Спутники ч.2 Загаданное желание

— Ты тоже будешь пить чай с цветками граната? — Игнас потянул веточку и сорвал плод. — Тебе тоже нужно выздоравливать, Камило. Я не хочу, чтобы мой друг болел. — Нет, я буду их есть. — Он посмотрел вслед Дэю. — Возможно, с корнями… Хотя, не уверен, что это поможет… Я забыл… — он нахмурился и опустил глаза, — Я что-то хотел сделать. Что-то… Не помню… Игнас нахмурился. — Что же с твоей памятью? Мне показалось, что что-то тебя вернуло в строй… — Он повернулся в ту сторону, куда ушли все гости сада. Всё это было странным и непонятным. — Камило — Осколок, — парень направился обратно к своей беседке, обернулся и удостоверившись, что Игнас идёт рядом, двинулся дальше, — Нужно что-то, чтобы стать целым… Что-то большое. — Значит, кто-то среди гостей стал этим «большим»?.. — задал вопрос сам себе Игнас и последовал за Хранителем. — Как ты себя чувствуешь, Камило? — Хочется спать и я становлюсь прозрачным, и перестаю чувствовать… Это нехорошо… Он шмыгнул носом и осмотрелся, покрутив головой, но ничего необычного вокруг не было. — Может быть, ты что-то хочешь? — Игнас не отставал. — Признаться честно, я не знаю, что тебе можно, а чего нельзя, так что забота у меня крайне посредственная… — Мне нравится, когда ты разговариваешь со мной и прикасаешься. В такие моменты я как будто здесь, а не везде и нигде сразу, — он старался объяснить, как умел. — Еда и питье — они для удовольствия, если их сделали тут… Если что-то, что привезли, то это другое… Но… Я не знаю, хочу ли чего-то кроме… Игнас слушал парня и внезапно обернулся и полез в сумку. Долго копошился в поисках чего-то и наконец достал маленькую скрученную конфетку оранжевого цвета. — Держи! Это тебе. — Он улыбнулся, протягивая маленькое лакомство. — Долгоиграющий апельсиновый леденец. Парень перехватил руками свою ношу и с интересом посмотрел на угощение. — Можно? — он открыл рот и вытянул кончик языка. Улыбнувшись, Игнас развернул обёртку и достал оранжевый полупрозрачный шарик, который тут же поместил в рот Хранителя. Яркий вкус с нотами мяты растекся на языке. — М-м-м-м… тени, как вкусно! — Хранитель причмокнул и направился дальше, довольно улыбаясь. Он ссыпал гранаты на стол у входа в беседку. Несколько штук скатилось на землю и он суматошно бросился их собирать, едва не приложившись о край стола. Игнас, следовавший за ним, придержал край стола рукой, чтобы парень не ударился и полез помогать. — Не спеши, ты чего? — Я не спешу… — он немного смутился, — Просто я всё роняю, мне не нравится…— Камило ненадолго заглянул ему в глаза и поднялся, когда они всё собрали. — Если что-то уронил, то не нужно спешить, — улыбнулся Игнас. — Нужно осмотреться что и где, а после неспешно, словно боишься спугнуть бабочек, спокойно поднимать. Вот, сейчас, ты бы всёкся в угол стола! Было бы больно. — Да, ты прав. — Парень покусал губы, — Я постараюсь. Было видно, как он гоняет конфету во рту, и в голове у него как будто прояснилось, но лишь слегка. — Расскажи мне что-нибудь, Камило, — попросил, усаживаясь за стол, Игнас. — Мне тоже нравятся твои рассказы. — Взяв в руки гранат, техноарх принялся его чистить. — Рассказать? — парень вопросительно поднял бровь. — Я… Я могу попробовать. Что тут может быть интересного? — он обвёл рукой сад, — О чём ты бы хотел услышать? — М-м-м… Каких фруктов или ягод нет в твоих садах, но ты бы их очень хотел? — Игнас закинул пару зёрен граната в рот. — Таких нет. У меня есть всё, что я помнил сам и что мне приносили те, кто приходил сюда, — он отрицательно покачал головой, — Даже невкусные, которые просили оставить. — Это всё для Таверны? — мужчина кивком указал в ту сторону, где, по его мнению, стояло здание трактира. — По большей части. Гостям надо