Мой смелый граф

Белоснежная Энри.

      И миссис Прингл тяжело ступая, удалилась, громко захлопнув за собой дверь. Мистер Прингл стоял с видом побитой собаки.       — Сюда, месье. — обратился он к Ли. — А что, ваша жена… — Феликс замолчал, не зная, не обидит ли его то, о чем он хочет спросить.       — Вы хотите сказать, всегда ли она такая? — Ну да.       — К сожалению, всегда, — ответил Прингл ровным голосом. — Прошу прощения.       — Не стоит извиняться. Я знаю, что она тяжелый человек. Лм пошёл вслед за Принглом вверх по лестнице, сочувственно глядя ему в спину. “Тяжелый человек” не вполне точно подходило для описания этой женшины. “Тигрица”, пожалуй, ближе. Едва Ликс увидел миссис Прингл, как сразу же понял, что жизнь в загородном доме лорда Хвана не сахар. Мысль об угрозах этой особы заставила его окинуть взглядом коридор, но мальчики уже исчезли. Он увидел только темные панели на стенах и несколько медных настенных подсвечников. Коридор, выстланный персидским ковром, потертым и казавшимся очень старым, не выглядел мрачно, хотя темно-синий и красный цвета давно превратились в светло-голубой и розовый.       Прингл остановился перед дверью в конце коридора. — Лестница для слуг, месье. Вам полагается пользоваться ею. — Прингл открыл перед Феликсом дверь.       — Понятно. — Парень ступил на лестницу. Услышав птичье чириканье, он поднял голову и заметил канарейку. — Одна из птичек его светлости улетела из вольера, — пояснил Прингл.       — Птичек его светлости? — переспросил Ли, все еще глядя на крошечное пернатое создание, усевшееся на перила и уставившееся на них сверху. — Его светлость разводит канареек, за счет чего обеспечивает нам стол и одежду.       — Мне бы хотелось увидеть вольер. — Я покажу его вам, месье, когда вы устроитесь.       Прингл протянул руку к птичке, но не успел он коснуться ее крыльев, как она взлетела и пронеслась мимо лица Феликса. — Я потом попробую поймать ее и посажу обратно. Я говорил его светлости, что им нужно подрезать крылья, но он и слышать об этом не пожелал. Легкий шум крыльев канарейки стих в гулкой тишине, и Феликс подумал, как жаль будет, если им подрежут крылья. Его удивила любовь Хвана к птицам.       Прингл двинулся дальше по лестнице, и шаги его казались громовыми по сравнению с легким шелестом птичьих крыльев. Ли последовал за ним. Дойдя до третьего этажа, они оказались в коридоре, грязно-белые стены которого с пятнами от детских ладошек явно нуждались в побелке. В коридор выходило четыре двери. — Здесь классная комната, месье. — Прингл указал на первую дверь слева. — Здесь комната мастера Драйдена и мастера Брока, — кивнул он на следующую дверь.       — Кто из мальчиков старше? — Старший — мастер Драйден. — А-а!.. — Феликс вспомнил, как мистер Драйден показал ему язык, и усмехнулся.       — Здесь гостиная, она у вас будет общая с гувернанткой, мисс Муши, — кивнул Прингл на дверь рядом с комнатой мальчиков. — Комната мисс Муши рядом с гостиной. — А где сейчас мисс Муши?       — Конечно, занимается с мальчиками. — Прингл остановился перед дверью в конце коридора и открыл ее. — А здесь ваша комната, месье. Феликс прошел мимо него в маленькую комнату, где умещались только кровать, старый шкаф и умывальник. Парень снял пелерину, шляпу, перчатки и убрал все в шкаф. Руки его покрылись мурашками от холода. Он принялся растирать их, глядя на пустую жаровню.       Словно прочтя его мысли, Прингл пообещал: — Я добуду для вас немного угля, мистер. Постараемся расходовать его бережно.       — Я понимаю. — И еще я принесу ваш багаж.       — Багажа у меня немного, всего пара ящиков, но все равно спасибо. И еще одно, Прингл. Где мисс.. Энн? Простите Мистер Прингл, я не запомнил её имени. — Её зовут мисс Энри. — Прингл посмотрел на Феликса глупо, — Она у себя в комнате, — Прингл помрачнел, — на втором этаже, с другой стороны холла, рядом с комнатой леди Хван. И прежде чем Ли успел спросить, почему он так погрустнел при упоминании о мисс Энри, дверь за Принглом уже закрылась. Феликс нахмурился и поправил волосы, выбившиеся из пучка. Решив отыскать Энри, он повернулся к двери, но остановился, услышав донесшийся из соседней комнаты громкий шум и сдавленный крик.       Некоторое время он прислушиваться, а потом осторожно вышел в холл. Остановившись перед дверью, которая, как сказал Прингл, вела в классную, он осторожно приоткрыл ее, не зная, чего ждать. И ахнул, увидев женщину, привязанную к стулу. Во рту у нее торчал кляп, сделанный из тряпки. Женщина посмотрела на Феликса и явно обрадовалась. Плечи ее, обмотанные веревкой, поникли.       — Сейчас мы вас освободим. — Ли развязал узлы, думая о том, что Драйден и Брок весьма живые ребятишки. Наконец веревки упали, и женщина вынула изо рта кляп.       — Господи, — схватилась она за грудь, — я думала, что меня никто здесь не услышит. Вы, наверное, новая няня? Послушайтесь моего совета и уезжайте отсюда, пока не поздно. Будь у меня возможность найти другое место, я бы уехала сию же минуту. Лм ответил, пряча улыбку:       — Здравствуйте, меня зовут Феликс Ли. — Он уже без колебаний называл фальшивую фамилию. — А я мисс Муши, гувернантка, — представилась та, качая головой, как индюшка.       Она действительно походила на индюшку — острый нос, длинная тощая шея. Волосы были неопределенного цвета, глазки маленькие, в них было что-то жестокое. По впадинам на щеках и неглубоким морщинам у рта Феликс определил, что ей слегка за сорок. — Рад с вами познакомиться.       Мисс Муши встала и расправила складки серого платья, после чего посмотрела на дверь. — Когда Драйден попадется мне в руки, он пожалеет о своем маленьком государственном перевороте. Я говорила лорду Хвану, что мальчика необходимо послать в школу, он ведь уже взрослый, но, вероятно, из-за своих стесненных обстоятельств он не смог устроить его в колледж. В результате он погубит других детей. Драйден оказывает ужасное влияние на мастера Брока и сестру.       — Я встречал иногда таких мальчиков, как Драйден. — Вот как? Где же?       — Моя бабушка принимала участие в делах местного сиротского приюта, и у нас дома все время жили один или два ребенка. — Держу пари, вы никогда не сталкивались с таким ребенком, как Драйден.              — Уверен, что вы правы. Мне не терпится с ним познакомиться, — с искренним энтузиазмом проговорил Ли. — Мне вас жаль. — Мисс Муши взглянула на Ликса так, будто не могла поверить, что кто-то может с нетерпением ждать встречи с Драйденом.       — Как им удалось связать вас? — Я задремала буквально на минуту, когда им полагалось заниматься сложением. Негодяи обвили меня веревкой, прежде чем я успела сообразить. Ну, попадись они только мне в руки! Оба! Шутка надо мной теперь будет их последней. — Ее лицо вспыхнуло от возмущения. — Простите меня, пожалуйста, мне нужно идти и отыскать милых малюток, а потом притащить их сюда. — Она выпрямилась, повернулась и с недовольным видом вышла из классной строевым шагом.       — Желаю удачи! — крикнул вслед ей Феликс, понимая, что мисс Муши не найдет детей до тех пор, пока они сами того не захотят. И наверное, оно и к лучшему. Страшно подумать, что она с ними сделает, если они ей попадутся. Феликс снова подумал об Энри и пошёл искать ее. При упоминании об Энри мистер Прингл впал в такую меланхолию, что он заронил в душу Феликса искру тревоги, которая до сих пор не погасла.       