Операция «Погремушка»

— Какая мерзость, — сказал Северус, брезгливо посматривая на Эллен и Пола, коллег, которые в последние полгода не переставали очень навязчиво показывать всему отделу свои пылающие чувства. Северус небрежно дернул мантией, будто пытаясь стряхнуть с себя сам факт их присутствия в его поле зрения. — Омерзительно, — согласилась Гермиона, проследив за взглядом Северуса и наткнувшись на обжимающуюся у кофемашины пару. — Сняли б себе комнату. Или б просто потерпели, им все же не по пятнадцать уже. — Было б по пятнадцать я б им столько котлов дал чистить, лет на десять желание сосаться на людях б отбило, — почти мечтательно произнес Северус, и Гермиона прыснула. — Что у нас там осталось? — спросил Северус, отворачиваясь от парочки и переводя тему. — Я бы хотел вернуться домой в этом году. — Подарок Джеймсу, сыну Гарри и Джинни. Северус скривился, словно от кислого лимона. — Зачем дарить подарок ребенку? Он все равно ничего не понимает. — Это называется вежливость, — терпеливо, но с ноткой язвительности заметила Гермиона. — И он все-таки мой крестник, как-никак. — И куда твою вежливость забросило? — устало вздохнул Северус. — Судя по всему, — Гермиона нахмурилась, — в Австрию. Помнишь, они с зимнего семестра открывают у себя первую немецкоязычную школу магии? Надо туда съездить, подтвердить от лица британского министерства магии, что все готово, чтоб им позволили принимать международных студентов. — Припоминаю. Звучит несложно. А кто вел проект? — спросил Северус. Гермиона пролистала папки, и выражение ее лица внезапно стало мрачным. — Ну кто? — Северус сложил руки на груди, уже ожидая худшего. Она кивнула в сторону обнимающихся Эллен и Пола. — Только не говори, что наши озабоченные, — простонал он, прижимая пальцы к переносице. — Они самые, — протянула Гермиона. — И как ты собираешься уговорить их отдать нам почти что готовый проект перед закрытием квартала, особенно когда из работы там осталось только «романтическая поездка в рождественскую Вену»? — он изобразил пальцами в воздухе кавычки. — Что-нибудь придумаю… — вздохнула Гермиона.

🎁🎁🎁

На следующее утро Северуса разбудил настойчивый стук в окно. Мерцающий предрассветный свет едва пробивался сквозь плотные занавески, а тишина комнаты была нарушена лишь нетерпеливым хлопаньем крыльев за стеклом. Он медленно открыл глаза и зарычал себе под нос, недовольно натянув одеяло повыше, пытаясь проигнорировать раздражающий звук. Но сова была настойчива, и в ее постукивании, казалось, слышалась даже некая угроза. С тяжелым вздохом он сел на кровати, протер глаза и огляделся. Темные пряди спутанных волос упали ему на лицо, а на губах мелькнуло едва заметное недовольство. «Ну почему так рано» — пробормотал он, натягивая на плечи черный халат. Подойдя к окну, Северус открыл его, пропуская холодный утренний воздух и незваную гостью. Сова, усевшись на подоконник, протянула лапку с привязанным письмом. Сова Гермионы. Ну конечно. Кому еще могло прийти в голову будить его ни свет ни заря. Желтые глаза птицы смотрели на него с упреком, будто Гермиона сама в неё вселилась и сейчас начнет ему читать какую-нибудь мораль. Северус неохотно сорвал бумажку с лапки птицы, там была лишь одна строчка: «Австрия наша! Собирайся!» Северус недовольно фыркнул, скомкав записку, и бросил её на ближайший стол. «Австрия наша!» звучало как-то тревожно в устах Гермионы, которая умела находить приключения даже там, где их, казалось бы, быть не должно. Он скользнул взглядом по мантиям, висящим на крючках, выбрал теплую черную с серебряной отделкой, смахнул прилипший к ней кусок паутины, натянул сапоги и устало вздохнул. Когда он появился в офисе, Гермиона уже сидела за столом, окруженная стопками бумаг, с кружкой чая в руках. На её лице сияла какая-то уж слишком довольная улыбка. — И как ты их убедила? — спросил он, щелкнув застежкой своей зимней мантии и одарив её испытующим взглядом. — Купила им билеты на телепорт до Бали. Там сейчас лето, — невозмутимо ответила Гермиона, прихлебывая чай. — Сказала, что это рождественская премия от министерства за отличную работу. — И кто будет доделывать их отчеты? — Северус вопросительно поднял бровь. — Мы, — с деланным спокойствием отозвалась Гермиона, не поднимая глаз от бумаги. — Что? — Северус прищурился, его брови грозно сошлись. — Скажи себе, что это плата за то, чтобы всю неделю после возвращения не видеть их лобзающихся физиономий. — Гермиона, наконец, подняла на него взгляд. Северус нахмурился, но все же прикинул, что обмен достаточно равноценен. Возможность провести рождественскую неделю без ежеминутного спектакля «о великих романтических чувствах» действительно казалась заманчивой. Ничего не ответив, Северус шагнул к шкафу, извлёк оттуда перчатки и протянул руку Гермионе. — Давай, чем раньше начнем, тем раньше закончим, — бросил он.