есть, а их часто бывает много, — он равнодушно пожал плечами. — И то верно… — Игнас обречённо вздохнул. — Камило, скажи… Я могу как-то помочь тебе избежать наказания от Бера? Мне неловко сидеть сложа руки, когда… Время идёт. — Он меня не накажет, — насупился паренек и уселся рядом, —Он страшный, когда злится, но не будет наказывать. Он просто сделает, как считает правильным, вот и всё… — он положил подбородок техноарху на плечо и положил ладонь на бок в робком объятии, — Ничего страшного, такое уже было. — Мне это не нравится. — Взволнованно проговорил Игнас и покосился на руку, что обнимала его. — А хочешь… Хочешь, я покажу тебе кое-что? — Он приподнялся и подвинув и повернув стул поближе к себе, потянул Камило на него, жестом предлагая присесть напротив. Парень часто покивал и сел, куда просили, положив ладони на колени. — Хочу. Показывай. Игнас повернул свой стул и подвинул ближе к парню, усаживаясь прямо напротив него. — Но только это секрет. Он стянул с себя футболку, оголяя торс, и положил её на стол. — Просто так говорить об этом нельзя, хорошо? Камило перекрестил ямочку между ключиц: — Хорошо, я не скажу… — он чуть склонил голову на бок, с интересом рассматривая отметины на торсе. Техноарх выдохнул несколько раз, успокаивая своё сердцебиение, а после коснулся двумя руками центра грудины. Кожа разошлась, словно по швам и рёбра немного раздвинулись в стороны. В вечернем сумраке лицо Камило осветил яркий голубоватый свет, струящийся изнутри Техноарха. Переливающаяся оттенками голубого и белого сфера источала едва ощутимый холод. Хранитель удивлённо распахнул глаза и завороженно смотрел на светящуюся сферу. — Это… — он поднял глаза на Игнаса, заглянув ему в лицо и снова сконцентрировался на шаре, — Это похоже на душу… Только… Больше… — он вцепился себе в колени так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Это прекраснее звёзд. Игнас, улыбнувшись, сомкнул руки перед грудиной и «створки» закрылись вновь, защищая хрупкое ядро. Кожа медленно стягивалась, а техноарх горько размышлял, заглушая пиликающие уведомления. «Оно недостаточно сильное, чтобы он хоть немного пришёл в себя. Похоже, среди тех троих был кто-то, во много раз могущественнее, раз даже у меня всё зафонило.» — Это ядро, что является источником моей жизни, — пояснил Игнас. — А ещё оно даёт мне заряд для перемещений. Однако, сейчас оно ещё заряжается. *Восемьдесят пять процентов*. *Стабилизация внешней оболочки завершена* — Хочешь, я покажу? — Камило поднял на него взгляд. — Только я не смогу так, как ты, и это может показаться грубым, — парень прикусил губу и ладонь легла Игнасу на колено. В электрическом свете, после яркости ядра, его лицо казалось осунувшимся. Техноарх наблюдал не моргая. Камило, опёршись на руку, быстрым движением приблизился к мужчине и поцеловал в губы, придержав его за затылок. Игнас как будто провалился под лёд, его закрутило ощущением наэлектризованного, как после грозы, воздуха и он оказался висящим в пустоте. Из ниоткуда в никуда бил луч тёплого белого света, а вокруг него крутилось множество огней. — Души прекраснее звёзд, — заговорил Хранитель. Голос был почти таким же, только немного глубже и спокойнее, и за руку техноарка держал покрытый серой шерсткой метаморф, который повис в воздухе рядом, не шевеля крыльями. — Тут все те, кто умер в моих землях и многие из тех, кто был пожат до. Это не источник моей жизни, я лишь сосуд, однако, пролить этот эликсир можно лишь разбив сосуд. — Он повернул голову, — но… Кажется что-то пошло не так. Хочешь узнать, как так вышло? — Хочу, — с трудом сглотнул Игнас. — Очень хочу. Стерх повернулся к нему и коснулся кончиками пальцев щеки. Он склонился, не сводя с него глаз, и поцеловал. И если первый поцелуй