Часть 18
17 ноября 2024 г., 18:38
Пока что всё шло вполне неплохо, если не считать того, что Иви помирал со скуки. Прошёл день с момента их с Гершфельдом свидания и последующего возвращения юноши в барак, другой, третий и так далее… Иви сидел у себя в комнате, как заключённый в башню принц. Пока Уэбер не смел его трогать, но вот минула неделя и началась новая, а Инквизитора всё не было… Чем слабее становилась хватка, тем большую свободу ощущали жадные до наживы прихвостни хозяина борделя. Принося Иви поднос с едой они чуть ли не швыряли его ему в руки, едко приговаривая, что омеге осталось недолго радоваться своей мнимой свободе.
— Станешь здесь популярной местной диковинкой — любимая подстилка генерала Гершфельда, — как-то плюнул ему в лицо тот самый помощник Уэбер, которого некогда Эд чуть не пристрелил. За эти слова Иви как бы невзначай прищемил негодяю пальцы на ноге, захлопывая дверь.
В последнее время отношения с Морти тоже не ладились. Иви честно рассказал ему обо всём, что было во время прогулки и в термах. Сначала бета внимательно и с интересом всё слушал, кивал и казался очень заинтересованным, но в конце он огорошил соседа по комнате словами:
— Выглядит будто Инквизитор позвал тебя на прощальное свидание. Он ведь постоянно ездит из города в город с поручениями от короля, вот, наверное, и решил перед новым загулом очистить совесть, так сказать, закрыть гештальт.
Иви тогда лишь отшутился и, помогая Мортимеру накручивать волосы на бигуди, самодовольно сказал, что ему всё равно. А Иви, как выяснилось, было далеко не всё равно. Ночами он, мучимый бесконечным потоком дурацких мыслей не мог найти покой. Заканчивается вторая неделя, а Эда всё нет и нет. Зараза, хоть бы написал, неужели так сложно чиркануть крошечную записку? С другой стороны, кто Иви такой, чтобы гнать к нему гонца с личным письмом? Дудки! Но может с альфой приключилось нечто ужасное? На востоке сейчас неспокойно, да и сам Эдуард говорил, что его служба полна опасностей… Или Гершфельду просто нет дела до Иви и сейчас он развлекается где-то в другом городе, скажем, в удельном Поунтане с каким-то слащавеньким белобрысеньким скуреем?
Ну да, у местных в моде всё крошечное, кукольное: тонкие губки бантиком, маленький вздернутый носик и субтильность. А Иви что? Забитая татуировкой грудь, большой рот, будто у рыбы, и глубоко посаженные глаза из-за которых у омеги взгляд такой будто он при плохом стечении обстоятельств будет готов вместо минета откусить своему клиенту всё самое ценное. Это новое чувство не нравилось Иви, потому что звенело в нём, подобно комариному писку: еле заметно, но крайне раздражающе. И сколько бы раз юноша не повторял в зеркало «Мне всё равно. Меня это вообще не трогает» — аффирмации не срабатывали.
Одиночество сточило омегу настолько, что на третьей неделе ожидания, он не выдержал и вышел в общую столовую. И плевать, что на него тут смотрели, как на восьмое чудо света, за его спиной шептались, а обед от смены обстановки вкуснее не стал — зато он наконец был в кругу людей, мог видеть и слышать их. Хотя вернее было бы сказать, что это другие столпились вокруг Иви. Не каждый день или месяц удаётся застать легендарного коллегу, которому довелось покинуть стены этого заведения под руку с патроном, и это неминуемо вызвало интерес. Иви со стыдом для себя заметил, что внезапно превратился в того, над кем столько лет иронизировал — элитная собачонка, которую выгуляли один единственный раз и засунули обратно в ту канаву, откуда вытащили.
— Ну, Иви, не молчи, рассказывай, рассказывай, куда он тебя водил? — наседал Тоффи, нагло тормоша юношу за плечи. Аналогично ему, вокруг Иви собралось не меньше десятка омег, которые сидели, стояли и находились где-то между двумя этими положениями, в попытке поймать каждое слово Иви. Молодой человек прожевал жареную рыбу и, не торопясь, будто смакуя, ответил:
— На Серебряное торжище. Мы гуляли по Большому базару.
