Три вопроса.

Вороны отреагировали на оскорбления из уст Нила достаточно спокойно, чтобы Нил сначала посмеялся, а потом напрягся. Все самые жестокие выходки Рико происходили из тени, так что и здесь Нил не сомневался, что ответ не заставит себя ждать. Только вот какой и как скоро? Умрет ли кто-то на этот раз, или все обойдется истязанием души? «Обойдется» слишком неподходящее название для того, что мог придумать Рико своей отбитой головой. Пусть Нил на все встревоженные взгляды лишь отмахивался, в животе у него натягивалась острая струна тревожности. Спустя три дня вечером к нему пришел Эндрю. — Собирай вещи. Нил не понял зачем, но послушно поднялся, задирая по пути одну бровь с явным вопросом. Эндрю либо не видел смысла ему отвечать, либо решил, что Нил сам вскоре поймет. Не так важно, потому что через 5 минут они уже выезжали на новой Мазерати Эндрю, а через 10 Нил понял, что едут они в сторону особняка, где остановились Анна и Лиам. Особняк дяди и место, где до этого в подвале сидел пропавший Дрейк Спир. — Зачем? — решил спросить Нил, поворачиваясь к профилю Эндрю. И если другие сказали бы, что Эндрю выглядит как обычно — безразлично и опасно — то Нил видел его сжатые челюсти, более опущенный подбородок и напряженные плечи. Обычное состояние, при котором следовало что-то угрожающее жизни. Если ты противник Эндрю, то орудие убийства точно его нож, а если ты тот, кого он защищает… Что ж, вероятно, тебе придется просидеть пару часов в полицейском участке. Эндрю мельком глянул на него, закатил глаза, а затем вернулся к внимательному изучению скрежета шин по асфальту. — Себя спроси. Только такой болван как ты может практиковать челночный бег от жизни к смерти. Нил догадывался, что причина в его богатом словарном запасе, который он использует явно не тогда, когда это нужно. И все же лучше узнать у семейки киллеров под боком.

***

— Мы не киллеры, Нил, — в очередной раз простонал Лиам, зачесывая свои пепельные пряди назад. Нил знает, но реакция Лиама каждый раз забавляла. — Я явно не об этом спросил, — перекривлял его тон Нил. Эндрю стоял в центре комнаты, осматривая каждый уголок, будто в паутине на потолке Нила поджидала ловушка со стрелой. Боже мой, Нила запирают в замке, а его принц стоит и разглядывает клетку! — Научись молчать, и тогда нам, может быть, не придется охранять тебя как сторожевые собаки. — Камеры по всему кампусу натыканы. Твоя вина, что твой старый ноутбук барахлит. Смени его уже. — Это богохульство! — Это здравомыслие. И хватит увиливать. Вы даже не знаете в чем опасность, так зачем я здесь? — Затем, что я так сказал, — подал голос Эндрю, казалось, впервые за этот час. Нил промолчал, заталкивая свою папку поглубже в ящик внутри шкафа. — Серьезно? Отделять меня от команды ради того, что еще даже не факт, что произойдет? Лиам прокашлялся, привлекая внимание и отвел взгляд в сторону. — В прошлый раз, когда мы подумали так же, тебя избили на территории колледжа. — И чья же это вина? — Спросил Нил, хмурясь и сверля взглядом щеку Лиама. Засранец только пожал плечами, постукивая пальцем в уголок рта. Сраный любитель намеков. — Расслабься, Нил. Это просто перестраховка. — Это не поможет. Мне могут навредить в любом месте, как только я останусь один. Запрете вы меня или нет, я наткнусь на опасность в любом случае. Я враг целых кланов, меня не спасет даже крестик на шее и искренняя молитва. — Впервые слышу о том, что ты верующий, — хмыкнул Лиам, разглядывая шкаф, в который Нил сложил свою папку. — Я и не верующий, — пожал плечами Нил, — В любом случае, то, что вы делаете — бессмысленно. — Вот и узнаем. — Серьезно? И сколько мне здесь сидеть? — Ты здесь не заперт. Просто… — «Просто» что? — Просто будешь теперь ездить на тренировки с нами. А после занятий тебя будет привозить Эндрю. Замечательно. Нил только и мог, что закатить глаза и упасть на кровать плашмя. Вечный надзор и не минуты одиночества, в целях развития своего внутреннего «я». — Я хоть куда-то смогу выйти один? Лиам нагло и издевательски ухмыльнулся. Ему явно доставляло удовольствие издеваться над Нилом. — Во внутренний дворик. Нил затяжно простонал.

***

На вопросы Кевина «А как же вечерняя тренировка?», отвечайте: «Без комментариев», пожалуйста. Нил уже устал слушать его вопли и бубнеж. Честное слово, зарядить бы ему прямо этим мячом… — Джостен, не расслабляемся! — крикнула Анна, сверля его взглядом из-за плексигласового стекла. Нил хотел вздернуть в её сторону средний палец, но предположил, что это будет выглядеть довольно странно. И ему точно придется сделать столько же отжиманий, сколько дернется глаз Анны при его жесте. Нил фыркнул, молча возвращаясь к тренировке. — Тебя наконец начали учить командам? — загоготал Сет. И Нил расплылся в улыбке, показывая ему два средних пальца, вместо одного. — Спасибо, что ты есть, Сет, — проворковал Нил, чувствуя как дрожь с пальцев прошла. Сет моргнул, а затем ответил ему тем же. Типично. Гордон подбежал к нему, продолжая дальнейшую тренировку вместе. — Нет, а если серьезно, зачем тебя переселили? — Безопасность превыше всего и бла-бла, — покачал головой Нил, отправляя один из мячей по конусу. — О-о… из-за того, что ты опять вышел публично против Рико? — Бинго, сэр. Я бы дал вам награду, но у меня из ценного только красивые глазки. — Ну ты и кретин, — низко посмеялся Сет, замахиваясь клюшкой. Нил не стал спорить, продолжая тренировку, пока на его спину не навалился Мэтт. — Нил, друг мой, — захныкал Бойд, резко контрастируя своим ужасающим габаритам, — Почему ты нас бросил? Ты нам изменяешь? Вот с этим?! И Нил бы улыбнулся, если бы место, куда указывал Мэтт, не оказалось занято Лиамом, с невинной улыбкой разглядывающий ход тренировки. — Его ноги пахнут лучше ваших, — пожал плечами Нил. Судя по тому, что Мэтт схватился за сердце, Нил попал по больному. Спустя ровно две секунды, Мэтт уже шел в сторону Лиама. — О, он всерьез пошел спрашивать, — сказал Сет, уже не выглядя таким радостным. — Что спрашивать? — Не знаю. Наверное, как он ухаживает за своими ногами. Вдалеке послышался хохот Лиама.

