Похититель кошачьих сердец

      Левая сторона кровати пустовала, льняные простыни остыли, и проснувшийся от крепкого сна Чонгук раздражённо дёрнул чёрным ухом, привставая с постели на одной руке. Обувшись в мягкие тапочки, которые Тэхён подарил ему, когда они съехались, омега пошёл на кухню, борясь с мошками перед глазами, которые раз через раз затемняли зрачок.        В квартире стояла гробовая тишина, на кухонном столе стоял приготовленный завтрак, аккуратно накрытый сверху, защищая от заветривания. Он потянулся за запиской, оставленной между тарелкой с панкейками и холодным омлетом.       «Мне очень жаль.       Я знаю, что обещал позавтракать с тобой, но мне срочно нужно ехать в университет, чтобы исправить ошибки в нашем с Богомом проекте. Я приготовил твои любимые панкейки с бананом. Приятного аппетита, встретимся в университете».       Белый клочок бумаги Чонгук скомкал в руке, отправляя в мусорную корзину. Танцора хватило лишь на то, чтобы грузно выдохнуть, клацнуть чайник и отправить в рот кусочек пышного теста. Омега внутри бесновалась, скалилась вместе с нахохлившимся кроликом, и Чон не мог винить их в том, что в последнее время его контролёр гнева и раздражения начал давать сбои. Он изо всех сил старается не срываться на вымотанном учёбой и работой альфе, но с каждым приходом домой запах корицы иглами пронзал нежные стенки носа, Чонгук никак не мог игнорировать это.       C альфой они встречаются уже три месяца, два из которых счастливо живут вместе под одной крышей. Гибрид кролика вспоминает первые дни их совместной жизни с приятной негой, растекающейся по телу, определённо как вкус сладкого десерта, обволакивающего язык. Каждое утро начиналось с лёгких поцелуев, Тэхён любил кусать нежную кожу до красных пятен, а потом довольным котом мурлыкать от маленьких пятнышек на видных местах. Его хвост в такие моменты заводится пропеллером, что безумно любит Гук, имея возможность поиграться с полосатым другом. Лёгкие поцелуи перетекали в более красноречивые, глубокие. От воспоминаний Чонгук поджимает пальцы на ногах, мотая головой, чтобы избавиться от соблазнительной квадратной улыбки перед глазами.       Первый семестр уже близится к концу, а из-за работы старшего и желания выпуститься экстерном на кошачью голову альфы свалились тонны домашней работы. Мужчина был настолько погружён в обучение, что обеспокоенный Чон силком вытаскивал уставшего альфу из кресла, помогая тому улечься на кровать и снять уличные вещи. Омега в такие моменты жалостливо скулила, пока его внутренняя ипостась забиралась на спящего тигра, сворачиваясь клубком в ухоженной шерсти (после парочки обращений в животную форму Чонгук тщательно следил за гигиеной своего хищника). Тогда их личная жизнь не была ограниченной в плане секса или интимных ласк, однако спустя месяц Тэхён влетел в квартиру не в духе, чуть ли не снося с дороги фикус, стоящий в коридоре.

Flashback

      Громко хлопнувшая дверь заставила растягивающегося на полу омегу испуганно подскочить и выбежать в гостиную, поджимая губы от яркой волны феромонов. Чонгук прошёл чуть дальше, обеспокоенно оглядывая сидящего на корточках альфу с навострёнными ушами и агрессивно бьющимся о пол хвостом.       — Хён? — шёпотом позвал его Чонгук, осторожно присаживаясь рядом. — Ты в порядке?       Когда на него устало взглянули два налитые кровавым золотом глаза, омега понял, что феромоны внутри его парня находятся в агрессивно-возбуждённом состоянии, и единственное, чего следовало опасаться в данной ситуации — это принудительного обращения. Облизав пересохшие губы, брюнет подошёл ближе, выпуская немного собственных феромонов, чтобы метающийся тигр внутри альфы успокоился.       — Тэ, — ласково позвал Гук, его рука потерялась в светлых прядках, и парень позволил себе подойти ещё ближе, заключая тяжело дышащего мужчину в объятья, — пошли в кровать, любимый, тебе надо выспаться.       Тихий тон голоса, похожий на мурлыканье, приятной мелодией ласкал уши блондина, стучащий в горле ком перестал пульсировать, закрученный юлой смерч внутри медленно осел вниз. Тэхён наконец сделал глубокий вдох, едва ли не заваливаясь на своего парня, совершенно забывая об эмоциях, которые сыпучими песками затягивали человеческое сознание в поток животных инстинктов. Ким отстранился от омеги, зарылся потными ладонями между спутанными прядями и громко выдохнул, возвращая светящимся зрачкам их прежний вид.       — Прости, Гу, — начал альфа, поморщившись от сухости в горле. — Сегодня был чертовски отвратительный день.       Тёплые ладони нежно погладили напряжённую спину, отчего тигр внутри мужчины утробно заурчал, поглядывая одним глазом на скачущего рядом кролика. Чонгук притянул удивлённого Тэхёна на себя, отчего они оба нелепо завалились на пол в прихожей, и крепко обнял, приходясь горячими губами по солёной от пота шее. Привкус сосновой коры с цепкой примесью дубового мха таял на кончике языка, и танцор потёрся щекой о ямочки между ключицами, радостно подмечая, как ранее горьковатый аромат вновь обретает насыщенные древесные нотки с маленькой каплей зелёного лайма. Лёгкий поцелуй в макушку заставил Гука хихикнуть и задрать голову вверх, встречаясь с тёплым взглядом серебристых глаз.       — Сделать тебе ромашковый чай? — тихо спросил Чонгук, морщась от звонкого поцелуя в лоб.       — Да, пожалуйста. — Мужчина осторожно поднялся на ноги, помогая возлюбленному встать следом. — Поставишь на тумбочку? Я выпью перед сном.       — Утром же опухнешь, — пробормотал омега, направляясь на кухню, прекрасно зная, что чуткий кошачий слух уловит сказанное.       — Неужели будешь любить меня меньше?! — наигранно воскликнул альфа, снимая с себя вещи.       — Конечно же, нет, — фыркнул тот и под хриплый смех полез на полку в поисках любимой чашки Тэхёна.       Лежа в постели, Чонгук кропотливо записывал заметки в свой блокнот по практикам, изредка рисуя танцевальные связки только лишь из-за своей любви к рисованию. На десятом пункте во время того, как омега аккуратно обводил, его бойфренд зашёл в комнату в одних чёрных боксерах, ловко запрыгивая под пуховое одеяло. Парень слегка расставил ноги, прекрасно зная привычки старшего и его неугомонного хвоста: через пару секунд бледную кожу на бедре сжали узловатые пальцы, а чуть выше колена удобно обмотался полосатый хвост. Они пролежали в тишине минут десять, за это время Чонгук успел закончить свой конспект, представляя окончательный вариант своего номера, а Тэхён только начал пить ромашковый чай, глубоко вдыхая цветочный аромат паром, исходящим из кружки. Омега терпеливо ждал, когда хён начнёт первым, хотя он уже понемногу проваливался в сон, поэтому, удобно опустившись на подушки, танцор накрыл длинным ухом свои глаза, готовясь к глубокому сну.       — Мне поставили очередной проект, — тихо начал альфа, дёрнув круглыми ушами, — с Богомом.       Этого имени для Чонгука было более чем достаточно, чтобы медленно скинуть пушистое ухо со своих глаз и повернуть голову в сторону мужчины.       Значит, вот так.       — Я просил их оставить эту идею, но Чхве-сонбэнним сказал, что благодаря этому проекту я смогу закрыть часы в этом семестре и уже в конце зимы экстерном закончить этот курс, — объяснил Тэхён, изо всех стараясь игнорировать испепеляющий взгляд своего омеги. — Я знаю, тебе не нравится Богом, но я не могу отказать профессорам, Чонгук.       Со смешком выдохнув, омега уставился в потолок, не веря своим ушам. Он понимал, что Тэхён совершенно ни при чем, что он точно не хотел взваливать на себя дополнительную работу, так ещё и с этим омегой. Но внутренняя ипостась, чувствуя себя преданной, вылезла из-под нагретого местечка под боком ничего не понимающего тигра и убежала в свой домик, сворачиваясь клубком в самом углу.       — Чонгу…       — Я в порядке, — перебил его гибрид кролика. — Я в порядке, Тэ, просто мне нужно немного времени, чтобы переварить информацию, — успокоил мужчину он, разворачиваясь на другую сторону кровати. Его маленький хвост жалостливо поджался, и даже тёплые поглаживания со стороны любимого не помогли ему расслабиться.       О союзе Пак Богома и Тэхёна слагали чуть ли не целые легенды, ведь они были единственными гибридами бенгальских тигров в университете, так ещё Богом являлся доминантным омегой, просто идеально подходящим в пару такому сильному альфе как Тэхён. Вот только мужчина выбрал себе в пару милого вислоухого кролика, от вида которого всегда щемило сердце, а не грациозную омегу с рыжими ушами и хвостом.       Первая стычка Чонгука и Богома произошла в столовой, и Чон мог смело назвать такого человека как Пак, лицемером. Весь их диалог буквально состоял из сарказма и унижения. И несмотря на то, что Чонгук является обычной омегой, он ничем не проигрывал силой Богому, который то и дело пытался подавить его силой своих феромонов. По крайней мере, эти игры продолжались, пока к ним не подошёл Тэхён, и атмосфера между ними резко превратилась в приторно-сладкую, для целостности картины не хватало порхающих ангелочков и розового конфетти. Хотя всё внимание альфы было обращено только на одного-единственного омегу, вся его забота и ласки принадлежали только Чонгуку, и, замечая покрасневший от злости взгляд Богома, тому это явно не нравилось.       Наверное, после таких моментов Чонгук едва ли не летел к брату со словами благодарности, что когда Хосок был ребёнком и плохо контролировал свой доминантный феромон, маленький Гук просто выработал иммунитет к таким вещам.       Между ним и Тэхёном не было секретов, они оба пришли к общему мнению, что отношения, в первую очередь, строятся на доверии друг к другу. Поэтому после двух незабываемых оргазмов Чонгук лежал на тяжело вздымающейся груди альфы и решил вывалить на ошеломлённого Кима весь поток информации. В итоге старший признался, что сам сторонится Богома из-за его нездорового интереса, но после столь подробной истории альфа решил минимизировать их общение, что успешно получалось, пока профессора не решили столкнуть их лбами в одном проекте, возлагая на лучших учеников их потока огромные надежды.       — Просто будь осторожен, — прошептал омега, почувствовав на оголённом плече поцелуй.       — Обязательно, зайка, спокойных снов.

