Невероятные приключения Белки и Холодца

Пламя многочисленных свечей, красиво расставленных в только одному Джисону известном порядке, таинственно колыхалось вопреки отсутсвию в помещении всякого намёка на сквозняк. Огоньки красиво отражались в глазах проводника в загробный мир. Человек напротив казался загадочным в окружении всех этих мистических атрибутов. Всё это вызывало в Минхо очень странные эмоции из-за которых сеанс хотелось скорее завершить! Но вот как сказать о своём намерении закончить ещё даже не начавшееся нечто человеку напротив? В процессе непонятных непосвящённому Минхо обрядов хорошо знакомый ему уже как неделю Хан Джисон сделался каким-то совсем чужим. Сквозь дым проступали очертания отвратительной пасти непостижимого чудища и эта пасть до того идеально вписывалась в черты лица друга, что становилось не по себе. Минхо никогда не был особо верующим человеком, но тут захотелось перекреститься. Внезапно глаза человека напротив открылись и Минхо стало совершенно очевидно, что перед ним уже не совсем знакомый ему друг. На него смотрело нечто отличное от приземлённого, любящего мистику и музыку человека. Эта была иная, загробная и завораживающая грань Джисона. Это начало говорить голосом Хана. – Я слышу твой страх Минхо. Не надо бояться. Это привлечёт не того духа, что нам нужен. Расслабься. Всё тело само собой расслабилось повинуясь чарующему безэмоциональному голосу Джисона. Минхо даже уверился бы в том, что Хан его зачаровал или сделал, что-то ещё, если бы после всего этого Джисон не опроверг эти додумки! Почему-то телу Минхо захотелось повиноваться этому голосу. Вероятно на то была более приземлённая причина, может психологическая. Однако в психологии Минхо всегда был плох. Через время голос молодого некроманта вновь наполнил помещение. И изрёк он следующее. – Да теперь я слышу тебя! Минхо, сейчас Дарья Арабесковна, твоя бабушка, будет говорить моими устами. Так внемли же. – торжественный налёт мгновенно сменился совсем иными интонациями, более напоминавшими почившую бабулю – Кхм. Здравстуй Хо. Как я рада тебя видеть внучек! Из оцепенения Минхо вывело холодное касание руки. Рука живого человека обжигала могильным холодом! Стало быть это совсем небезопастно для здоровья Хана, что в данный момент является вместилищем духа? Минхо смог выдавить только "Бабушка?" и тут же расплакался! Успокаивающий голос Хана(Дарьи) вновь коснулся ушей парня. – Ох внучек я и не думала, что нам выпадет ещё свидеться при твоей жизни! Я понимаю твои чувства, но у нас мало времени и сейчас ты должен меня хорошенько выслушать! Ты меня понял? Минхо вытер слёзы и его лицо приобрело серьёзное выражение. Что-то в голосе мгновенно донесло всю серьёзность и важность последующей информации и Минхо был готов слушать. – Итак. Вот что внучек. Ты зря приехал сюда, но отговаривать от этого я тебя конечно не буду. Всё равно сделаешь по своему. Оставайся тут жить, однако будь осторожен! Это место не так просто и безмятежно как кажется. Есть кое-что в моей биографии, что никто не знает. И тебе знать не нужно, по крайней мере в подробностях! Я... Одно время занималась не самым законным бизнесом. И как известно из такого бизнеса ты выйдешь либо ногами вперёд, либо в бега. Твоя бабуля выбрала второе и скрылась с деньгами, как ты можешь видеть здесь! Но они нашли меня Минхо. Прошу, не вороши это дело! Не делай глупостей дорогой! И будь осторожнее с жильцами дома 134. Ни в коем случае туда не ходи! Я чувствую, что эта оболочка не сможет вынести больше моего присутсвия. Жаль. Удачи тебе внучек, я уверена ты поступишь с этой информацией мудро. И хорошенько поблагодари своего друга! Минхо не успел даже словестно попрощаться, как потяжелевшее и холодное тело Хана Джисона повалилось прямо ему в руки. Все свечи разом потухли. Ужас, откладываемый на потом всё это время, захватил разум Минхо. Но руки всё же бережно подхватили безсознательное тело. Дыхание парня было очень слабым, а пульс Минхо нащупал далеко не с первой попытки. Руки дрожали и паника подкрадывалась к Минхо шаг за шагом. Что делать в такой ситуации Джисон не объяснял перед сеансом! И, судя по всему, такое для Джисона тоже было впервые. Леденющее тело друга крупно дрожало в тёплых объятиях Минхо. Он так и застыл, боясь пошевелиться. Хо всё же догадался до одеяла и чего-то горячего типо чая, но чтобы всё это принести, нужно оставить дрожащего и такого уязвимого Хана. А тот так вцепился в живой обогреватель, что отстраниться не представлялось возможным! Такая близость хочешь не хочешь заставляла обращать внимание на мелочи. Только сейчас Минхо заметил какой же Хан хрупкий чтоли. Он слегка обнял Хана рукой чтобы прижать ещё ближе, чтобы отдать больше своего тепла, и теперь имел представление о том, каким невесомым наваждением тот ощущался в руках! Этого ощущения Минхо уже не забыть. Будто сожмёшь чуть сильнее и он рассыпется. Нет, Хан был довольно развит физически и точно не был сахарным мальчиком! Но именно сейчас он казался очень хрупким. Бельчёнок (именно это слово пришло Минхо на ум) зашевелился, проходясь уже отогретыми лапками по телу Минхо. По спине от этого неосознанного действия младшего прошлись мурашки. Минхо нахуй выбросило из пространства этого мира прямиков в рай! Однако из состояния эйфории его вывел измученный стон Джисона. Тот кажется приходил в себя. – Чёрт. Я отключился, да? Голос был тихим и вымученным. Джисона нехило потрепало во время этого "путешествия". Как он позже рассказал, его вырубило ещё в начале монолога покойной. Минхо в красках рассказывал ему обо всех деталях вплоть до запахов, пока Джисон уютно расположился на кровати хозяина дачи с чашкой горячего чая в руках. Под рассказ встревоженного парня он и уснул. А Минхо Петровичу пришлось спать на диване!