Послышалось коллективное завистливое придыхание. Поход по полной диковинок ярмарке — предел мечтаний многих в этих стенах. Ещё один омега с русыми волосами пододвинул к Иви свою чашку с чаем, меняя напиток на ответ на свой вопрос.
— А что ты там видел?
— Ну, много чего. Всякие разные конфеты, сыры, вина, резную мебель, заморские ткани, игрушки, зеркала… Всего и не перечесть.
— Подумать только: ты и гулял по базару ночью. С ума сойти! В последний раз из борделя забирали только Льюиса, — заметил Тоффи и кивнул в сторону старательно делающего вид, что ничего не слышит, омеги за соседним столиком.
— Да и того возили, чтобы развлечь какого-то старого ворчливого банкира, — вполголоса хихикнул кто-то над самым ухом. У Льюиса дёрнулась бровь. Он поставил кружку с напитком на стол, расплескав некоторую часть жидкости, и повернулся к вмиг ополчившимся против него мелким сошкам. Эти низкосортные болваны, наглядевшись на головокружительный успех Иви, решили, что и сами ничем не хуже и теперь мало того, что не уважают тех, кто стоит выше по рангу, так ещё и смеют почти в открытую поливать их грязью! Льюис закинул ногу на ногу и высокомерно улыбнулся, глядя сверху вниз на Иви.
— Ну у моего клиента по крайней мере было лицо. А ещё он оказался весьма щедр и в благодарность подарил мне сапфировый гарнитур, — Льюис заправил за ухо прядь волос, демонстрируя серьги с маленькими синими камушками, свисающими с тонкой золотой цепочки. У Льюиса скопилось уже достаточно денег и подарков, чтобы он мог выкупить себя из этого гадюшника, но он принадлежал к тому типу людей, которые предпочтут первое место в ущербном коллективе, последнему на воле, — А что тебе подарил твой Инквизитор?
Все с интересом уставились на омегу, к которому теперь перешла очередь для ответа.
— Он подарил мне целую корзину цветов.
В столовой воцарилось молчание.
— И всё?
— Это была очень большая корзина.
— Да, кажется, это именно её недавно выбросили на мусорку, как раз вместе с той засохшей соломой, — язвительно прибавил Льюис, понимая, что выиграл этот раунд. Иви тщетно постарался защитить свой подарок.
— Но я засушил несколько лепестков для гербария. Цветы — это символический подарок, обозначающий красоту и неповторимость момента.
Льюис покрутил пальцем у виска, отчего омеги дружно рассмеялась. Они оставили Иви, и наконец разошлись по своим делам.
«Вот так и проходит слава мирская» — вздохнул юноша, отодвигая от себя тарелку. Его пять минут популярности закончились, и не сказать, чтобы Иви желал повторения. Всё разрешилось относительно спокойно. Слишком спокойно. Тоффи навёл суеты, Льюис ядовито принизил Иви и лишил его блеска в чужих глазах. Не хватало лишь самого настоящего скандала. Извечного противника и соперника, чей пищащий голос раздражал и которого Иви ожидал услышать в первую очередь. Юноша обернулся и обвёл взглядом всю столовую. Омега смог признать Тео далеко не с первого взгляда. Тот молча сидел за самым дальним столиком в полном одиночестве, почти не ел отрешённо смотрел в стену. Иви откровенно недолюбливал Тео, но, увидев его таким, просто не смог остаться равнодушным.
— Тоффи, — юноша дёрнул сидящего рядом с ним омегу за рукав рубашки и кивнул, — А что это с Тео. Выглядит хуже, чем когда-либо.
— Ууу, конечно, ты же не в курсе. Чаще надо к простым смертным выходить, чтобы узнавать свежие новости, — усмехнулся молодой человек, облизывая пальцы от рыбы.
— Обойдёмся без загадок. Ну так что? — поторопил Тоффи Иви. Просмаковав паузу, омега всё же снизошел до ответа.
