(Не)красивый

Арсений не знает, как это всё получается и почему они с Антоном сходятся. Возможно, ему просто хочется быть любимым, а всё остальное кажется неважным. Шастун на девять лет его младше, и в данный момент, когда у Арсения уже начинается кризис среднего возраста, тому едва переваливает за двадцать. Антон выглядит совсем как подросток: худощавый, несуразный, некрасивый, думает он тоже как подросток: генерирует какие-то тупые шутки, смеётся с идиотских мемов и живёт будто на приколе. Арсению он не подходит по всем возможным параметрам, но Шастун его любит, и это меняет абсолютно всё. Попов любит видеть обожание в его взгляде, любит, когда его ставят на первое место, когда его задаривают подарками, когда терпят его капризы и делают абсолютно всё, что он хочет. Арсений понимает, что кто-либо другой навряд ли согласится на это, а Антон слишком привязан, и Попов этим пользуется. Нравится ли ему сам Антон? Попову сложно ответить на этот вопрос, потому что он эгоист и кроме него самого ему никто не нравится. Арсений загоняет совесть глубоко внутрь и пытается убедить себя, что, если Антон исполняет все его прихоти и не возражает, значит того всё устраивает. Попов часто разглядывает Антона, не то чтобы по собственному желанию, ему приходится, просто потому что они вместе. Шастун смешной, весь его вид, образ, поведение, и от этого не противно, что уже очень и очень хорошо. Есть ли в нём что-то ещё? Арсений без понятия, он ничего не видит. Чужая внешность ему не нравится. Всё что касается секса — это чисто физиологическая тема и возбуждается он только от чужих действий, а не от вида. Антон постоянно выглядит таким счастливым, а Попов не понимает, с чего это? Его не любят в ответ и даже не пытаются притворяться, а ему будто всё равно. Иногда Попову от себя противно. Особенно от того, что он в первую очередь смотрит на внешность и думает, что, если Антон некрасивый, тот всего этого заслуживает, и Арсений даже одолжение делает, что встречается с таким, как он. Они совершенно на разных уровнях. Шастуна он не ценит, потому что ему самому похуй на эти отношения, на худой конец всю эту любовь он может получить и от фанатов, а Антон не так важен, чтобы о нём думать и пытаться что-либо сделать ради него или для него. Арсений знает, что ведёт себя как мудак, но ему абсолютно совершенно кристаллически плевать. Он просто хочет брать от жизни всё и наслаждаться. — Мне не нравится, — Арсений морщится, принимая от Антона очередной подарок. Тот ему часто дарит одежду, цветы или ещё какие-то даже интересные вещи. Но Попов никогда не говорит «спасибо», наоборот, он любит выражать недовольство, даже если и думает иначе. Арсению нравится издеваться, и изменять своим привычкам он не намерен. Он крутит в пальцах кольцо-печатку, рассматривая его, на нём выгравированы крестик и надпись «Remember». Попов не знает, зачем ему это украшение, он не любит что-либо носить на пальцах, но кольцо примеряет этим же вечером и почему-то не снимает. Возможно, всё же что-то к Антону он чувствует, и даже не что-то, а что-то большое, только вот признаться себе в этом боится и показать тоже.