был порывистым и грубоватым, то этот был нежным и осторожным. Игнас увидел со стороны: тот же метаморф, что целовал его, висел в тёмной пустоте, которую прорезал лишь десяток звёзд, раскиданных по разным сторонам. Огромные композитные крылья, казалось, простирались на десятки метров, завернувшись в полукруг. Он держал перед грудью руки с раскрытыми ладонями и из него, закручиваясь в шар, вылетали золотые волшебные огни. Он видел, как по серому лицу текут слезы. Он чувствовал что он зол, он в отчаянии и он хочет умереть, поэтому он вынул свою Искру и вытягивал из себя души одну за одной… Мужчина был лишь наблюдателем, который не мог ни приблизиться, ни отдалиться, ни отвернуться, ни закрыть глаза. И не мог проснуться. Свет между ладоней ослепительно вспыхнул и метаморфа разорвало. Сверкнул, растворяясь, столп тёплого света, и куски плоти разлетелись в стороны, рассыпаясь невесомой пылью. Время ускорилось. Из центра вспышки вылетел вытянутый силуэт, блеснув как серебряная лента и завернулся в маленькую звезду, а разлетевшиеся в стороны огни стали собираться обратно, заворачиваясь тугой спиралью, они несли с собой какие-то тёмные частицы. Они стаскивали, склеивали и собирали, но их усилий не хватило, чтобы собрать полноценный мир, хотя они очень старались… Они любили своего Стерха, они не хотели, чтобы он исчез. Они собрали лишь небольшой участок земли, вокруг которого крутилось собственное маленькое солнце и выстроились в цепи, окутав его, как сосуды сердце, встраивая маленький мир в систему Дороги Миров. На клочке земли выросли трава и деревья, над ним кружили облака, поднялись горы, со временем откуда-то появились животные… И среди всего этого он увидел знакомую фигурку паренька… Прозрачного, потерянного, забывшего… Он просто гулял там. Он выбрал себе имя Камило и стал придумывать имена тому, что он видел. А когда туда пришли те, кто тоже умел придумывать имена, они стали звать его Хранитель. Паренёк обернулся, они встретились взглядами и иллюзия распалась. Игнас открыл глаза и увидел перед собой то же лицо, только уже настоящее. Замерший и удивлённый, он не знал, как и что сказать, лишь протяжно вздохнул и выпрямился, опираясь на спинку стула. — Что это было? — Моё ядро. — Камило отклонился назад и положил руку на затылок, склонив голову на бок, — Как было раньше, как всё началось… Я вспомнил… это больно, но не хочу больше это забывать… — он внимательно смотрел в лицо техноарху. — Это… — он пытался подобрать слова после увиденного, но получалось с трудом. — Невообразимо… Принять факт, что Камило имеет похожее ядро, заполненное душами, было сложно. Равно так же как и то, что он не Хранитель, а весь этот мир. Но одно он понял наверняка: если уж Игнас не привел парня в чувства, то что-то точно пробудил. — Да ладно, — он отмахнулся, улыбнувшись, — Я помню… Нас таких как минимум несколько десятков, по крайней мере было создано… Не знаю, сколько ещё существует. Просто ты раньше не сталкивался. Парень поискал взглядом, вышел в центр беседки и покрутился, осматривая стеллажи. Он обнял себя одной рукой и стал покусывать ноготь на большом пальце. — Где же… Я сейчас. — и исчез, оставив мужчину в одиночестве. Игнас сидел совершенно потерянный. Изначальный план покинуть это место, оставив обещания вернуться, разваливался по швам. Только сейчас он пожалел, что не согласился уйти с Григом, хотя кто знает, как бы сложилась потом судьба. Теперь и обещание остаться, и увиденное заставляло задумываться, что Камило и правда нужна его помощь. Этот мир и правда нуждается в защите и поддержке. Техноарх спорил сам с собой, размышлял о том как можно и нужно поступить. Осознавал, что впервые актёрская игра в «понимание» и «уважение» затянула его слишком