Сердце в школьном рюкзаке и звёзды под рубашкой

Хёнджин хотел побыть один и придти в себя, решив пойти в парк в паре кварталов от дома. Начало лета давало о себе знать, поэтому даже ближе к девяти часам вечера было довольно светло. Солнце плавно садилось, окрашивая небо в различные оттенки розового и оранжевого. Спустя пару десятков минут, парень уже был у входа в парк. На глаза сразу бросились автоматы с игрушками, тир, батуты, различные аттракционы. Асфальт разрисован мелками. Людей было не настолько много, как он думал, лишь детский смех изредка слышался из далека. В тени была дорожка, по сторонам которой стояли деревянные скамейки. Сев на свободную, Хёнджин заметил парня на дальней скамье. Голова опущенна, волосы заслонили лицо. Переключив своё внимание на переписку с другом, Хван не заметил пролетевший час. Наконец-то отвлёкшись от телефона Хёнджин встал и немного размялся. Заблокировав телефон, в поле зрения опять попал тот юноша. Хвана насторожило то, что он так и не с двинулся с места. Немного ускорив шаг из-за того, что с неба начинал накрапывать дождь, Хёнджин быстро дошёл до дальней лавочки. —Эй, парень, у тебя всё нормальн... - Перестав трясти незнакомца за плечо, Хёнджин замолк. Голова чуть откинулась назад от посторонних движений, от чего волосы спали с лица открывая вид, как оказалось, на знакомое Хвану лицо. —Феликс!? Хэээй, Ликс, ты чего! - Повторно дёргая плечо Ли, Хёнджин пытался привести парня в чувства. Решив всё-таки звонить в скорую, потому что Ли, как минимум, был в обмороке, а как максимум, в принципе выглядел нездорово. —Алё, здравствуйте! Тут человек без сознания, Адрес *******. И постарайтесь быстрее пожалуйста. Спасибо огромное, буду... будем ждать!

***

Спустя несколько часов* В воздухе парили различные запахи, присущие больнице, чувствовались насыщенные нотки стирильных бинтов, хлорки, омерзительной эхтиоловой мази и еще чего-то непонятного, но знакомого с детства. Цифры на экране телефона показывали 00:21. Хёнджин даже подумать не мог, что в такое время будет лежать не в своей мягкой кроватке, а на твёрдых стульях. После того, как Хван вызвал скорую, Феликс всё же очнулся, но выглядел также очень бледно и вяло. Когда скорая приехала, то увезла парней в ближайшую больницу. После осмотра выяснилось, что Феликс упал в обморок от голода. Врачи конечно просили, чтобы родитель Ли приехал, но Хёнджину пришлось уговаривать обойтись без этого. — Молодой человек, я не могу так просто отпустить вас без родителей! Вы же понимаете, что сейчас уйдёте, а потом меня виноватой выставят вдруг что случится. — Женщина-медик, на вид лет пятидесяти, по немногу выходила из себя. — Тётенька, ну пожалуйста! Ничего ведь серьёзного, отпустите нас уже... Хван всеми силами пытался отвертеться (хоть и выходило глупо), что в итоге получилось. Женщина всё же уступила, отпустив их с настойчивым напоминанием следить за состоянием. Хёнджин взял Феликса под руку, поддерживая его, когда тот вяло встал, едва сдерживая наступающее головокружение. В коридорах больницы царила тишина, прерываемая лишь тихими шагами персонала и редкими звуками снова подступающего дождя. — Спасибо, что был со мной, — произнес Феликс, его голос был еле слышен. Хёнджин лишь стиснул его плечо, стараясь развеять накатившую тревогу. Они вышли на улицу, холодный воздух обнял их, освежая. В голове у Хёнджина вертелись опасения, что такое состояние Ли - это слишком и с его матерью точно нужно разбираться. Набрав номер такси, уже спустя пару минут к парням подъехал легковой Mercedes-Benz. Посадив сначала Феликса, а потом и сам сев на задние сиденья, Хёнджин расплатился с водителем и парни спокойно поехали домой. Капли дождя стучали по крыше авто, а после скатывались по тонированным окнам. Обитые кожзамом сиденья отлично смотрелись в салоне. Из магнитолы тихо играло какое-то радио. Ли тихонько подвинулся ближе к Хвану. Хёнджин почувствовал, как напряжение дня постепенно уходит, уступая место уюту и теплу, которое исходило от Ли. Он смотрел в окно, наблюдая за каплями дождя, вскоре вновь прикрыв глаза. С каждым поворотом дождь становился все спокойнее. Хёнджин, чувствуя, как Феликс нежно прильнул к нему, вдруг улыбнулся — эта простая близость наполняла его сердце теплом и радостью. Они были в безопасности, а вокруг мир словно замер, позволяя им насладиться умиротворенной дорогой. Хёнджин вспомнил:« Что там врач говорила? Феликса нужно напоить сладким чаем и по возможности лёгким бульоном. Хотелось бы конечно поспать, а не варить бульоны всякие, но почему то мне больше хочется позаботиться о Ликсе... » Хёнджин перенёс свой взгляд с улиц на Феликса, который, казалось, уже задремал, почти лежа на нём. На мгновение ему стало жалко, что они столкнулись с такими трудностями в этот день, но мысль о том, как они смогут вместе преодолеть все преграды, вселяла уверенность. Он нежно провел рукой по волосам друга, ощущая покой, который окутывал их. Когда автомобиль проехал мимо последних огней города, Хёнджин вдруг понял, что должен купить парочку вещей для Феликса. Он шепнул на ухо водителю, чтобы тот остановился в ближайшем магазине. Выйдя из машины, он спешно нашел нужные продукты: овощи, не жирные йогурты и несколько других "диетических" продуктов, которые в дальнейшем могут понадобиться. Вернувшись обратно в такси, Хёнджин увидел, как Феликс все еще дремлет. Он аккуратно положил покупки рядом и вновь обнял друга. «Я позабочусь о тебе»— подумал Хван, глядя на дождь, который теперь уже не казался таким мрачным. Хёнджин знал, что в такие моменты их связь становилась только крепче. Когда такси остановилось перед их домом, Хёнджин осторожно разбудил Феликса. «С добрым утром», — произнес он в шутку с ухмылкой, и в ответ увидел сонное, но счастливое выражение на лице друга. Попрощавшись и поблагодарив таксиста, Хван поднялся с места и забрал покупки. В ту ночь, Хёнджин вновь заботился о Ли, что не привычно для человека с которым знаком меньше недели, но между ними уже зародилась особая близость. Хван чувствовал, что его желание заботиться о Феликсе проистекает не только из дружбы, но и из глубокого чувства ответственности. Каждый момент, проведенный вместе, лишь укреплял их связь, и он не мог отделаться от мысли, что эти взаимоотношения стали частью его жизни гораздо быстрее, чем он ожидал.