Love is a bitch

— Я уеду на неделю, — тихо сказал Тэхен, глядя в окно, чтобы ничего нельзя прочитать по его взгляду. Со стороны Чимина молчание затянулось, прежде чем он тихо ответил: — Снова? Дай угадаю, с кем едешь? , — парень почти шептал, — С Чонгуком, как я понимаю. Ты всегда находишь способ увидеть его раз в месяц, но иногда просто уезжаешь с ним надолго. Он что, не работает? , — было видно, как Чимин начинает тихо злиться, но сдерживает раздражение. — С Чонгуком. Ты же знаешь, мы дружим много лет, — начал Тэхен, но его друг резко вскочил и направился в сторону выхода, — Чимин! — Отвали! , — бросил Чимин вслед и захлопнул дверь комнаты. Тэхен глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Он знал, что поступал неправильно — у них с Чимином медленно, но верно завязывается что-то романтичное. Они были друзьями, да и сейчас есть, и медленно стали переходить на флирт и намеки. Они обсуждали симпатию друг к другу и были достаточно близки, поэтому Чимина такая привязанность к этому Чонгуку, которого он видел только на фото, очень напрягала. Когда Тэхен приезжал из поездок, он начинал говорить о Чонгуке гораздо больше, чем обычно. Он много улыбался, смотрел в окно и иногда вздыхал, вспоминая что-то про себя. Как же это бесило. Тэхен не скрывал и говорил — раньше я любил Чонгука, но сейчас это прошло. Чимин знал, что не прошло. Просто не могло, иначе почему он относится к нему с таким трепетом и нежностью. Все, что сказал Чонгук — это закон. Все, что сказал Чимин для Тэхена лишь почва для раздумий и как вариант, к которому можно прислушаться. Это просто безумие, как считал Чимин. Тэхен же не мог признаться даже себе. Но там, в душе — он все знал. Он знал, что так и не смог забыть все за эти несколько лет. И через три дня Тэхен уезжает, поцеловав Чимина в щеку. Быть с Чонгуком всегда было странно. Тэхен мог смотреть только на него, улыбаться только ему, стараясь соприкоснуться с ним хотя бы пальцем, хотя бы плечом и млел, когда это получалось. Для Чонгука эти прикосновения не значили ничего. Поэтому рядом с Чонгуком всегда было безумно хорошо и безумно плохо одновременно. Человек, которому Тэхен был готов отдать все, ему не принадлежал. Тэхен решил съездить на неделю в гости к Чонгуку в Пусан. Так скажем, чтобы разнообразить его «скучную» жизнь. Чонгук против не был, с радостью принял парня и встретил на вокзале. Увидев издалека знакомую фигуру, Тэхен мог только спокойно идти к нему и улыбаться. Знакомое тепло и восхищение разлились где-то в груди. Чонгук раскинул руки для объятий, и Тэхен прильнул к нему, силясь наиболее точно отпечатать в сознании то, как ощущаются объятия Чонгука. Он делал это всегда — старался запомнить. Как выглядят глаза Чонгука, его улыбка, пальцы, каждая его частичка. Ему хотелось зарыться в шею к парню, вдыхая его запах, но было кое-что, о чем он помнил всегда — красная лампочка горела в его сознании. Нельзя. — Как добрался? , — с обворожительной улыбкой спросил Чонгук, хватая сумку Тэхена и сразу закидывая ее себе на плечо. «Он несёт мою сумку», — пронеслось в голове Тэхена, но он мягко улыбнулся и рассказал в общих чертах — все было хорошо, он не устал, но очень голодный. Они решили не ехать сразу в ресторан, а оставить вещи у Чонгука дома, поесть и отправиться на набережную. Весенний вечер был теплым и нежным. Чонгук приготовил отличный ужин, и Тэхен ел эту еду с чувством глубокой благодарности. Его глаза сияли, он не мог оторвать взгляд с мягкой улыбкой от Чонгука. Пока в середце било набатом «нельзя» и «почему?», они говорили о последних событиях в жизни, обсуждали любимую мангу и сериалы, собирались на прогулку. Чонгук был ещё студентом, он немного подрабатывал, но с этим можно было договориться. Тэхен же был дизайнером и решил работать удаленно, выполняя отдельные заказы. Они оба любили поездки и путешествия (впрочем, Тэхен также любил Чонгука), так что часто отправлялись или друг к другу, или в третье место отдыха. И всегда это было незабываемо. То ли от того, каким был Чонгук, или от того, что Тэхен особенно любил его, а может быть это просто стечение обстоятельств — но абсолютно все их поездки были особенными и запоминающимися. Хотя, быть может, это было только для Тэхена. И этот раз был не исключением. Они шли по набережной, наслаждаясь свежим влажным воздухом и красивым видом. Разговоры после долгой разлуки всегда самые теплые. Тэхену хотелось представить, что это их ежедневная рутина — гулять вдвоем. Быть может, они бы держались за руки? А потом вечером дома Тэхен целовал Чонгука, утягивая за собой в омут. Тэхен думал об этом всем слишком часто, но просто не мог иначе — игнорировать проблему, когда ее причина перед тобой, представлялось невозможным. Так что он нырял в эти райские страдания и адские наслаждения из раза в раз. Ему стоило перестать общаться с Чонгуком, чтобы не вспоминать и будоражить себя лишний раз, но он не мог. Он слабо представлял свою жизнь без Чонгука, да и представить было страшно. Вечером Чонгук предложил выпить за встречу, и Тэхен согласился. Он всегда страшно пил, когда был вместе с Чонгуком — потому что ему было больно. Больно и хорошо одновременно, и только в пьяном бреду он мог говорить правду, но это сводилось в шутку на следующий день. Все сразу казалось проще. И они пили этим вечером, много обнимались, слушали любимую музыку и разговаривали. Именно это — то, за чем ехал Тэхен из раза в раз. Ты мое солнце, моя звезда, моя надежда и главная любовь. Я увидел в тебе и благословение и наказание, сладкую истому и пытку. Больше всего в жизни я мечтаю просто стать частью тебя, твоей клеткой. тогда я бы тоже жил и дышал только ради тебя, но мне не было бы так больно. _____________________________ В прошлом году Чонгук приезжал в Сеул, оставаясь на выходные у Тэхена. Поездка в Сеул определённо означала клубы, много выпивки и пьяный смех под утро. Тэхен знал, что так и выйдет. Они пили до последнего, отрываясь под музыку. В свете огней клуба Чонгук выглядел особенно красиво, когда прямо смотрел в глаза Тэхена. Черные омуты затягивали, бант губ манил едва ли не больше. Тэхен танцевал и видел (мечтал каждую секунду) как сладко и нежно целует Чонгука, а тот не смеётся, отвечает и тогда это безумие их съедает без остатка. Конечно, первый Тэхен бы не сделал ничего подобного. Это выглядело бы подозрительно, а он и так вечно сдаёт себя с потрохами. Он говорит себе: «Чонгук не тупой и все видит, все понимает», — но остановиться не может. Только осторожничает. Но это не говорит о том, что Тэхен мог себя полностью контролировать — ему до дрожи хотелось касаться Чонгука каждую секунду его жизни, а пьяный он себя мало контролировал. Тэхен из раза в раз обнимал Чонгука за шею, вис на нем и прижимался к мягкой теплой щеке. Тогда он мог незаметно вдохнуть глубже запах его парфюма, делая вид, будто ноги его не держат. Чонгук на это только улыбался своей самой ослепительной улыбкой, а Тэхену хотелось либо умереть, либо жить вечно и наблюдать за этим. Он видел, как бегают пьяные глаза Чонгука, как тот его не отталкивал, от чего Тэхен смелел с каждой секундой. Они были не одни, с ними была ещё пара друзей, но Тэхену было все равно на это. Кто-то из них предложил сделать фото, когда они все дружно вышли покурить. На улице был свежий воздух, совсем недавно прошел дождь. Запах мокрого асфальта смешивался с табаком и теплом Чонгука рядом. Тэхен согласился, тут же обнимая Чонгука за шею и прижимаясь щекой, как в этот же момент парень развернул лицо и поцеловал Тэхена в уголок губ прямо в момент вспышки. Сердце Тэхена ускорило темп, и он пьяно улыбнулся. Тэхен делал вид, что все хорошо и эта ситуация его совсем не волнует, что это просто мило. Но это был