прилипчивый кот

***

      Очередной выпуск EN-o’clock обещал часы веселья и приятного вреприпровождения как мемберам, так и их фанатам.       Чонвон очень любил снимать выпуски их развлекательного шоу. Они позволяли отвлечься от привычной рутины и провести время с друзьями, смеясь во весь голос и наслаждаясь обществом друг друга. В такие моменты лидер вспоминал, что все они – все еще в какой-то степени подростки, которые потратили годы детства для реализации своей мечты. И хотя, конечно, никто из них не жалел о своем решении, иногда хотелось отключить голову и побыть ребенком.       Поэтому Чонвон, никого и ничего не стесняясь, поправляет галстук на своем идеально сидящем костюме и бросается в погоню, крепко сжимая ручки дипломата. Хочешь победить – умей хитрить, поэтому лидер, притаившись в засаде, наблюдает за тем, как Сону-хен проходит задание для получения подсказки. Многие, наверное, будут удивлены, но именно Сону – один из нескольких участников, всегда побеждающих в любых викторинах, ему удивительно просто даются задания и Чонвон каждый раз удивляется, как солнечный хен может умещать в себе это очарование, сексуальность и интеллект в равной мере.       – Ура! – после радостного визга, прокатившегося, кажется, по всей съемочной площадке, Чонвон, тихо подкрадываясь сзади, выхватывает у старшего заветную бумажку из рук, тут же пускаясь в бегство, оставляя за собой лишь тонкий шлейф лака для волос и заливистый смех, от звука которого даже не хотелось ругаться с этим хитрым котом. – Йа, Ян Чонвон-ши!       Подсказка, на самом деле, оказалась бесполезна, потому что Чонвон хоть и открыл дипломат благодаря ней, необходимого золотого дракона для победы внутри не оказалось, поэтому нужно было повышать ставки и придумать, как обокрасть мемберов. В одном из чужих чемоданчиков уж точно притаился дракон. Чонвон, спрятавшись за стеной, тут же прикинул возможный план: Рики и Хисына тот сразу отмел – с ними физически будет тяжело тягаться, даже такому проворному, как Чонвон; Джея и Сонхуна можно было провести парочкой улыбок и нужных слов, но для этого нужно время, которого не так уж и много, поэтому вариант один – обокрасть Джейка или Сону. Последний так удачно тихонько клался по лестнице на второй этаж, где затаился Чонвон, и даже не подозревал, что в следующую секунду младший выскочит из неоткуда и вцепится в его дипломат, с силой дергая на себя и вызывая неконтролируемый хохот и визг Кима.       – Йа, Чонвон-а, хватит! – оглушающе кричал Сону, но все его попытки отобрать чемодан не увенчались успехом, ведь Чонвон может быть очень и очень сильным, когда это необходимо. – Это мой чемодан!       – Вообще-то, хен, твои вещи – это мои вещи.       И глядя на эту лучезарную милую улыбку, звезды в больших кошачьих глазах и любимые всем сердцем ямочки, Сону понимал, как чертовски прав их лидер.