End Flashback

      Уже месяц прошёл с того времени, как Тэхён взялся за проект, и вот уже целый месяц они пересекаются лишь на ужине, если повезёт, ещё и на завтраке. В университет на обед Чонгук ходит нечасто, предпочитая отработать новые движения в танцевальной студии. Это кажется до нелепости смешным, вспоминая, как раньше они старались не отходить друг от друга даже на метр, а сейчас могут видеться лишь пару раз на день.       Поморщившись от неприятных ощущений в груди, Чон положил грязную посуду в мойку и пошёл в комнату, забирая из шкафа приготовленные со вчерашнего дня спортивные штаны с плюшевой толстовкой. Он раздражённо сел на кровать, пытаясь попасть носком в штанину, его терпения хватило на секунду, прежде чем чёрные штаны не отлетели в другую сторону. Раздувшиеся ноздри громко сопели, кажется, вот-вот из ушей повалит пар. Будильник звонит в очередной раз, напоминая, что через полчаса отправляется его автобус, ведь с этим новым проектом он уже забыл, каково это — ездить вместе с Тэхёном на машине в университет. Спустя пять минут Чонгук всё же натянул на себе одежду, хотя теперь его раздражённость сменилась внезапной грустью, и догадка прогремела над головой застывшего омеги как гром среди ясного неба. Он быстро залез в смартфон, устало поднимая глаза на потолок: сегодняшний день в календаре, обведенный красным, был с заметкой «предтечка».       — Господи, — прошептал омега, растирая лицо ладонями.       Предтечка была для него тяжёлым временем. Его настроение менялось как по щелчку пальцев, гормоны скакали словно в горячке, с Тэхёном эти симптомы притупились, но учитывая их отношения в последние время, кажется, эта предтечка будет тяжелее предыдущих.

***

      В ушах глухо стучал ритм заведённого сердца. Двухчасовая практика наконец подошла к концу, и Чонгук может отодрать себя с пола, чтобы пойти пообедать вместе с ребятами. Белое махровое полотенце глухо упало на его лицо, и он, благодарно промычав, промокнул влажное от пота лицо, и в молчаливой просьбе вытянул руки вверх, когда через секунду Югём помог ему подняться с его старческим кряхтением.       — Господи, сколько в тебе этих мышц, — с одышкой произнёс альфа, раздражённо дёргая дымчатыми ушами.       — Видимо, побольше, чем у тебя, — фыркнул омега, накидывая полотенце на плечи.       Их небольшая группа собралась возле Ыну, и Чонгук с радостью прыгнул в объятья Чхве Сана, их новенького омеги в группе, который перевёлся в прошлом месяце. Он был гибридом шотландского вислоухого кота, и на практиках его поставили в группу к травоядным, якобы его вид не был опасен для остальных. Сан был спокойным парнем, поэтому подружиться с их компанией не составило труда. Гук глубоко вдыхает аромат груши, счастливо трепеща хвостиком от мягкого запаха, его предтечка — сущее наказание, особенно в моменты, когда омега требует окутать себя комфортом. И если раньше этот инстинкт притупился благодаря гнездованию, а в университете танцор практически прилипал к Тэхёну, одеваясь в его вещи, то сейчас ему помогают успокаивающие феромоны других омег, например, феромоны Сана или Чимина.

От кого: минни-хён 12:30

Намджун-хён собирается в кофейню с юнги, какое кофе тебе взять?

      Гук нахмурился, вчитываясь в сообщение, ведь обычно Тэхён покупает ему его любимый карамельный латте, по крайней мере, он всегда ходил вместе с Намджуном, не любя сидеть на одном месте.

Кому: минни-хён 12:31

Я буду карамельный латте, хён <3 разве Тэ не с вами?

От кого: минни-хён 12:31

Нет, он пропустит обед.

У него там какой-то проект с Богомом.

      Раздражённо рыкнув, омега резко поднял с пола сумку и молча пошёл в душевую комнату. Скинув с себя грязные вещи, Чонгук поднял лицо навстречу тёплым струям воды, попытался расслабиться. Бьющиеся эмоции в омеге тихим свистом проносятся по всей черепушке, падая камнем вниз, скручивая желудок в тугой узел. Он простоял под душем ещё минут пятнадцать, пока возле матово-белой шторки не показался Сан, который осторожно постучал по кафельной стенке и предупредил, что все ждут только его. Чон совершенно бессильно уткнулся лицом в свои ладони, ему хотелось почувствовать такой нужный древесный аромат, уловить нотки соснового бора и цитрусовой мякоти, расслабиться под утешающий глубокий голос, разрешить проворливому хвосту ловко перехватить его под бедром и отпустить свою сжатую от стресса омегу. Однако вместо этого он молча закутывается в широкое махровое полотенце и направляется к раздевалкам, чтобы поскорее переодеться и покушать.

