Black box (сборник драбблов)

      У Маши никогда не было подруг, она считала, что все девочки в классе завидовали ей, они её конкурентки. Каждый день идеальный макияж, красивые платья, и всë это только чтобы другие тихо завидовали. Все девушки казались Марие опасностью, они, по её сугубо личному мнению, обязательно и всенепременно должны были подставить в любой момент, безжалостно вонзить нож в спину, им ни в коем случае нельзя доверять. С ними можно только воевать за мужское внимание, которого на всех не хватает. Васнецовой всегда было достаточно сестёр, заменяющих любых подруг, слушающих все последние сплетни и долгие истории про всех некудышных ухажоров.       Но в её жизнь неожиданно, прямо как бушуюший ураган, всё-таки ворвалась «подруга», и Маша снова начала краситься в школу так, словно собирается на конкурс красоты, хотя после мучительно долго тянувшегося года обучения в Бауманке была уверена, что стала менее помешанной на своей внешности. «Подруга» вновь пробудила в ней жажду соперничества, по крайней мере так поначалу думала девушка. До того, как они с Людочкой стали ходить в столовую только вместе, под ручку, до того, как стали часами болтать про глупых учеников и самые элементарные ошибки в работах на двойных листочках. Такое их близкое общение должно было быть странным и неловким из-за того, что Мария ещё два года назад грустными глазками брошенного матерью ребенка вымаливала у учительницы литературы тройку, а теперь так ласково зовёт Людочкой, безнаказанно обсуждая с ней весь педсостав. Но ничего криминального ни одна из них не видела в подобном, их всë полностью и безоговорочно устраивало.       Васнецовой нравилось, когда её подруга томно пересказывала ей сюжеты романов о несчастной любви, она видела себя в лице всех главных героинь, иногда начиная горько плакать от несправедливости их судеб. И почему раньше ей не нравились уроки литературы? Люда ведь анализирует произведения, как настоящий философ и так выразительно читает, что каждое слово вызывает у Марии необъяснимую дрожь по всему телу. Учительница физики и сама не заметила, как в скором времени начала самостоятельно читать книжки, чтобы поддержать диалог о них. Ей стали нравиться все эти бесчисленные романы, написанные когда-то давным-давно в прошлом.       В один из дней Людочка пришла к ней с удивительной новостью, у неё будет свидание в слепую, только ей нужна помощь. Сколько бы книжек не прочла женщина, рядом с мужчинами она себя не контролировала. Мария была рада ей помочь, хотя раньше бы ни за что не стала помогать ни одной девушке, по умолчанию, являющейся соперницей. Тогда, переодевая её в платье, в котором её должны были хотеть все мужчины мира, Маша впервые осознала, что на самом деле Людмила очень красивая. Приятные черты лица, что невольно оккупировали мысли Маши на ближайшие дни, слегка смуглая кожа, предающая женщине необыкновенность и некую изюминку. И нет, Васнецова не завидовала ей из-за этого, девушке просто захотелось видеть её в облегчающих платьях почаще. Это было для Марии каким-то знакомым чувством, но она не могла понять, что именно это за чувство.       Осознание пришло не сразу. Для начала Марие пришлось пройти через, казалось бы, необоснованную ревность Людочки к её Эдуарду, подлому обманщику и нахалу. Вот только ложь его была настолько сладкой, что Людмила сама решила обмануться. Это был только её выбор, и как бы выпускница Бауманки не пыталась оспорить его - не получалось. Люда хотела, как в книгах, чтобы было красиво, интересно, местами трагично, но ужасно романтично.       Васнецова считала, что ужасно романтично - было когда они с Людочкой немного выпили под предлогом аперитива. Когда Маша сняла с неё очки, отчего лицо подруги стало выглядеть очаровательно милым, а миндалевидные глаза широко распахнулись, слегка покашиваясь. Было ужасно романтично, когда Мария взяла свою бывшую учительницу по литературе и русскому языку за подборок, чтоб удобнее было красить её для свидания с Эдуардом. Это было ужасно романтично, с учётом, что происходило это в немой тишине, необычной для них обеих.       Было романтично, когда немного пьяная Маша, привыкшая мыслить в слух, чуть слышно сказала себе под нос:       — Зачем он тебе, если есть я? — в голосе девушки звучала печаль, которую не получилось бы скрыть ни при каких обстоятельствах.       Люда очень хорошо чувствовала эту тоску, отражарающуюся в зрачках напротив, но точно видеть она, конечно, не могла, так как очки лежали на диване рядом с ней. Она всегда видела в жизни Марии только самое прекрасное, даже если это было нечто не слишком приятное, жизнь Марии казалась ей не прочитанным романом о бесконечной любви, только не понятно к кому и какой же гений его написал.       Людочка, сбитая с толку, неуверено улыбнулась Маше, нежно погладив её по плечу в знак утешения. Она не понимала, что именно сейчас происходит, зная лишь то, что подруга отчего-то тяжело страдает.       — Спокойно, Маша, я Дубровский, — из уст Людочки это крылатое выражение приобретало для Марии куда большее значение, чем из чьих-либо других. Оно всегда произносилось по-особенному ласково. Людмила, как бы это странно не звучало, будто обнимала её словами.       Васнецовой только и оставалось поддаться желанию поцеловать женщину, размазывая ранее аккуратно нанесенную помаду, предназначенную совсем не для Маши, хоть это и не имело значения в тот момент. Людмила не умела целоваться, что сразу поняла Мария, у которой опыта в таких делах выше крыши, но всë же она целовалась с Людочкой, это были её губы, которым Маша позволила бы всë что угодно. Ей было страшно отстраняться, вдруг сейчас Людочка внезапно исчезнет, или, того хуже, прогонит со страшными криками.       Но, отстранившись, учительница физики увидела только забавно застывшую подругу, которая вытягивалась в направлении, где совсем недавно было лицо Марии. Глаза её открывались настолько медленно, что Маша успела подумать о всех вариантах развития событий, но никак не ожидая увидеть теплую улыбку, ни как не ожидая, что будет заключена в самые крепкие объятия в своей жизни.       Они обе любят литературу. Людмила посвятила ей всю жизнь, всю себя, а Маша посвятила всю себя Людмиле. Она не будет сладко обманывать её, как это делает Эдуард, тем самым создавая сюжеты достойные произведений великих поэтов. Всё равно почти все из них заканчиваются трагично, а Мария не собирается позволить этому произойти, случиться чему-то плохому с её Людой. Она просто будет делать всë, чтобы жизнь Людочки превратилась в любовный роман со счастливым концом не только на чьих-то лживых словах, но и на самом деле.