***

Дни тянулись невыносимо медленно. Нил несколько раз стухал от скуки, лежа на диване в гостиной и бесконечно переключая каналы на телевизоре. Лиам лежал рядом с ним, беспрерывно жуя батончики, в невообразимой позе «ногами к верху», Анна то приходила, то снова уходила, занимаясь своими делами. Нил уже был готов биться головой о стену, или звонить в органы опеки, писклявым голосом сообщая, что мама и папа удерживают его в доме силой. Правда, после проверки опека узнает, что мама Нила мертва, а папа сидит за решеткой, но Нил старался не придавать этому значения, так и не отбросив вариант из головы. С Эндрю они оставались наедине лишь после занятий. Несколько поцелуев перед сном; слов из какого-то романтического фильма, который смотрел Лиам, гласившие «Увези меня из этого дома», где, по идее, главный герой должен был помочь девушке сбежать от её семьи и поселить под своим крылом; парочка держаний за руки и все. Нил умирал со скуки. Единственным его развлечением, правда привлекающим внимание, оказались Анна и Лиам. Если точнее — их связь. То, как они при каждой свободной минуте липли друг к другу, будто приклеенные, то, как Лиам из раза в раз проводил рукой по её спине, проходя мимо. Как ласково они звали друг друга, когда были нужны, как словно читали мысли друг друга, молча делая необходимое. Шутливо поддразнивали друг друга. Как по утрам взъерошнный Лиам обнимал её со спины, пока клюющая носом Анна делала для них троих кофе. Все это казалось Нилу совсем незнакомым, но до странного интересным и, почему-то, вызывало чувство комфорта. Создавалось ощущение, что аура, исходящая от этих двоих, затекала ему в ноздри и наполняла силой. Надеждой. Смотря на них Нил смог впервые что-то назвать «любовью». Они казались одним целым. Чем-то неразделимым. Исчезни одно, мир схлопнется и начнется конец света. Это тревожило настолько же, насколько и вызывало улыбку. Анна и Лиам пережили то, что сложно представить здоровым умом, работают на той работе, где легко можно сойти с ума, но свой дом и свой мир вокруг они сделали достаточно мирным, чтобы забыть обо всем и просто жить, смеяться, любить… Он нашел отвлечение в простом наблюдении за ними. 19 января Нил проснулся с тяжелым сердцем. Ноги казались ватными, глаза липкими. Ему хотелось просто уйти. Неважно куда, неважно зачем, просто исчезнуть. Свернуться комком безымянного нечто и остаться там, пока камень в груди не раствориться. Но он всегда был там, всегда тяготил его, не давая набрать полую грудь воздухом. Полежав еще с минуту, Нил встал и поплелся во внутренний дворик. Главное дышать. Он схватил пачку сигарет по пути, по всей видимости, они принадлежали Анне, но Нила это слабо заботило. Вышел на улицу. В лицо ударила утренняя прохлада. Глубоко вдохнул. Закурил. Нил сел прямо на каменные ступеньки, куря сигарету за сигаретой, пока дым не вытеснил кислотный яд из его легких. Звук раздвигающейся дверцы заставил его вздрогнуть. Еще сильнее он вздрогнул от накинутого пледа на его плечи. — Решил ускорить свою смерть еще сильнее? — спросил Лиам и в тоне его не было ни капли обычной колкости. Нил пропустил вопрос мимо ушей. Лиам присел рядом и поставил кружку горячего кофе рядом с Нилом. Он не повернулся, чтобы посмотреть, но чувствовал висками, как Лиам прожигает его взглядом. — У тебя сегодня игра. Не дай дерьмовому дню все запороть. Нил выдохнул дым, вдавил бычок в черную точку на каменной лестнице и обхватил горячую кружку пальцами. — Что говорит Жан? — перевел тему Нил. Как ни странно, Лиам принял это с молчаливым согласием. — Говорит, что Рико странно себя ведет, но он не знает в чем дело. — А по-точнее? — Я не просил его разнюхивать. Только докладывать то, что знает. Нил кивнул. — Надо вытащить его оттуда, — внезапно сказал Лиам, чем поразил даже такого Нила. — Что ты имеешь ввиду? И как раз в этот момент Нил решил посмотреть на него. Тьма, которую он встретил в глазах Лиама, дала все ответы без лишних слов. «Вытаскивать», значит все плохо. Заводим машину и едем, значит кто-то умирает. — Время есть. Придумайте как сделать все по-тихому и вытаскивайте, — пробормотал Нил, делая глоток кофе, — Хотя я сомневаюсь, что он пойдет добровольно. Ты говорил, что он довольно предан им. — Его вера покосилась в Воронах, раз он решил сливать нам информацию. — Его вера покосилась в Рико, — возразил Нил, — и ты им манипулировал. — Просто немного надавил. — Ничего не бывает «просто». Молчание Лиама говорило о том, что он не мог не согласиться. Нил залпом осушил оставшийся кофе, обжигая горло. Делал ли он так во вред самому себе, или пытался сжечь эту тяжесть нахрен, он и сам не знал, но ему стало легче. Сразу после его отвезли на занятия. Нил пропустил почти все мимо ушей, записывал не вслушиваясь, либо прокручивал карандаш между пальцев, пялясь в окно. Он не видел смысла пытаться во что-то вникнуть, когда мысли были заняты совсем другим. Более темным и мрачным, и, несомненно, намного более важным, чем решение уравнений. В его голове была целая задачка, длиной в число пи. В зависимости от ответа Нил мог выжить, а мог оказаться в паре метров под землей, вероятно, утянув за собой пару товарищей. Это нисколько не тешило его, только раздувало чувство тревоги до огромного мыльного пузыря. Уверяю, его не стоит касаться. Ему стало легче, когда он, закончив все занятия, побрел на тренировку. Войдя в раздевалку Нил первым делом окинул взглядом всех своих товарищей, оценивая на наличие травм или возможных неприятностей, и выдохнул, когда вместо напряженной тишины услышал их смех. Он почти смог забыться в звуке их голосов, подходя к своему шкафчику и бросая сумку на скамью рядом. Губы тронула маленькая улыбка, когда Сет пошутил в своей манере, а Мэтт громко хлопнул его по спине. Запуганный внутренний ребенок Нила немного расслабился, выглядывая из своего кокона с малой долей интереса. Это было ненадолго. Все воспоминания о разговоре с Лиамом, о его попытке поддержки и о занятиях, которые успел посетить Нил, тут же испарились, когда он