***

      – Черт, чехол треснул, ну, как так, – поджав губы, Чонвон с досадой рассматривал треснувший в углу чехол телефона.       – Чонвон-а, ты купил его еще вместе с телефоном, неудивительно, знаешь, – Джей, сидящий рядом и бездумно листающий каталог какого-то модного бутика, в надежде найти себе идеальные ботинки, насмешливо фыркнул. Их юный лидер может зарабатывать миллионы вон, но все также трепетно и бережно относится к каждой вещи, чтобы рационально тратить заработанные финансы.       Откинувшись на спинку дивана, Чонвон устало сполз на плечо хена, любопытно наблюдая за тем, как хен раз за разом просматривает новую пару обуви, раздраженно фыркая и закрывая страницу. Сегодня у них выходной, который любезно выделила компания перед их полетом в США в рамках дополнительных концертов тура. Поэтому мемберы решили воспользоваться этой возможностью и разбрелись, кто куда. Ники и Джейк, сцепившись как сиамские близнецы, ускакали к родителям старшего, а Хисын, Сону и Сонхун решили пройтись по магазинам и заглянуть в барбекю, оставив лидера и Джея лениво валяться дома. Проснувшись и так без настроения, Чонвон совсем поник, когда, только выбравшись из своей берлоги, увидел, как Сону торопливо завязывал шнурки, чтобы убежать гулять. Так выходило, что последнее время Сону-хен был со всеми, но не с Чонвоном. Старший не избегал его намерено, но всегда выходило так, что в итоге лидер оказывался в сторонке, наблюдая за чужой широкой улыбкой сбоку. Из-за этого все чаще Чонвон ощущал себя как прилипчивый домашний кот, как его окрестили фанаты, следующий за своим хозяином по пятам, чтобы выпросить капельку ласки.       «Я хотел узнать о тебе больше, поэтому постоянно следовал по пятам» – вспомнил свои слова Чонвон во время одного из лайвов, адресованные Сону-хену. На самом деле, мало что изменилось. По сей день Чонвон следует за своим солнечным хеном, греясь в лучах его теплой ауры.       – Ах, я так объелся, что еле выполз из машины, – из коридора раздался хлопок двери и гул голосов пришедших, заставящий Чонвона взволнованно подскочить и ломануться ко входу. Джей, которого младший случайно зацепил локтем, только закатил глаза на чужой всплеск. Когда-нибудь второй по старшинству хен останется с синяками.       – Как погуляли? – как можно более спокойно спросил Чонвон, наблюдая, как Хисын и Сонхун перебирают пакеты с покупками, пытаясь не запутаться, где чьи. Сону тем времен устало плюхнулся на пуфик, расшнуровывая кроссовки и сбрасывая их с ног, вытягивая затекшие конечности.       – Неплохо. Я наконец-то нашел кожаную куртку, как хотел. О, а еще мы заходили в твой любимый домашний ресторанчик, так что зря ты не пошел с нами, – Сонхун дразняще улыбнулся и потрепал лидера по пушистым волосам, проходя мимо, чтобы похвастаться Джею обновками.       – Да господи боже, – раздраженно выдохнул Сону, когда в третий раз не смог опустить вниз собачку свой бежевой жилетки PRADA. И подняв глаза, едва не покраснел, когда проворные тонкие пальцы Чонвона ловко зацепили замок, помогая старшему выпутаться из предмета одежды. – Спасибо, – смущенно пробурчал, отводя лисий взгляд, чтоб не растечься лужицей от чужой ласковой полуулыбки.       – О, хен, ты купил новый чехол?! – удивленно воскликнул Чонвон, хватая смартфон Сону и с умилением крутя гаджет в руках, рассматривая простой прозрачный чехол и очаровательный попсокет с голубым мишкой.       Просто кивнув, Сону аккуратно поправил спадающую челку на глаза младшего и, поймав его блестящий взгляд, поднялся на ноги, протягивая ладонь в приглашающем жесте: – Я купил ягоды, пойдем посмотрим дораму? – и Чонвон тут же хватается за узкую ладошку, как за спасательный круг, сжимая пальцы в своих и энергично кивая.       А на следующий день энджин увидели пост лидера с селфи в зеркале. С голубым мишкой на чехле.