***

      В столовой галдёж противно бил по ушам. Чонгук положил голову на плечо брата, едва ли не хныча от своего состояния. Сидящие напротив них Юнги с Чимином озабоченно переглянулись, пушистый хвост омеги нервно стучал по деревянной скамейке, пока сам Пак перебирал пухлыми пальчиками складки на свитере своего альфы. Гук потянулся к Хосоку ближе, альфа обеспокоено прижал тело брата к себе, параллельно потянувшись за телефоном, чтобы позвонить Тэхёну, но виновник уже сам явился перед ними через пару минут.       — Ты же говорил, что не придёшь, — непонимающе протянул Сокджин, откладывая палочки для еды в сторону.       — У меня горят сроки, но Уён сказал, что Гу плохо, — родной голос заставил чёрное ухо взволнованно дёрнуться.       Омега еле отцепился от плеча брата, проклиная в голове альфу Сана за его длинный язык. Стоящий возле их столика Тэхён выглядел, мягко говоря, помято, пушистый мех на белоснежных ушах скатался в некоторых местах, покрасневшие от напряжения глаза с серыми мешками под ними защемили сердце Чонгука, который безумно переживал за здоровье своей пары. Надетые на крепких длинных ногах поношенные джинсы с фиолетовым худи вовсе не разбавляли разбитый вид Кима.       — Я в порядке, — отмахнулся омега, он потянулся за стаканчиком с кофе, неловко замирая на пару секунд, когда от его альфы повеяло незнакомым ароматом корицы. — Почему ты пахнешь феромонами Богома? — непонимающе спросил Чонгук, складывая руки на груди.        Жалость к своему парню сменилась раздражительностью.       Широкая ладонь потянулась к бледному омежьему лицу, но Чон отмахнулся от гибрида тигра, сводя брови к переносице. Его омеге явно не по душе, когда на чистом и благородном древесном аромате паразитом привязывается навязчивый запах корицы.       Судя по усталому лицу Тэхёна, альфе также начинала не нравиться происходящая ситуация, так ещё и в кругу заинтересованных зевак.       — Чонгук…       — На тебе чужие феромоны, — хмуро напомнил тот, резко забирая бумажный стакан с кофе со стола, и направился в сторону кампуса.       Тэхён молча смотрел вслед уходящему омеге, накрыв лицо ладонью. Он безумно устал за эти последние дни, мужчина с ума сходил из-за того, что не может провести время со своей парой, не может любовно огладить пушистый хвостик, расцеловать каждую родинку, вдохнуть сладкий аромат манго, наслаждаясь послевкусием мандарина. Альфа был настолько загружен работой, что казалось, на его плечах стоит настоящая гора. Он старался как лучше, Тэхён хотел, чтобы они с Чонгуком поехали в конце сессии в Швейцарию, насладились природой, друг другом, дали волю своим животным формам, но Ким не предугадал момент, когда преподаватели решат предложить ему невероятный проект, связанный с проектным обеспечением высокого качества в партнерстве с Богомом — лучшим студентом на их потоке, который является доминантным омегой его вида. В тот день альфа готов был разорвать заведующего их кафедры, который с глупой улыбкой скинул ему на стол толстую папку с документами.

Flashback

      Глаза жгло от сухости из-за постоянной работы за компьютером, Тэхен отодвинулся назад на стуле и начал раздражённо дёргать круглыми ушами. Он потянулся за увлажняющими каплями, параллельно осмотрел пустующий кабинет для практических работ аспирантов, запрокинул голову, аккуратно капнув увлажняющий раствор. Телефон загорелся новым сообщением, и гибрид тигра не мог скрыть клыкастой улыбки от появившейся их с Чонгуком фотографии на экране блокировки: весёлый омега радостно смеётся, пока Тэхён шутливо кусает висячие ушки.

От кого: зайчонок-крольчонок♥ 20:34

хён, купи в магазине клубнику и шоколад♥

от кого: зайчонок-крольчонок♥

и напиши, когда будешь ехать домой, я приготовлю тебе расслабляющую ванну!

      Усмехнувшись очарованию своей омеги, Ким, замотивированный скорейшим возвращением в их удобное гнёздышко, вернулся обратно к работе, ища глазами отмеченные программой последние ошибки. Ему оставалось дописать этот код, и он наконец-то сможет уделить Гуки время, зацеловать своего капризного мальчика с головы до пят, крепко обмотать пушистым хвостом вокруг обнажённого бедра и, уткнувшись носом в кучерявую макушку, замурлыкать от успокаивающих феромонов. От стольких соблазнительных мыслей лежавший расслабленно на ногах хвост возбуждённо задёргался, чего не скажешь о проснувшемся внутри бенгальском тигре, который грациозно прогибается в спине, понемногу обустраивая место возле для шустрого кролика.       Тэхёну хватило ещё десять минут, чтобы наконец устало откинуть голову на спинку кресла и отъехать на другой конец комнаты, расслабленно выдыхая от такого насыщенного дня. Он знал, что в университете никого быть не должно уже, поэтому айтишник позволил себе на пару минут прикрыть глаза, чтобы с новыми силами рвануть к Чонгуку.       Дверь в кабинет открылась с тихим скрипом, он подумал, что этот звук от звона в ушах, но аромат чужих феромонов привел разморенного Тэхёна в чувство. На заведующего кафедры смотрели светящиеся красным золотом глаза, мужчина опасно прищурился, находясь в прострации из-за накатившей усталости, однако после неловкого покашливания альфа наконец очнулся, промаргиваясь от накалившихся животных инстинктов.       — Ох, Чхве-сонбэнним! — подорвался студент, низко кланяясь посмеивающимуся пожилому альфе.       — Ты всё работаешь Тэхён-а? —по-доброму хмыкнул гибрид куницы, вытаскивая из кожаной сумки синюю папку.       — Да, сонбэнним, уже закончил, — кивнул Ким, аккуратно ступая вслед за заведующим, который склонился над включенным монитором, внимательно всматриваясь в написанный код.       — Хорошо потрудился, — довольно произнёс старший, затем плавно развернулся к потрёпанному Тэхёну и протянул ему документы.       Внутренняя ипостась недовольно оскалилась на тяжёлую папку, а сам Тэхен нервно бил хвостом по ногам, прекрасно зная, что в таких папках преподносят у них на факультете. Преподаватель громко рассмеялся и силком затолкал материалы в руки альфы.       — Чего ж ты так долго стоишь? Кому я принёс это?       «Не знаю, кому ты это принёс, старый хер, но точно не мне»: — мысленно прорычал Тэхён, чувствуя, как начинает бурлить горячая волна злости внутри.       Его телефон отозвался громким пиликаньем вновь, и Ким прекрасно знал, как Чонгук терпеливо относился ко всем его проектам и внеплановым сверхурочным. Омега был самым заботливым и понимающим, он не говорил ни одного слова против, лишь ласково целовал в покусанные от нервов губы и окутывал сладкими феромонами, позволяя мужчине мгновенно провалиться в такой желанный сон.       А сейчас альфе внутри Тэхёна дико не нравится, что их вечерние планы с омегой с треском рушатся.       — Не знаю, сонбэнним, я сделал все работы, которые мне выдали другие преподаватели, — неловкая попытка скинуть с себя очередную тонну работы успехом не увенчалась, судя по потемневшему лицу Хвана.       — Я видел твой рейтинг успеваемости, но тебе всё равно придётся писать экзамены из-за недостатка баллов в некоторых дисциплинах. — Тэхён хотел было уже возмутиться из-за подобного высказывания, прекрасно помня, что его баллов более чем достаточно, чтобы спокойно завершить обучение. — Поэтому это буквально твой шанс. Там нет ничего сложного, — отмахнулся седоволосый альфа, открывая на последней странице требования. Айтишник едва ли не поперхнулся, смотря на выведенный маркером алгоритм Форда-Фалкерсона. — У тебя займёт это не больше недели, а учитывая, что ты будешь работать в паре, так в целом пару дней.       — В паре?       — Да, Пак Богом с параллельной группы, он тоже стремится к лучшим результатам, уверен, вы поладите…       — Спасибо, но мне придётся отказаться, — вежливо улыбнулся мужчина, делая пару шагов назад.       Встречался он с Богомом пару раз, и все заканчивались разъярённым Чонгуком, который едва ли молнии метал в высокого черноволосого омегу. Тэхён понимал своего парня, потому что сам скалился на его партнёров на танцевальных практиках и, учитывая, что Пак не симпатизирует альфе и Чону одновременно, то они приняли решение просто избегать встреч с ним. Особенно это начал делать Тэхён, учуяв от омеги доминантный феромон, который раздражал его внутреннего альфу до скрежета зубов.       — Это был не вопрос, студент Ким, — безэмоционально кинул гибрид куницы, лениво дёрнув острым ухом. — В ваших же интересах закончить этот проект и без лишних скандалов выпуститься.       Это была последняя фраза, перед тем как заведующий покинул кабинет, оставляя замершего альфу наедине с собой, тихой трелью телефона и брызжущим слюной внутри альфой, который, не щадя сил, разрывал когтями всё на своём пути в попытках выбраться наружу из никчёмно-обессиленного тела.