🎁🎁🎁

Северус и Гермиона вышли из шкафа, укрывшись от морозного ветра плотными мантиями. Перед ними высился величественный замок, словно вышедший из старинной гравюры. Узкие башни уходили в низкое серое небо, стены из темного камня покрывали пятна инея, а резные окна отливали теплым золотым светом, несмотря на стужу. Вокруг замка пролегал глубокий ров, а через него был перекинут арочный мост из грубо обработанного камня, покрытый снежным ковром. — Красиво, правда? — произнесла Гермиона. Северус перевел взгляд на нее. Её глаза словно горели от восхищения. — Да, очень, — сказал он, не отрывая от взгляда от ее лица. Гермиона выудила из кармана своей мантии небольшой круглый прибор, напоминающий компас, но вместо стрелки в нем парило светящееся облачко, которое слегка дрожало и меняло форму. Северус подняв бровь. — Это что еще такое? — спросил он, склонив голову набок. — Радар поиска, — с гордостью объявила Гермиона, приподняв устройство. — Подарок Джеймсу - это набор из трех летающих погремушек. А это радар, он настроен на их магическую подпись, я собиралась его Гарри дать, потому что Джеймс вечно свои игрушки теряет, не думала, что он мне самой пригодится. Северус недоверчиво посмотрел на прибор, а затем на Гермиону. — Летающие… погремушки? Ты серьезно? — Абсолютно, — ответила Гермиона, слегка покрутив радар. Облачко тут же задрожало, стало вытягиваться в направлении замка, и раздалось легкое жужжание. — Кажется, они как раз там. — Прекрасно, — проворчал Северус, закатив глаза. — Только этого мне и не хватало — гоняться за летающими погремушками по всему замку. — Не ворчи. Ты сам согласился мне помочь, — напомнила Гермиона, поднимая голову и внимательно рассматривая замок. — Конечно согласился, ты б убилась в одиночку, — пробубнил себе под нос Северус. Они пошли в сторону замка по узкой тропе. Гермиона шла впереди, иногда оборачиваясь, чтобы проверить, не отстал ли он. Северус упрямо шёл следом, чуть пригнув голову. Снег хрустел под ногами, вязко, будто сопротивляясь каждому шагу. Они шли молча, обогнув поворот тропы. Замок маячил перед ними — огромный, почти нелепый в своей сказочной нереальности. Шпили торчали в сером зимнем небе, будто их кто-то нарисовал карандашом, а потом оставил незаконченными. Гермиона замедлила шаг, и Северус вскоре догнал ее и произнес прямо ей над ухом, полушепотом: — Ты как? — Нормально, — отмахнулась она, улыбнувшись, чтобы не встречать этот взгляд. — Просто красиво. На самом деле ей хотелось сказать больше. Хотелось поделиться странным чувством, которое вызвал в ней этот замок — такой большой и необычный, и в тоже время так напоминающий родной Хогвартс. Столько воспоминаний он навеял. От самых лучших моментов жизни, до самых худших — все это произошло там. Но слова застряли где-то внутри, как это бывало всегда, когда Северус подходил так близко и шептал что-то своим низким голосом. — А ты? — спросила она, надеясь, что это прозвучит небрежно. — Нормально, — эхом отозвался он, разглядывая ее лицо. — Прямо как Хогвартс, да? Гермиона кивнула. Иногда ей и не нужно было говорить с ним, он и так ее понимал. У ворот их уже ждал человек. Высокий, угловатый, в длинном сером пальто, которое было ему явно велико. Нос красный, как у циркового клоуна, а в руках — папка, перепачканная снегом. Он стоял, приплясывая от холода, но, заметив их, мгновенно выпрямился, как солдат на параде. —GutenTag, очень рад вас видеть, — поприветствовал он с легким поклоном, его голос звучал мягко, но властно. — Я Вольфганг фон Шнайберг, буду директором этой школы. Вы, должно быть, Эллен и Пол, верно? — Да, это мы, — тут же ответила Гермиона, не дав Северусу возразить. — Рады познакомиться, господин фон Шнайберг. Спасибо, что согласились нас принять. — Взаимно. Прошу, позвольте показать вам нашу школу, — фон Шнайберг жестом пригласил их следовать за ним. — Как вы уже знаете, наша Zauberschulе — это первая немецкоязычная школа магии, мы очень надеемся, что сможем принять сюда студентов не только из Австрии, но и из Германии и Швейцарии. Они медленно пошли по просторному холлу. — Ты не сказала, что нам придется выдавать себя за этих недоумков, — прошипел Северус на ухо Гермионе, когда их экскурсовод оказался