Любовь зла.

      Сергей ступил на перрон, чувствуя, как свежий воздух пробирается под воротник. Около него суетились пассажиры, кто-то громко переговаривался, уставшие путники медленно выходили из вагонов, потягиваясь после долгой дороги. Он глубоко вдохнул, впитывая знакомый запах родного города.       «Наконец-то».       Он быстро пересёк вокзал, выбрался на улицу и, не теряя времени, остановил машину.       — На улицу Лесную, пожалуйста, — сказал он водителю, опираясь локтем на дверцу.       Машина тронулась. Сергей смотрел в окно, его пальцы невольно барабанили по колену. Он представлял этот момент уже сотни раз — как откроет дверь, как увидит её удивлённое, а затем счастливое лицо, как она бросится к нему, окутывая теплом.       Скоро.       Приехав, он поднялся по ступенькам её дома, глубоко вдохнул и постучал. Тишина. Он нахмурился, повторил стук громче. Никакого ответа не последовало.       Он прижал ладонь к двери, будто пытаясь почувствовать хоть какое-то движение внутри.       «Может, она вышла по делам?» — но тревога уже закрадывалась внутрь. Он постоял ещё пару минут, затем отступил назад. «Ладно, зайду позже».

***

      Вздрогнув от скрипа двери, Анна подорвалась с постели, резко открыв глаза.       Шмидт. Он стоит в дверном проёме, его силуэт отбрасывает длинную тень на стену.       — Здравствуй, Анна, — говорит он спокойно, не моргая, — она отворачивается, плотно сжав губы. Шмидт молча подходит, ставит на стол кусок хлеба и воду. — Возьми. Тебе нужны силы.       Анна медлит, затем медленно протягивает руку, берёт хлеб. Откусывает, не ощущая вкуса. Шмидт не сводит с неё глаз.       После нескольких минут тишины он вдруг наклоняется, берёт её за подбородок, заставляя посмотреть на него. — Ты моя пленница, Анна, — она замирает, в груди — словно холодный комок.       — Вы… вы не можете так поступать. Я спасла вас. Я должна быть свободна, это нарушение.       Шмидт медленно улыбается, но в его улыбке нет тепла.       — Ты мне нравишься, поэтому я не привязываю тебя. Но если будешь непослушной, пожалеешь, поняла? — он сжал ее подбородок сильней.       Слеза скатилась по щеке девушки, но она ответила.       — Я поняла, — разжав пальцы, Шмид выпрямляется.       — Я вернусь позже, — он закрывает дверь, оставляя её одну. Анна опускает голову, слёзы бегут беззвучно.       Она зажмуривает глаза, в груди всё горит от беспомощности.       «Как мне выбраться отсюда?»

***

      Сергей открывает глаза, понимая, что проспал дольше, чем хотел.       «Пора к Анне, если её нет, я заявлю в полицию».       Он быстро одевается, выходит из дома. Снова подходит к её двери и стучит, тишина.       «Нет, что-то здесь не так».       Он дёргает ручку. Заперто. Сергей сжимает кулаки, его сердце сжалось от тревоги. Он идёт к соседнему дому, стучит, дверь медленно открывается.       Петя.       — Привет, дядя Серёжа! — радостно говорит мальчик. Сергей наклоняется, его голос звучит более напряжённо.       — Привет, малыш, ты не видел Анну? Она давно не выходила?       Петя морщит лоб, задумавшись.       — Нет… давно не видел… — Сергей замирает, затем потрёпывает мальчишку по голове.       — Если вдруг увидишь её, скажи мне сразу.       — Хорошо, дядя Серёжа, — дверь захлопывается. Сергей остаётся перед домом, не двигаясь, его дыхание тяжёлое.       «Где ты, Аня?»