End Flashback

      — Тэхён!       Звонкий крик Чимина заставил уставшего альфу переключить своё внимание на обеспокоенного омегу, который уже минут десять тормошил своего друга после ухода Чонгука. Рыжие ушки на макушке Пака жалостливо прижались к голове, когда он заметил, насколько побито выглядел Тэхен. Белый белок глаз окрашен красным узором из сосудов, некогда сияющая шерсть вяло опала вдоль роста волос. Танцор метнул взгляд на своего альфу, который аккуратно подошёл ближе и отодвинул свою пару за спину, положив руку на плечо Кима.       — Чимин, малыш, иди сходи за Чонгуком, — ласково проговорил Юнги, сжимая пальцы сильнее, когда при упоминании младшего омеги гибрид тигра машинально двинулся в сторону, — а мы с Тэхёном поговорим.       — Мне надо доделать работу, — вильнул плечом мужчина, но его беспрекословно окружили со всех сторон, и его альфа был настолько истощённым, что не было сил, чтобы издать хоть что-то, похожее на угрожающий рык.       — Нет, мы идём обедать в кафетерий, а тот код допишет Богом, который стоит возле столовой и следит за тобой, — твёрдо сказал Намджун, потянув друга в сторону выхода.       Альфа не имел желания даже сопротивляться, позволил Юнги вцепиться в его руку и вытолкнуть из столовой вслед за вышедшим ранее Хосоком.

***

      Они зашли в тёплое помещение, тут же находя взглядом укромный столик в самом углу кофейни. Джин вызвался сделать заказ, ловко оббегая стоящих внутри посетителей. Тэхён стянул с себя шарф, на самом деле принадлежавший Чонгуку, но воздушный аромат манго с мандарином давно выветрился, оставляя на ткани после себя лишь лёгкую отдушку. Тёплое кашемировое пальто альфа повесил на куртку, оставаясь лишь в чёрных джинсах и тёплом худи. Взъерошив ладонью растрёпанные волосы, блондин пролез в самый угол кремового диванчика. Его локти упирались в поверхность стола, а голова упала на ладони, словно весила целую тонну. Он действительно слишком вымотался за это время, следовало давно решить проблему с этим проектом при помощи декана факультета: с мистером Ву у них всегда были хорошие отношения, только желание побыстрей разобраться со всем этим мозгоебством было сильнее. Тигр внутри безмолвно прикрыл глаза, сильнее тоскуя по маленькому ураганчику вокруг него. Перед ним с глухим стуком появилась тарелка с салатом, горячими сэндвичами, чашка с горячим малиновым чаем и тортик на десерт.       — Это много, — начал было альфа, но грозный взгляд Джина тут же усмирил его.       — Просто поешь, — выдохнул Сокджин, аккуратно приподнимая свой хвост, чтобы удобно присесть возле Намджуна, —тебе всего лишь кажется, что «это» много. Ты даже не заметишь, как съешь это.       И как ни странно, но старший омега был прав, ему хватило каких-то жалких полчаса, чтобы съесть салат и сэндвич, а после приступить к свежему десерту и сладкому чаю. Если так подумать, что сытно кушал он только в те дни, когда завтрак готовил Чонгук, который всегда трепетно относился к своему здоровью и здоровью Тэхёна. Мысли о своей паре вязкой негой стекли вниз по венам, заставляя сердце затрепыхаться, словно пойманная в клетку птица.       — А теперь рассказывай, в какое не очередное дерьмо ты залез, — поставив чашку на стол, поинтересовался Юнги.       — И почему на тебе действительно запах другого омеги, — тон голоса Хосока понизился донельзя, и альфа внутри Тэхёна встрепенулся, чувствуя давление.       Альфа собирался с мыслями пару минут, параллельно заталкивал подальше поднимающееся раздражения на внезапную фразу Чона. Приятный вкус малины успокаивал, сделав ещё парочку глотков, сытый и наконец более-менее отдохнувший айтишник поднял взгляд на сидящих вокруг друзей, начиная рассказ с самого начала.       — В октябре я решил, что следует закончить учёбу экстерном, учитывая, что всю программу я давно прошёл сам и моя практика была на работе, — мужчина выловил из чашки плавающую ягоду. — У меня также были планы провести с Чонгуком больше времени и, возможно, съездить куда-то отдохнуть. Поэтому после того как мы обсудили это с Гу, я попросил нашего декана разузнать об этом на собрании кафедры, и в принципе против не был никто.       — Ну, конечно, не были против, ты же один из лучших студентов, — фыркнул Мин, пока почесывал свои чёрные уши.       — Это всё понятно, это всё обсуждалось со мной, — кивнул Сокджин, а Тэхёну хотелось удариться головой о стенку! Джин же президент студсовета, он бы точно смог повлиять на решение кафедры. — Каким боком с тобой в паре поставили Богома?       — Подожди, это тот Богом, — Хосок принципиально выделил имя омеги кавычками из пальцев, — который является доминантный омегой, так еще и гибридом твоего вида? — аккуратно подщипанная бровь вопросительно изогнулась вверх.       — К сожалению, — кивнул Ким, откидывая голову назад. — Я знаю о всех слухах, которые ходят вокруг него, а потом ещё плетутся за мной, но заведующий кафедры просто не оставил мне выбора, — всплеснул руками альфа. — Чонгук в курсе всего этого, конечно, ему не по душе была эта затея, но мне даже не дали отказаться! — рыкнул Тэхён, раздражаясь от одного лишь воспоминания того нелепого разговора с заведующим.       — Значит, заведующий Чхве, — задумчиво протянул Сокджин, тёплая улыбка тронула его губы, когда Намджун ласково чмокнул в острое ушко. — Он тот ещё прохвост, на факультете мало кто хочет работать с ним, но за счёт этого влияния никто и не отказывает. Так это была его идея навязать тебе Богома? — поинтересовался старший омега, поглядывая на напряжённого Кима. — Ставлю сто баксов, что это всё было обговорено, ты же теперь знаешь, какой Пак «лучший студент всея потока», — пропищал Джин, прекрасно осведомлённый, каким человеком является Богом.       О, да-а-а, Тэхён был просто в восторге, когда вместо совместной работы омега буквально вешался на него, заполняя маленькую комнату своими феромонами, провоцируя его альфу. Их внутренние животные даже не нашли общего языка, тигр Тэхёна не подпускал к себе того даже на пушечный выстрел, скалился, рычал, охранял территорию, принадлежащую их омеге. Практически после каждой встречи он стоял под душем целый час, чтобы смыть с себя этот приторный запах корицы и избавиться от въевшихся феромонов, хотя Чонгук всё равно ощущал их. В наказание омега просто отворачивался от мужчины на другую сторону кровати, игнорируя сильное желание уткнуться носом в широкую грудь.       