***

      Парная одежда – не для него. Так всю жизнь думал Чонвон, слегка кривя носом, когда видел гулящие по городу парочки в одинаковой одежде. А потом в его жизни появился Ким Сону, любитель романтики и милых мелочей.       – Чонвон-а, смотри! – в открытую комнату лидера, которую он делил с Сонхуном, вихрем влетел Сону, на вытянутых руках демонстрирующий синий свитшот.       Ян, развалившийся на кровати, после встречи с продюссером и залипающий в телефоне, опустил его, чтобы лучше видеть, что ему так сильно хочет показать хен. Бегло осматривая вещь, младший кивает, оценивая новую покупку Сону. Нормальная практика для них – Сону часто требует одобрение со стороны.       – Классный свитшот, хен. Когда купил?       – Тебе правда нравится? – одними глазами выглядывая из-под кофты, подозрительно переспросил Ким.       – Да, правда классный. Мой любимый синий цвет, ты же знаешь, – Вон улыбнулся, всем видом демонстрируя свою симпатию. Свитшот и правда был в его вкусе – даже на вид мягкий, глубокого синего цвета, простой и комфортный в одно время.       – Класс! Это тебе, Чонвон-и, носи с удовольствием! – и быстрее, чем Чонвон успел опомниться, Ким повесил свитшот на рядом стоящее кресло, пулей вылетая из комнаты и светя точно таким же коричневым свитшотом.       Рассеянно моргая, Ян с запозданием осознал, что хен, кажется, купил им парные кофты и еще переживал, что младшему это может не понравиться. Залившись краской до самых ушей, Вон укрылся с головой одеялом, сдерживая рвущийся наружу писк умиления. Сонхун, наблюдавший за всей картиной с соседней кровати, лишь рассмеялся, качая головой. Симпатия их младших друг к другу была настолько очевидна, как для них самих, так и для окружающих, что каждый раз бывший фигурист ощущал себя как в романтично-подростковой дораме.       Нужно ли говорить, что буквально через неделю виверс пестрил постами о парных луках покетсов на саундчеке?

***

      – Поздравляю вас с окончанием концертов в США, вы отлично потрудились! – их менеджер, Сынбом одобряюще вскинул кулаки наверх, вызывая волну поддерживающего крика их стаффа, отчего мемберы слегка смущенно улыбнулись и поклонились. – Это небольшой праздничный ужин для вас, пожалуйста, насладитесь вкусной едой, но не забывайте, что завтра вам вставать в аэропорт. Чонвон-ши, проследи, пожалуйста.       – Да, Сынбом-ним, безусловно, – коротко поклонившись, отозвался лидер группы, прощаясь с их стаффом и ожидая, пока все выйдут из номера.       Оглядывая накрытую только для них поляну, начиная от любимейших Чонвоном буритто и заканчивая различными десертами, Чонвон почти слышал, как в его животе завывают от голода киты. После длинного дня тяжелого как физически, так и эмоционально, больше всего на свете хотелось набить до отвала живот и забраться в теплую постель, приятно пахнущую отельным ополаскивателем для белья. А еще немного, совсем немного, чтобы в это время в руках ютился один такой же теплый и приятно пахнущий хен.       – За ENHYPEN и наших энджин! – с улыбкой поднял баночку колы Чонвон, когда все мемберы уселись по местам, после чокаясь напитками друг с другом и поддерживая небольшой тост младшего. Благодаря любви их фанатов каждый чувствовал себя таким невероятно счастливым, даже несмотря на смертельную усталость.       Следующие несколько часов прошли в тихой семейной атмосфере. Мемберы наслаждались вкусной едой, делились впечатлениями от американских концертов, выделяли самые яркие моменты мероприятий и смеялись от воспоминаний о каких-то курьезных ситуациях. Вдоволь наевшись, Чонвон, натянув капюшон на голову, из-под полуопущенных ресниц наблюдал за неугасающим разговором, ласковым взглядом мазнув, как Рики, вымотанный до предела, сладко задремал на коленях Джейка, позволяя старшему бездумно перебирать выкрашенные в черный волосы.       Посмотрев на наручные часы, лидер едва не присвиснул – 2:15 ночи, ему бы разгонять полуночников по кроватям, но самому не хотелось подниматься с места, когда на его предплечье удобно устроился Сону, пригревший ладони в кармане худи Чонвона. Они попали на период дождей в Сиэтле, поэтому даже в номере было прохладно, так еще и Джей с Хисыном разнылись, как в помещении душно и включили кондиционер. Даже одетый в теплую кофту и заботливо укрытый пледом, Сону умудрялся мерзнуть, отчего Чонвон мысленно недовольно цокал языком, надеясь, что хен с его плохим иммунитетом не разболеется на следующий день. А сам тайком натягивал рукава толстовки на промерзшие пальцы, шмыгая носом и едва сдерживая себя, чтобы не прижать ладони к теплым бокам хена.       – Ты почему молчишь, что тебе холодно? – чужой тихий бубнеж вырвал Чонвона из вороха мыслей и, опустив голову, он встречается с нахмуренными бровями и сощуренными в недовольстве лисьими глазами. На вопрос младший лишь пожимает плечами. Не будет же он жаловаться?       Недовольно качая головой, отчитывая нерадивое дитя, Сону выпутался из своего пледа, накидывая половину на Чонвона, тут же пристраиваясь рядом и делясь своим теплом.       – Обнимай меня давай, так быстрее согреемся.       Не показывая своего смущения, Чонвон неловко умостил ладони на талии старшего, неосознанно цепляясь пальцами за теплую флисовую толстовку, вздрагивая, когда чужой острый носик зарылся в воротник его худи, удовлетворенно выдыхая, как пригревшийся котенок.