***

      Анна сидела на полу и плакала, скрипнула дверь, подняв взгляд, девушка заметила немца. Быстрым шагом подойдя к девушке, тот схватил её за подбородок, посмотрел ей в глаза и сказал.       — Аня, думаю ты уже знаешь, ты мне очень нравишься, я говорю серьезно, — Анна опешила, она не знала, что ему ответить. Потом её негодования сменились гневом — она закричала.       — Я никогда не буду с тобой! Ты похитил меня, ты — ужасный подлый человек, немец проклятый, отпусти меня! — кричала девушка, махая руками.       На лице немца появился гнев, сначала он пытался себя держать в руках, но не смог. Шмидт разозлился и влепил ей пощёчину. Анна, с ужасом посмотрев на него, закрыла лицо руками и заплакала.       — Сегодня останешься без еды, — сказал Шмидт, даже не посмотрев на Анну, и ушёл.       Анна плакала, было очень обидно. Ты спасла ему жизнь, а он… Похитил, побил и накричал. Прошло, может, минут двадцать, когда Анна, успокоившись, начала думать, как можно выбраться отсюда.       Посмотрев на окно, она подумала, что можно вылезти из него, и начала искать, чем его можно разбить. Немного поискав, она наткнулась взглядом на палку. Быстро подойдя к окну, Анна, скривившись, ударила по стеклу. Стекло разбилось. Осколки стекла разлетелись в разные стороны. Анна подставила стул и вылезла в окно. Она никогда так быстро не бегала.

***

      Сергей сидел, опустив голову, его взгляд был пустым, устремлённым в одну точку на столе. Его мысли кружились хаотично, снова и снова возвращаясь к Анне. Где она могла быть? Почему её нигде нет?       «Если её похитили… или хуже…»       Он резко сжал кулаки, пытаясь отогнать страшные картины, вспыхнувшие в голове.       «Нет, она сильная. Она справится. Но всё равно…»       Он медленно потёр лицо руками, чувствуя, как внутри растёт тревога. Вокруг был тихий вечер, лампа за его спиной мягко освещала комнату, но ему казалось, что темнота глубже, чем должна быть. Ему нужно было действовать.

***

      Вечер сгущался, когда Алекс подъехал к хижине, где Шмидт держал Анну. Машина остановилась у края леса, мотор заглох, и наступила тишина. Алекс вышел, поправил воротник пальто, стряхнул с него соринку и уверенно направился к крыльцу.       Шмидт уже ждал его у двери, опираясь плечом о косяк.       — Как там твоя Анна? — спросил Алекс, оглядывая друга с любопытством, заходя в дом.       Шмидт ответил коротко, ровно, почти скучно:       — Нормально, пока не брыкается, — Алекс хмыкнул.       — Хочешь сказать, ты держишь её тут несколько дней, а она просто «нормально»?       Шмидт бросил на него холодный взгляд, но ничего не ответил.       — Пойдём посмотрим, — предложил Алекс, расправляя рукава.       Шмидт кивнул. Они вместе шагнули внутрь, хижина встретила их запахом дерева и угольной копоти. Алекс огляделся.       — Где она? — Шмидт молча подошёл к двери, повернул ручку, и та мягко поддалась.       Но комната была пуста.       Он замер.       — Что… — Алекс шагнул ближе, заглянул внутрь, а потом резко выпрямился.       — Ты что, издеваешься? Где она?! — Шмидт подошёл к окну. Осколки стекла блестели в лунном свете.       — Нет… — выдохнул он, его взгляд резко потемнел, — Алекс попятился.       — Ты хочешь сказать, она сбежала? — Шмидт резко ударил кулаком по дверному косяку, коротко и зло.       — Она сбежала! А я — дурак. Не дошло, что нужно заколотить окна, — Алекс скрестил руки, покачал головой.       — Ну ты и глупец… — Шмидт развернулся к нему, его взгляд был жёстким, острым, почти хищным.       — Заткнись, — Алекс поднял ладони, усмехнулся.       — Ну ладно, ладно. Я просто говорю — ты сам виноват. Сначала решил быть мягче, а она этим воспользовалась.       Шмидт сжал зубы, его дыхание стало резким.       — Мы её найдём, и у неё сразу пропадёт вся смелость, — Алекс вздохнул, оглядывая разбитое окно.       — Интересно, далеко она успела уйти?       Шмидт уже не слушал. Он подошёл к двери, резко толкнул её, вышел наружу, воздух был холодным, но ему было всё равно.       — Я найду её, — Алекс фыркнул, шагая за ним.       — Ты — как охотник, от которого сбежала добыча, — Шмидт не ответил. Он уже решился. И Анне стоило бы начать бояться.