Тэхён тянул весь проект сам, и это было чертовски тяжело, учитывая, что другие преподаватели тоже решили выделить несколько ошибок в уже сделанных работах. С момента начала работы над этим проектом прошёл практически месяц, а альфа измотал себя настолько, что иногда начинал терять контроль над феромонами, однако самое страшное для него — это была пропасть между ним и его зайчонком. Больше всего альфа боялся потерять своё маленькое сокровище, и как бы он ни пытался закончить всё быстрее, усталость на его плечах впилась в кожу, растекаясь тяжестью по всему телу. Иногда Ким даже не соображал, что делает, отключаясь на пару секунд, словно блуждал в темноте, а после возвращался в реальность, задыхаясь от тяжёлого омежьего феромона, который до кончиков волос необъяснимо бесил его.       — В том-то и дело, что после того, как я узнал, какой у меня замечательный партнёр, всю работу я начал писать сам, начиная с теории и заканчивая кодом, — сквозь зубы прорычал Тэхён, его глаза неосознанно начали окрашиваться в красный, тяжёлый доминантный феромон начал растекаться по помещению будто вязкая смола, и подскочившие с мест друзья прижали его к креслу.       — Ты с ума сошёл?! Где твой хвалённый контроль, — рычал Юнги, поддаваясь этому безумию тоже.       Нельзя кошачьим находиться близко во время таких всплесков.       Им действительно повезло, что Намджун был гибридом медведя, и его не менее тяжёлый феромон подавил разозлённого альфу.       — Да ты в полном дерьме, — неверующе прогнусавил Сокджин с салфетками в носу. — Ты мог попросить меня помочь с этим делом! Я знаю каждого преподавателя, и все отзываются о тебе просто замечательно! Ты настолько запустил свой организм, что каждая его клеточка накалёна и возбуждена, что ты будешь делать в свой гон или течку Чонгука?! Ты просто задушишь мальчика напором!       — Блять, — прорычал Тэхён, совершенно забывая об этом.       Его цикл сбился из-за стресса, но цикл Чонгука идёт по графику, его течки начинаются ближе к концу месяца, и если альфа не сможет взять себя в руки, то исход их нахождения рядом друг с другом будет летальным. Особенно если учесть, что в данный момент его альфа рвёт и мечет в диком желании пометить и спариться со своим омегой.       — Не будет такого, — отмахнулся Юнги, отпивая остывший кофе. — Когда я сдавал экзамен по продюсированию и почти жил в студии, мы с Чимином практически не виделись, моё состояние было схоже с твоим, но немного лучше, — гибрид пантеры лениво повёл ухом. — У Чонгука сильный природный запах, поэтому ты должен буквально дышать своим омегой, чтобы привести свой гормональный фон в норму. И если до его течки ещё есть время, то вам хватит двух дней, но если он уже в предтечном состоянии, то пару часов для восстановления будет достаточно.       — Не припомню я, чтобы у вас с Чимином были такие моменты, — нахмурился Намджун, усердно рыская в своей памяти.       — Это был тот день, когда ты пропал с Минни на неделю? — спросил Хосок, указывая на кивающего Юнги десертной вилкой.       — Тэхён априори не может ничего плохого сделать Чонгуку, потому что его внутреннее животное и его альфа выбрали мелкого в качестве пары. А вот если бы это был незнакомый омега, то дела были бы куда хуже, чем просто «плачевны».       Нарастающая паника в теле айтишника понемногу отходила назад мягкими волнами. Он облизал подсохшую корочку на потрескавшихся губах, нервно дёргая хвостом. Внутренний голос кричал в граммофон, что он идиот, который слишком сильно поверил в себя и создал такие проблемы, при этом не рассказывая о них никому. Хотелось волком выть оттого, что всё могло быть по-другому.       — Это тебе урок на будущее, — Намджун похлопал его по плечу, а после приобнял, позволяя вымотанному мыслями другу упасть на свое плечо. — У тебя есть всё, чтобы поделиться этим дерьмом с нами, на то мы и лучшие друзья, что будем разгребать его с тобой…       — Замечательная цитата, но я ем, — нахмурился Хосок.       —…а после высыпать его на человека, который эти проблемы тебе доставил.       — Большое спасибо за понимание, — фыркнул гибрид пумы, откидывая вилку в сторону.       — Не фырчи, — закатил глаза гибрид медведя и вернулся обратно к Тэхену. — Сокджин поговорит с деканом, обсудит всё на комиссии, а ты сейчас идёшь домой, забываешь про учёбу на неделю точно, проводишь время со своим омегой, а мы тебя в это время прикроем. — Намджун выложил все карты на стол, подмигивая своему парню, который уже примерно прикинул, сколько работы его ждёт.       — Тебе лучше позаботиться о Чонгуке, — пригрозил Юнги, ставя наконец пустую чашку из-под кофе на стол. — Чимин тебе не спустит с рук, что мелкий ходит как в воду опущенный, это я не говорю ничего о Хосоке.       Упомянутый альфа грозно прищурился, поглядывая на циферблат.       — У тебя есть полчаса, чтобы смыть с себя этот жуткий запах, потому что пары Чонгука заканчиваются через час, а учитывая, что он сейчас с Чимином, то дома окажется быстрее. — Альфа стряхнул с себя крошки и встал из-за стола, забирая куртку с вешалки. — И проверь календарь, Тэхён, сегодня точно непростой день.       Ким недоверчиво проводил взглядом уходящего Хосока, открывая на телефоне календарь, замечая отмеченные фиолетовым дни, которые показывали период наступления предтечки. Теперь понятно, почему Чонгук стал острее реагировать на чужие феромоны. Его омега становился слишком территориальным в момент приближении течки, это умиляло Тэхёна, который сам по себе является территориальным видом, но не знал, что гибриды кроликов тоже могут похвастаться такой особенностью, а после оказалось, что благодаря тому, что Чон рос среди гибридов кошачьих, то территориальность просто выработалась как привычка, а потом переросла в потребность. Тэхён оставил пару купюр на столе, чувствуя себя обязанным заплатить за обед, собственно, никто из присутствующих против не был. Юнги даже сделал заказ вновь, аргументируя это скорым появлением Чимина, а оставить свою пару без вкусной выпечки он никак не мог.       Заматывая шарф, альфа встретился взглядом с Джином, который лениво махал хвостом, пока Намджун ласково почёсывал его ушки.       — Иди уже, — махнул рукой Джин, когда Тэхёну оставалось лишь застегнуть пальто. — Просто знай, что мы всегда поможем, глупый мальчишка, — фыркнул старший, совершенно не заботясь, что этот «мальчишка» является одним из опаснейших хищников. — Насчёт экзаменов даже не беспокойся, я уверен, что все преподаватели давно уже поставили тебе баллы, просто им нравится играть на твоих нервах.       Не сдержавшись, Тэхен крепко обнял удивлённых Намджуна и Сокджина, подмигивая ухмыляющемуся Юнги, перед тем как выбежать из кофейни и засечь время, чтобы успеть привести свой убитый вид в порядок.       Воодушевлённая ипостась громко замурчала, наконец готовясь к уходовым процедурам.