***

День выдаётся сложным и напряжённым, несколько моторов, постоянный стресс и какие-то тупые ошибки, вечером он приходит домой вымотанный. Но Антон напрашивается в гости, и отказать ему невозможно. Арсений явно даёт понять, что сил на секс у него в данный момент нет, но Шастун и не пытается перевести всё в эту плоскость, они просто ужинают, фоном смотря какую-то передачу, а потом, когда Попов уже направляется в душ, Шастун на секунду его останавливает, перехватывая за руку, и рассматривает кольцо. — Тебе очень идёт, — говорит он и глядит с восхищением, а потом вообще поднимает его руку и касается пальца губами в интимном жесте, но без какого-либо пошлого подтекста. Попов сбегает, но поведение Антона никак не уходит из его головы. Хочется снять перстень и забыть обо всём, отмыть мылом чужие прикосновения, чтобы они не ощущались фантомно в данный момент, но Арсений не может. Кольцо сидит словно вросшее в палец. С Антоном пересекаться не хочется. Это не то, что ему нужно, не то, что заслуживает Шастун. Этот человек подбирается к нему слишком быстро, и таким темпом Попов тоже начнёт что-то чувствовать. Антон идёт в душ после него и выходит оттуда в одном полотенце на бёдрах. Арсению хочется отвернуться. Созерцание чужого тела совершенно не приносит ему удовольствия. Даже немного страшно смотреть, на все эти выпирающие кости, тощие руки, угловатые плечи, плоский живот — без единого намека на какие-либо мышцы. Ещё Попова просто убивают его оттопыренные уши и ужасная причёска, которая делает весь его образ ещё более нелепым. Арсений даже не представляет, что кому-то может такое нравиться. Он не выдавливает улыбку, просто отворачивается. На это есть ещё одна причина, он не может выдержать чужой взгляд. Глаза у Шастуна правда красивые, глубокие, и в них хорошо видны все его чувства. Чувства к нему, к человеку, который не может ответить тем же. Ещё Арсению нравится родинка на кончике чужого носа и пухлые губы. Целуется Антон ими потрясающе, так же как и делает его телу приятно. Попов сжимает руку в кулак, впиваясь в ладонь ногтями. Всего этого осознания для него слишком много. Он ощущает, как Антон забирается рядом и обнимает его одной рукой. У Арсения нет сил повернуться или отстраниться. Он не особо любит тактильность Шастуна, но иногда можно и потерпеть. Утром Арсений еле открывает глаза. И первое, что он видит перед собой, — это ещё спящий Антон. Он растрёпанный, лицо немного опухшее. Но Попов замечает пушистые густые ресницы и всё такие же манящие губы. Он спускается чуть ниже, наблюдает, как двигается чужая грудная клетка под одеялом и понимает, что ему совершенно не важно, как этот парень выглядит. И внешность, слишком ценимая Арсением всю жизнь, в какой-то момент перестает что-либо для него значить. Попов придвигается ближе и утыкается в изгиб чужой шеи. Это не противно, наоборот, кожа Антона имеет какой-то сладковатый естественный аромат, и он притягивает ещё больше. Попов решает для себя, что постарается сохранить эти отношения, чего бы это ни стоило, но есть ещё один аспект, который может испортить абсолютно всё. Он не умеет строить здоровые отношения, Арсений лишь манипулирует и пользуется, и, когда до Антона это дойдёт, тот пошлёт его куда подальше. Попов не умеет любить, и это самое страшное, что бы он ни делал, он всегда всё портит. Он неисправим. Он ужасен. И скорее всего это именно Антон встречается с ним из жалости. Потому что его больше никто не полюбит, к сожалению, тут не обойтись одной привлекательной внешностью. Арсений снова заталкивает в себя совесть и выдавливает улыбку. Он невероятный, а Антон — просто Антон, которому не повезло в него влюбиться, и он Антону ничего не должен. Шастун открывает глаза и промаргивается. — Доброе утро, — шепчет он. Попов снова отворачивается и делает вид, что ещё спит. Парень поднимается и идёт в ванную: чистить зубы и приводить себя в порядок, а Арсений утыкается лицом в подушку, вдыхая чужой запах и стараясь не думать ни о чём. Быть эгоистом проще. Антон тихо уходит, а Попов забывается неспокойным сном. Шастун ему нужен, и это осознавать страшно. Они