Невозможно не влюбиться

Ночь накрыла город, заливая улицы мягким светом фонарей. Где-то вдалеке щёлкали ставни, мяукала кошка, а в одной квартире на втором этаже тускло горела лампа. В комнате сидел Наруто — сутулый, с опущенной головой и болью в глазах, которую не могла заглушить ни боль от ссадин, ни усталость в теле. День, что начался с бутылки и алкаша, закончился кулаками и кровью. Но дело было не только в этом. Он чувствовал, как внутри всё пульсирует — не от боли в сломанном носу, а от той самой правды, которая больше не хотела сидеть где-то в глубине. Мысль, от которой кружилась голова, щемило грудь, и к горлу подкатывало что-то острое и тёплое, будто бы сейчас он снова расплачется, как в детстве. Наруто больше не мог это игнорировать. Он не просто устал, он был напуган. И, кажется, впервые в жизни — по-настоящему один. Он снова прокрутил день в голове — драка, медпункт, кроссовки, запах спирта на брюках... Всё это было лишь шумом, завесой, которая мешала честно посмотреть в глаза себе. — Мне нравятся парни, — едва слышно прошептал он, будто проверяя, звучит ли это неправдой. Но это была правда. Он вздрогнул, сел ровнее. Слишком тихо. Он достал телефон и в какой-то момент, не вполне осознавая, что делает, скачал твиттер. Новый аккаунт. Новый ник. Аватарка с лисом в шапке. Никаких подписок. "Мне нужно выговориться", — подумал он. Пальцы дрожали. > Сегодня был отвратительный день. Самый худший из всех. Я устал. Устал скрываться. Я понял кое-что. И я боюсь. Мне нравятся парни. Я не знаю, нормально ли это. Не знаю, примут ли меня родители. Я не хочу быть один. Просто... если кто-то меня слышит — скажите, что я не сошёл с ума. Он нажал "твитнуть" и уставился на экран, затаив дыхание. Через несколько минут пришли первые ответы. > ты не один. это нормально. я тоже через это проходил. расскажи родителям. это страшно, но ты почувствуешь облегчение. Он закрыл глаза. Сердце стучало в груди, будто выбивало путь наружу. Может быть, и правда рассказать?.. Сейчас? Пока всё ещё свежо. Пока он не передумал. Наруто медленно встал с кровати. По квартире было тихо. Он прошёл по коридору босыми ногами и остановился у кухни. Свет был включён — Кушина стояла у мойки, вытирая руки полотенцем, а Минато читал что-то на планшете. Они выглядели спокойно. Тепло. Он кашлянул, привлекая внимание. Кушина обернулась первой: — О, лисёнок. Не спится? Наруто замер. Потом, сев за стол, сжал руки в замок, будто молился. — Мне надо вам кое-что сказать. — Что случилось, Наруто? — мягко спросил Минато, откладывая планшет. Кушина подошла ближе, присела рядом и взяла сына за руку — теплая и спокойная поддержка, которую он так давно не чувствовал. — Я... — парень запнулся, слова будто застряли в горле. — Сегодня... сегодня был очень тяжелый день. И я понял кое-что... про себя. Он глубоко вздохнул и выдавил: — Мне нравятся парни. В комнате воцарилась тишина. Минато и Кушина посмотрели друг на друга, потом на сына — и в их глазах не было ни осуждения, ни удивления, только любовь и понимание. — Наруто, — сказала мама тихо, — спасибо, что рассказал нам. Мы любим тебя именно таким, какой ты есть. — Да, — добавил отец, улыбаясь, — для нас главное — чтобы ты был счастлив. И мы будем рядом, что бы ни случилось. Сердце Наруто сжалось от облегчения и тепла. Он почувствовал, как камень, который держал годами, наконец упал с плеч. — Спасибо, — прошептал он. Кушина погладила его по голове: — Когда будешь готов, я всегда рядом, чтобы поговорить. Вечер стал мягче. Звуки кухни, тихие голоса родителей, их забота — всё это как будто стирало вчерашние раны. Перед сном мама ещё раз заглянула в комнату. — Наруто, помни: мы любим тебя. И всё будет хорошо. Мы вместе. Парень улыбнулся в полумраке, лег в кровать и закрыл глаза с мыслью, что, возможно, завтра будет другой день.