открыл свой шкафчик. В одно мгновение на него вылилось что-то холодное, липкое и с едким запахом железа. Кровь. Повсюду кровь. Глухие звуки ударяющихся капель били по барабанным перепонкам, будто стрелка часов. Монотонный звук, ускоряющий пульс. Нил не слышал уже ничего. Он только видел. Видел тряпичную куклу, подвешенную за самый верх его шкафчика. Виселица. Рыжий цвет волос и голубые пуговицы вместо глаз испарили все сомнения. Вместо ног у нее были оторванные ошметки с торчащей ватой, а на груди… «Беги». Бежать. Все в крови. Бежать. Но Нил прирос ногами к полу. Липкая кровь была словно клей, удерживая его подошву на месте. Нил чувствовал что задыхался, но когда повернулся и увидел, как Мэтт рядом с ним вздрогнул, понял, что на его лице растянулась улыбка отца. Холодный взгляд Нила, казалось, заморозил всю комнату. Никто не двигался. Время остановилось. — Нил… черт возьми. Позовите тренера! — донеслось как из-под воды. По открывающемуся рту Бойда он понял, что говорил именно он. Грудь Нила завибрировала. От смеха. Тихого и хриплого. Бурлящего, как если бы кровь была у него во рту. Его пальцы дрожали, когда он оторвал тряпичную куклу с громким треском и бросил себе под ноги в лужу крови, придавив кроссовком. Испорченная форма полетела туда же. Защиту, которую еще можно было спасти, Нил отставил в сторону рывком руки. Он выдернул пакет с кровью из своего шкафчика, который и лопнул, расплескав всю жижу вокруг, и сдавил в руке. Оставшаяся там кровь потекла по его предплечью, пачкая еще больше. Нил отшвырнул пакет с кровью с глухим хлюпаньем. Его потянули за воротник с такой силой, что Нил врезался в соседний шкафчик, измазав тот багровыми мазками. — Успокойся. Холодный тон, как лезвие ножа. Зеленые глаза и пшеничные волосы. Алые как кровь губы. Анна стояла перед ним, придавив плечо Нила к шкафчику. — Шерил! — почти радостно вскрикнул Нил, — Смотри какой мне подготовили подарок. А вы думали, что если меня запереть, то ничего не будет, да? Нил потянулся, схватил её за воротник и дернул на себя, от чего локти Анны врезались в железо с громким грохотом. Её лицо оказалось в опасной близости с лицом Нила. Если бы он захотел, мог бы вгрызться ей в рожу от кипящей ярости, но он этого не делал. — Я предупреждал, — зашипел Нил, — говорил, что это ничего не решит. Говорил, что меня достанут, а вы решили посадить меня на цепь как щенка. Результат на лицо, скажи? Нил говорил тихо, шепотом, чтобы никто не услышал кроме самой Анны, но угроза в его голосе сочилась потоками смерти. Он не знал на что злился больше. На то, что из-за всех этих людей больше не мог бежать, или на то, что его решили поздравить с днем рождения. Просто Анна оказалась быстрее всех. — Заткнись, Нил. Ты вызываешь подозрения, — так же тихо сказала Анна. — О, это я вызываю? Делали бы вы свою работу правильно, никто бы ни о чем даже не догадывался. Даже не стал бы думать. А теперь посмотри в мой шкафчик и скажи, насколько много вопросов у тебя появляется к простому парню из «Милпорта». — Нил… — Мы не друзья, Шерил, — выплюнул Нил ей на ухо, — Даже не думай, что можешь меня удержать. Тебе не хватит… — Билл! — крикнула Анна, буравя Нила ледяным взглядом, — Неси чертову тряпку, пока я не вытерла пол им же. Нил не сводил с неё взгляда, но краем глаза заметил белую вспышку волос Лиама, пробегающего мимо. Лицо Анны было искажено то ли в злобе, то ли от всепоглощающей досады. — Я знаю, что мы не друзья. Никогда ими не были и не станем, но… — слова Анны прервал грохот. Дверь в душевые распахнулась, еще не успев до конца закрыться. — Ан… — запнулся Лиам, от чего улыбка Нила стала еще шире, — Шерил. На хрип в его голосе повернулись все. И Анна могла оказаться быстрее, но Нил отпихнул её в сторону, несясь в душевую комнату, оставляя кровавые следы. Следы смерти. На всю стену душевой кровью было написано «С девятнадцатилетием, Младший!» Лиам так и замер в проходе, Анна влетела после Нила, почти сразу за ней все остальные. Нил обхватил свои предплечья, вгрызаясь ногтями в зажившую плоть. Начал хрипло смеяться. Совсем скоро к ним присоединился и тренер. — Какого хрена здесь происходит?! — и тоже замер в дверях. «Младший». Это прозвище он слышал когда резал тела людей, когда его били в наказание за плохо выполненные задания, когда он отказывался от того, чего не хотел делать. Это прозвище звенело ревом, когда лилась кровь, когда в его руках визжало что-то живое. Люди или животные, неважно, но какое-то время оно еще дышало. Это прозвище он слышал в своих кошмарах, произнесенное наигранно сладким голосом Лолы Малкольм. Женщины, которую он презирал, ненавидел, хотел уничтожить своими руками. Эта женщина шептала ему на ухо множество прозвищ и, несомненно, положила начало к привычке менять имена, откликаться на все, кроме своего настоящего. Лола Малкольм была жестокой, с извращенным умом и умела только причинять боль любого рода. Будь это боль, после которой не останется сил сопротивляться, или же боль, после которой не останется желания этого делать, со всем она справится на ура. Именно она вылепила из Нила настолько травмированного человека, что порой, не выпускал ножа из рук даже во сне. Причинять боль Нил учился у нее и мечтал показать ей плоды её обучения лично. Каждую ночь он представлял как будет отрезать от нее по кусочку. Как она будет кричать и брыкаться, теряя свою маску. Как в её глазах отразится страх. Нил хотел оставить на её душе такие же отпечатки, какие она оставила ему. Нет, он хотел сделать в тысячу раз больнее. Хотел заставить её страдать, хотел заставить её умолять и плакать, ровно как он однажды, хотел, чтобы она встала перед ним на колени, трясущаяся и отчаянная, и просила прощения. Нил хотел её сломать. Внутренний ребенок Нила с испугом спрятался обратно, сжимаясь в крохотный шарик, стараясь исчезнуть, спрятаться, сбежать от своего кошмара. Кто-то грубо схватил его за руку, отдергивая от занятия. Нил перевел взгляд и в груди сразу стихло, прерывая дикие смешки. На лице Эндрю не дрогнул ни один