Пленники снов

С новой волной накрывают мерзкие мысли. Не понимаю, как голову нормального человека посещает желание сдохнуть? Так, стоп, а кто сказал, что я нормальный? Нет, я именно ненормальный! Тот день отпечатался в моем сердце навеки, изранив душу так глубоко, что шрамы до сих пор кровоточат. Когда ты, подонок, заявил, что я был «хорошим мальчиком, но больше я тебе ненужен». Ты не представлял, что наделал своими словами. Ты не представлял, что из-за них я стану живым мертвецом одержимым травматическими воспоминаниями. Я молил о помощи, но меня никто не слышал. Я обречён. Я тлею как пепел, медленно и мучительно умирая. Перед глазами гроза, молния и твой силуэт, нависший надо мной. Ведь я умолял тебя на коленях объяснить мне причину того зачем ты меня… Зачем ты меня так жестоко отымел, просто взял, вытрахал из меня всю душу и бросил истекать кровью? Ты хоть понимаешь, что натворил? Ты воспользовался моей наивностью, молодостью, я был простой пацан, который нихуя не соображал во взрослых делах. Ты меня изуродовал физически, но больше всего морально. С того дня я прекратил жить, я лишь существовал, вынашивая коварный план расплаты над тобой. Господи, я никогда не думал что ты окажешься таким жалким трусом. Ты меня словил в какой то подворотне, ночью, даже не зная, как я там оказался и почему плакал, сидя на скамейке. Литры выпитого алкоголя затмили твой разум. Словно зверь ты напал на жертву, разрывая ее на куски. А жертвой оказался я, живой человек! Я, который никогда не чувствовал тепла и понимания, который свалил куда глаза глядели среди ночи от пьяной матери, только и способной, что орать и попрекать меня тем, что вообще появился на свет.

Помню, как ты меня тащил за шиворот, пока я сопротивлялся как мог и кричал.

Помню, как твое могучее тело прижало меня к холодной каменной стене.

Помню, как огромная ладонь заткнула мой рот.

Помню, как твои руки залезали под мою одежду и хаотично лапали меня везде где доставали.

Помню, как твой скользкий противный язык заливал гадкой слюной мое ухо.

Помню, как ты сдавил мое горло и прошептал хриплым пропитым голосом: «Будь хорошим мальчиком и все закончится быстро».

После того что ты со мной сотворил, мразь, я потерял себя, потерял смысл жизни. Я жил только мыслями как отомстить тебе, сука! Ты оставил меня лежать в луже от дождя, да, той ночью шел проливной дождь, и моих криков никто все равно бы не услышал. А сейчас никто не услышит тебя. Я так и не смог простить, не смог забыть. Это меня и подтолкнуло совершить столь мерзкий, но тщательно продуманный поступок. Мне потребовались года, чтобы я все спланировал и ударил тебя прямо в сердце, точно также как и ты меня, в самый проклятый день в моей жизни. Сейчас все точно как тогда: гроза, молния, ты и я. Только теперь я с тобой закончу, доведу дело до конца. Ведь я же хороший мальчик? Так?

***

Ты сидишь привязанный веревками к стулу, мокрый и холодный. Дрожишь? Тебе холодно? Страшно? Отвечай мразь! Господи… как ты жалок! Стою напротив тебя и думаю, на хрена ты мне такой? Запуганный, беспомощный, отвратительный человек? Да тебя человеком называть нельзя! Слышишь? Ты чудовище! А у чудовища нет лица! Это безликое и бесполое существо, уродливое, истерзанное на клочья, истекающее кровью. Сейчас… Подожди… Мы это исправим. Из твоей груди вырывается истошный глухой похожий на скулеж плач, когда остриё ножа вонзается в твой глаз. Кричи! Давай же! Не молчи, прошу тебя! Дождь так громко стучит по крыше. Это музыка, созданная самой матушкой природой и нам как раз под руку, отличная шумоизоляция. Вырываю кляп изо рта давая тебе возможность кричать так громко, насколько сможешь. До срыва голоса, до хрипа. Удар ножом по лицу и уродливый кривой шрам теперь красуется на твоей левой щеке. Так, так… Не теряй сознание, мой дорогой, не сейчас, мы только начали. Осматриваюсь вокруг и нахожу старое большое ведро, в которое стекает дождевая вода, там ее как раз достаточно. Ты все равно не сможешь убежать, а знаешь почему? Потому что я переломаю тебе ноги! Кости притяно хрустят под весом тяжёлой деревянной биты, и каждый новый удар заставляет тебя срывать голосовые связки и харкать кровью. Отвязываю тебя и ты в отключке падаешь на пол, как отработанный и ненужный материал. Хватаю тебя за волосы и окунаю головой в ведро. А ты крепкий, ещё живой, раз задёргался. Вода окрасилась в грязно-красный цвет. Мне вполне нравится. А тебе?! Смотрю, как как ты истекаешь кровью, изуродованный и переломаный. Ты вообще меня узнал? Я вроде не сильно изменился с нашей последней встречи. Не так ли? Ладно, отдыхай пока. Я вышел на улицу, встал под проливным дождем и закричал. Но я не понимал, этот крик знаменовал победу, или же наоборот поражение? Меня будто осенило, голова стучала и дико болела, в руках окровавленный нож… Зачем я это сделал? Что теперь будет? Я понял, что не почувствовал ни малейшего облегчения. Мысль о том, что моя месть была ненужной, абсолютно пустым замыслом, терзала изнутри. Месть — это удел слабых. Да, я слабак, я жалкий и убогий. Не хочу жить! Не хочу… …не хочу! не хочу жить! убей меня! убей… забери…

* * *

Он лежал в кровати, потный, измученный своими кошмарами, махал руками будто вытирал с себя что-то и никак не мог проснуться. Это происходило каждый раз, когда за окном лил дождь… Особенно в последнее время, почти каждую ночь. Ему нужна помощь. Так больше не может продолжаться.

…под кроватью нож, бита и веревки.