— Он у нас теперь нерукопожатный, считай, изгой. Хозяин запретил всем с ним общаться.
— Почему? Тео же был любимчиком Уэбера.
— Был, пока не украл у того деньги из кабинета. И на что он вообще рассчитывал? Дурак несчастный. Конечно, его почти сразу вычислили и притащили на ковёр к Уэберу. Откровенно говоря, украл он не прям большую какую сумму. Всего сорок пять кардов, но этого хватило, чтобы вывести Уэбера из себя. Тот начал требовать возвратить украденное, но Тео лишь развёл руками. Оказалось, что он уже отправил кому-то эти, а заодно и свои деньги. Курьера с передачей удалось вернуть, но все средства Уэбер забрал себе. Тео всю ночь лупили, как драную кошку, до сих пор синяки не сошли, пытались узнать, кому он хотел отправить деньги, а это сучёнок ни слова не проронил, покрывает кого-то.
И, кажется, Иви даже догадывался кого. В его памяти всплыло случайно найденные у чёрного хода письмо от младшего брата Тео. Видно, дела в приюте идут совсем плохо, раз омега решился на такой безумный и отчаянный шаг, как воровство.
— Ужас.
— Это ещё цветочки. Уэбер приказал теперь Тео обслуживать все оргии. Без чаевых. Для нас это, конечно, хорошо, можно немного расслабиться, а вот для Тео… Он в полной заднице, — подытожил Тоффи и встал из-за стола.
***
Ситуация ухудшалась с каждым днём. Эд исчез на целый месяц и, вроде бы это должно было стать для омеги облегчением, но чем дальше в глубину времени уходил Гершфельд, тем ближе и неотвратимее становился гнёт возвращения к реальности. Затишье длилось недолго, Иви предчувствовал надвигающуюся на него бурю, и интуиция его не обманула. Как теперь думал юноша, эта встреча и всё произошедшее после было правильным и нужным. В конце концов всё это время он лишь боялся фантома, а теперь мог лицом к лицу столкнуться с тем что его нервировало. Это произошло неожиданно. Иви спал у себя в кровати, когда двое альф рывком подняли его и потащили за собой. Омега даже обуться не успел так и был вынужден перебирать босыми ногами по холодному досчатому полу, будучи лишь в пижаме. Однако даже в полубодрствующем состоянии юноша сразу смог определить, куда именно его ведут два здоровых амбала. Иви толкнули в кабинет Уэбера, и за его спиной защелкнулась дверь. Вопреки ожиданиям, омега оказался здесь не один и даже не наедине с хозяином. Всё это смахивало на пошлое дежавю: за широким рабочим столом сидел сам Уэбер, а на его коленях на этот раз расположился полуобнаженный хихикающий Льюис. А вот перед ними, с дрожащим подбородком и заплаканным лицом стоял на коленях Тео. Позади него с тонкой розгой замер бета из числа слуг. Уже с первого беглого взгляда стало ясно, чем тут занимались присутвующие. На ногах у Тео не было живого места. Икры и ступни были покрыты тонкими кровоточащими полосами, которые шли аккурат поверх старых, ещё не до конца заживших. Иви даже боялся предположить, сколько дней к ряду Тео терпит побои. — Иви, давно не виделись, — Уэбер отложил сигару в пепельница и выпустил несколько дымных колец. — И ещё столько же бы не встречались, — фыркнул юноша. Льюис вскинул бровь и зашептал что-то на ухо хозяину. — Конечно, Лу, я дам тебе возможность поиграться с ним, когда сам закончу, но об этом позже. Что ж, Иви, ты выглядишь изрядно отдохнувшим. Я бы даже сказал, что ты немного поправился. А раз так, то пора приносить пользу своему благодетелю и отрабатывать затянувшийся отпуск. — Я не понимаю… — С сегодняшнего дня ты вместе с деткой Тео принимаешь оргии. Как раз поступил заказ от группы на двойное сопровождение, — смакуя каждое слово, проговорил Льюис, которому не терпелось заткнуть за пояс посмевшего нарушить его первенство