мускул. Он дернул Нила в сторону раковин, схватил за шею и наклонил, выкручивая кран. По лицу Нила стекала прохладная вода, смывая кровь, она затекала под воротник по шее, но это ничего, если крепкие руки Эндрю держат его, стирая всю грязь. Эндрю накинул на шею Нила полотенце, — видимо, кто-то его принес, пока в ушах Нила громко звенело, — а затем вытянул его руки и подставил под струи до самых предплечий. Когда Нил посмотрел по сторонам, медленно моргая, в душевой осталась лишь Анна, стирающая грязной тряпкой надпись со стены, и тренер Ваймак. Они переговаривались, переходя на крик, но Нил их особо не слушал. Эндрю не нежничал, грубо стирая воду с его лица. По глазам голкипера можно было прочитать жажду убийства и никто даже не сомневался кого именно. — Это бесполезно, пока я в этом, — сказал Нил, оттягивая свою форму за богом уцелевшее место. — Тогда разденься и отмывайся. — Не сейчас. — Может ты мне сам объяснишь? — рыкнул Ваймак, переводя взгляд с Анны на Нила. Нил молчал. — Какого хрена я не должен вызывать полицию? Нил перевел взгляд на Анну. Видимо, об этом они говорили с тренером, пока Нил был в отключке. — Бесполезно, — пожал плечами Нил, — Максимум, что они найдут, это мои отпечатки. Ну и, теперь еще и их. Нил фыркнул, показывая пальцем за спину, где стояла Анна. Настоящая причина? Копы любят лезть не в свое дело. Пробьют их отпечатки, а там всплывет два киллера и «мертвый» сын преступника. Интересная картинка получится. — В общем, не вариант, тренер. Вороны хитрые, они вряд ли попались бы на камеры, да и вообще не пришли бы сами. Оснований их обвинять у нас ровно столько, сколько и совести. Вообще по нулям. Так что… я предлагаю об этом молчать и улыбаться, — сказал Нил, показывая пальцами на свой рот в натянутой широкой улыбке. — Будешь так улыбаться и кто-то скорее предположит о трупах в нашей раздевалке, чем о том, что на тебя вылили пакет с кровью ради мести. — Ну что вы сразу так категорично. Это ведь явно просто шутка! Зачем поднимать панику? — Просто шутка? — взмахнул руками Ваймак, а затем скорчил лицо как от головной боли и безвольно уронил руки по ширине плеч, — Ты либо издеваешься, либо еще более отбитый, чем мы предполагали. — Оба варианта, — ответила за него Анна, опуская тряпку под струи воды, — Но не думаю, что это навредит команде. Как он, так и это решение. Нил прав, полиция бесполезна в этом вопросе. Если бы камеры что-то зафиксировали, мы бы уже об этом узнали. Отпечатков они бы не оставили, они не настолько идиоты. Из улик у нас остается только расплескавшаяся кровь и куча отпечатков этого придурка. Мы связаны по рукам, тренер Ваймак. Ваймак провел руками по волосам, зачесывая их назад, а затем схватился за переносицу. Нил вгляделся, мысленно подсчитывая седые волосы на его макушке. — Делайте что хотите… Пойду к Эбби, узнаю можно ли как-то спасти твою форму, — сказал тренер и уже собирался выйти, как на мгновение обернулся, — И, эй, не знаю что вас связывает и чем вы… занимаетесь, но постарайтесь, чтобы это не навредило команде. На секунду повисла тишина, прежде чем Нил обернулся на Анну и понял, что тренер имеет ввиду их. Нил хохотнул. Подозрения, о которых так пеклась Анна, в итоге сама же она и посеяла. Не без участия Нила, разумеется, но факт неизменен. — Не понимаю о чем вы, сэр, — сказала Анна с мрачным видом. Ваймак пожал плечами и вышел, прикрывая за собой дверь. Нил с минуту молчал, сверля её затылок взглядом, а затем открыл рот: — Если ты думала, что в команде, где люди всю жизнь наблюдали и выживали, тебя не начнут подозревать, то ты идиотка. Ваши опасения были напрасны с самого начала, а бесполезность вообще заставляет задуматься на кой черт вы сюда пришли. — Нил, — предупреждающе пророкотала Анна, — Закрой пасть. — Ты и сама думала над этим. Я просто озвучил. Неприятно, когда другие видят твои неудачи, правда? Анна обернулась на него с перекошенным лицом и приблизилась в пару шагов почти впритык. Ей помешал Эндрю, стоящий все это время рядом и выставляющий руку между ней и Нилом. — Отойди, — сказал Эндрю тихо, но с угрозой. Анна сжимала челюсть, не сводя глаз с Нила, затем отошла на шаг, проводя рукой по взмокшему лбу. — Я бы его не тронула. Ты знаешь. — Не знаю. Вы, люди, способны на что угодно, — ответил Эндрю почти скучающе, опуская руку. Повисло молчание, прерываемое только звуком капель из-под крана. Нил знал, что делает это, срывая свою злость на Анне. Свой страх, ярость, тревогу, опасения. Все разом. Но ему не было жаль. Не было жаль за свои слова и не было стыдно. Он просто продолжал говорить и говорить, пока бурление его эмоций не утихло. — Что ж, раз мы со всем разобрались… — снова хохотнул Нил, ехидно глядя на Анну, — Я в душ. Никто же не против? Когда возражений не последовало, Нил направился в кабинку. Его сразу же оставили одного, громко захлопывая дверь. Значит, Анна вышла последней. Он сбросил свою одежду, думая над тем, чтобы сразу её выбросить после душа, и открыл кран холодной воды, почти ледяной, обжигая свою шрамированную кожу. Подставил лицо под струи и провел пальцами сквозь волосы, распутывая слипшиеся пряди. Вода стекала по его телу, смешанная с кровью, окрашивая плитку душевой в мерзкий полупрозрачный красный, она затекала в слив и снова напоминала о том, как Нил проводил свои будни в Балтиморе еще в детстве. Но он не закрыл глаза, нет. Он предпочел смотреть. Смотреть на грязь, которая, казалось, никогда не смоется. Да. Нил точно делал это во вред самому себе. Специально. После того как шум воды стих, из раздевалки послышался голос Ваймака: – Лиам поехал домой, привезет тебе трусы и носки. Я достал запасную экипировку, но нужно примерить, что из этого подойдет. Форму принесу, как только высохнет, а пока сиди и не дергайся. – Да, тренер, – отозвался Нил. Он услышал, как закрылась дверь, и насухо вытерся прямо в кабинке. С прошлых лет, когда команда была побольше, в запасе у Лисов хранилось несколько комплектов снаряжения. Именно оттуда Рене позаимствовала экипировку осенью, чтобы выйти