встречаются под вечер по инициативе Арсения. Вот сегодня ему не повредит хороший секс, чтобы убрать из головы все лишние мысли. Он знает, что Антон прибежит по любой его просьбе. Попов встречает его в прихожей, и он уже полуголый, набрасывается с поцелуями, как только Шастун снимает куртку. — Хочу тебя, — говорит он и чувствует губы парня на своих скулах, а потом его мягко отстраняют. — Мне нужно помыть руки, — объясняет Антон. И Арсений не противится. Ему сейчас главное не разглядывать парня, а просто дождаться и получить долгожданную разрядку. Шастун не сильный, и Попову это не нравится. Чужие руки не могут его нормально сжать или приподнять, но Арсений старается не обращать на это внимания, Антон и так делает всё, чтобы ему было хорошо. Парень направляется вслед за ним в комнату, и Попов рад, что между ними такое безмолвное понимание. Шастун разворачивает его к себе лицом и опускается перед ним на колени. Арсений усаживается на край кровати, раздвигая ноги. Антон наклоняется к его паху, прикасаясь пока что рукой, но это уже слишком хорошо. Попов стонет и запрокидывает голову, приподнимается, чтобы с него стянули бельё, и ждёт. Губы смыкаются на головке, язык проходится плавным мазком по уретре, и это выбивает из груди весь воздух. Арсений впервые опускает взгляд. Обычно такая картина его не возбуждает, но, оказывается, с его членом во рту Антон смотрится очень даже гармонично. Его губы красиво растянуты вокруг ствола, на лбу выступила испарина, если у Шастуна были бы длинные волосы, несколько прядей обязательно бы приклеилось, а так на чужой голове короткий ёжик, за который даже ухватиться нереально. И это раздражает. Но Антон так старается там внизу, что у Арсения сердце замирает. Почему этот человек настолько сильно его любит, почему пытается сделать так хорошо? Попов не понимает. Он зажмуривает глаза, смотреть не получается. Потому что Антон внизу такой хороший и родной, а парень просто не может принять всё это. Шастун становится ему за это время таким близким, и он со страхом представляет, куда дальше всё это может завести. Арсений думает, что же будет через пару лет. Он боится, что Антон станет когда-то слишком красивым для него, а сам он завянет и будет не интересен, но, возможно, ему будет полезно почувствовать себя на месте некрасивого. Шастун берёт наполовину и посасывает, постепенно двигаясь и наращивая темп, а Попов сжимает пальцами одеяло и выгибается, кончая. Наконец-то ему хорошо.

***

Антон постоянно говорит какие-то смущающие громкие вещи, нужные и важные слова. Арсений не может ответить. Не может в ответ соврать о том, что Антон ему нравится, что у него красивая внешность, что ему сносит от него крышу. Совершенно нет. Они чаще начинают взаимодействовать на сцене, и Арсению приходится Шастуна касаться, и каждый такой раз выбивает из колеи и даже не в негативном русле. Попов не замечает, как проходит время и Антон немного меняется, становится шире в плечах, его тело приобретает небольшой объём. Арсений не видит, а до сих пор ненавидит себя за то, что не может полюбить этого человека. Внешность не главное, главное — взаимодействие. Чужое кольцо прожигает кожу уже который месяц, и Попов не решается никак сдвинуться с мёртвой точки. Но он пытается не притворяться: всегда смеётся над его шутками, много проводит с Шастуном времени. Слова Антона звучат будто гром среди ясного неба. — Я всё равно тебя буду любить, — говорит тот в Импровизации и смотрит так, что смысл сразу же становится понятен. Это всё не игра, а реальность. И это громкое «любить» от Антона, произнесённое на публику, слишком шокирует. Хочется кричать, что Антону такое не нужно. Но тот ждёт чего-то. Попов лишь может кривляться. Ответить взаимностью — на публике он точно это делать не будет. Иногда хочется Антону всё рассказать, попросить прощения и попробовать начать всё сначала, но это точно вариант не для Арсения. Он слишком гордый для всего этого. Антон ему улыбается, поддерживает, говорит, что всё в порядке. Ничего не в порядке, но Попов просто безэмоционально кивает. Сейчас не время это обсуждать и не место.

