Серебряные нити

Плавные шаги медленно рассекали словно саму водную стихию, а не длинную разросшуюся траву. Девушка осторожно ступала каблуками на невысокой платформе по земле, прислушиваясь к звукам в округе. Ничего необычного не было, даже скорее наоборот: всё было нормально. Птицы лили свои мелодичные трели, они резко качали своими круглыми разноцветными головками туда-сюда. Слабый ветерок нежно трепал каштанового цвета пряди, которые то и дело норовили закрыть обзор на происходящую вокруг идиллию. Кто-то, совсем далеко, предлагал купить товар по, как он говорит, дешёвке, чтобы бедному покупателю не пришлось затариваться у его не слишком дружелюбного соседа. Покупатель вежливо отказывается, то один раз, то два, но навязчивый торговец продолжает лить мёд в уши этому человеку, уверяя что такой товар он больше нигде не найдёт. Эксклюзивная версия. Затем их диалог теряется в эхе других галдящих людей на рынке, и Ай Лин просто не успевает досмотреть за этой комедией до конца. Как скучно. Она пинает маленький грязно-серого цвета нескладный камушек, и он со свистом улетает куда-то. Как повседневно. Цикады пока что не начинают противно и назойливо жужжать, предпочитая мирный отдых, сверкая из под сени раскидистых крон деревьев своим изумрудным панцирем. Но с другой стороны, прекрасный профиль впадает в задумчивость, отчего делается ещё лучше, ей есть над чем подумать. Проблема, и загвоздка в том, что она попала сюда по совершенно странной случайности. Вот уж она никогда бы не подумала, что станет героиней тех самых исекаев про попаданку в роман или визуальную новеллу. В её случае всё ещё хуже — она попала в так излюбленную подругой книгу «Благословение Небожителей». В чём состоит проблема? Хотя бы в том, что она не знает сюжета этого романа. И, как она поняла, Ай Лин — играет хоть и далеко не главную роль в этой пьесе, но делать что-то всё же нужно. Но что конкретно, на ум пока не приходит. Совершенная владычица цветения. Такой статус у неё сейчас, и ей даже нравится этот титул. Цветы она всегда любила, растения, ягоды, в принципе природу. Ну, кроме насекомых. Насекомые — отвратительные поганые существа, которые созданы только для того, чтобы их ели существа более крупного телосложения. Да, в этом вопросе она всегда была крайне исключительной. Сейчас её нынешнему телу чуть больше двадцати лет, и, на самом деле, она уже немного устала от всего происходящего здесь. Её подруге бы, если она попала бы сюда вместо Алины, этот мир понравился Подруга. Что-то в сердце болезненно ёкнуло, сжалось, так и держа в напряжении. Арина, её давняя подруга, которой она очень дорожила умерла во сне в возрасте четырнадцати лет. Никто точно и не говорит почему — оно и понятно. Умерла во сне — только одно из предположений, которое ранее гуляло по школе некоторое время. После этого жизнь словно потеряла былые краски. Да, радости как мелкие так и большие были, но… будто бы у неё в груди что-то трепетное, что-то дорогое просто украли под покровом ночи. Это словно недостающая маленькая деталька мозаики, которая должна сделать картину полноценной и законченной. Раньше у неё такое было, что в сердце чего-то или кого-то не хватало. И сейчас есть. Наверно, это единственная незаменимая вещь в её жизни. Сама девушка умерла спустя год после кончины подруги. Она наложила на себя руки, сбросившись с крыши двенадцати этажного дома. Самоубийство — грех, не иначе, но тогда ей стало настолько пусто, хоть и в жизни всё наладилось. Появились новые друзья, она прилично заканчивала восьмой класс, проблем как таковых не наблюдалось. Всё это разом перечеркнув неровным чёрным грифелем острого заточенного до предела карандаша, просто наплевала на свою дальнейшую судьбу. Душевного равновесия Алина там не достигла. Ей было пусто. Ходить к психологу она пыталась, но видя бешеные цены уже давно передумала об консультациях со специалистом. Так в своих мыслях она дошла до небольшого городка. Жители этого места уже неделю жаловались на злобного духа поглощающего души людей, и дворец Линвень отправил разобраться с тем кто творил эти бесчинства. Убийство всегда разочаровывали её, и она никак не могла пропустить это без сомнений ужасное кровопролитное событие. Особенно когда люди плакали от горя над могильными плитами своих товарищей или родных Чтобы в голове образовался