чуть впереди. — Времени не было, — так же шепотом ответила Гермиона. — Мы намерены принимать студентов с десяти лет, сразу после начальной школы, — продолжил объяснять фон Шнайберг, поправляя папку подмышкой и вздохнул так, будто поднимал не бумагу, а каменную плиту. — Однако распределение по факультетам произойдет только в четырнадцать. Это даст детям время адаптироваться, понять, что они хотят делать. Северус огляделся. Несмотря на то, что он не переносил Эллен и Пола, особенно в последние месяцы, он их знал давно и вполне доверял их решениям в работе. Если они подготовили проект и подвели его к завершению, значит тут не нужно будет за ними подчищать. Если бы не эти чертовы погремушки управились бы за полчаса. Вообще, с этими несчастными подарками, у них с Гермионой будут лучшие показатели к концу года, столько заданий за месяц, план они точно перевыполнят. Как бы Барлоу только не взял это за норму на следующий год… Из размышлений его вывел восхищенный голос Гермионы. — Ух ты! Очень необычный подход. Северус, ты слышал? — она ткнула его локтем в бок. — Конечно! — ответил он, понятия не имея, о чем шла речь. — Так держать. Судя по всему, ответ удовлетворил и Гермиону, и фон Шнайберга, потому что оба кивнули, и экскурсия продолжилась. Гермиона внимательно слушала и даже тщательно записывала всё, что говорил ей директор. Северус же время от времени бросал на неё короткие взгляды, как будто пытался понять, зачем она относится ко всему так серьезно. Им нужно просто приехать, подписать бумаги, найти ее мерлиновы погремушки и уехать отсюда. Делов на пятнадцать минут. Почему они уже второй час блуждают по этому замку? Когда они углубились в одну из лабораторий, внимательно рассматривая котлы, которые так расхваливал Шнайберг, Гермиона вдруг заметила, как из-за спин послышался тонкий, почти неуловимый писк. Она мгновенно вытащила из кармана свой радар, и тот на пару с невыразимым звуком сразу отреагировал — светящее облачко затрепетало и потянулось в сторону шкафа, где стояла пара старых металлических банок. — Тихо! — прошептала Гермиона Северусу, моментально скользнув вперед. Шнайберг обернулся и в недоумении посмотрел на них. — Что-то не так? — Нет-нет, что вы. Всё отлично! — чересчур бодро воскликнула Гермиона. — Продолжайте пожалуйста, вы говорили, что эти котлы из тонкого материала. — Ах да! — подхватил он. — Тонкого, но крайне прочного! Фон Шнайберг снова отвернулся, продолжая вещать о котлах, и Северус посмотрел на Гермиону. — Там, — шепнула она и указала рукой за шкаф. Северус огляделся и прошел туда, куда она показывала. — Вот, теперь вы видели и лабораторию, пойдем дальше? — сказал Шнайберг и снова обернулся к ним. — Какой у вас необычный шкаф, — сказал Северус, первое что пришло на ум, — он для ингредиентов? — Эм… да? — Шнайберг явно не ожидал такого вопроса, — но он пустой! — попытался сказать он, но Северус уже распахнул его. Шкаф и правда был пустой. Он просканировал глазами полки, когда вдруг с одной из них подлетел какой-то предмет и вылетел на середину комнаты. — Arresto Momentum, — почти беззвучно прошептал Северус, выхватив палочку, и предмет сильно замедлил ход. Да, это однозначно была погремушка. Гермиона, тут же проследив за его действием, подпрыгнула и схватила ее, сразу же засовывая в сумочку. Вся сцена заняла не более пары секунд и как только виновница их проблем была поймана, они оба перевели взгляд на фон Шнайберга. Тот был белее мраморных стен своей любимой школы. — Это какая-то случайность… этого не должно было быть… — начал лепетать он. «Что это он разнервничался», — подумал Северус и посмотрел на Гермиону. — О, не переживайте, мистер фон Шнайберг, — тут же успокоила его Гермиона, — это не станет проблемой для подписания разрешения! Тот явно расслабился от этих слов. — А, да, ну хорошо! Вы не подумайте, у нас такого не бывает, честное слово… Мы все еще раз проверим, прежде чем детей начнем принимать… — Поверьте, когда я училась в Хогвартсе у нас и не такое встречалось, — Гермиона отмахнулась и натянуто усмехнулась. — Ох уж эти магические замки с их тысячелетними историями. Фон Шнайберг улыбнулся и, уже совершенно успокоившись, предложил продолжить экскурсию. Северус вздохнул.