на поле в амплуа защитницы. Почти все элементы можно было регулировать, но лишь до определенной степени. Методом проб и ошибок Нил выбрал все необходимое из вороха, оставленного ему Ваймаком. После этого оставалось только ждать. Он смотрел только перед собой в гробовой тишине пока ждал. Нил чувствовал как его мышцы напряглись, готовые к бегству. Или к бою. Он ждал и ждал, не сводя взгляда с точки на стене. Будто неживой, не шевелясь, почти не моргая, со взглядом мертвой рыбы. Пару раз он порывался схватится за свои предплечья, но одергивал себя, вспоминая о крепкой хватке Эндрю на своих запястьях. Время тянулось мучительно долго. Когда Лиам наконец приехал, постучав в дверь, Нил побрел открывать. Лиам сразу протянул ему пакет с вещами, целую стопку, чтобы Нилу было во что переодеться. Он забрал пакет из рук Лиама и кивнул. — Спасибо. — Замолчи, — выдохнул Лиам, и стукнул по дверной раме пальцем, — Лучше быстрее прячь все свои прелести и дай мне пройти. — Зачем? — не понял Нил. Лиам пробормотал что-то под нос, как понял Нил, на русском, и закатил глаза. — Чтобы убраться в твоем шкафчике, разумеется. Хватит мять сиськи. Шевелись. Нил удивился, но больше ничего не спрашивал. Он закрыл дверь обратно, надел нижнее белье и носки, и крикнул Лиаму, разрешая войти. Лиам вошел внутрь, закатывая рукава, и подошел к шкафчику, хмуро оценивая объем работы. Нил встал со скамейки, намереваясь помочь, но Лиам моментально его осадил, не давая сделать задуманное. — Сиди и жди, когда Ваймак принесет тебе форму. — Но… — Хочешь принять душ еще раз? Ты весь испачкаешься в этом. Нил вздохнул, молчаливо соглашаясь с его словами. Он думал, что они опять проведут это время в молчании, но Лиам решил иначе. Взяв тряпку и ведро воды с хлоркой, он начал говорить. — Мы знаем, что у нас нихрена не получается сделать для твоей защиты, но это не значит, что мы не стараемся. — Лиам… — Нет, послушай, — прервал он его строгим голосом. Нил впервые слышал и видел его таким, — Мы знаем и нам от этого не легче. Я понимаю, что ты просто сорвался, но ты сказал больше, чем следовало. — Я всегда говорю больше, чем следует. Лиам тихо усмехнулся, согласно кивая. — Я знаю, — сказал Лиам, отжимая окровавленную тряпку в ведре, — Она тебе не скажет, но твои слова задели её. Не твои обвинения, но другое. — Я сказал то, о чем мы все думали. Лиам посмотрел на него ровным лицом, не выражающим ничего. — Печально, что ты так думаешь. Нил не понял про что именно тот говорит, так что просто пожал плечами. Когда Ваймак наконец принес его форму, Лиам почти закончил вымывать шкафчик Нила. Нил хотел спросить как команда, но предпочел узнать об этом сам, когда окажется на поле. Вместо этого он просто отжал остатки воды с джерси. – Сушили как могли, – пожал плечами Ваймак, глядя на лужицу на полу. – Мэтт одолжил у девушек фен, но Эбби не стала им пользоваться – побоялась пятен. — Плевать, — отмахнулся Нил, — побегаю так. Вряд ли это повлияет на игру. — Главное, чтобы это не повлияло на тебя, — ответил ему Ваймак, сурово скрещивая руки на груди, — Ты как? Нормально? — В порядке. — Этот парень и не такое в жизни повидал, тренер, — хмыкнул Лиам позади них, забрасывая тряпку в ведро, — Он справится, а дальше оставьте его нам. Ваймак вздохнул, переводя взгляд с одного на другого, а затем цыкнул, — Ладно. Переодевайся и шуруй на поле. Если увижу, что твоя голова занята не игрой, а чем-то другим, выгоню с поля, моргнуть не успеешь. Понял? — Так точно, сэр. Буду через пару минут, — сказал Нил, отдавая честь и получая за это закатанные глаза Ваймака. Он закончил экипироваться. Ваймак обвел его оценивающим взглядом, неуверенно кивнул — дескать, на люди выпускать можно — и махнул рукой, пропуская к выходу. До начала игры оставалось совсем мало времени, и команда уже провела и разминку, и растяжку. Пока Ваймак настраивал Лисов на победу мотивационной речью, Нил в одиночку сделал несколько кругов по стадиону. Когда он присоединился к товарищам, напутственные слова были сказаны, и все взгляды вдруг обратились на него. — Уверен, что с тобой все в порядке? — спросила Дэн. — Уверен в том, что у нас впереди матч, который мы должны выиграть, — ответил Нил. — Побольше беспокойтесь об этом и поменьше — обо мне. Арбитры выпустили их на поле для последней разминки. Нил старался ни о чем не думать и полностью сосредоточился на упражнениях. К тому моменту, когда игроки заняли исходные позиции, он был настолько погружен в себя и мысли об игре, что почти забыл о происшествии в раздевалке. Тем не менее, хоть он этого и не признавал, бледное воспоминание о случившемся преследовало его, заставляя действовать быстрее и жестче. Перед матчем Кевин не давал ему указания сдерживаться, и сегодня оба нападающих проявляли в отношении своих «опекунов» неожиданную агрессивность. Желтую карточку Нилу показали еще в первом тайме. Он думал, что Ваймак под этим предлогом уберет его с поля, но в перерыве, когда команда собралась в фойе, тренер никак это не прокомментировал, вероятно, по причине довольно скорой красной карточки для Сета. Нилу мерещился запах крови, хотя умом он понимал, что это невозможно. Раздевалка находилась на расстоянии от фойе, а кроме того, Анна и Лиам уже давно стерли все следы. Тем не менее, Нилу не прекращала мерещиться повисшая кукла, истекающая кровью. — А где Эбби? — спросила Дэн. Нил сообразил, что не видел ее с начала матча. — Отъехала в кампус. Постарайтесь не получить травм, пока ее нет, — сказал Ваймак и жестом указал на кулер. — Пьем воду и занимаемся растяжкой. Времени не так много. Во втором тайме Лисы бились не на жизнь, а на смерть. Отдавая пасы и нанося удары по воротам, Нил использовал приемы, которым научился у Кевина, а когда приходилось маневрировать, пару раз применил хитрости, подсмотренные у «Воронов». Если нужно было переброситься словом с Кевином, он делал это на французском. На оскорбления и подначки опекавшего его защитника он упорно не отвечал — не хотел растрачивать силы на бессмысленную грубость и