***

      Анна пришла домой и рухнула на кровать. Её тело дрожало от усталости, руки были холодные, ноги отказывались двигаться. Как только она почувствовала мягкость под собой, слёзы хлынули с новой силой.       Они текли по её лицу горячими дорожками, разбиваясь о подушку, пропитывая её солью горечи, страха и облегчения. Она прошептала сквозь дрожащие губы:       — Я дома… — но разве это действительно означало безопасность?       Дни в заточении с Шмидтом, непрекращающийся страх, удары сердца, рвущиеся наружу… Всё это ещё пульсировало в ней, напоминало о пережитом кошмаре. Она не заметила, как уснула, её дыхание сбилось в ровный ритм.       Стук в дверь, Анна резко открыла глаза. Всё внутри сжалось, она замерла. Только бы не он…       — Кто там? — прошептала она, голос был слабым, как у ребёнка, боящегося темноты.       Снаружи раздался знакомый голос, полный тревоги и нежности.       — Анечка, это я, — сердце Анны резко подскочило, в голове зашумело, ноги сами двинулись вперёд.       Она распахнула дверь и увидела его. Сергей стоял перед ней, живой, родной, тёплый. Анна бросилась к нему, обняла крепко, прижалась всем телом.       — Серёжа… Серёженька!       Слёзы рванулись наружу с новой силой, она обхватила его, пальцы сжали ткань его пальто, будто боясь, что он исчезнет.       — Я так скучала… — Сергей мягко погладил её по голове, его голос был тихим, но крепким, как опора.       — Тише, тише… солнышко… Я здесь. Всё хорошо, — Анна заплакала ещё сильнее, её дыхание сбилось, а он только крепче прижал её к себе.       — Ты здесь… ты правда здесь… — шептала она сквозь всхлипы, — Сергей наклонился и вытер ладонью её мокрые щеки.       — Я здесь. И больше никуда не денусь.       Они сели на кровать, руки всё ещё сплетались в цепь, будто их разделение могло разрушить мир.       — Где ты была? — спросил он.       Анна взглянула на него, в её глазах затрепетала боль, а потом она уткнулась в его плечо и разрыдалась с новой силой.       Сергей мягко покачивал её, его пальцы нежно перебирали её волосы, успокаивая, согревая, возвращая её в безопасное настоящее.       — Т-с-с… всё, всё… я здесь… — прошло несколько минут, прежде чем она смогла заговорить.       Она рассказала всё.       Сергей слушал, его лицо постепенно темнело, глаза наливались яростью. Когда она закончила, он взял её лицо в руки, заглянул прямо в её измученные глаза.       — Бедная моя девочка… — она прикрыла веки, его слова были как бальзам на душу.       — Я не знал, что делать… я так боялся за тебя… — произнёс он.       Анна положила ладонь на его руку, слегка сжала её.       — Но теперь я здесь. И всё хорошо, но нам нужно бежать.       Сергей обнял её снова, крепко, не отпуская.       — Я так люблю тебя… — Анна улыбнулась сквозь слёзы.       — Я тоже люблю тебя, — они сидели, обнявшись, мир вокруг замер, но их сердца бились в унисон.       Через минут пятнадцать Анна взглянула на него, в её глазах появилось любопытство.       — А ты расскажи о себе, Серёжа… как там на фронте? Почему ты приехал? — Сергей улыбнулся, провёл пальцами по её ладони.       — Всё нормально, но я не мог больше ждать. Мне дали два дня отпуска, и я сразу к тебе.       Анна обняла его, в её взгляде мелькнула радость.       — Ты завтра уезжаешь? — он замялся, потом качнул головой.       — Нет, — она удивлённо подняла брови.       — Как? Тебе же сделают выговор! — Сергей усмехнулся, склонился ближе.       — Мне всё равно. Ты важнее.       Анна растерянно посмотрела на него, но он только мягко поцеловал её, и все её сомнения развеялись.       — Останься у меня, — попросила она тихо, он улыбнулся, осторожно потрепав ее по щеке.       — Конечно, родная, — Анна счастливо вздохнула, крепко прижалась к нему.       — Давай ужинать, а потом спать, — предложила она.       — Давай, — кивнул он, смеясь.       Они поели вместе, говорили, смеялись, и впервые за долгое время Анна чувствовала себя в безопасности.

***

      Свет пробивался через окно, мягко заливая комнату золотистыми бликами. Анна открыла глаза, чувствуя рядом родное тепло. Сергей ещё спал, его дыхание было ровным, спокойным.       Она улыбнулась, провела кончиками пальцев по его щеке. Он сморщился, потом медленно открыл глаза. Как только он увидел её, его лицо озарилось улыбкой, а сон как рукой сняло.       — Доброе утро, солнышко, — Анна смеялась, коснулась его руки.       — Доброе утро, Серёжа.       Он притянул её к себе, крепко обнял, и они вместе растянулись на кровати, наслаждаясь этим редким спокойным утром.