Как приютить Ким Сону

𐙚 𐙚 𐙚

— ты потерялся?

— да.

— где твой дом?

— ….

— хочешь, я им стану?

— что?

— давай, я стану твоим домом.

𐙚 𐙚 𐙚

      Когда-то Ким Сону твердо решил, что ему никто не нужен. Точнее, не так. В Ким Сону никто не нуждается. А ему странно это осознавать, ведь он заботливый, умеет развеселить, даже неплохо одевается, однако каждый раз заканчивается одинаково. В прямом смысле слова. Одинаково.       У Сону скоро собственный словарь появится: одинллель, одинграф, одингенератор…       И не то чтобы это действительно его беспокоило, только вот шутки про рождение целым уже не кажутся правдоподобными на вопросы любопытных друзей о второй половинке. Половинка. Вот этим словом только пол протирать, или класть его у входа под дверью, чтобы каждый проходивший мимо мог вытереть свои ноги об него. Но Ким Сону – не половинка и даже не половица, хотя мальчишки со двора его всегда тряпкой называли.       А что тряпка? Полезная вещь в хозяйстве. Помогает стереть ошибки прошлого. С решением вопроса корейской войны 1950-х вряд ли бы, конечно, справилась, но вот небольшие неурядицы устранила бы. А Сону если и неурядица, то большая такая, заметная, прямо как пятно от тонального крема на черной кофте. Жаль только, что крем не поможет шрамы на сердце скрыть. А парень любви хочет. Чтобы не он, хныча в подушку, просил не бросать его, а чтобы по нему подушку мочили.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      А потом Сону встречает Ники. Нелюдимого, но любимого. И сам не понимает, почему младший, имея столько друзей и почитателей, в итоге всегда возвращается к старшему. Почему Нишимура позволяет целовать его лицо, чтобы заполнить душевную любовную пустоту Сону, хотя когда-то четко обозначил, что старшего никогда за парня не примет. Возможно, младший так самолюбие тешит, ухмыляясь так хитро-хитро, когда Сону снова укладывает голову на колени Ники и пальцы рук переплетает с ним, но на все «ты меня любишь?» исправно отвечает «да». Только сам он редко о любви говорит, словно не читал такой параграф, в школе не проходил, хотя Ким уверен, что у него на лбу написано «прошу, скажи, что любишь, хотя бы для отговорки».       И это, кажется, больнее, чем френдзона. Когда используешь человека как несбывшуюся любовь, как фразу «если я не найду никого через пару лет, я буду встречаться с тобой», как объект для нытья или Хиросиму для бомбы безудержного счастья. А Ники нормально, как он сам выражается. Но «нормально» разное бывает. Все же от слова «норма» пошло, а раньше нормой и рабство считали. И Сону вину свою пытается загладить: дарит подарки, за руки всегда берет для поддержки, по волосам гладит, а затем винит себя еще больше, ведь привязывает младшего к себе. А Нишимуре свобода нужна. Тот, кто настоящую ему любовь покажет, а не скромные переплетания пальцев под партой.

⋅˚₊‧ ୨୧ ‧₊˚ ⋅

      Ники действительно все устраивало. У него на доверие к людям табу, а от Ким Сону – табун (мурашек). Кто из них еще младший, если в глазах Нишимуры Сону еще совсем ребенок? Ведется на всех подряд, хлопая доверчивыми глазками, а потом эти же глазки слезами умывает. Но ведь старший не этого заслуживает, он-то знает: смотрит, как Сону обращается к нему, заглядывая в душу, как все-все хотелки младшего выполняет, словно удобным быть пытается.       Но удобный – это про диван, а Сону мягкий. Ники всегда проблемы имел с доверием и выражением чувств, но, как только старшего впервые увидел, ноги сами понесли знакомиться. А потом и сам Нишимура нести начал, только чушь, как он сам думал, но Ким любое слово младшего за изречение Канта выдает. Любить Сону странно. Но по-своему хорошо.       И пускай формально они все еще друзья, Ники знает, что в однословаре старшего все равно найдется единственное слово на букву «Н», которое всегда будет помечено яркой закладкой – Нишимура Ники, а рядом примечание – «от яп. “западная деревня, сила”. Родственная душа; мой шкафчик для секретов, но открытой любви».       Они друг друга стоят.              Бесконечность стоит бесконечности.