вкладывал каждую каплю оставшейся энергии в игру. Судя по нарастающей злости «опекуна», молчание Нила действовало ему на нервы. Нил, однако, замечал его лишь в моменты столкновений или обвода. На дальней стороне поля доминировал Мэтт. Ники по-прежнему оставался самым слабым звеном на линии защиты, но Эндрю исправлял его ошибки с беспощадной точностью. Когда на поле появился Аарон, близнецы взаимодействовали так четко, будто между ними не существовало проблем. Заставило ли их объединиться вмешательство Рико, или же игра сама по себе отвлекала от личных обид. Может это влияние сеансов с Бетси и желанием Аарона привести все в порядок, а может сама игра, Нил не знал, да и знать не хотел. За восемь минут до окончания матча Лисы начали выдыхаться из-за того, что слишком резко взяли в начале. Поскольку они все еще имели преимущество в два очка, достаточно было удержать позиции, однако Нилу хотелось забить еще раз, чтобы вдохновить команду. При всем том они с Кевином играли против свежих сил противника, и защитники «Черепах» срывали им все атаки. Нил чувствовал, что Кевин раздосадован не меньше его самого — Дэй все чаще опасно приближался к грани фола. Когда они в очередной раз потеряли мяч, Нил прокричал ему предостережение. В ответ Кевин грубо выругался. Две минуты спустя «Лисы» получили так необходимый им толчок. Нападающий «Черепах» обошел Мэтта и помчался к воротам. Догнать его Мэтт не сумел, но в тот момент, когда нападающий приготовился к броску, успел нанести скользящий удар. Черепаха споткнулся, вывернул клюшку в надежде удержать мяч и оказался слишком близко от ворот. Эндрю в мгновение ока вышел из вратарской площадки и силовым приемом отправил соперника на паркет. Ошеломленный Черепаха провалялся на полу не меньше пяти секунд, а игра тем временем не стояла на месте. Испустив боевой клич, Мэтт понесся к мячу и отдал пас через все поле на Элисон. Когда Нил в следующий раз получил мяч, то не промахнулся. «Лисы» окончательно закрепили успех. Они победили со счетом восемь — пять, и публика своим восторженным ревом чуть не сорвала крышу стадиона. Лисы всей командой собрались во вратарской площадке, так как Эндрю подходить к ним не желал. Осенью Ники и Рене удавалось вовлечь своего голкипера в общий праздник только потому, что у того не было сил сопротивляться. Сейчас, однако, при первой же попытке Ники радостно налететь на него Эндрю угрожающе выставил перед собой клюшку. Ники понял намек и повис на Аароне. Пока Лисы вопили и прыгали, Эндрю безучастно взирал на них, стоя в сторонке. Кевин каким-то образом пробился сквозь толпу товарищей и что-то сказал Эндрю. Что именно, Нил среди шума не разобрал, однако пренебрежительный жест Эндрю явно указывал, что на одобрение Кевина ему плевать. Лисы торопливо обменялись рукопожатиями с Черепахами и покинули поле. Ваймак, Эбби, Анна и Лиам ждали их во внутренней зоне — тренер улыбался во весь рот, Эбби тоже сияла, Анна и Лиам коротко улыбались. Радость Ваймака еще больше подстегнула воодушевление Дэн, и она побежала к ликующим фанатам. Мэтт и Ники к ней присоединились. Ваймак не возражал, зная, что все трое моментально станут легкой мишенью для репортеров, и повел остальную команду в раздевалку. Внутри было шумно какое-то время. Нил молча пялился в пустоту. Его безучастность вскоре заметили и вокруг стихло. Было тихо настолько, что Нил отчетливо слышал звон в ушах. — Нам стоит начать радостно поздравлять тебя с днем рождения? — с сарказмом выплюнула Элисон. — Это плохая идея, — равнодушно ответил ей Нил, медленно переводя взгляд. — Плохая идея потому, что ты нам не сказал, или потому, что тебя уже задарили подарками? — Не унималась Элисон. — Элисон, – мягко укорила Рене. — Нет, постой. — Она наставила палец на Рене, предупреждая, чтобы та не вмешивалась, но взгляд ее был прикован к Нилу. — Хватит с меня того дерьма, которое сыплется на нас всю неделю, не говоря уже про весь год! Я хочу знать, как далеко зайдет это идиотское противостояние между Нилом и Рико. — Мы поговорим об этом, — сказал Ваймак, — но только когда все соберутся. А пока приведите себя в порядок. В душ и раздевалку. — Но, тренер, там же… — начал Сет, кривя губы в отвращении. — Мы уже все убрали, — сказала Анна, хмуро пялясь на каждого. — Сегодня я туда точно не пойду, — мрачно заявил Сет, фыркая, — Мне нужна минимум неделя, чтобы отойти от кровавого побоища на стенах. — Если кто-то такого же мнения, делаем как до этого — идете по очереди. Сначала девушки, — увидев, что никто так и не загорелся энтузиазмом, тренер вздохнул, — Объявляю новое правило: после победы вся команда обязана радоваться, а то своим тоскливым видом вы меня раньше времени в гроб загоните. Ваймак посмотрел на парней, но Кевин сверлил взглядом Нила, а близнецы снова взялись игнорировать друг друга. Тренер беспомощно вскинул руки и удалился. В фойе воцарилась напряженная тишина, которую прервало появление Дэн, Мэтта и Ники. Все трое еще пребывали в радостном возбуждении после победы и розданных интервью, однако общий кислый настрой мгновенно их охладил. Поколебавшись буквально секунду, Дэн молча отправилась в раздевалку. Ники подошел к Нилу и привалился к нему плечом. — Итак, мы сделали двух соперников из трех. Победа на следующей неделе будет вишенкой на торте. — Ники многозначительно посмотрел на Кевина, словно требуя, чтобы тот вступил в разговор. — А потом — первая «мясорубка». Какие у нас шансы сыграть с кем-нибудь интересным? — Нулевые, — кисло произнес Кевин. — Все интересные команды — в нечетной группе. — Все, кроме нас, ты хотел сказать. — Ники сделал паузу, рассчитывая, что Кевин с ним согласится, но согласия не дождался и театрально вздохнул. — У тебя слишком предвзятое мнение. Не забывай, за кого играешь. Если в итоге нам выпадет биться против «Троянцев», советую ставить на нас. — Я подумаю, — сказал Кевин. «Вороны» и «Троянцы» жестко соперничали между собой, но Кевин был преданным фанатом последних. Нила это не удивляло — команда университета Южной Калифорнии считалась