужчина и прикладывает палец к губам. Он грубо хватает парня за бедра наваливая того на себя он толком пискнуть не успел как уже лежал на могиле окантовка который упиралась в затылок. - Ты шо дел… Делаешь? Отвянь пидддор… - Я ведь говорю тихо будь. – Антон не видел его лицо но уверен он улыбается. Весь алкоголь резко испарился из организма уступая страху больше места. - Хочешь водочки сладкий? – спрашивает мужчина и отхлебнув её, усаживается Шасту на бедра и губами прижимается к губам парня который пытается противится но все безуспешно. Водка проникает в рот и попадёт как говорят не в то горло, кашлять ему не позволяет проворный язык который изучает всю полость рта. - И вправду сладкий малыш. Скажи это ведь возбуждает? Кладбище, глуш, мёртвые которые наблюдают за тобой? Возбуждает ведь? – спрашивает мужчина ерзая на бёдрах Антона вызывая возбуждение, видимо с водкой ему в рот ещё что-то попало ведь как ещё объяснить то что у Антона встал член после таких грязных слов. – Чувствую возбуждает… Футболка из тела парня мифическим образом снимется, также как и с мужчины, он сразу припадает губами к телу юноши начиная поочерёдно сосать соски, и Антон громко стонет, ерзая под мужчиной. Неожиданно что-то мокрое выливается на грудь Антона вызывая какой-то невероятный спазм наслаждения такой что член в штанах дёргается. Мужчина слизывает водку что налил на тело размашистыми движениями языка. - Мммм, как же сладко… - стонет мужчина и резко переворачивает Антона снимая с него штаны напрочь также и с себя видимо. – Боже и это всё мне… Мужчина начинает целовать спину, и спускается к ягодицам. Антон смотрит на улыбчивое лицо Прасковьи Прокопьевны, и ему становится стыдно, ведь он подписался на изнасилование, но ему это чертовски нравится. Антон резко стонет стоит шершоватому языку пройтись по сжатому колечку ануса, смачивая его слюной заставляя парня выгнутся в спине, по ягодице проходится шлепок, парень расслабляется, по крайней мере старается это сделать, и видимо получается раз язык входит дальше уже начиная медленно трахать языком парня, такого он никогда не испытывал, и вряд-ли испытает ещё. - Такой сладкий, везде, так и хочется засадить по самые яйца… - Так а что мешает. Оба же хотим… - говорит парень, кажется его позвоночнику конец потому что он выгибается на столько что что-то скрипит, молится остаётся что это не его позвоночник. - И вправду… Мужчина что-то делает а потом парня простреливает боль в районе задницы и поясницы, Антон стонет от боли, но ему это нравится даже, мужчина двигается всё быстрее набирая скорость толчков. Вскоре боль переросла в наслаждение, и судя по всему мужчина скоро кончит поэтому на член парня который изнывает от желания опускается ладонь, и начинает размашисто дрочить парню доводя того до оргазма, а после и сам кончает в Антона. Мужчина падает сверху на Антона и целует в шею. - Это было невероятно, сладкий… - шепчет на ухо Арсений, когда приходит в себя. - Да не то слово Арс. – выдыхает Антон и берет бутылку чудом уцелевшую от их вакханалии водки и отпивает глоток. - Извинись перед женщиной. – говорит тихо любимый мужчина Антона. - Прасковья понимающая она меня простит. А если нет то сотру её душонку к чертям. – отвечает с улыбкой Антон и чмокает мужчину в щеку после поднимается и идёт за вещами. - Ах ты мой некромант… - Ты забыл приставку «любимый». - Да именно что любимый…