разрушительный удар для всех стен, что он выстраивал в последние четыре года. Кто-то закричал: «В губы, давайте в губы!», — и Чонгук решительно повернул лицо для поцелуя. Ну как Тэхен мог отказать? Он с замиранием сердца тут же прижался к губам Чонгука. Это был самый яркий момент в его жизни за последние несколько лет. Его ресницы подрагивали, слезы стремились накопиться и скользнуть вниз по щеке, но этого не произошло. В этом моменте была его боль, были его страдание и было главное наслаждение даже такой мелочью. На самом деле ему до одури хотелось ещё. Губы Чонгука были мягкими и слегка влажными, дыхание теплым. Его руки лежали на спине Тэхена, нежно прижимая к себе. Друзья улюлюкали и смеялись, но Тэхен этого совсем не слышал. Все произошло как в замедленной съемке, а потом время вновь начало идти в своем темпе. Остаток ночи ничего подобного не происходило, но на утро Тэхен получил это фото. Фото, на котором Чонгук целует его, и можно представить, будто это поцелуй двух влюбленных. Тэхен нажал на кнопку «сохранить» и смущенно глянул в сторону спящего рядом на кровати Чонгука и глубоко вздохнул, наслаждаясь воспоминаниями, которые он не раз прокрутит в своей голове. В следующие встречи подобного не происходило. _____________________________ Не происходило до этого момента. Они приехали с клуба домой, но Чонгук с хитрой улыбкой достает ещё несколько бутылок спиртного в зелёном стекле. — Я законно считаю, что ночь веселья ещё не закончена. Сейчас только 5 утра, разве мы можем оставить всё вот так? , — он начал открывать их, смотря прямо в глаза Тэхену. Ну как можно устоять? Сделал бы это кто угодно, Тэхен бы отправил его куда подальше и лег спать. Но нечто подобное было вполне в характере Чонгука, а боль в сердце так и не утихла, как и страстное желание. Именно поэтому Тэхен, конечно же, соглашается. После нескольких рюмок они уже почти лежат друг на друге подпевая достаточно тихой музыке. — Я бы хотел запомнить этот момент на всю оставшуюся жизнь в малейших деталях, — шепчет Тэхен, прижимаясь к чужому виску. — Так запоминай, — также тихо ответил Чонгук, начиная скользить руками по талии Тэхена, от чего у парня, кажется, происходит замыкание. Он медленно вдыхает и прикрывает глаза в наслаждении, когда чувствует мягкое прикосновение к своим губам. Если бы Тэхен был более трезвым, он бы вздрогнул, он бы пришел в ужас и шок одновременно, но количество выпитого даёт о себе знать: парень не открывает глаз и поддается, углубляя поцелуй. И все же сердце замирает, начинает биться быстрее, а дыхание становится прерывистым слишком быстрым. Он чувствует, как его ресницы дрожат, но медленно ведёт ладонью по животу Чонгука, выше, к шее. Тэхен кладет пальцы ему на щеку, медленно оглаживая кончиками мягкую кожу. Ты убиваешь меня, но так сладко, что я никогда не смогу отказать тебе, чего бы ты не попросил. Тэхен делает дрожащий вдох через нос, губы не отрывает. Чонгук пахнет всем: солнцем, небом, сладкими цветами и самым вкусным теплым чаем. Просто пахнет жизнью, и Тэхену хочется навсегда остаться в этом моменте. Он отпечатывает в сознании каждую секунду, зная наверняка, что Чонгуком руководит только алкоголь и безрассудность. Это был самый нежный и желанный поцелуй в жизни Тэхена. Чонгук отстраняется и смотрит пьяно. Смеется, улыбается и обнимает крепко крепко. Кажется, Тэхен разваливается на куски. — Прости, для меня поцелуй вот так мало что значит. Это же ничего? — тихо интересуется Чонгук. Тэхен чувствует битое стекло где-то внутри, но мягко улыбается. — Конечно, все в порядке. Он мог бы сказать, что нет, что ему больно одури, но не сделает — Тэхен не готов отказаться от этих моментов. Как бы больно не было, как бы тяжело, он хочет забрать всё, что в его силах, чтобы позже со вздохом на губах вспоминать этот момент по кругу. Он ни за что не откажется от этого.