Феликсвышел на второй этаж. Звук его шагов эхом отзывался от панелей красного дерева. Он посмотрел вперед и увидел леди Тун, беседующую с мисс Муши. — Месье Ли, я только что спрашивала у леди Тун, не видела ли она мальчиков, — сообщила мисс Муши. — Я, пожалуй, пойду их искать. Если вы их встретите, пожалуйста, сообщите мне.       — Непременно, — ответил Ли, останавливаясь рядом с леди Тун. — Прекрасно. Всего хорошего, сударыня. — Мисс Муши присела перед леди Тун в реверансе и торопливо пошла по коридору.       — Надеюсь, ваша комната пришлась вам по душе? — Голос леди Тун звучал любезно, но в глазах осталась настороженность. — Да, славная комната.       — Я должна извиниться за сегодняшний спектакль. Такого не должно было случиться. Ведь у леди Хван есть нянька, но по средам у нее выходной. Может быть, от вас потребуется присматривать за ней в этот день и в то же время заботиться о детях. Как вы думаете, у вас получится? — Да, — уверенно ответил Феликс.       Леди Тун улыбнулась, что не соответствовало ледяному выражению ее синих глаз. — Надеюсь, вы поладите. Если возникнут какие-нибудь затруднения, я бы предпочла, чтобы вы обращались ко мне, а не к лорду Хвану, поскольку у него, без сомнения, хватает проблем с его финансовым крахом. Я надзираю за прислугой с тех пор, как умерла моя кузина. И я уверена, что миссис Прингл будет вам помогать.       — Без сомнения, — подхватил Ли, прекрасно понимая, что миссис Прингл скорее сделает из него жаркое и подаст на обед, чем станет помогать. — Теперь я с вами прощаюсь. Уверена, что Джин не сможет обойтись в Лондоне без меня, — добавила леди Тун специально для Феликса и повернулась, чтобы уйти.       — А как же дети? Разве вы не хотите повидаться с ними перед отъездом? Свояченица лорда Хвана остановилась.       — Прежде чем отвести леди Хван в ее комнату, я навестила Энри, а мальчиков ищет мисс Муши. Не могу же я ждать, пока она их найдет. Я должен вернуться в Лондон. Вдруг я понадоблюсь лорду Хвану? Дети поймут. Передайте им, что я приеду надолго, когда лорд Хван решит оставить Лондон. — Уж конечно, — подтвердил Фел. Очевидно, леди Тун заботило одно — поскорее вернуться к Джину.       — Еще кое-что… Вам, быть может, покажется странным, что дом никак не украшен к Рождеству, но мы все еще в трауре по моей бедной кузине. Какой ужасный поворот судьбы, оставившей детей сиротами в самый рождественский сочельник! Просто трагедия. — Леди Тун покачала головой, отчего ее длинные черные локоны запрыгали вокруг лица. Она немного помолчала, в глазах ее появилась хоть какая-то искренность.       — Лорду Хвану было очень тяжело. И я не думаю, что он когда-нибудь оправится от смерти Элис. Это время года не может не вызывать у него страшных воспоминаний. Вы, конечно, понимаете. — Понимаю, но как же дети? Нужно же как-то скрасить им жизнь.       — Я предложила Джину украсить холл, но он сказал, в частности, что не хочет этим заниматься. — Она нахмурилась. — Странно, что он украсил к Рождеству свой лондонский дом. — Это я украсил, — насупившись, проговорил Феликс.       — Вы? — Леди Тун посмотрела на яди так, словно тот ударил ее. Она крепко сжала губы и расправила плечи. — Вам следовало бы спросить у меня, прежде чем самому браться за такое дело. Отныне вы будете приходить ко мне и спрашивать разрешения, прежде чем снова займетесь чем-то подобным. Понятно? — Совершенно. — Ли слегка кивнул, и несколько непокорных рыжих прядей упали ему на глаза. Он отвёл их за уши и почувствовал, что они тут же снова вернулись на прежнее место. — Ну что же, пожалуй, все. Уверена, что вы будете знать свое место в доме. До свидания. — И леди Тун Яо с досадой повернулась и пошла по коридору, шурша шелком дорого платья.       