"Is she still afraid of me?"

      Вечер. Фиолетовая уже который раз приходит после школы “никакая”. Лежит и сверлит потолок пустым взглядом, задумавшись о том, что происходит в её жизни. Происходит много всего, а вроде и ничего особенного. И кажется, что нет весомых причин для переживаний, но что-то явно не так. Идти никуда не хочется: ни в школу, ни в капсулу, ни просто выходить из комнаты. В какой-то момент всё стало казаться бессмысленным, в особенности из-за неудачных попыток наладить отношения.              Рабочая могла думать об этом ещё ни один час, если бы не резко открывшаяся дверь. В тёмном дверном проеме показались два жёлтых глаза. Бунтарка даже не дёрнулась, лишь мимолётно метнула глазами в сторону двери. Узи сразу поняла кто это, и как этот человек сюда попал. Её отец вечно на работе, а входная дверь сдаётся демонтажникам очень легко, поэтому если бы Хан и был дома, то убийцу бы это не остановило.              Демонтажница медленно подходит к кровати:       — Чего такая кислая, фиолка?       — Не твоего ума дело, - сухо отвечает лежачий дрон, — А ты чего здесь забыла?              Понятное дело, что Ви вряд ли придёт к Узи просто так или под предлогом "навестить", ведь их отношения всегда казались натянутыми. Может, они уже и научились воспринимать друг друга иначе, но явно не хотят подавать виду.              — Интересно, чего это ты тут без дела валяешься уже столько времени, — Лежачая недоумевает, откуда она про это знает. Похоже, что Ви иногда незаметно заглядывала к ней в комнату, ведь как иначе она смогла узнать о том, что рабочая стала часто проводить большую часть времени дома?              — Это тоже тебя не касается, — Всё так же без энтузиазма отвечает дрон-рабочий.              На этот раз Ви не терпит такого отношения к себе и с яростью налетает на лежачую. Узи сильно пугается резкой перемены настроения желтоглазой и уже начинает жалеть о своих словах, но поздно. Слово не воробей, вылетит — не поймаешь. У Узи сердце ушло в пятки, когда Ви стала громко шипеть. Её снова настиг страх. Страх того, что с ней может сделать светловолосая, ведь Ви в настоящем гневе очень сильна и неуправляема. Рабочая смотрит на убийцу снизу-вверх глазами-нулями. Её руки прижаты к кровати, и сделать что-либо нет возможности. Её начало трясти, и, зажмурившись, она ожидала нападения грозной демонтажницы.              Ви остановилась, подумав: "Неужели она всё ещё боится меня?".       — Не боись ты. Не съем я тебя, — Самоуверенно проговорила жёлтоглазая, слезая с нижней, присев на край кровати.       — Т-ты не злишься? — Задаёт вопрос дрон, еще немного дрожа.       — Не настолько сильно, чтобы слепо уничтожать, — признаётся Ви, и, немного усмехнувшись, продолжает, — Но, как видишь, я всё-таки немного позлилась. Так чем ты здесь так долго занимаешься?       — Да ничем. Просто отдыхаю от рутины.       — Я вижу, как долго ты отдыхаешь. Раньше ты заходила к нам чаще.       Кажется, Узи хотела сейчас что-то сказать, но, быстро передумав, отвела взгляд.       — Ты хотела чем-то поделиться? — Видимо, Ви это заметила, и Узи попыталась убежать от ответа:       — Н-нет, тебе показалось.              Понимая, что это неправда, Ви аккуратно кладёт руку на плечо бунтарки и, смотря в чужие глаза, говорит:       — Узи, если ты неважно себя чувствуешь или о чём-то переживаешь, то не стоит держать это в себе. Я же вижу, что ты стала отдаляться ото всех, не только от нас. Если это очень важно для тебя, то я могу выслушать. Обещаю, что никому не скажу.              Фиолетовая удивляется чуткости демонтажницы, тому, как спокойно она предлагает свою помощь. Неужели их отношения и вправду не лишены понимания? Неужели они не так уж и безразличны друг другу? Напрасно ли она переживает?              — Узи, всё хорошо? — Ви наконец выводит вторую из размышлений. Видимо, она так и застыла в удивлении, смотря в жёлтые глаза напротив.       — Д-да, я просто немного задумалась, — отвечает дрон, а сероволосая терпеливо ждёт, когда она п, когда начало казаться, что всё идёт совсем не так, как хотелось бы?... — Под конец ее монолога голос совсем задрожал, и начало казаться, что она сейчас заплачет, потому она и замолкла.              Демонтажница аккуратно обхватывает запястье девушки и медленно её гладит, а свободной рукой приобнимает, понимая, что фиолетовая нуждается в этом.              Узи снова удивляется, но всё-таки прижимается к светлой. В ответ Ви позволяет ей уткнуться в свою шею. Теперь они мягко обнимают друг друга. Бунтарка позволяет себе заплакать и, прикрыв глаза, засыпает. По сопению убийца понимает, что младшая заснула, и аккуратно укладывается вместе с ней под пушистое одеяло, не прерывая объятия.родолжит. Узи немного отворачивается и, понижая громкость голоса, быстро произносит, — На самом деле я чувствую, что не приношу обществу никакой пользы, но даже не в этом дело. Кажется, что никто меня не замечает, никто не хочет общаться с таким дроном, как я. Только Эн относится доброжелательно ко всем, и то мне кажется, что это просто маска. Возможно, он пытается закрыть этим притворством свою другую личность. Мой отец вечно занят. А ты… Ты и сама всё знаешь. Понимаешь, что мы не особо ладим, да и не ладили изначально. Так что же мне надо было делать, когда начало казаться, что всё идёт совсем не так, как хотелось бы?... — Под конец ее монолога голос совсем задрожал, и начало казаться, что она сейчас заплачет, потому она и замолкла.              Демонтажница аккуратно обхватывает запястье девушки и медленно её гладит, а свободной рукой приобнимает, понимая, что фиолетовая нуждается в этом.              Узи снова удивляется, но всё-таки прижимается к светлой. В ответ Ви позволяет ей уткнуться в свою шею. Теперь они мягко обнимают друг друга. Бунтарка позволяет себе заплакать и, прикрыв глаза, засыпает. По сопению убийца понимает, что младшая заснула, и аккуратно укладывается вместе с ней под пушистое одеяло, не прерывая объятия.