***

      В последний раз у Чонгука омега сходила с ума, когда какой-то парнишка в младших классах забрал его игрушку-морковку, а сейчас он болезненно морщится от пульсации в районе живота. Ему казалось, что стенки внутри организма крошатся под острыми когтями омеги. Лёгкий аромат персиков успокаивающе ласкал покрасневшую от мороза щёку. Чимин, идущий рядом, окольцевал тонкую талию руками, плотно прижимаясь к младшему и позволяя своему пушистому хвосту своевольничать по ногам Гука. На носу был первый месяц зимы, и позволить злому крольчонку стоять на улице дольше, Пак просто не мог позволить.       — Нам следует одеться, если мы хотим где-то посидеть, — невзначай сказал Чимин, замечая, как заинтересованно дёрнулись кроличьи ушки. — Недалеко от нашей танцевальной студии есть кафе. Тэмин говорил, туда пускают только омег, думаю, для твоего состояния это будет прекрасное место, — тепло улыбнулся Чимин, чмокая младшего омегу в румяную щёчку.       Хотя старший тоже был гибридом хищного вида, но омега внутри Чонгука и его внутренняя ипостась очень трепетно относились к хёну, они воспринимали Чимина как безопасное место, укромный уголок. То же самое работало и с Сокджином, поэтому подскочившие гормоны начали оседать, а хмурый Гук вцепился пальцами в рыжий хвост, позволяя Паку отвести их за верхней одеждой, оставленной в столовой.       Укутанный в дутый пуховик Чонгук шёл рядом с Чимином через весь университет, чтобы наконец выйти к небольшому зданию их студии. Спустя ещё пару минут ходьбы они пришли к одноэтажному кафе, разрисованному многочисленными граффити и карикатурами разных знаменитых людей. Довольно хмыкнув, омеги зашли внутрь под тихий звон колокольчика.       — Пошли сядем к окошку, — кивнул в сторону Пак, таща несопротивляющегося друга за собой.       Он принюхался. Помимо аромата кофе и сладкой выпечки стояла отдушка чего-то лёгкого, успокаивающего, словно кошачья мята для котов, но запах не напоминал траву. Тут действительно находились одни омеги совершенно разных видов и возрастов. У некоторых из них даже была течка, и Чонгук внезапно почувствовал приятное ощущение комфорта.       — Я заказал нам по карамельному латте и пирожному, — протараторил Чимин и удобно устроился на мягком кресле напротив. — А теперь быстро рассказывай своему любимому хёну, что происходит?       Блестящий от нахлынувших эмоций взгляд довольно-таки резко уколол старшего омегу в грудь. Чонгук никому не рассказывал о своих чувствах, глупо надеясь, что надолго это вязкое болото не затянется. А по итогу получилось так, что болото не затянулось, но втянуло туда омегу практически с головой.       — Не знаю, хён, — прошептал Чон, тут же отворачиваясь к окну. — Тэхён слишком много на себя взвалил, и в первое время я поддерживал его, помогал, и мне казалось, что вот-вот и мы справимся, вернёмся в прежнее русло нашей совместной жизни, но стало только хуже. — Нижняя губа предательски задрожала, а принёсший заказ официант смутил расчувствовашегося омегу.       Чимин вежливо улыбнулся работнику бете, возвращаясь к поникшему Гуку, который прикрыл длинными ушами покрытое красными пятнами лицо.       — Ну, чего ты, милый, — сам захныкал Чимин, поглаживая того по сжатой ладони. — Под «хуже» ты имеешь в виду Богома?       — Его поставили партнёром Тэхёна так внезапно, — устало выдохнул омега, размешивая горячий латте. — Меня начал раздражать постоянный запах корицы в доме, он словно специально метит запахом Тэ, а тот сделать ничего не может из-за этой учёбы! — воскликнул он с дрожью в голосе. — Я понимаю, как устаёт хён, я понимаю, сколько титанических усилий нужно, чтобы закончить экстерном университет, но мне кажется, между нами что-то ломается, — тихий всхлип мурашками отозвался на коже Чимина, он быстро поднялся с места и подбежал к Чонгуку, обнимая того так, что его нос уткнулся в живот старшего омеги. — Не хочу, чтобы между нами что-то ломалось. Я слишком люблю его.       — Та-а-ак, — перебил того Пак, садясь на корточки возле поникшего младшего. — Послушай, милый, эти трудности на самом деле меньшее, что может сломать связь между вами, — аккуратно утирая слёзки в уголках глаз младшего, он продолжил: — Когда Юнги писал экзамен по продюсированию, то мы с ним могли не видеться целую неделю, хотя жили вместе и также переживали наш конфетно-букетный период. Но хён настолько погряз в этой учебной суете, что мой омега даже начала забывать аромат моей пары. — Карие глаза напротив смешно расширились, а Чимин лишь утвердительно кивнул, прекрасно зная этот неприятный спектр эмоций, который пронизывает тебя с ног до головы. — Но никто из нас даже не думал о расставании, мы знали, что это временные трудности, поэтому, дорогой, кошки — это такие прилипчивые создания, что из-за такой чепухи ты точно от них не отцепишься.       Чимин весело ткнул пальцем в покрасневший кончик носа Чонгука и поднялся на ноги, возвращаясь к своему кофе.       — А насчёт Богома даже не думай, скажу тебе по секрету, — танцор таинственно наклонился вперёд, — для таких грозных кошек как наши альфы, принято искать только одну пару и неважно, кто ею будет, другую омегу они к себе не подпустят, — весело подмигнул Пак, радуясь поднявшемуся настроению гибрида кролика.       Почувствовав себя намного лучше, младший наконец откусил банановое пирожное, облизывая перепачканные в креме губы. Омега внутри лениво потянулась, также принимая решение не поддаваться эмоциям раньше времени. Чонгук взглянул на часы и поняв, что на пару он идти не собирается, они сговорились с Чимином по ещё одной чашечке сладкого кофе, перед тем как Гук поедет домой и уткнётся носом в гнездо из вещей своего альфы, прекрасно зная, что Тэхён и сегодня в университете допоздна, а после им следует поговорить и обсудить скребущие внутри сомнения.

