Билет в один конец

Ло практически бежал из кабинета Джоди Арист вниз, перешагивая сразу через несколько ступенек. Его немного потряхивало от полученной информации — пальцы дрожали, дыхание сбилось, — но он зацепился за единственное, что сейчас было важно. Когда Ло только входил в поместье, он так и не смог поговорить с Диланом. Но сейчас, пока у них есть эти несколько минут, даже, возможно, секунд, надежда всё ещё была. Ноутбук Дилана с возможной копией его сознания или программой поведения, а также кабель для подключения. Всё было при нём. Всё, что могло вернуть друга. Лололошка сжал лямку рюкзака так сильно, что побелели костяшки. Руки всё равно дрожали. Ло пролетел последние ступеньки и внезапно остановился. Дилан, ставший столь близким человеком, сейчас стоял и ничего не выражающим взглядом смотрел на Лололошку. Будто провожая того в последний путь — на выход из поместья. А ведь это действительно для Ло билет в один конец. Вдруг он не сможет вернуть его? Лололошка пробует сделать несколько пробных шагов. Окаменевшие мышцы совсем не слушаются, а дрожь сковала колени и голос, который застрял где-то в горле. Он чувствует, как начинает дрожать всё сильнее. Мелочь, которую бы прочёл только Дилан. Его друг — Дилан. И сейчас, когда Ло не отрываясь смотрит в глаза дворецкому, он только поэтому замечает небольшое удивление и беспокойство в его взгляде. Мелькнувшее буквально на секунду. И Ло накрывает надеждой, топит в отчаянье и глупой вере. Он разрывается в мыслях лишь вопросы. А вдруг его не смогли стереть? А может, это всё какой-то заумный план Дилана? Вдруг он сейчас снова позовёт его «Ло» и скажет, что это лишь тупой розыгрыш? Но надежда ложна. Лололошка всё же подходит к другу. Молчит. Глядит глазами, полными надежды, хоть на что-то. Но губы дрожат, и он прикусывает их изнутри, чтобы не выплеснуть эмоции на незнакомца. Но что-то ведь он помнит? Патерн? Может, он смог обойти систему, и его Дилан где-то здесь? — Машина уже ждёт Вас. — чётко и практически без эмоций проговаривает Дилан. Прямо как при первом их знакомстве в универе, только более механически. И Ло в который раз за этот день застывает, спотыкаясь о свою глупую веру. Дрожь вдруг замирает на секунду — только лишь для того, чтобы ударить с новой силой. — Дилан… — зовёт Лололошка почти шёпотом, бегая глазами по такому родному лицу. — Дилан, это я. Ло. Ты помнишь? Ничего. Только слегка хмурые брови. — ДИЛАН! — уже громче, с напором, почти криком. Но тот лишь отводит глаза. У Ло наворачиваются слёзы. То самое чувство из его ночных кошмаров, где от него уходит родной человек, он теперь испытал и в реальном мире. Невозможно принять, что только вчера вечером это был самый близкий тебе человек, а сегодня — не узнающий тебя автоматон. Будто прогоняющий тебя из этого поместья и из твоей жизни а целом. У Ло опустились руки. Дрожь постепенно затухала, сменяясь тупой, тяжёлой пустотой внутри. Это не его Дилан. Ло уже побрёл было к стеклянной двери, как вдруг резко развернулся. Подбежал к автоматону и налетел на того с объятиями. Его тело трясло, снова. Мелко, часто, отчаянно — так, что казалось, даже рёбра вибрировали. Ло вцепился в плечи Дилана, спрятал лицо у него на груди и не мог остановить эту предательскую дрожь, которая шла из него самого, из самого нутра, где ещё теплилась надежда. Он дрожал не от холода. От страха. От осознания, что держит в руках чужого человека — или не человека вовсе — который выглядит как свой. Дилан промолчал. Лишь несколько раз похлопал Лололошку по спине — механически, пусто. Ло чувствовал, как пальцы немеют от напряжения. Как дрожь переходит в плечи, в челюсть, которую он стиснул, чтобы не разреветься в голос. Но слёзы уже накатывали, а горечь скопилась комом в горле. — Мистер Лололошка, Вам пора, — всё же сказал автоматон. Ло на прощание чуть сильнее прижался. Так не хотелось его отпускать. Но всё когда-нибудь заканчивается. Он уже чувствовал, как по щекам стекают слёзы, смешиваясь с дрожью в плечах, которая так и не утихла. Действительно. Это был билет лишь в один конец.