🎁🎁🎁

Спустя час, они наконец-то обошли замок. Что было неприятно, так это тот факт, что прибор больше не разу не запищал, сообщая о погремушке. Куда б они могли залететь-то? — Спасибо большое за экскурсию, — сказала Гермиона. — Вы не против, если мы задержимся до вечера? Хотелось бы еще раз все обойти, проверить, и там мы все подпишем. — Конечно! Чувствуйте себя как дома, — воскликнул фон Шнайберг. — Вы, наверное, устали с дороги? Хотите, мы можем дать вам комнату? — Это было бы замечательно! — воскликнула Гермиона, и Северус кивнул. Фон Шнайберг провел их по узкому коридору, освещенному факелами, до массивной деревянной двери с медной ручкой в форме орла. — Надеюсь, вам будет удобно, — сказал он, открывая дверь, и как-то многозначительно подмигнул. — Останетесь на ужин? Моя жена готовит лучший в мире штрудель! — С удов… — уже начала Гермиона, но Северус перебил ее, не дав договорить. — Мы бы с удовольствием, но боюсь, нам нужно будет вернуться раньше в Министерство. Конец года, отчеты, сами понимаете, — он сделал ударения на слове «отчеты» пытаясь немного задеть Гермиону за сегодняшнее утро и улыбнулся кончиками губ. — Очень жаль, очень жаль, — протянул он, — но если вдруг передумаете, мы всегда рады гостям! Как только дверь за директором закрылась, Северус замер на пороге. — Грейнджер, - позвал он Гермиону, которая как ни в чем не бывало прошла вглубь комнаты. — Что? — Тут одна кровать, — констатировал Северус. — Я вижу, — абсолютно невозмутимо ответила она. — И ты не хочешь возмутиться по этому поводу? — Мерлин, Северус, успокойся, мы все равно не задержимся тут на ночь, ты сам только что сказал, что мы уедем еще до ужина. Найдем подарок и пойдем. Северус прошел в комнату, скинул мантию на ближайшее кресло и устало опустился в него. — Не объяснишь, почему нам приходится выдавать себя за этих придурков в пубертате? — спросил он, массируя виски. Гермиона достала из сумочки радар и присела на край широкой кровати. — Ну а что нам оставалось делать? — вздохнула она. — Чтобы официально передать проект, нужно несколько недель согласований и гора бумаг. А так… — она пожала плечами. — Их же никто тут в глаза не видел. Северус повел плечом и Гермиона перевела тему: — Что думаешь о школе? — Школа как школа, — буркнул он, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь из очень длинного рассказа Шнайберга. — А ты? — Честно? — Гермиона посмотрела на него. — Она намного более продумана, чем Хогвартс. Факультеты делят по способностям и предрасположенностям, а не по решению старой шляпы в маразме, — она фыркнула. «Так вот о чем он рассказывал всю дорогу!» — подумал Северус. — «Что может быть бредовее, чем настраивать одиннадцатилетних детей друг против друга, потому что у них разные черты характера.» Северус тоже не удержался и усмехнулся. Спорить с ней тут было крайне сложно. — Неужели ты намекаешь, что Хогвартс нужно реформировать? — спросил он, поднимая бровь. — МакГонагалл неплохо справляется, — улыбнулась Гермиона, — я точно не хочу влезать в это болото. Может, когда-нибудь, если у меня будут дети, я этим займусь… — И тогда берегитесь тысячелетние традиции Хогвартса, если уж на вас начнет