***

      Автомобиль замигал после сигнализации, и Тэхён направился к лифту, нажимая кнопку вызова, которая тут же засветилась жёлтым светом. У него было огромное желание приготовить для Чонгука вкусной еды, жареного риса с кимчи, скрутить парочку кимпабов, пожарить самгёпсаль и намыть листья перилы. В их паре в основном готовкой занимался альфа, младший же предпочитал отдаваться уборке, трепетно вытирать каждую пылинку, при этом пританцовывая под какую-то попсовую песню. А Тэхён, наоборот, воротил свой ухоженный белоснежный хвост от крупинок пыли и бытовой химии, отдавая любовь разделочной доске и приятному аромату специй. Выйдя с лифта, мужчина, шурша пакетами, ловко ввёл код-пароль от замка и под задорный лай Ёнтана зашёл в прихожую.       Квартира встретила его кромешной тьмой и холодом пустоты, Тэхен аккуратно отодвинул мельтешащего под ногами пса в сторону и, взявшись за тканевые ручки, прошёл на кухню, потом вернулся в коридор и, полностью раздевшись, направился в ванную, закатывая по локоть рукава тёплого худи. В собственном отражении Тэхён не увидел ничего схожего с самим собой. Некогда сияющие серебром глаза потускнели, затянутые плёнкой усталости, мешки под глазами налились синевой, а круглые белоснежные уши с расслабленно обвитым вокруг его бёдер хвостом напоминали поношенную меховую шапку с опавшим мехом и слипшимися волосками.       Взглянув на циферблат наручных часов, гибрид тигра прикинул, сколько времени у него есть, чтобы успеть приготовиться до приезда его крольчонка, и, скинув с себя одежду, залез в ванную, ставя шланг от душа на крепление в стене. Тёплые капли воды смывали пенистый гель для душа, позволяя коже освежиться. Тэхён нежно намыливал свои круглые уши с хвостом, не забывая пользоваться специальным кондиционером и маской, эта процедура была жестом прощения перед собственной сущностью за грубую забывчивость об элементарном уходе. Чёрной бритвой альфа подбрил огрубевшие волоски на паху, вспоминая, как Чонгук хныкал после прошлой течки из-за выступившего раздражения на нежных ягодицах.       Из ванной Ким вышел другим человеком, махровое полотенце крепко окольцовывало мускулистые бёдра, пока он пытался найти в шкафу свои домашние шорты и футболку. Надевать нижнее белье Тэхён несильно любил, предпочитая ходить по дому без него.       На кухне под тихую джазовую музыку альфа наконец приступил к готовке, подкармливая бегающего между ногами Ёнтана разными вкусностями. Шкварчащее на раскалённой сковороде масло приглушённо зашипело после брошенного туда мяса. Пока готовился самгёпсаль, мультиварка звонко оповестила о полной готовности риса, и старший начал выкладывать его на тарелку, чтобы дать остыть и начать крутить кимпаб.       Замок в прихожей щёлкнул как раз в момент, когда альфа закончил мыть грязную посуду и, вытерев руки о вафельное полотенце, потянулся к любимому вину омеги, стоявшему на верхней полке их кухни.       Чонгук замер ещё на пороге, удивлённо замечая стоявшие сбоку оксфорды и пряный аромат еды. И если Тани не выбежал встречать его, значит, готовка шла полным ходом. Повесив свой пуховик, Чонгук пригладил наэлектризованную от шапки шерсть на чёрных ушах и, собравшись с мыслями, прошёл дальше в квартиру, дрожаще выдыхая от накрытого стола и от вида своего альфы, который выглядел намного лучше, чем в университете. Он выглядел таким родным и отдохнувшим, что омега внутри жалостливо всхлипнула, а поддавшись эмоциям, Чон вытянул руки вперед, тут же попадая в тёплые объятия, тихо плача в растянутую футболку.       — Ох, Гу, — хрипло прошептал Тэхён, прижимая своего парня ещё ближе, зарывшись носом во влажные пряди волос, вдыхая такой нужный для него аромат. — Не плачь, зайчик, ну же, — покрасневшее личико омеги смотрелось очаровательно в больших ладонях Кима, что тот не удержавшись расцеловал щёчки и мягко укусил за покрасневший носик. — Пойди помой руки и приходи ужинать.       Тихо заикаясь, Чонгук послушно направился в ванную, намыливая грязные после улицы руки и смывая пену водой, продолжая шмыгать носом.       Он уже ненавидит эту предтечку всеми фибрами души.       На кухне он появился в старой футболке Тэхёна, полный обожания взгляд — это было первое, что встретило омегу в комнате. Мужчина позволил своему тигру первому подойти к гордо сидящему в одиночестве кролику и влажно пройтись языком по подставленной спинке. Они кушали в тишине, разбивающейся лишь звоном посуды. Хотя Чонгук хотел сказать многое, но подкативший к горлу ком останавливал. Омега доедал подложенную альфой еду, позволяя мыслям в голове распутаться из тугого клубка.       Вино они распивали уже на диване, безмолвно смотря телевизор, картинки на корейском шоу сменялись одна за другой вместе с громким смехом актёров на заднем плане. Омега облизал блестящие от еды губы, поворачивая голову к альфе, встречаясь с пронзающим серебристым взглядом. Тэхён отставил полупустой бокал на журнальный столик, вглядываясь в наполняющиеся слезами глаза цвета жидкого янтаря. Желудок сжался с противным скрипом, будто выжимал остатки сока, уменьшаясь до размеров подсушенной фасолины. Альфа внутри жалостливо скулит, слыша первый тихий всхлип, упавший с уст пары.       — Чонгук, — хриплым от волнения голосом начал Тэхён, едва ли не разрываясь внутри от разбитого вида младшего. — Гу, — продолжал звать мужчина, осторожно подползая ближе, тёплыми ладонями приподнимая влажные от слёз щёки омеги, и тут же осыпал лицо мелкой россыпью поцелуев. — Ну, же, зайчик, взгляни на меня, — низкий голос медовой нёгой растёкся по продрогшему телу Чонгука, что омега невольно поджал трепещущий хвостик, вдыхая больше насыщенного древесного аромата, постепенно стабилизируя собственный гормональный фон. — Мне так жаль, что я заставил тебя волноваться, — влажный поцелуй в красный кончик носа, — что взвалил на себя так много и втянул в эту серую рутину тебя, — губы коснулись лба, — я так виноват перед тобой, крольчонок. Прости меня за то время, когда меня не было рядом.       Красный ободок змеёй закручивался возле зрачка альфы, который, соприкоснувшись лбами с омегой, неотрывно смотрели друг другу в глаза. Чонгук положил влажные ладошки на широкие плечи, сжимая напряжённые мышцы, поддавшись чуть вперёд, едва ли не наваливаясь на своего парня всем телом.       — Я думал, мы расстанемся, — дрожащим шёпотом поведал младший, словно рассказывал сокровенную тайну. Он почувствовал, как усилились феромоны Кима, и неловко поёрзал на диване от липкости между ягодиц.       — Нет, Чонгук, ни за что, — хмуро опроверг Тэхён, даже морщась от подобных мыслей.       — Ты был с Богомом, и его феромоны как будто поселились в нашей квартире, — продолжал Чон, вспоминая те дни, когда даже в их спальне ощущался тошнотворный аромат корицы.       — Он слишком интенсивно пытался завлечь мою сущность, — хмыкнул альфа и, отставив чуть дальше бокалы с вином, ловко пересадил омегу на свои бёдра, наконец уткнувшись носом в запаховую железу, — но мой тигр даже не подпускал того ближе, охраняя твою территорию, Гу, — тихо мурлыкал Тэхён, водя кончиком носа по утончённой шее, изредка задевая висячие ушки. — Не только омеги управляют альфами, малыш, мы слишком территориальные животные, чтобы позволить чужаку посягнуть на личную территорию сформировавшейся пары, — заскучавший тигриный хвост наконец смог добраться до тонкой омежьей талии, смыкаясь на ней узким кольцом. — Будь то доминантный хищник или маленькая колибри, я только твой, Чонгук,— горячие губы медленно сомкнулись на острой линии челюсти, поднимаясь к чужому приоткрытому рту. — Ни один омега в мире не стоит моего внимания, если этот омега не ты.       Едва ли не задохнувшись от столь откровенного признания, танцор заглянул в окутанные нежностью глаза в последний раз, прежде чем податься вперёд, соединяя их губы в тягучем поцелуе. Его язык сразу протиснулся во влажность чужого рта, по-хозяйски очерчивая ряд ровных зубов, пока не был пойман шершавым языком альфы, сплетаясь с ним в мокром танце. Узловатые пальцы массировали затылок омеги, постепенно пробираясь к кроличьим ушкам, почесывая чувствительное местечко Чонгука, получая в ответ утробное урчание младшего. Тэхён оторвался от розовых губ первым, ощущая влагу на коже от ягодиц младшего.       — Твоя предтечка, — альфа заботливо заправил выбившую прядь за покрасневшее ухо Чона. — Как ты себя чувствуешь?       Омега внутри Чонгука плавно растеклась по всему телу, не скрывая радостного писка от чуткости своей пары. И хотя они оба следят за циклом друг друга, но каждый раз гибрид кролика умилительно махает чёрным хвостиком от беззастенчивой заботы со стороны хёна.       — Думаю, в следующие дни я буду достаточно раздражительным и эмоциональным, — задумчиво протянул парень, ойкая от слабого шлепка по ягодицам.       — Ты никогда не бываешь раздражительным, — цокнул Тэхён, ловко поднимаясь со своей ценной ношей с дивана. — Хочешь чего-нибудь?       Прислушавшись к себе, танцор скрестил ноги на пояснице своего бойфренда, прикусывая губу от плавных поглаживаний по перепачканным смазкой ягодицам. Его внутренняя сущность давно сопела под боком свернувшегося вокруг кролика тигра, поэтому Чонгук запустил пальцы в пшеничные волосы, гладил мягкие ушки.       — Тебя хочу, — улыбнулся омега, легонько чмокая губы альфы. — Нежно хочу, — чуть тише прошептал он, рассмеявшись от игривого рычания.       Тэхён возбуждённо бил хвостом по своим ногам, аккуратно передвигаясь в комнату с Чонгуком на руках. Они практически всегда стараются уловить настроение друг друга, чтобы определиться, в каком темпе им двигаться, поэтому, положив омегу на кровать, мужчина быстро стянул с себя вещи, на периферии замечая, что Чон также начал раздеваться и, слегка сморщившись, откинул перепачканное липкой смазкой нижнее белье. Альфа облизал взглядом каждый уголок на обнажённом теле своего парня. Усталость, которая балластом тянула мужчину в меланхоличность, исчезла в ту секунду, когда перед ним показался возбуждённый омега с взъерошенными чёрными кудрями, расплывчатым чёрным зрачком и с поблёскивающей в свете комнаты точеной фигурой с шёлковой молочной кожей.       