Рождённые бегать...

***

День «икс». К дому подъезжает желтая машина. Дверца открывается, и из салона нервно вылезает омега, не сильно захлопывая за собой дверь. Он подходит к подъезду, набирает в домофон. Ну как набирает. Сначала стоит несколько минут, матеря на чем свет стоит и пытаясь вспомнить номер квартиры. Через некоторое время парень выкапывает в памяти заветные цифры и нажимает их на панели. Спустя пару секунд происходит пиликанье, и дверь открывается. Удивляясь отсутствию ожидаемых вопросов по типу: «Кто это?»‎‎, Тэхен добирается на лифте до нужного этажа. Даже не постучавшись, парень дергает ручку. Не заперто. Ким проходит в коридор, разувается и движется в сторону шума. Не успел он повернуть за угол, как на него сразу уставились четыре пары глаз. Сказать, что все были в ахуе – ничего не сказать. Юнги аж присвистнул. У Чонгука вообще чуть слюни не потекли. Черные прямые брюки подчеркивали длинные ноги; черная сетка на голое тело, которую даже водолазкой назвать очень трудно, учитывая, что состояла она больше из дырок, нежели ткани, и не скрывала, а наоборот, открывала всё что только можно и нельзя заодно, обтягивая основание лебединой шеи, демонстрируя её изящность; черный свободный пиджак, накинутый сверху, всё же прикрывал спину, бока и руки, оставляя простор для фантазии. Чимин тут же принялся прикалываться. — О, Тэшечка! Вы решили сделать каминг-аут и признаться, что вместе? — Ты хотя бы знаешь, что это? — Да. Ну может, не совсем. Не суть. Но вы специально парную одежду надели? — Чего? — Киму всё же пришлось обратить внимание на Чона. Цветные широкие джинсы, черный широкий ремень, прозрачная черная кофта, показывающая кубики и полоску боксеров; черный пиджак, и конечно же, серебряные цепи, кольца и пирсинг. Слюной теперь захлебывался Тэхен, делая удивленную мордаху, присаживаясь на мягкий мешок на полу, беря бутылку пива, отпивая немного и добавляя туда немного водки. Мда. голова с желудком ему за это точно спасибо не скажут. — Ты чего творишь? — забеспокоился Джин. — Ну что ещё? Я хочу расслабиться и оторваться. — Кхм, — показательно прокашлялся Чимин под недовольное качание головой Джина. — Раз все в сборе, давайте играть. Попойка началась с новым энтузиазмом. Спиртное лилось рекой. Тэхен уже потерял счет времени и количество выпитого алкоголя, собственно, как и все в комнате. — Чипсы закончились, — пробубнил Намджун, хитро косясь на младшего альфу. — Тэхен, принеси, пожалуйста. — По-братски, — прозвучало не слишком твердо со стороны Гука. — Окей, — бросил омега, встал и походкой, явно дружащей с языком Чона, потопал на кухню, даже не спросив, где та находится. «‎Разберусь»‎ — пронеслось в мыслях. Тем временем, снова не выдержав нерасторопности Чонгука, Юн пытался поднять и вытолкнуть того из гостиной. — По-братски, не беси и вали к Тэхену! — Зачем? — Я те щас въебу! — Да иду я! Кое-как прителепав на кухню, альфа застал интересную картину: Тэ без пиджака рылся на нижней полке стеллажа, штаны натянулись на заднице, впившись между половинками, сетка открывала вид на тонкую талию и изящный изгиб спины, подавители ослабли из-за алкоголя. В нос резко ударил ярчайший запах сочного манго. Член в джинсах сразу дернулся, собираясь встать по стойке смирно. — Как не стыдно течному омежке заявляться в дом альфы? — заявил Чон, опуская смачный шлепок на попку Кима. Не ожидавший такого развития событий, омега резко распрямился, стукнувшись головой, и уставился на Гука. Естественно, он давно почуял того, но не подавал виду. — Как не стыдно альфе в гоне звать омегу к себе домой? — ответил он вопросом на вопрос. — Если надеялся, что я прокачусь на твоей мини-пипирке, можешь не рассчитывать! — Тэхен