охоту сама Гермиона Грейнджер… Они оба усмехнулись и их взгляды встретились, поэтому Гермиона тут же отвела взгляд и спросила: — Еще две погремушки осталось… Радар в ее руках не подавал особых признаков жизни, лишь тихонько подрагивая. Северус поднялся с кресла, небрежно застегивая мантию. — Пойдем искать, — пробормотал он. — Чем быстрее найдем, тем быстрее уедем. Коридоры школы казались пустыми и гулкими. Их шаги эхом отдавались о каменные стены, создавая ощущение полного одиночества. Гермиона внимательно осматривала каждый угол, а радар нервно подрагивал, но не указывал ничего конкретного. Они спустились на первый этаж, в большой парадный холл. Высокие окна были затянуты инеем, а посередине комнаты возвышался массивный свод, украшенный еловыми ветками. И тут — пучок омелы, свисающий прямо посередине. Радар в руках Гермионы вдруг задрожал, легкое облачко света потянулось к центру комнаты. — Северус, — прошептала, — здесь. Под самой омелой, едва заметная, чуть покачивалась вторая погремушка на уровне колен. Странно, что они не увидели ее во время экскурсии, проходили же совсем недалеко. Северус моментально среагировал: — Arresto Momentum! Погремушка замерла в воздухе. Гермиона потянулась было за ней, но внезапно осознала, что они стоят прямо под омелой. Неловкость снова повисла в воздухе. Северус шагнул было назад, но пол под ногами предательски скрипнул. Гермиона смутилась еще сильнее. — Ну… — начал было Северус, явно пытаясь разрядить обстановку. — Да, — быстро перебила она, схватив погремушку и мгновенно спрятав её в сумку. Северус откашлялся, поправляя воротник мантии. — Осталась последняя, — пробормотал он себе под нос. Они обшарили все помещения школы. Библиотеку с высокими стеллажами, заставленными древними томами. Подвальные помещения с котлами и странными магическими артефактами. Но третья погремушка словно испарилась. — Ее нигде нет, — обреченно сказала Гермиона. — Почему ты вообще решила подарить летающие погремушки? — спросил Северус, — Что может быть бредовее, уж прости. — Ну спасибо, — насупилась она. — Джеймс обожает все летающее. — Не сомневаюсь, — хмыкнул Северус. — А вот его родителей надо искренне ненавидеть, чтобы подарить такое ребенку. Ты почти заставила меня сочувствовать Поттеру, а я был уверен, что это невозможно чисто физически. Гермиона прыснула, и даже не стала отвечать, снова уткнувшись в прибор для поиска. Тот был абсолютно спокоен. — Давай вернемся, — наконец вздохнула она. — Оставим ее здесь, если они вдруг ее найдут, то что же… решат что чья-та выходка, вряд ли она может какой-то скандал вызвать, они безобидные… Северус подошел к окну, положил руку на холодное стекло. Огромные снежные хлопья плотной стеной заслоняли весь обзор, ветер выл в окна так яростно, что казалось — сам замок содрогается от его натиска. — Гермиона, у нас, кажется, есть проблема посерьезнее твоей игрушки. Гермиона подняла голову и удивленно посмотрела на него. — Какая же? — Порталы в такую бурю не работают, — констатировал он, — скорее всего, нам все-таки придется отведать тот несчастный штрудель. — Гермиона уронила голову. — А может и остаться до утра. — Ночь обещала быть длинной.