Их губы встретились вновь, когда Тэхён навис над омегой сверху, с тихим шипением сталкиваясь возбуждёнными членами. Широкие ладони спустились к вздымающейся груди, накрывая пальцами возбуждённые горошины сосков, прокручивая их по кругу, впивая в себя тихие стоны потершегося об него омеги. Чонгук сразу накрыл ладонями торчащие белоснежные уши, улыбаясь в поцелуй от услышанного мурчания. Он обожал кошачьи повадки своего тигра, особенно в момент предтечек, когда он ложился на мускулистое тело альфы, где на его талии привычно обматывался длинный хвост. Омега смешивал их запахи лёгкими потираниями кожи о кожу и засыпал под тихое тарахтение пары.       Оторвавшись от Гука с тихим чмоком, альфа лёгкими покусываниями спустился вниз, акцентируя своё внимание на запаховой железе, вылизывая ту шершавым языком, борясь с желанием прикусить покрасневшую кожу. Чонгук притянул голову альфы ближе, плавясь от таких нужных для омежьей сущности ласк. Почувствовав губы на вздымающейся груди, его тело податливо выгнулось, подставляясь Киму под лавину нежных поцелуев.       — Тш-ш, — усмехнулся мужчина, придавливая любимое тело к кровати собственным весом.       Чонгук всегда был отзывчивым партнёром, отчего сам мужчина и его сущность задыхались в восхищении своей парой. За время их отношений Тэхён знает, в каком месте приласкать и как долго, насколько чувствительный омега там, чтобы не допустить маленького конфуза, как тогда, когда альфа слегка прикусил кожу на рёбрах и едва ли с ума не сошёл от болезненного скулежа, издаваемого Чонгуком. Оказывается, на рёбрах у омеги была слишком тонкая кожа для игривого покусывания, и это было достаточно неприятно, чтобы развеять раскалённую страстью атмосферу и избавить их обоих от возбуждения. Поэтому наученный горьким опытом, мужчина перекидывает свой вес на одну сторону, чтобы правой рукой спуститься к стоящему омежьему члену, любовно огладить влажную от предэякулята багровую головку, бодая пахом подкинутые в удовольствии чужие бёдра, облизываясь от соблазнительных всхлипов, издаваемых Чонгуком. Влажные подушечки пальцев опустились по длине вниз, следуя за вздутыми венками к самым яичкам, и наконец аккуратно огладив перепачканную смазкой дырочку, Тэхён протолкнул внутрь один палец, пока параллельно зацеловывал солнечное сплетение.       — Т-тэ-э, — всхлипнул омега, сжимая пшеничные пряди в пальцах.       Через пару минут мужчина добавил второй, трепетно растягивая стонущего Чонгука под себя, возбуждённо рассекая хвостом воздух. Лёгкие потягивающие движения, которые ощутил мужчина кожей головы, говорили о том, что его маленькая отзывчивая омега хочет поцелуй, и Тэхён считал кощунством отказать им обоим в таком удовольствии. Их губы врезались друг в друга, когда альфа протолкнул в хлюпающую смазкой дырочку третий палец. Тихий визг Гука потонул в сплетении двух языков. Они развели сырость вокруг рта, раз за разом сталкиваясь в мокром поцелуе, изредка стукаясь зубами в порыве страсти. Руки танцора плавно опустились на острые лопатки мужчины, игриво царапнули бронзовую кожу, под тихое рычание альфы протянулись ниже, обхватывая корень мельтешащего хвоста, вызывая у Тэхёна предупреждающее шипение.       — Одна непослушная омега хотела нежно, — в серых глазах опасно всполохнул красный огонёк.       В отместку Чонгук резко притянул альфу ближе к себе за упругие ягодицы, заставляя мужчину красиво изогнуться и с низким стоном проехаться возбуждённым членом о впалый живот парня.       — Уже не хочу, — причмокнул губами Чон, стреляя в мужчину заплывшим от возбуждения взглядом.       Когда красное пятно разлилось во взгляде альфы, тот с хлюпающим звуком вытащил пальцы из пульсирующей дырочки. Чонгук успел лишь взвизгнуть одновременно с тем, как его резко перевернули на живот, грубо вздёрнули за бёдра наверх, шлёпая по ягодицам пискнувшего от неожиданности омегу. Тэхён слегка оттянул кроличьи уши назад, заставляя парня опрокинуть голову и ухватиться за поцарапанное местами деревянное изголовье кровати, прежде чем врезаться во влажное нутро с характерным шлепком о перепачканные смазкой ягодицы омеги.       — Хе-о-он! — протяжно простонал Чонгук, стараясь подстроится под быстрый ритм, установленный альфой.       Тэхён наклонился чуть вбок, выбивая из рта парня очередной крик, и когда он удачно врезался в простату, то движения его бёдер превратились в бешеную гонку с постоянной сменой ритма. Его толчки превращались в безжалостную долбёжку с громкими шлепками потяжелевших яиц о кожу ягодиц под жалостливое скуление Чонгука. Когда перед глазами омеги пятнами мелькали тысячи бабочек, альфа резко замедлялся, входя в пузырящуюся смазкой дырочку с оттяжкой, успевая покручивать бёдрами и сжимать соблазнительную чёрную помпочку, называемую хвостиком, пока Чонгук в неверии впивался пальцами в спинку кровати, чувствуя, как подкатывающий к паху оргазм отходит назад.       — Альфа, — прохныкал Чонгук, кое-как обернувшись на трахающего его Тэхёна, — я мог кончить. — Хрустальные слезинки медленно покатились по румяным щекам вниз, и сжалившись, мужчина разомкнул ладонь вокруг кроличьих ушей и притянул всхлипнувшего омегу за грудь к себе, слизывая с шеи капельки солёного пота вперемешку с природным ароматом.       — Конечно мог, малыш, — заурчал Ким и, закатив глаза, мощно толкнулся в стонущего омегу.       — Тогда почему? — непонимающе пробормотал гибрид кролика, откидывая голову на крепкое плечо своей пары.       — Потому что кое-кто решил поиграть с большим грозным альфой и его хвостом, — промурлыкал мужчина, возобновляя быстрый темп, наблюдая за заламывающимися в удовольствии бровями омеги.       Омега внутри Чонгука жалостливо проскулила, но это было совершенно бесполезно против дорвавшегося до желанного тела альфы. Чон понял, что трогать хвост Тэхёна опасно после проведённого вместе гона: обычные поглаживания длинного хвоста всегда приветствовались, но когда проворные пальцы омеги сжимают тигриный хвост у корня во время секса, то быть беде. Оказывается, это место слишком чувствительно у котов, и, чтобы избежать возбуждения их сущности, то рекомендуется быть осторожными с такими эрогенными зонами.       Конечно, Чонгук всё помнит, только изголодавшейся по ласке омеге соблюдать такие рекомендации просто не хотелось.       Чонгук тихо ахнул, вцепившись свободной рукой в предплечье своего бойфренда, когда движения бёдрами набрали слишком быстрый темп. Танцор осторожно спустил руку ниже и практически добрался до изнывающего члена, как над ухом раздался предупреждающий рык. И решив не злить Тэхёна сильнее, омега вернул руку на увитое венами предплечье, хныча от резких толчков, которые раз за разом били прямо по раздражённой железе.       Мужчина утробно зарычал и от сжимающихся вокруг члена бархатных стенок, почувствовав, что омега близится к кульминации альфа сменил амплитуду толчков, вбиваясь в заскулившего парня и практически не выходя из него.       — Укуси, — попросил Гук, и Тэхён в неверии повернул голову к смотрящему на него в ответ танцору, на секунду прекращая двигаться.       — Чонгу…       — Я хочу метку, альфа, — нахмурился Чон, начиная насаживаться на пульсирующий член самостоятельно. — Давай же, хён, укуси меня, — подначивал того он.       — Блять, зая, — поверженно выдохнул старший, возобновляя движения и начиная вылизывать симпатичное местечко для своих клыков.       Чонгука постепенно утягивало под толщу воды, доверившись своей паре, гибрид кролика послушно откинул голову немного влево, позволяя альфе смачивать кожу слюной для менее болезненного эффекта. Прикусив зубами губу при сильном ударе их бёдер, он зажмурился и впился ногтями в кожу на руке Тэхёна.       Острые клыки пронзили тёплую плоть в тот момент, когда танцор отпустил себя, кончая с громким вскриком имени альфы на губах.       Внутренняя сущность Кима с рычанием торжествовала, когда мужчина, гнавшийся за собственным удовольствием, упивался их смешанными ароматами. Спустя пару толчков блондин вышел из омеги, доводя себя рукой самостоятельно, пачкая ягодицы Чонгука белоснежными лентами.       Они упали на кровать практически сразу, Тэхён тут же притянул обессиленную пару ближе к себе, любуясь аккуратным укусом на тонкой шее, зализывая свою метку с тихим мурчанием. Переплетённые ароматы витали по комнате бесцветным облаком. Младший тихонечко вдыхал древесный феромон, который в сочетании сладкого манго с мандарином напоминал уют и безопасность. Чонгук придвинулся к мужчине ближе, вплотную вжимаясь спиной к широкой груди. Пальцы поощрительно поглаживали взъерошенные светлые волосы, в то время как старший заботливо ухаживал за свежей меткой своей пары.       — Я поставлю тебе метку во время течки, — пробормотал Гук, когда они уже лежали в чистой постели после совместного душа.       — Как пожелаешь, малыш.       — И ты больше не будешь пропадать так долго в университете и на работе, — продолжал омега, перекидывая тут же подхваченную ногу через бедро альфы.       — Как скажешь, крольчонок.       — Пожалуемся ректору на Богома и попросим исключить, — сонно лепетал Чонгук. И разлепив один глаз, Тэхён взглянул на клюющего носом младшего, нежно поцеловал в пахнущую шампунем макушку, прижал спящего омегу к груди.       — Любой каприз, малыш, любой каприз.       Не верящая собственному счастью внутренняя ипостась всё ещё начисто вылизывала фырчащего кролика, в то время как длинный хвост чётко отбивал ритм на мягкой постели. Старший, прикрыв глаза, заснул с мыслями благодарности Чонгуку, его прекрасной паре, любимому омеге, который позволил создать между ними связь, поддерживал в тяжёлом для него периоде жизни и дал возможность объясниться, поговорить, не позволить воздвигнуть между ними стены.       Тэхён проснулся ночью из-за метаний омеги, сопровождающихся тихим скулежом, видимо, предтечка из-за метки будет немного болезненной. Мужчина придвинулся ближе к возлюбленному, обхватывая руками продрогшее обнажённое тело, и выпустил небольшую дозу успокаивающего феромона. Альфа подождал, пока тело Чонгука не расслабится в беспечном сне, и кинул сонный взгляд на их комод, решая всё-таки достать бархатную коробочку раньше запланированного отпуска.