порядок, ему обязательно нужен зелёный травяной чай. Так Ай Лин и сделала, зайдя в уютную чайную под названием «Яме». Звякнул колокольчик, продавец добродушно поприветствовал молодую девушку Приняв облик знатной молодой девушки с длинными каштановыми волосами и тёмными карими глазами попыталась заодно аккуратно расспросить людей в этой чайной, но всё было насмарку. Люди только вопросительно вытягивали лица, или говорили что знают только то, что таинственным образом других убивают рядом с, по их приданиям, проклятой горой. Все как один твердят что либо ничего не знают, либо отправляют девушку далеко и надолго. Когда она выходила из чайной на улице смеркалось, алыми змеями облака в свете закатного солнца плыли по течению. Такие красивые и недосягаемые. Похожие на причудливые мазки искусного художника они незаметно менялись местами, становясь уже совсем другим цветом. Журчание речки успокаивало, и Ай Лин подумала, что было бы неплохо сполоснуть руки. Они уже вспотели от нервов, как никак но она - божество, к которому обращаются простые люди нуждающиеся в помощи. Она не может их игнорировать как другие особенно заносчивые небожители. Склонившись над лазурной сияющей в свете уходящего солнца рекой, Ай Лин подчерпнула немного в маленькие белые ладошки моя лицо. Коротко помотав головой сбросила все хотевшие убежать юркие капельки, инстинктивно прислушиваясь к звукам леса неподалёку. В голове что-то щёлкнуло, и девушка вспомнила слова одного из людей в той чайной лавке. — Я-я… не знаю, простите меня пожалуйста… — Ай Лин уже было вздохнула, вставая с рядом стоящего резного стула из светлой берёзы но мужчина её окликнул, — молодая госпожа! Вы же… имеете ввиду гору «Сяолэ»? Остановившись на половине своего пути, девушка заинтересованно сощурила глаза и попятилась обратно к незнакомцу, по пути звеня сделанными на заказ украшениями в ушах и на одеждах. — Я точно не знаю этого, мне просто доложили что в том месте происходят загадочные убийства. Мужчина облегчённо выдохнул, часть напряжения пропала с его истощённого лица. — Хорошо… молодая госпожа, вы же получается не местная? — кивнув головой в подтверждение слов, он продолжил, — та гора по праву считается одной из самых смертоносных в нашем городе. Её обходят десятой дорогой абсолютно все, без исключения. Ай Лин наклонилась поближе, так как свидетель стал говорить тише. Видимо эта тема в кругах местных жителей запретной, и своеобразным «табу». — Почему? Что такого случилось что жители остерегаются этого места? Мутные голубые глаза напротив заслонило будто плёнкой из воспоминаний. Чёрные зрачки превратились в две невзрачные точки, на фоне яркого и искреннего ужаса в расширенных глазах. Девушка мгновенно почуяв настроение разговора, свернула тему в совершенно другое русло. — Простите. Так, Вы что-то говорили о горе? — мужчина мигом вернул свой прежний вид, его нервозность выдавали только короткие пальцы, которые сжимали хрупкое блюдце в своей крепкой хватке. Его кадык дёрнулся. — Д-да, Сяолэ расположена рядом с деревней недалеко от этой чайной. Пройдя несколько метров Вы уже сможете увидеть дым исходящий от труб. Я не помощник в вашем великом деле, но жители вполне смогут вам помочь, я знаю, что там есть один бравый молодой паренёк. Девушка склонила голову, пытаясь думать. Дополнительный человек ей явно не понадобится, но мужчина видимо решил, что такой хрупкой авантюрной девушке понадобится обязательно крепкий молодой парень рядом. Она не могла его винить в подобной логике, это древний Китай, очевидно, что здесь будет что-то подобное. Расспросив мужчину ещё немного о деревне и её жителях она покинула чайную. Она не позволит больше ни одному жителю умереть от руки разочарованного демона. Чего бы ей это не стоило. В самой глубине и чащи леса послышался никем незамеченный искренний полный радости и восторга смешок. Он потонул в темноте, скрываясь в каждом листике и травинке. Ай Лин встретилась с жителями деревушки, заскочив также к тому пареньку, которого незнакомый мужчина описывал как «очень храброго и авантюрного молодого человека». Как итог: он пытался к ней напросится чтобы вместе разгадать эту тайну покрытую мраком. Она тут же ему отказала, и надо было видеть его вытянутое, разочарованное лицо. Мальчишка совсем, ему даже двадцати нет. Его глаза горели страстным огнём, желая