***

Сегодня Арсений первый раз не сдерживает эмоции, и он рад, что Антон этого не видит. Он просто сидит на полу, рядом с кроватью, и чувствует себя максимально слабым. Как он вообще так может обращаться с людьми? Не ценить их, ни во что не ставить, видеть только внешность. Он прикрывает глаза, проматывая в памяти все дни их отношений с Антоном. Все эти подарки, сюрпризы, романтика, свидания, устроенные только для него, — это слишком ценно, и Шастун, смотрящий на него с нежностью и заботой, — это красиво. Чужие длинные пальцы, проникающие внутрь, это красиво, раскрасневшиеся после поцелуев губы, покрасневшая от смущения кожа, всё вместе это красиво. А Антон, который просто пытается быть собой, — это особенно. Этот человек для Арсения важен, он ему нужен. И Попов наконец-то решает это доказать. Только вот что-то внутри сопротивляется. Он не может быть рядом с Антоном после всех своих ужасных мыслей. А сейчас Шастун и правда слишком меняется, становится другим, красивым, и он будто бы одумывается и решает приударить за ним. Со стороны это и правда выглядит, что единственное, что его волнует в людях, — это внешность. Арсений разглядывает себя в зеркале, задаётся вопросом, а чем он сам лучше. Сейчас он видит все свои недостатки, он наконец-то снимает розовые очки и заглядывает внутрь себя без какого-либо обмана. Там ничего хорошего нет. И если на камеру он может найти красивый ракурс и притвориться кем-то другим, всё же он актёр, то в реальной жизни это сделать практически невозможно. Попову противно от всего, срочно нужно что-то менять. Он отправляется в ванную, хватая по дороге ножницы и машинку для стрижки волос. Хочется выглядеть по-другому. Новая стрижка с выбритыми висками, кажется, даёт ему выглядеть чуть моложе, но это ничего не может изменить внутри него, там он всё такой же уродливый, и это не отрезать ножницами и не сбрить машинкой. К сожалению, внутренний мир намного важнее внешней красоты, потому что она пройдёт со временем, а всё что внутри — останется, и Шастун в миллион раз лучше него. Арсений слышит оповещение о входящем сообщении, и он знает, что это Антон. «Можно зайти?» Шастун очень не вовремя, сегодня Попов может не сдержаться и сболтнуть чего-то лишнего. Но если он сейчас скажет «нет», то начнутся вопросы, а это сделает всё ещё хуже. Он отвечает положительно, и уже через пять минут в дверь звонят, будто Антон всё это время ждал под домом. — Ого, красивая прическа, Арс, — Шастун, как всегда, внимательный и, как всегда, замечает то, что ему нужно. Попов улыбается и тянется за поцелуем, но Антон его останавливает, хватая за подбородок и внимательно его разглядывая. — У тебя глаза красные. Ты устал? Попов кивает, Антону нельзя знать, что он тут плакал. Шастун идёт мыть руки, а потом отправляется в спальню. Арсений хочет лечь и просто забыться на время от всех этих уничтожающих его мыслей. Антон его снова прекрасно без слов понимает и молча устраивается рядом, обнимает. Попов не отстраняется. Он гасит ночник, но света из окна вполне хватает, чтобы рассмотреть напряжённое лицо Антона. Его отросшие волосы спадают на лоб, черты лица, ставшие более мягкими, выстраиваются во что-то похожее на эталон мужской красоты. Арсений не знает, почему он раньше этого не замечал, хочется дотронуться, хочется разгладить морщины на чужом лбу и сказать, что всё будет хорошо. Но это будет ложью, Попов не знает, что произойдёт дальше. — Арс, я сегодня лоханулся, прости, — шепчет Антон. — Я не должен был говорить это в Импровизации. Просто в голову пришло, а я как-то не подумал о последствиях. Шастун явно волнуется из-за всего