***

      – Ни стыда, ни совести у тебя, Ян Чонвон! – возмущенно надувая губы, Сону едва не топнул ногой от досады, стягивая с себя неудобно сковывающий движения приталенный пиджак.       В сегодняшнем эпизоде выиграл Рики, который, к слову, также совершенно бесстыдно обокрал Сону, стащив у него подсказку, уже вторую для него!       – Ладно тебе, хен, я же все равно не выиграл, – Чонвон, уже переодевшийся в свою повседневную одежду, удобно развалился на лавочке, подперев подбородок кулаком, наблюдая, как его старший быстро стягивает с себя выданный костюм и натягивает свою одежду. Чтобы не смущать старшего и отвести себя от греха, Ян отвернулся, неловко поджимая губы. Подсмотреть хотелось до бурлящей в жилах крови, но их отношения, начавшиеся так невинно и чувственно, только набирали обороты и каким бы Чонвон не был голодным до ласки молодым человеком, с хеном хотелось все ласково, медленно и нежно.       – Это не отменяет того, что ты стащил мою подсказку и мой дипломат, – для полной картины Киму не хватала только нахохлиться, как злой воробушек и Чонвон, не сдерживая своего порыва умиления, расплывается в улыбке, хватаясь за чужую бледную ладошку и подтягивая старшего к себе, заставляя встать между своих раздвинутых ног.       – Я же говорил, твои вещи – мои вещи, – промурчал довольно, точно мартовский кот, сощуривая глазки, на дне которых плескалась плохо скрытая любовь.       И Сону тут же тает, как мороженое на солнце, укладывая ладошки на впалые скулы, оглаживая нежную кожу большими пальцами. Лидера хотелось залюбить до потери пульса, покрыть поцелуями-бабочками каждый сантиметр его тела и заобнимать до хруста костей. Иной раз Сону чувствует такой прилив любви, что это пугает даже его – понимает, что готов ради младшего горы свернуть, все драгоценности мира к ногам положить и красивым бантиком сверху украсить. Когда-то на виверс он прочитал пост, что Чонвон точно как прилипчивый кот Сону, но далеко не все знают, что Ким сам не меньше липнет к лидеру.       Склоняясь к любимому лицу, Сону аккуратным поцелуем накрывает розоватые губы, сцеловывая с них привкус бальзама и вишневой колы. Чувствует, как юркие пальчики оглаживают его спину, поднимаясь к загривку и мягко поглаживая, накручивая отросшие прядки волос, пуская мурашки по всему телу. Сам жмется ближе, скользя ладошками вниз по чужому лицу и окольцовывая шею, притягивая ближе к себе, чтобы поцеловать чувственнее, с удовольствием пропуская чужой язык меж своих губ, томно вздыхая в поцелуй. Отстраняясь, закусывает влажную нижнюю губу, тычась в кончик носика лидера своим, мягко потираясь и ловя губами его довольную улыбку, оставляя последний мягкий поцелуй.       – И сердце мое забрал. Точно ни стыда, ни совести.