глубоко. И когда он уже решил, что несмотря ни на что исчезнет из этого мира когда всё закончится, в голове прозвучали слова Грига о том, что Игнас погубил много миров. Задумавшись об этом он сидел, размышляя, а мог ли он вообще что-то поменять тогда? Спустя несколько минут Хранитель появился на том же месте, в руке была шоколадка и начатая пачка сигарет. Он положил их на стол, снова плюхнулся на стул и вытянул ноги, немного потерянно осмотрелся и, опять взглянув на наёмника, неловко улыбнулся: — Извини, я просто захотел… И я знаю место, где лежит запас, откуда можно брать. — Говоришь по-взрослому и вполне осознанно, — улыбнулся Игнас, покинув обитель своих мыслей. — Неожиданно и приятно. Он протянулся к остывшему чайнику и налил чуть тёплой водички. — Мне нужен якорь. — Камило достал сигарету и покрутил в пальцах, внимательно на неё глядя, — Ты мне его дал. Но если он исчезнет, то я забуду даже о том, что он когда-то был. — То есть, если я стану твоим постоянным якорем, то ты всегда будешь таким? — Игнас приподнял бровь, размышляя о своём. — Вроде того, — он покусал нижнюю губу и робко поднял взгляд, — А ты хотел бы? — Я — путешественник, — техноарх жалобно поднял брови, а после, держа в руках чашку с водой, в задумчивости осмотрел стол. — Не по своей воле конечно, но стоит мне осесть на месте, как я перестану существовать. Так что… я не знаю. Это место слишком перевернуло моё восприятие всего. — Ты говорил, я помню. — он не отводил серых глаз, — Но как и прежде, я спросил о желании, а не о возможностях, мой друг, — голос тал мягче, совсем ласковым. — Извини. Не отвечай… Я эгоистичен, — парень глубоко вздохнул и отвёл взгляд. Чуть помолчав, он поднялся и налил чай и для себя. — Я не умею отпускать, но понимаю, что у каждого должна быть свобода. Если меня снова накроет, не позволяй манипулировать твоим расположением. — Обычно это всегда делал я, — глядя в кружку проговорил Игнас. — Даже немного не по себе теперь. — Мы нашли друг друга, да? — он присел обратно, обнимая ладонями чашку, — Да. иронично… особенно на фоне прочего… Техноарх хмыкнул с улыбкой, уводя взгляд. — Ну так… Что ты думаешь про то, что происходит сейчас? Как я могу помочь, раз уж согласился? — Он повернул лицо и встретился взглядом с Камило. — Смутно… но кажется, что я уже цеплял что-то подобное. После того раза остались следы. Местные зовут это Стоунхенджем… Но это было ещё до постройки Таверны. Наверное… тогда это прорвалось, как чумные бубоны, и меня какое-то время не существовало, поэтому я не могу сказать, что именно помогло. — Он отхебнул чай и всё-таки закурил, выталкивая дым изо рта и вдыхая носом. Вокруг разнёсся резковатый запах вишнёвой отдушки. — Понятно. Остается надеяться, что у Сальвии есть хоть что-то в записях об этом. — Игнас сделал глоток простой воды, слушая как система запустила процесс очистки. — Скажи, а… тебя не напрягает, что я достаточно запанибратски с тобой разговариваю? — он улыбнулся, — Всё таки ты тут главный, а я… хрен с горы. — Терпеть не могу всей этой лабуды с поклонением, — он резко выдохнул и заулыбался, — То, как Тайра лебезит, или эта патетичность Джейн с её семейством… Милостивые тени, хочется просто бежать и прятаться. Я тут не главный. Главный тут Бер, он за всё отвечает и прочее-прочее-прочее… Я просто есть. С равным успехом меня могло и не случиться. — Какое приятное понятие «Просто есть». Полагаю, я живу точно так же. Камило, если ты чувствуешь себя получше, могу ли я пройтись по окрестностям и осмотреться? Он опустил голову и посмотрел на Хранителя снизу вверх, с некой хитринкой во взгляде. — Ну, или можешь прогуляться со мной? — Могу. — парень улыбнулся в ответ, — И хочу. Но если меня вдруг станет слишком много, то скажи об этом.