этого. И Арсений не может смотреть на подобное. — Всё хорошо, Шаст, — это звучит слишком натянуто. Попову снова от себя противно. Он должен сейчас сказать что-то хорошее. Арсений прокручивает в голове чужую фразу. «Можешь меня жечь, можешь меня бить, я всё равно тебя буду любить». Она про них, Антон идеально описывает их отношения и свои намерения. — Почему ты всё равно будешь любить? — спрашивает Арсений. Шастун на несколько секунд замолкает, будто пытается его понять, а потом горько усмехается. — Это нельзя объяснить, Арс. Если ты любишь человека, то это не бывает за что-то, так же нет и чего-то, почему это может прекратиться. Блять… — Антон громко втягивает воздух. — Я ужасно объясняю. Просто если ты любишь человека и если вдруг он подстрижется, а тебе совершенно не нравится его прическа или она ему не идёт, то ты его не разлюбишь, потому что это совершенно не важно. — Это такой намёк? — Арсений не понимает такого серьёзного Антона. — Нет, я просто привёл пример. Тебе идёт всё, и эта причёска очень подчеркивает глаза. — Шастун целует его в шею, и это явно отвлекающий манёвр. — Спокойной ночи, Антон, — Попов немного от него отстраняется. Парень больше к нему не тянется. Арсений лежит долгое время, пытаясь заснуть. Он не знает, сколько проходит времени, минут двадцать или уже несколько часов. Попов аккуратно выбирается из чужих рук и плетётся на кухню. Ему просто нужно подумать. Просыпается он от того, что его тормошат за плечо, и он чувствует, как всё тело ломит от неудобной позы. Он обнаруживает себя на небольшом кухонном диване, скрючившимся в три погибели. Точнее первым его обнаруживает Антон. — Арс, что случилось? — Шастун волнуется. — Я сделал что-то не так? Попов осознаёт, что Антон видит это как-то, что Арсений сделал специально. — Я вышел за водой и вырубился, — оправдывается Попов. Они делают вид, что всё нормально. Разговаривать не хочется, Арсений, честно, боится, потому что всё может закончиться для него плачевно.

***

Проходит ещё несколько месяцев. Антон рядом, постоянно что-то дарит и говорит о чувствах, Арсений забивает чувство вины внутрь. Ему сейчас слишком плохо, чтобы со всеми этими проблемами разбираться. Шастун расцветает с каждым днём, и теперь это видит не только Арсений, но и все остальные, его зовут на всякие шоу, в разные проекты и теперь он становится раз в двадцать востребованней Попова. В какой-то момент Арсений понимает, что Антон точно достоин лучшего, чем он, поэтому он решает порвать с ним. Делать это больно, но нужно. Так Попов говорит себе каждый день, но переносит разговор на потом. Сейчас у них наконец-то выдаются выходные и они проводят их вместе. Арсений понимает, что теперь самое время, но они целуются, руки Шастуна тянутся к его телу, и Попов охотно все его ласки принимает. Он не против последнего страстного секса, поэтому сам раздевает Антона, стараясь перейти быстрее к самому процессу. Шастун медленно водит рукой по его возбуждению, и Попов уже от этого готов кончить, но сегодня ему хочется чего-то большего, он разворачивается к Антону спиной. В глаза смотреть нет никаких сил. Потому что он знает, что там увидит, но он не заслуживает такого. Шастун делает всё медленно и нежно: оглаживает ягодицы, сжимает руками, касается губами, и Арсений без понятия, как выдержать всю эту сладкую пытку. В данный момент мысли наконец уходят и он расслабляется. Попов чувствует, как в него проникает один палец, и подаётся навстречу. Приходится схватиться за спинку кровати, чтобы оставаться на месте, это не особо удобно, но думать об этом не время. Один палец медленно погружается и выходит, растягивая