идти на встречу к приключениям. В тот момент когда он пылко рассказывал о своих теориях насчёт горы рядом с которой они располагались, Ай Лин кратко посмотрела на старушку. Скорее всего это была его мать. Установив зрительный контакт длиною в десять секунд, старушка мило улыбнулась, покачав головой мол «чем бы дитя не тешилось». Ай Лин тоже нежно улыбнулась, соглашаясь с выводами его матери. Позже, когда он закончил свой рассказ, Ай Лин решила побеседовать с этой милой женщиной за чашечкой хорошего ароматного чая. Всё же, нужно расположить к себе человека. — Не знаю, молодая госпожа, — скрипучий голос нарушил в тот момент тишину, когда Ай Лин спросила её о том же, что и её сына. А именно о показаниях, — мой сын любитель разных авантюр, но сейчас, мне кажется он не осознаёт опасности. Она поджала тонкие губы, закрывая глаза. — О самой горе я, на самом деле, много чего могу сказать. Раньше там был обоснован храм, куда ходили с молитвами люди, но потом… — старушка крепче сжала стакан, — потом другие люди, скорее всего разбойники, разграбили храм и опорочили священное место. Это произошло лет сорок назад, но я всё ещё помню это как будто оно было вчера. Теряясь в летах того времени, она уставилась в одну из тёмных досок своего небольшого домика. Ай Лин насторожилась. Неужели в этом деле может быть замешано какое-то божество, а не демон? Тогда дело принимало совершенно другой оборот, более опасный. Для жителей конечно же, она — небожитель умереть для неё просто физически невозможно. Задумчиво постукивая тонким элегантным пальцем по нижней розовой губе, Ай Лин решилась спросить: — Что это было за божество? Оно древнее? — словно выйдя из транса, пожилая женщина оглянулась на гостью. — Мы молились ему в то время, когда у нас не хватало урожая. В те года мы переживали худшие из времён, поэтому приходилось обращаться к богам. Отпив немного из старенькой чашки, старушка приняла свой повседневный вид, пытаясь показать что всё в порядке. — Насчёт ответа на ваш последний вопрос ничего не могу сказать, не нам людям судить о всевышних. — она опять улыбнулась, только на этот раз вышло более натянуто. — Хорошо, я вас поняла. Где находится это строение? — Ай Лин встала из-за стола, и успела поймать удивлённый взгляд женщины напротив. Он мгновенно прошёл, стоило ей вновь глянуть на морщинистое лицо старушки. — Вы не из робкого десятка да? — протянув это весёлым тоном, она сбила Ай Лин со своего серьёзного настроя, — раз вы так хотите, молодая госпожа. Оно находится рядом с нашим водоёмом Шу если повернёте направо увидите огромный храм. Его возводили наши лучшие мастера. Кивнув, и поблагодарив старушку за ценную информацию, она покинула ветхий домик, не обращая внимание на разочарованный вид парнишки, который изо всех сил старался пойти вместе с ней. Жертв она больше не потерпит, потому вежливо отказала. Дремучий лес в котором жили жители той самой деревушки становился по приходу сумерек ещё более зловещим, чем днём. Если раньше майское солнце и могло пробраться сквозь густые зелёные кроны деревьев разными по толщине лучиками, то сейчас была кромешная тьма. Лишь светлый лик Луны освещал ей дорогу в тот самый проклятый храм. Она не знает, что можно ждать от этого демона. Или даже не демона, а от более могущественного соперника. На этом этапе её сил, она сомневается, что сможет тягаться с предположительно древним созданием. Ай Лин подняла глаза к небу. Вспоминая те ужасы которые по легендам происходили на горе, она решила, что выдвигаться нужно прямо сейчас. Она не хочет видеть больше разочарованных людей. Она не хочет видеть плачущих скорбящих сгорбленных фигур матерей, тихо плачущих от горя отцов. Не хочет видеть застывшие слёзы в глазах человека, чей товарищ погиб по вине голодной прожорливой твари. Отряхнув дорогие одеяния от невидимой пыли и коричневой грязи, Ай Лин решительным шагом шла к жёлтой потрёпанной тропинке, на которой свежими следами прослеживались отпечатки других ботинок. От больших до маленьких. Где-то там закричала ворона. Сова ранее сидевшая на ветке, неестественно поворачивая свою голову ухнула, и улетела с насиженного места. Только коричневые градиентные перья свидетельствовали о том, что когда-то здесь была птица. С её виска медленно сползала маленькая капелька пота. Остановившись перевести дыхание девушка