🎁🎁🎁

— Значит так, — решительно сказала Гермиона, поднимаясь, — сначала разберемся с бумагами. Нам же все равно нужно подписать разрешение на международных студентов. — Кстати об этом! — Северус наконец задал вопрос, который крутился в его голове уже несколько часов. — Как мы это сделаем? Технически Эллен и Пол… — Технически, — перебила его Гермиона, — подписи Эллен и Пола уже стоят на всех предварительных документах. Осталось только финальное подтверждение. И да, я могу подделать их подписи. Северус удивленно уставился на нее. — Что? — она пожала плечами. — Я же была старостой. Думаешь, я бегала к МакГонагалл за каждой подписью на всех мелких записках? — Мисс Грейнджер, я шокирован, — протянул он с наигранным возмущением. — Да-да, конечно, — фыркнула она, доставая из сумочки пергамент. — И, честно говоря, очень расстроен, что сам не додумался делегировать эту задачу кому-нибудь из старост в свои будни деканства. Гермиона прыснула. Они спустились в кабинет директора, где их уже ждала стопка документов. Фон Шнайберг суетился вокруг них, то и дело поправляя очки и подливая чай. — Итак, — сказал он, когда последняя подпись была поставлена, — теперь я могу надеяться, что вы останетесь на ужин? В такую метель сложно будет вернуться… Северус и Гермиона переглянулись. — С удовольствием, — ответила Гермиона. — Спасибо вам большое за приглашение!

🎁🎁🎁

Ужин накрыли в небольшой уютной комнате. Марта фон Шнайберг, полная женщина с добрыми глазами, приготовила ужин, которым можно было накормить не только их четверых, но и еще какой-нибудь небольшой полк солдат. — Эллен, Пол, — улыбнулась она, — мы так рады, что вы смогли приехать! Вольфганг столько о вас рассказывал. Гермиона почувствовала, как Северус напрягся рядом с ней, и легонько пнула его под столом. — Мы тоже очень рады, — улыбнулась она. — Школа просто замечательная. За ужином Марта, казалось, пыталась накормить их на год вперед. Стол был уставлен множеством блюд — тут были и шницель, и картофельный салат, и копченые колбаски, и какой-то замысловатый суп, названия которого Гермиона не могла выговорить. — Эллен, дорогая, — сказала Марта, подкладывая Гермионе уже третью порцию салата, несмотря на ее слабые протесты, — вы должны больше есть! Такая худенькая… Северус едва заметно усмехнулся, и Гермиона пнула его под столом. — Знаете, — продолжила Марта, разливая по бокалам темно-красное вино, — глядя на вас, я все время вспоминаю нас с Вольфгангом в молодости. Такие же влюбленные взгляды… — Марта! — фон Шнайберг попытался остановить жену, но та только отмахнулась: — Что «Марта»? Я же вижу. Мне Вольфганг сразу сказал, с первого вашего… письма, между этими двумя точно, что то есть! Вот и у нас все так же начиналось… — О, — Гермиона ухватилась за возможность перевести разговор, — а как вы познакомились? — О, это такая история! — Марта просияла. — Я тогда работала в маленькой кондитерской в Вене. Знаете, такое уютное было местечко на углу магловского квартала. И вот однажды заходит этот… — она бросила нежный взгляд на мужа, — совершенно промокший волшебник. Оказалось, его зонт сломался прямо посреди ливня. А водооталкивающее заклинание он и не вспомнил! Ну представляете! — она всплеснула руками. — Я специально его сломал, — признался фон Шнайберг, — три дня ходил мимо витрины, не решаясь зайти. — А у меня как раз пирог с яблоками подгорел в тот день, — рассмеялась Марта. — Первый раз за пять лет! Я так расстроилась… — И я сказал… — «Подгоревший пирог — к счастью!» — хором закончили они. Гермиона невольно улыбнулась, глядя на них. В глазах пожилой пары до сих пор светилась такая искренняя любовь, что становилось тепло на душе. — А вы? — спросила Марта, подкладывая Северусу еще картофеля. — Как вы познакомились? Гермиона почувствовала, как у нее пересохло в горле. Северус рядом с ней замер. — Мы… — начала она. — На работе, — быстро вставил Северус. — В министерстве. — О, как скучно! — протянула Марта. — Должны же быть какие-то подробности! Первая встреча, первый взгляд… Гермиона почувствовала, как краснеет. Вряд ли будет уместно рассказать, что познакомились они, когда она, будучи одиннадцатилетней девчонкой, вошла в класс своего профессора зельеварения… — Она пролила кофе на мои документы, — вдруг сказал Северус, и Гермиона удивленно повернулась к нему. — Важные документы. Три часа работы насмарку. — О нет! — ахнула Марта. — О да, — Северус усмехнулся. — Я был в ярости. А она… — он посмотрел на Гермиону, и в его глазах промелькнуло что-то такое, отчего у нее перехватило дыхание, — она просто улыбнулась и сказала: «Давайте я помогу все исправить». Тогда-то я и понял, что мы точно сработаемся. Гермиона смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Она прекрасно помнила тот случай — года полтора назад, они только начали работать вместе, и она действительно совершенно случайно опрокинула чашку на его отчет. Помнила, как он рычал и возмущался, как она настояла на том, чтобы помочь все переписать, как они просидели до ночи в пустом офисе… Но она и подумать не могла, что он это так запомнил… — Как романтично! — воскликнула Марта. — Правда, Вольфганг? Но Гермиона уже не слышала, что ответил фон Шнайберг. Она все еще смотрела на Северуса, а он — на нее, и в этот момент между ними словно проскочила искра, что-то неуловимое, но такое явное, что уже невозможно было это игнорировать. — А теперь, — голос Марты словно доносился издалека, — кто хочет штруделя?