его, оглаживая горячие сжимающиеся стенки. Второй проникает только когда одного становится недостаточно. Арсений совершенно не чувствует никакого дискомфорта. Так же происходит и с третьим, а дальше творится нечто невероятное. Антон касается его уха губами и шепчет какие-то комплименты, а пальцы изнутри давят на простату. Попов захлёбывается стоном. Сейчас он ощущает острую потребность увидеть Антона. Но он не поворачивается, лишь зажмуривается, когда пальцы покидают тело, а внутрь толкается головка. Антон входит медленно, и Арсению слишком хорошо, потому что он ощущает все сантиметры проникающего в него члена. Каждое движение сопровождается стоном, и Попов уже не различает свой голос и голос Антона. Ему только хочется ещё, больше, глубже и резче. И ему дают всё это. Поэтому на очередном толчке он сжимается и изливается на покрывало, Шастун выходит из него и кончает себе в руку. Они отправляются в душ, и уже там Попов находит в себе силы, чтобы сказать. — Нам нужно расстаться. Антон смотрит на него непонимающе. И Попов поясняет. — Ты заслуживаешь лучшего. Шастун смеётся. — Это звучит абсурдно, Арс, не шути так, — Антон отказывается воспринимать его серьёзно, и Попов даже рад этому, ну что же, он предупреждал. Арсений решает пустить ситуацию на самотёк, только вот его чувство вины с этим не согласно.

***

Это происходит буквально через пару дней после предложения расстаться. Арсений не выдерживает, срывается. Они сидят вместе и всё вроде бы хорошо, Антон его обнимает, но стоит тому сказать что-то про любовь, Попов вздрагивает и отстраняется. Пора рассказывать правду. Арсений даже и сообразить ничего не успевает, как у него само собой вырывается: — Ты не можешь это делать. Антон смотрит на него, как на дурачка. — Почему это? — Потому что я плохой человек и я этого не заслуживаю, — Арсений продолжает всё ещё ходить вокруг да около, ему страшно, он боится разбить Антона своими словами. — Арс, ну что за бред, ты самый потрясающий человек из всех, которых я встречал, — пытается успокоить его Антон, но чужой голос дрожит, а это значит, что тот догадывается. — Антон, потрясающий — это ты, — это первый раз, когда Арсений кому-либо делает комплимент. И Шастун даже затыкается. Это явно показывает на то, что что-то не в порядке. — И ты меня любишь, и это то, что мне было нужно. Не важно кто, но я хотел, чтобы меня любили и мной восхищались, но я не могу дать этого в ответ. — Попов замолкает, собираясь с мыслями. — Честно, Антон, когда мы начинали встречаться, ты мне вообще не нравился внешне, но с тобой было так спокойно и комфортно, что я привязался. — Арсений понимает, что следующие слова, возможно, станут точкой в их отношениях. — Я ужасный человек, потому что оцениваю всех только по внешности, но ты слишком хороший внутри, и я влюбился во всё это. А теперь ты так изменился, стал восхитительным ещё и внешне, и ты определённо заслуживаешь человека, который способен любить тебя искренне, а не пользоваться твоим хорошим отношением. Арсений ждёт какого-то ответа, но Антон молчит и внимательно на него смотрит. Арсению очень не комфортно под этим взглядом. Лучше бы Антон начал орать, какая он мразь. Это бы, может, смягчило чужой гнев. Но богатый на эмоции Антон сейчас неестественно сдержанный и холодный, и это худшее наказание из всех возможных. — Прости меня, — просит Арсений, — поэтому ты заслуживаешь кого-то лучше. Попов хочет сбежать, но это, наверное, будет неправильно. Он не поднимает глаза, потому что боится увидеть в чужих разочарование. Но это будет именно то, что он заслуживает, главное, чтобы Антон не сильно пострадал от