изящно достала расписной нежный веер пастельных тонов начиная им обмахиваться. Ей послышался сзади шорох, который был похож на тот, если бы ты случайно залез в кусты, и пытаешься оттуда выбраться. Или стоишь где-то на дереве, наблюдая за другим человеком, промелькнула шальная словно пуля мысль, и она набатом стучала в её голове, вынуждая обернуться на этот самый звук с нечеловеческой скоростью. Ничего такого не было: просто очередная маленькая птичка, которая уже испугалась из-за небожительницы. Ай Лин виновато улыбается. Птичка чирикает и тоже улетает, как сотни других её сородичей. — Я слишком нервная в последнее время. Разве все первые задания настолько… Она не успевает договорить как опять слышит что-то странное. Что-то очень неестественное, что нельзя спустить на матушку-природу. Она слышит тихий смех. Хихикающий, переливающийся как самые звонкие колокольчики. Такой искренне-чистый, похожий на тех самых невинных детей, которые пока что не тронуты грязью и гнилью самого мира и общества. И ей кажется, что она просто сходит с ума. И самое страшное даже не это, а то, что она не может физически определить откуда он идёт. Сглотнув тугой комок в горле, она уловила взглядом что-то синее. Неужели наконец-то добралась до водоёма? Страх, который был над её головой словно самая мрачная туча развеелся, оставляя после себя прохладное облегчение, точно снимая цепи с невиновного человека которого по ошибке обвинили в преступлении. Странные звуки прекратились. Этого смеха больше не было слышно. Был слышен только стрекот ночных сверчков. Вода неестественно сияла от белого серебряного света Луны, на вид она оказалась вполне спокойной. И мифической, словно сейчас моргнёшь — и увидишь чудесную русалку на одном из больших камней. Остановившись полюбоваться открывающемся ей живописным видом, Ай Лин чуть не пропустила голос. Такой знакомый до боли, до дрожи в коленях, до слёз в истерически красных глазницах, и незнакомый-чужой одновременно. Опасный, тянет сказать. — Тут красиво, да? Насмешливый, с лёгким поддразнивающим оттенком. Этот голос был приглушённым из-за карнавальной маски, которая скрывала всё лицо, и прилипала к коже незнакомца точно вторая кожа. Не успев даже разглядеть этот самый рисунок на белой маске, Ай Лин машинально потянулась за боевым, острым, заточенным до предела веером, кидая его точно в цель. Кровь стучала в ушах набатом, угрожая расплавить своего владельца если градус напряжения не спадёт. Сердце бешено колотилось в клетке из крепких рёбер, вот-вот будто бы сломает ненужные кости, пробивая грудную клетку. Незнакомец, ранее стоявший на тонкой ветке дерева с поразительной лёгкостью, секундой назад решивший выдать своё присутствие, не ожидавший столь быстрой оценки ситуации не успел среагировать должным образом, отчего отлетел в соседнее дерево, немного ломая его основание. Кашель сорвался с искусанных губ. Ай Лин сощурила глаза, готовясь к бою. Она сама виновата в такой невнимательности. Не стоило расслабляться. В ответ, что удивительно, пару секунд ничего не было, но потом последовал безудержный смех. Сильный. Безумный, высокий и низкий одновременно. — Ты… Ха-а, ладно. Наконец ей удалось разглядеть маску. И она… Чёрт. Она конкретно попала, потому что настоящий ужас сковал её конечности золотыми цепями, одним своим видом говорящие что ей не сдвинуться с места, какое бы безумие дальше не произошло. Примёрзнув словно ледяная статуя к полу, расширила глаза. То, что она ранее приняла за белую карнавальную маску, было ею конечно же. Но той самой вещью, из-за чего её не могли не узнать в родных краях. Маска Цзюнь У, нет, вернее не так. Маска Безликого Бая, у которой одна половина драматично рыдала, а вторая выказывала только веселье со смехом вкупе. Белые одежды смялись от давления. Грустная часть склонилась к услужливой луне, в то время как вторая, озаренная безумной радостью скрылась в тени. Её заботливо окутали мраком, оставляя целой только другую половину маски. — Интересно. Но это не слишком вежливо, разве так обращаются с друзьями? — сладость и радость танцевали в каждом слоге этого демона, такие мягкие и такие смертоносные одновременно. Теперь, когда она столкнулась с одним из самых сложных и свирепых в бою противников, Ай Лин не знает, сможет ли здраво и достойно выстоять. Вероятнее всего ответ — нет.