🎁🎁🎁

— Я трансфигурирую кресло и лягу там, — устало сказал Северус, когда, наконец, они вошли в их комнату после очень уж плотного ужина. — Не говори глупостей, — оборвала его Гермиона. — Это будет неудобно, у тебя завтра спина болеть будет. — Ты сомневаешься в моих способностях? Думаешь, я не смогу сделать себе самую удобную кровать во всей этой стране? — он насмешливо приподнял бровь. — В твоих способностях я не сомневаюсь, — спокойно ответила Гермиона, снимая плащ и аккуратно вешая его на спинку стула. — Но трансфигурация — это временное решение. Будешь посреди ночи обновлять заклинание? Северус усмехнулся, сложив руки на груди. — Ты предлагаешь мне альтернативу? — Ну, — Гермиона обернулась к нему с прямым взглядом. — Кровать достаточно большая. Он прищурился. — Ты предлагаешь мне… лечь с тобой? — Да, Северус, именно это я предлагаю, — терпеливо проговорила Гермиона, скрестив руки. — Мы взрослые люди. — Она вздохнула, обернувшись к чемодану, чтобы избежать его прожигающего взгляда. — Если тебя это утешит, я могу наложить заклинание, разделяющее стороны кровати, чтобы ты не беспокоился о личных границах. Северус фыркнул, слегка качнув головой. — Границы меня не беспокоят. — Тогда решено, — Гермиона постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более небрежно. — Я переоденусь в ванной. Когда она вернулась, Северус уже лежал на дальней стороне кровати, отвернувшись к стене. Его длинные черные волосы разметались по подушке, и Гермиона почувствовала странный трепет где-то в груди. Она осторожно забралась под одеяло со своей стороны, стараясь не потревожить его. — Nox, — прошептала она, и комната погрузилась в темноту. Тишина казалась почти осязаемой. Гермиона лежала, глядя в потолок и прислушиваясь к его дыханию — размеренному, глубокому, при этом он явно не спал. Где-то за окном завывал ветер, а снег все так же бился в стекла, создавая странную, почти уютную атмосферу. «Интересно, о чем он думает?» — мелькнула у нее мысль. Она вспомнила, как он рассказывал о них за ужином, как смотрел на нее в тот момент… Ей хотелось придвинуться ближе, почувствовать тепло его тела, может быть даже… Северус тем временем лежал, уставившись в стену и проклиная себя за то, что согласился на это. Он слышал каждое ее движение, чувствовал легкий аромат ее волос — что-то цветочное, кажется, жасмин? — и это сводило его с ума. Достаточно было бы просто повернуться, протянуть руку… — Спокойной ночи, Северус, — тихо сказала Гермиона. — Спокойной ночи, — ответил он так же шепотом.