его заявления. Арсений чувствует, как от него отстраняются. — Арс, — чужой голос всё такой же мягкий, как и был до этого, и, если Антон сейчас с такой интонацией скажет, что ненавидит его, это Попова убьёт. — Я знаю, каким я был раньше, да и сейчас меня нельзя назвать красивым, потому что я про другое, но ты был рядом — и это самое главное. Арсений чувствует, что он Шастуна ранил, но тот сдерживается, чтобы не причинить боль ему, и это Попова заставляет ощущать себя ещё хреновее. — Не, Антон, ты не заслуживаешь такого, каждого человека должны любить, и я не могу тебе дать этого. — Попов снова его отговаривает. — Заткнись, — Антон произносит это больше в шутку, и это даже грубо не звучит. — Мне не нужно, чтобы мной восхищались, я просто хочу быть с человеком которого люблю и чтобы он меня не отталкивал. Арс, я счастлив, и мне достаточно твоего внимания, я не хочу ничего менять. Главное, чтобы тебе не было противно. Шастун его обнимает, это успокаивает, но чувство вины маячит где-то рядом, Арсению до сих пор хреново, и, если Антон сейчас это не поймёт, это точно разрушит их отношения. — Давай скажем, что нам не нравится друг в друге, — предлагает Антон, — а потом то, что нравится. Я начну. Возможно, это хороший выход, Арсений хочет услышать, что его не идеализируют и что он был примерно в такой же ситуации, что и Антон, только намного лучше. — Я не люблю, когда ты на публике ко всем девушкам подкатываешь, такой образ мне не нравится, хоть я и знаю, что это всё не серьёзно, но это чисто твоё дело, Арс, ещё мне иногда страшно оттого, насколько ты бываешь активным, постоянно что-то делаешь и куда-то бегаешь, и, мне кажется, что когда-то я за тобой не успею. А ещё мне не нравился твой нос, но это было очень давно, а потом я всего тебя полюбил. Ну, и самое страшное — ты храпишь, — последнее Антон произносит заговорщическим тоном и начинает ржать. Это шутка, и после неё как-то становится спокойнее. — Козёл, — беззлобно бросает Арсений. — Сейчас я всё про тебя расскажу. Мне не нравилось, что ты тощий, потому что я боялся, что однажды тебя ветром от меня унесёт и я тебя никогда не найду. Все эти гримасы, которые ты строишь: они выглядят слишком смешно, и в этот момент сложно воспринимать тебя серьёзно, а ещё думать о сексе с тобой. И я не любил твои короткие волосы, потому что за них нельзя было ухватиться. И раз уж на то пошло, ты тоже храпишь. Становится легче, Антон хватает его и подминает под себя, резко целуя. Диван, наверное, не очень подходит подо всё это, но отрываться друг от друга не хочется. Арсений понимает, что он точно любит этого человека и так было и раньше, просто он боялся себе в этом признаться и предпочитал мучить их обоих. И любовь точно не заключается просто в восхищении чужой красотой, её может и не быть, но для Арсения это просто самый родной и самый близкий человек, и каким бы он ни был, что бы ни делал Попов его никогда не оставит. Арсений раньше редко пробовал лицом к лицу, но теперь ему очень хочется видеть Антона и наблюдать за ним и за его эмоциями. — Шаст, — зовёт он, — раздевайся. Сам Попов тоже тянется к своей одежде и внимательно наблюдает за Шастуном. Тот всё делает немного неуклюже, видно, что спешит, но Арсений не может оторваться. Он раздвигает ноги, одну закидывает на спинку дивана, другую отводит в противоположную сторону. Антон поворачивается и берёт подушку, подкладывая Арсению под ягодицы. Попов надеется, что смазка у Антона лежит где-нибудь поблизости, потому что ждать совершенно не хочется. Но Шастун, видимо, задумал другое. Он нагибается, касается языком члена, на нём не задерживается, переходит