одной из лучших в стране. «Троянцы» славились своей спортивной честностью, и прошлой осенью именно они первыми выступили за то, чтобы «Лисы» продолжили участие в чемпионате. Такая команда, безусловно, заслуживала внимания и любви Кевина Дэя. — Дятел, — обиделся Ники. — Вот возьму и расскажу тренеру, что Риманн нравится тебе больше. — Расскажи, — фыркнул Кевин. — Если тренер не дурак, то сам знает, что «Троянцы» круче «Лисов». Были и будут. — Это все твоя предвзятость, — пробормотал Ники. Появившаяся Дэн сообщила, что девушки освободили помещение, и парни толпой направились в раздевалку. Стоя под душем, Нил долго проверял, не осталось ли под ногтями крови. Никаких следов он, разумеется, не обнаружил, но еще целую минуту ему чудился запах горелой плоти. Как обычно, Нил переоделся последним и, выйдя, обнаружил, что вся команда ожидает его в комнате отдыха. Ваймак со скрещенными на груди руками стоял перед телевизионной тумбой, Эбби — в дверях. Нилу захотелось прошмыгнуть мимо нее и избежать неприятного разговора, однако он понимал, что просто так его не отпустят, и потому сел на диван рядом с Эндрю. Все это время его не покидало ощущение шершавой веревки на шее. Ваймак выждал, пока он устроится, и только потом заговорил: — Первое: о дохлом слоне в раздевалке, точнее, о дохлых птицах. Я обратился в деканат и выпросил для Эбби доступ к микроскопам в лаборатории. Мы обязаны были убедиться, что кровь не человеческая. — Фу, гадость какая, — поежился Ники. — Учитывая, с кем мы имеем дело, это было необходимо. — Ваймак покачал головой. — Меньше всего я хочу подвергать вас всех риску. Стадион должен быть безопасным местом, а я не сумел вас защитить. Я уже подумываю оборудовать места общего пользования видеокамерами, но пойду на это, только если все дадут добро. Если мы действительно их установим, то записи будут доступны лишь тем, кто сейчас находится в этой комнате. Я, как и вы, не желаю, чтобы посторонние совали нос в наши дела. И это плавно подводит нас ко второму вопросу, то есть к просьбе Нила обойтись без полиции. — Ваймак посмотрел каждому из Лисов в глаза. — Из уважения к нему я готов уступить, но решать не мне одному. Вы согласны на это? Нил не стал говорить о том, что Анна и Лиам уже наставили своих камер где только можно. — Нил, ты вправду спустишь это Морияме с рук? — спросила Дэн. — Рико не сделал бы этого, если бы опасался, что его поймают, — ответил Нил. — Возможно, мы не возьмем его самого, но поймаем подручных, — вставил Мэтт. — Идеальных преступников нет, все оставляют следы. Потом заговорил Аарон, и от его язвительного упрека у Нила похолодела кровь: — Уж тебе-то об этом хорошо известно, так, Младший? — Метнув быстрый взгляд на угрюмую физиономию Аарона, Нил приготовился к худшему. И все равно оказался не готов услышать то, что услышал. — Доказательств причастности Рико копы не найдут, — бросил Аарон, — зато могут найти тебя, верно? Все дело ведь в этом? — Он жестом показал на свое лицо, имея в виду неожиданную смену облика Нила. — Внешность, разные языки, вранье — ясно же, что ты от чего-то или кого-то скрываешься. Это хлесткое замечание сработало как удар под дых. Из легких Нила будто разом вышибло воздух, живот вдавило в позвоночник. Тишина казалась бесконечной. Он не сомневался, что Лисы слышат стук его сердца — оно грохотало так громко, что Нил чувствовал пульсацию каждой клеточкой кожи. Казалось, под пронзительными взглядами товарищей растворяются все маски, которые он когда-либо носил. Нил моргнул, намертво прирастая задницей к дивану, открыл рот, а затем заговорил. — Я никогда не врал. Просто не договаривал. — «Просто не договаривал»? — спросил Аарон, испепеляя его взглядом, — И чего стоит команде твое молчание? Вот теперь Нил смотрел на него такими же холодными глазами. Такими же пожирающими и опасными. — Я бы не рисковал вашими жизнями, если ты об этом. Если точнее, Нил бы не дал никому умереть. Просто из вежливости, Нил всегда брал удары на себя, если кто забыл. — Поэтому из твоего шкафчика полилась кровавая река? Ты плохо справляешься, Джостен. Услышанная фраза натянула нервы до предела. Нил сжал челюсти, вспоминая как то же самое сказал Анне. Аарон не мог их слышать, но факт идентичности упреков ударил по живому. — Ты не знаешь о чем говоришь, — сказал Нил сквозь зубы, чувствуя как шею сдавливает сильнее с каждым вдохом. — Так расскажи нам. Долго ты еще будешь молчать о потенциальной опасности для всей команды? — Не суй свой нос в это, — прорезала напряжение Анна, влезая в горячий спор, — ваше дело не вылезать из своих нор. Решать будут взрослые. — И кто же понесет ответственность за нашу безопасность? Вы? — продолжил возмущаться Аарон. — Именно. Этим займемся мы, а ты… — строго сказала Анна, — Вы все продолжаете учиться, тренироваться и побеждать на матчах. Это все поняли? Анна не оставила им варианта «нет», так что вся команда хором произнесла «Да, тренер» и умолкли. Не смотря на то, что Нил наговорил ей сегодня, Анна помогла сохранить тайны Нила в секрете. Ему не пришлось врать, но и правды он не сказал. И если у них правда не всегда получалось охранять его как охранники, они защищали его личность и имя, как… друзья. Невидимая веревка на его шее ослабла, но не спала. Нил клянется, что никогда не скажет Анне этого вслух. Тишина дала зеленый свет на продолжение Ваймаку, прокашлявшись, он продолжил: – Все согласны на установку видеокамер? Да? Тогда на выходных займусь покупкой. В понедельник вечером обсудим их расположение и следующую игру. А вы до этого времени подумайте, как уже в конце концов уладить свои личные проблемы. И чтобы не смели выносить эти ваши разборки на поле. Ясно? Лисы вразнобой пробормотали «да», и Ваймак махнул рукой на дверь. – Все свободны. Осторожнее на дорогах. За стенами стадиона творился хаос. Пьяные фанаты орали и носились туда-сюда, как сумасшедшие, остальная публика плясала и горланила победные речовки. Полицейские, выведенные на улицы в полном составе, как могли поддерживали порядок. До машин