старался говорить твердо, несмотря на веселую голову и инстинкты, пробуждаемые тяжелым запахом альфы. Мохито пробиралось в легкие, снося все рамки благоразумия и приличия. — Поверь, мой хороший, ты будешь скулить подо мной, подставляясь сильнее и умоляя позволить кончить, — всё. Черта невозврата пройдена. Только Тэ открыл рот, чтобы ответить, Чонгук тут же впился ему в губы, хватая за талию, не позволяя отстраниться. Чон сразу ворвался языком в чужой рот, принимаясь остервенело вылизывать всё, до чего только мог дотянуться. Парни уже ничего не соображали. Разум отключился. Тэхен на автопилоте сжал волосы на затылке Чона, притягивая ещё ближе, хотя казалось, что дальше не было. За стеной их ждали – нет – друзья, но это не волновало. Пока Тэ пробирался под пиджак и оглаживал торс альфы, ладони Гука уже пробрались под брюки с бельем и тискали половинки. В очередной раз простонав в поцелуй, омега принялся стягивать одежду с Чонгука. Между половинок уже океан разлился и неприятно липнул, член упирался в трусы, а нутро жутко зудело и требовало заполненности. Течка брала свое. Он больше не мог терпеть. Чон от него не отставал. Раздевал с не меньшим рвением. — Ах! Пожалуйста! — сорвалось с губ, когда Ким оказался распластанным спиной на обеденном столе в одной водолазке, с разведенными ногами и альфой между ними. Гук наслаждался попискиваниями и стонами, пока кусал, оставляя алые пятна и зализывая их. Когда он опустился к груди и втянул в рот набухший сосок, одной рукой пробираясь к мокрой дырочке, а второй лаская член, Тэхен кончил. Резко. Неожиданно. Крышесносно. — Я ещё не начал, а ты уже всё? Как быстро! — Заткнись! Посмотрим, сколько ты продержишься! — Ц! Какой плохой мальчик! Не так нужно с альфой разговаривать, — прорычал Чон и перевернул Тэ на живот. Простонав от резкой смены положения, Ким пытался устоять на ногах, но те подкашивались, тряслись и совершенно не держали его. — Мне льстит, что ты не можешь устоять при виде меня. — Не время для каламбуров, придурок! Резко пробираясь пальцем в дырочку, Чон прикусил Кима за холку. Он был прав. Тэхен скулил и умолял, не соображая о чем. Возбуждение не спадало. Не встретив сопротивления, альфа добавил ещё один палец. С кольцом. Все, даже самые короткие слова вылетели из головы. Омега хотел наорать на дебила, решившего, что во время течки нужна тщательная растяжка, но не мог. Он задыхался от стонов. Яйца звенели у обоих. И как бы Чон не хотел побольше помучать Кима, сам больше не смог терпеть. Взяв в руку возбужденный член, он пару раз провел по длине, собрал смазку с бедер, размазав по твердой плоти, и стал медленно погружаться внутрь. Крик Тэ слышала вся округа. Едва не кончив, Чонгук опять впился зубами в шею. — Да сколько можно кусаться? — Ничего не могу с собой поделать. Тэ сжался вокруг толстого члена, распирающего его изнутри. Гук зашипел и сорвался на быстрый жесткий темп, с каждым толчком вбиваясь всё сильнее. Кухню заполнили звуки шлепков бедер о ягодицы, рычания, стоны, скуления. Пот градом стекал с висков. — Пожалуйста, ещё! Умоляю! Я почти! — Давай! Кончи для меня, малыш! Вместе со словами альфа опустил на упругую половинку очередной смачный шлепок. Тэхен сорвался. Перед глазами потемнело, яйца поджались, тело скрутило в конвульсиях, сперма толчками покидала измученное тело. Когда бархатные стеночки сжались на члене, Чон сорвался вслед за Кимом. Вбившись до основания, он отпустил себя, и вогнав клыки под карамельную кожу, излился глубоко в горячее нутро. Здравая мысль промелькнула в голове, и мозг с трудом зацепился за неё. Чонгук еле успел выйти до сцепки. Мда. За метку его кастрируют. Однозначно. Но это будет потом. Сейчас обоим слишком хорошо.