к мошонке, слегка сжимая её губами, и спускается ещё ниже. Арсений поражённо выдыхает, таким они раньше не занимались. Попов чувствует, как Антон ласкает его вход, и это щекотно, но достаточно приятно, хочется податься вперёд и усилить стимуляцию. Шастун напрягает язык и самым кончиком толкается внутрь. Это слишком интимно. Дыхание Антона опаляет его промежность, и Арсений очень надеется, что принятый перед выходом к Антону душ и подготовка там сейчас помогут Шастуну испытывать комфорт от такой близости. Губы проходятся по ягодицам мелкими поцелуями, и Попов слегка напрягается, язык снова подбирается ко входу, постепенно расслабляя его. Арсений зажимает себе рот ладонью и чуть ли не кричит. Ему чертовски хорошо, и он хочет ещё, в идеале, ещё сильнее и глубже. Рука Антона поглаживает его по бедру, затем пальцы с обеих сторон раздвигают ягодицы и язык толкается дальше. Антон буквально утыкается лицом в него, и Попова слегка трясёт, и тут скорее не совсем от ощущений, а от осознания, что с ним вообще всё это делают. Но ощущения тоже непередаваемые. Слёзы на глазах выступают рефлекторно. Это всё слишком хорошо, и Арсений чувствует, как они горячими струйками вытекают из глаз. А он выгибается, подставляется под чужие руки, чужое дыхание, движения языка внутри, и это определение «чужое» точно уже давно сюда не подходит, потому что Антон его: родной, лучший, любимый, невероятный и такое сложное для Арсения слово красивый. Он дотягивается до головы Антона и ерошит его волосы, а затем слегка тянет наверх. Хочется целоваться, а ещё — посмотреть на Шастуна. — Ты потрясающий, — шепчет одними губами Попов. Сейчас совершенно ни о чём не хочется думать. Антон шарит рукой где-то за подушками и достаёт тюбик смазки. Арсений выгибается навстречу, когда сразу два пальца проникают внутрь. Сегодня Шастун растягивает его быстрее чем обычно, но никаких неприятных ощущений нет, наоборот, становится лишь лучше. Попов обхватывает его тело ногами, чувствуя, как его изнутри распирает член. Антон рвано его целует, а сам старается толкаться. Темп здесь быстрый не получается взять, но Арсению и так очень-очень хорошо, главное, что Шастун рядом. Тот слегка приподнимает его ноги и попадает точно по простате. Фрикции становятся короче, но зато быстрее. А Попов медленно сходит с ума от всех этих ощущений. Он старается сосредоточиться на Антоне, разглядеть его, но перед глазами всё плывёт. Он просто обнимает Шастуна, изливаясь им на животы. А Антон толкается ещё несколько раз, и Попов чувствует, как тот кончает прям внутрь его. Раньше они так не пробовали, потому что Арсений знает, что это не очень приятно, да и неудобно. Но сейчас никаких аргументов против он не находит, ему слишком хорошо. Антон выходит из его тела, отвлекая лёгкими поцелуями в шею, и ложится на него. Рядом не получается из-за размера дивана. Попов сжимается, чтобы не испортить мебель, и целует Антона в губы. — Нам нужно в душ, — говорит он, и Шастун тут же поднимается, сопровождая его до ванной, а там следуют долгие поцелуи под струями воды. Арсений наконец-то может разглядеть своего партнёра так, как хочет, и осознает, что между ними наконец всё хорошо, и он больше никогда не будет врать. Антон невероятный, и он ни за что его не потеряет и постарается дать всё, что тот заслуживает. А красота — это явление временное и если сейчас она есть, то лет через сорок не будет иметь никакого значения, зато чувства и то, что внутри останется навсегда. — Что задумался? — Антон делает воду меньше. — Что я всё равно тебя буду любить. Арсений улыбается и сжимает чужую руку. Антон отвечает тем же.