Лисы добирались в сопровождении охраны. Нил шел последним. Позади него где-то плелись Анна и Лиам, держа его в поле зрения. Эндрю замедлил шаг, отставая от команды и встал рядом с Нилом, ведя в сторону своей машины. Нил все еще видел краем глаза, как Мэтт бросал восторженные взгляды в сторону обновки Эндрю. К нему в грузовик села Дэн, Аарон и Ники. Повернув голову в сторону машины Элисон, он увидел как Рене ведет Кевина в сторону розового Порше. — Сегодня он поедет с нами, — сказала подошедшая к ним Анна, уже понимающая что Эндрю собирается делать. — Нет, — скучающим тоном ответил ей Эндрю. — Сегодня не тот день, Эндрю, нам есть что с ним обсудить. — Значит обсудите в своем замке. У вас будет полно времени. Нил не стал встревать, слишком завлеченный перспективой провести время с Эндрю наедине. Если его и спрашивать о том, для чего сейчас подходящее время, так это для тех коротких моментов, когда они вдвоем сидят в машине в приятной тишине. Анна поджала губы, но кивнула, сдаваясь под натиском напряженного взгляда Миньярда. Нил молча сел в машину, смотря на Эндрю. Дыхание начало выравниваться под звуком урчащего мотора. Давящая веревка наконец отвалилась. Огни города проплывали мимо окон, отражаясь в волосах Эндрю оттенками желтого и белого. Внезапно зажужжал телефон, и Нил вытащил его из кармана. На экране мигал значок нового сообщения. Номер и код штата незнакомые, а текст и вовсе странный: «49». Нил подождал, но продолжения не последовало. Все это время он почти не дышал, сверля взглядом экран своего мобильника. Он не чувствовал ничего, слишком переполненный стрессом сегодняшнего дня, но от чего-то его желудок неприятно скрутился в узел. — Нил, — сказал Эндрю, вырывая его из мыслей, — Дыши. И Нил вспомнил как дышать. Он сделал глубокий вдох, чуть не закашлявшись, а затем выдох. В глазах появились мошки. Он их сморгнул, потер пальцами свое запястье, а затем понял, что Эндрю съехал на обочину. — Все нормально. Эндрю приподнял бровь на его слова. На его лбу так и читалась бегущая строка «Не неси херни». — Что там? — спросил Эндрю, кивая на его мобильник, который Нил все еще держал в руках. — Глупая шутка, — Нил захлопнул крышку телефона и спрятал его в задний карман, — Сорок девять. Эндрю замолчал, посмотрел на него немигающим взглядом и спросил: — Да или нет? Нил усмехнулся, оперся головой на подголовник сиденья и ответил короткое «Да». Эндрю протянул руку и зарылся пальцами в его волосы на затылке, притягивая ближе, но вопреки ожиданиям Нила, он почувствовал губы Эндрю не на своих губах, а на лбу. Теплое и задержавшееся прикосновение перевернуло его сердце вверх тормашками и оставило в таком положении, пока Эндрю не отстранился. — Темная магия правда существует, как думаешь? — спросил Эндрю, прижимаясь лбом ко лбу Нила. — Надеюсь, что нет. Иначе я давно был бы мертв, — сказал Нил, прикрывая глаза. — О, этот аргумент точно поставил бы в тупик всех фанатиков. Нил усмехнулся, открыл глаза и почти невесомо поцеловал Эндрю. Коротко и тепло. В глазах Эндрю показалась искра фонаря за окном, а затем так же быстро скрылась, когда он прижался к его губам плотнее. Нил забыл об игре, о реках крови в раздевалке, о смехе Лолы и всех своих именах, прозвищах, спрятанных паспортах. В его мыслях кружилась гуляющая пустота, а дрожащие пальцы тянулись к светлым волосам. Нил глубоко выдохнул в поцелуй, раскрывая свои губы и пропуская язык Эндрю. Нил всплывал, молча клялся на мизинцах о своем выживании, лишь бы всю жизнь ощущать эти губы на себе, держался за мягкие волосы как за оберег от темной магии, с которым его никто не достанет. Эндрю прервал поцелуй, пригладил волосы Нила обратно и потерся своим носом об кончик носа Нила. Нил улыбнулся, ловя его на проявлении необычайной нежности, но не сказал и слова, боясь прервать этот момент проявления мягкости. Эндрю слегка потянул его на себя и Нил поддался, пересаживаясь со своего места на колени Эндрю. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, оценивая свои ощущения от этой позы. Хватило уверенных взглядов обоих, чтобы понять, что все в порядке. Эндрю притянул его ближе, положил ладонь между лопаток Нила, второй зарылся в его волосы и прижал к себе. Нил обвил его шею руками и уткнулся носом в перекат плеча, размеренно дыша в крепких объятиях. Это не ощущалось как что-то неправильное. Нил даже не почувствовал напряжения. Его тело расслабилось, словно растеклось по Эндрю, пока тот держал кусочки Нила, не давая им рассыпаться. Его руки не казались Нилу мерзкими, ни в коем случае. Они ощущались как щит, как второй слой кожи, броня, не дающая мимолетным стрелам задеть его. Нил любил эти руки. Они просидели так довольно долго и просидели бы еще дольше, если бы телефон Нила не начал жужжать в заднем кармане от сообщений Анны. Эндрю еле слышно вздохнул, вытаскивая телефон из заднего кармана Нила и протягивая ему. Нил мельком глянул на имя отправителя и покачал головой. Эндрю оставил на его губах последний томительный поцелуй, а затем отпустил, помогая сесть обратно на свое место. Молча повернувшись в сторону дороги, он снова завел мотор и поехал дальше, ничего не говоря оставшийся путь. Нил парил до самой двери в дом. Посмотрев на машину Эндрю в последний раз, он вошел внутрь и захлопнул за собой тяжелую дверь. — Нил, — послышался голос Анны из гостиной. Он пошел на голос, все еще чувствуя след улыбки на губах. Взглянув на напряженных Анну и Лиама, сидящих напротив друг друга на диване и кресле, остатки улыбки слетели с его губ. — Что? — спросил Нил, проходя дальше в комнату. — Мы хотели обсудить… сегодняшний инцидент, — сказал Лиам, нервно барабаня пальцами по коленкам. — Что тут обсуждать? — спросил недоуменно Нил, садясь на второе кресло. Разговор явно будет долгим. — Мы не думаем что это Рико, — сказала Анна и её вердикт звучал как скрип ржавой гильотины. В голове уже было имя, отдавшееся привкусом крови на языке, но Нил все же спросил: — Кто? — Больше похоже на почерк Лолы. У Нила все рухнуло в один кратчайший миг.