🎁🎁🎁

Гермиона проснулась в теплых объятиях. Давно она не спала так хорошо. Где она? Не сразу поняв, что происходит она чуть поерзала, и тогда, руки, обнимающие ее, сжались чуть крепче. Северус. Она заснула рядом с Северусом. Интересно, он уже проснулся? Нет, это Северус, он даже на работу вовремя прийти не может. Гермиона тихонько повернулась в кольце его рук, стараясь не разбудить его. Его дыхание было ровным, лицо — расслабленным. Она позволила себе пару секунд на то, чтобы разглядеть его без обычного напряжения. Это был редкий момент, когда он выглядел… умиротворенным. Она бы соврала, если б сказала, что ей не нравилось то, как начиналось это утро. Или, что она не представляла такую сцену. Ох, представляла. Возможно, только, в ее мечтах они засыпали не на разных концах кровати, а занятые куда более интересным занятием… Гермиона тут же отогнала эти мысли. Еще не хватало чтобы Северус заметил что-то такое в ее взгляде. Тогда он уйдет, и ей в напарники достанется какой-нибудь олух, и она погибнет на каком-нибудь задании, потому что некому будет ее прикрыть… В дверь постучали. — Пол! Эллен! — раздался из-за двери голос фон Шнайберга. — Буря закончилась! Порталы снова работают! Северус резко открыл глаза, и их взгляды встретились. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, замерев в объятиях, пока не осознали ситуацию полностью. Северус мгновенно отдернул руки, словно обжегшись, и Гермиона поспешно отодвинулась на свою половину кровати. — Э-э… Спасибо! — крикнула она в сторону двери. — Мы сейчас будем готовы! Они собирались в неловком молчании, старательно избегая смотреть друг на друга. Гермиона сосредоточенно складывала вещи в сумочку, а Северус застегивал пуговицы на мантии с таким вниманием, словно если он отвлечется на мгновение, все котлы в этой школе одновременно взлетят на воздух. Внизу их ждал фон Шнайберг, улыбающийся какой-то особенно загадочной улыбкой. — Прежде чем вы уйдете, — сказал он, когда все документы были подписаны и проверены, — я должен кое в чем признаться. Северус и Гермиона переглянулись. — Видите ли, — директор сложил руки за спиной, — я сразу понял, что вы не Эллен и Пол. — Что? — выдохнула Гермиона. — Но как… — О, — фон Шнайберг усмехнулся, — я довольно часто общался с ними по каминной сети. — Северус сглотнул. Если он настучит на них в министерство, остаться без работы, это наименьшее, что им светит. - И, знаете… — подмигнул Шнайберг, — вы двое гораздо интереснее. Такая прекрасная пара, так трогательно заботитесь друг о друге… Было бы скучно сразу раскрыть карты. Северус нахмурился: — И вы не станете сообщать в министерство? — Зачем? — директор пожал плечами. — Все документы в порядке, школа получила разрешение, а мы с Мартой… мы просто хотели немного подержать интригу. — Он достал из кармана небольшую коробочку. — Кстати, вы, кажется, что-то искали? Гермиона взяла коробку дрожащими руками. Внутри лежала третья погремушка. — Вы нашли ее? — воскликнула она. — Ещё вчера утром, — признался фон Шнайберг. — Очаровательная вещица. Знаете, — он понизил голос, — иногда самые важные вещи находятся прямо перед нами. Нужно только набраться смелости и протянуть руку. Он многозначительно посмотрел на них обоих, и Гермиона почувствовала, как краска заливает её щеки. Северус рядом с ней едва заметно кашлянул. — Что ж, — сказал директор, — не буду вас больше задерживать. Счастливого Рождества!

🎁🎁🎁

После долгих прощаний они, наконец, приземлились обратно в министерстве. Северус тут же погрузился в отчет, после сегодняшнего утра говорить не хотелось. И напряжение между ними все еще звенело натянутой струной. — Северус? — вдруг позвала его Гермиона со своего конца офиса. — Да? — Думаю, мне сегодня вечером нужно будет пройтись по магазинам. — Что еще? — простонал он. — Тблпрв, — пробормотала Гермиона себе под нос. — Что прости? — переспросил он. — Ты был прав говорю, — раздражённо повторила она. — Дарить летающие погремушки ребенку было, наверное, не лучшей идеей. — Мерлин, неужели? — усмехнулся он, и это, кажется, немного разрядило воздух. — Поэтому нужно будет купить ему что-нибудь еще, — подытожила Гермиона. Северус глубоко вздохнул.