Ли наблюдал, как она свернула за угол и исчезла, спускаясь вниз по лестнице. Парню вовсе не хотелось отвечать надменной даме. Здесь хозяин Джин. Жизнь в доме зависит от его указаний. А леди Тун ведет себя так, словно она уже его жена. Как может он любить такую высокомерную, властную женщину и в то же время целоваться с Феликсом в открытую, прямо на тротуаре? Скорее всего леди Тун права. Вероятно, Феликс интересует его только как предполагаемый любовник. Нужно быть с ним очень осторожным. Выбросив Джина и леди Тун из головы, Ли решил продолжить свой путь к Энри. Теперь он стоял перед дверью в её комнату, прислушиваясь, не доносятся ли оттуда какие-либо звуки. Но там царила странная тяжелая тишина. Феликс постучался слегка дрожащей рукой.       — Войдите, — раздался еле слышный голосок. Девушка медленно открыла дверь, заскрипели петли. В комнате было темно, горела только одна свеча на маленьком столике. Девочка лет семи сидела на кровати, прислонившись спиной к горе подушек. Ее белокурые волосы, длинные и прямые, падали на плечи. Свет от свечи мерцал на ее сердцевидном личике. Она смотрела на куклу у себя в руках с таким видом, словно ничто другое ее не интересовало. Длинные темные ресницы отбрасывали на щеки тени в виде полумесяцев. Заметив, что лицо у девочки покрыто болезненной белизной, Ликс втянул в себя воздух.       Потом заставил себя весело проговорить: — Добрый день!       Девочка подняла на Феликса большие зеленые потухшие глаза, в которых огонь детства был задут уже давно. — Вы кто? — спросила она; ее тихий голосок звучал робко и подозрительно.       — Я новая няня. — Ли вошел в комнату. — А вы, наверное, леди Энри? — У меня было много нянь, — равнодушно поведала Энри. — Только я к ним привыкну, как они уходят. Вы поживете здесь хоть немного?       — Конечно. Только попробуйте от меня избавиться. — Я думаю, они уходят потому, что, когда сиделки — она ухаживает за прабабушкой и за мной — нет дома, няне одной приходится заботиться обо мне, а на меня нужно ужасно много времени. — Энри вздохнула и прижала к себе куклу.       — Не думаю, что их уход имеет к вам отношение. Скорее всего он как-то связан с вашими братьями. Как вы думаете? Девочка насупила бровки, обдумывая вопрос.       — Да, вы, пожалуй, правы. Они бывают очень противными. — Ваш отец просил меня передать кое-что вам и вашим братьям.       — Вот как? — спросила Энри, и в голосе ее прозвучало что-то вроде волнения. — Да. Он велел передать вам, что очень скучает и скоро приедет.       Уголки рта у Энри опустились, и она снова уставилась на куклу. — Он всегда так говорит. Я не очень часто его вижу.       — Но не потому, что он не хочет вас видеть. В Лондоне он очень много работает. — Да. Прингл тоже так говорит, но мне бы хотелось, чтобы он мог работать здесь. — И Энри бросила взгляд на дверь.       Ликс не знал, что сказать, чтобы утешить ребенка, поэтому он посмотрел на опущенные занавеси на окнах. — А вы знаете, что есть такие феи, которые живут только при свете солнца, а если не впускать солнце в комнату, то феи к вам не придут?       — Миссис Прингл говорит, что солнечный свет мне вреден, но она не говорила, что в нем живут феи. — Феи показываются только тем, кто верит в их существование. Вряд ли миссис Прингл верит в фей, так что вполне понятно, что она о них ничего не знает. — Феликс махнул рукой в сторону окна. — Давайте пригласим сюда фей?       Энри кивнула, и ее белокурые волосы упали на лицо кукле. Ли подошёл к окну и отдернул тяжелые занавеси из бордовой парчи. Вечернее солнце ударило в окно, упало на изножье кровати, окутав ноги Энри струящимся светом.       Ли указал на пылинки, пляшущие в воздухе. — Видите мелкие пылинки?       — Да, — ответила Энри, с нескрываемым любопытством глядя на них. — Это пища фей. Если посмотреть повнимательнее, можно увидеть, как они набирают их целыми горстями.       — Я не вижу фей, — широко раскрыла Энри внимательные глаза.