в местной иерархической цепочке омегу. А ведь всего-то нужно было уступить Гершфельда более опытному коллеге… Иви оглянулся на замершего Тео, у которого даже слёзы перестали капать из глаз. Опять. Опять этот кошмар. Уэбер в последнее время специально приглашает своих знакомых, чтобы те поиздевались над провинившимся молодым человеком. Что ж, вероятно, теперь к нему присоединится и Иви, только от этого Тео не было ни лучше, ни хуже. — К чему эта показательная жестокость? — недоумевал Иви. Уэбер сделал ещё одну затяжку и, прищурившись, одарил омегу неприятным взглядом, от которого юноше захотелось как-то закрыться или спрятаться. — Ну, про Тео, думаю, ты и так знаешь, а вот на счёт тебя… Иви, кажется, шикарный поклонник вскружил тебе голову и ты начал забывать: откуда я тебя вытащил и кем ты являешься. Твой пример может плохо повлиять на других, и тогда, найдя себе более-менее сносного патрона они тоже начнут отказываться работать, а это недопустимо, — альфа сделал паузу, — Но, пожалуй, ты прав, возможно я слегка перегнул палку, ведь всегда есть возможность договориться, не так ли? Любопытно, что же в тебе такое нашёл граф Гершфельд. Льюис озадаченно обернулся к Уэберу, желая что-то возразить, но мужчина грубо заткнул его. Ещё больше всех удивил внезапно раздавшийся громкий смех Иви. «Точно с ума сошёл» — подумал Тео, поджимая губы. — Старый кобель. Да вам бы не управлять борделем, а самому работать в нём. У Льюиса выпучились глаза, как, собственно, и у Тео. Сказать такое хозяину в лицо — абсолютное самоубийство, однако Иви на этом не остановился. — Надо же, как выгавкаться успел, оборзел в край. Тогда ступай в пятые апартаменты и покажи гостям свою языкастость. — Нет, — громко и чётко ответил омега. Хозяин согнал Льюиса с колен. Альфа завёлся не на шутку, его лицо напряглось, а челюсти плотно сомкнулись, как у алигатора, готового разорвать неаккуратно севшую ему в пасть птичку. — Что ты сказал? — Я сказал, что больше не буду отдаваться за деньги тем, кто приходит в это убогое место. Меня хорошо слышно или стоит ещё раз повторить? — Руфус, всыпь-ка этому выродку так, чтобы он неделю не мог подняться на ноги. Бета двинулся со своего места, замахиваясь на Иви розгой, но омега не растерялся. Он быстро подскочил к мужчине, врезал ему коленом в пах и отнял его «оружие». Дезориентированный и согнутый пополам бета отполз в сторону, и теперь на его месте стоял сам Иви с вымоченным в солёной воде ивовым прутом. Сомнительная победа в весьма посредственном поединке и тем не менее для самого омеги она значила многое. «В следующий раз, пожалуйста, мсти своим обидчикам сам» — именно это сказал Эд, и он был чертовски прав. Его сила и влиятельность стали прекрасным щитом для юноши, но полагаться во всём лишь на него — заведомо проигрышный вариант. Иви должен сам научиться отстаивать своё достоинство, пусть даже обстоятельства складываются не в его пользу. Как это глупо и недальновидно — идти в одиночку против того, в чьих руках сосредоточено столько ресурсов и людей. Но именно сейчас в этот момент Иви был готов поклясться, что чувствовал рядом с собой незримое присутствие Гершфельда. Он стоял где-то позади, лениво привалившись к шкафу, сложив руки на груди и горделиво глядя на выпрямившегося в полный рост омегу. «Теперь я понял, почему, ты не спешил с помощью» «Милый, а разве она тебе нужна?» «Совсем немного» Входная дверь распахнулась без стука, и в неё влетел взволнованный и будто несколько испуганный альфа с письмом в руке. Он остановился и обвёл взглядом немую сцену в комнате. Льюис спрятался за штору, Руфус кряхтел где-то в углу а в середине комнаты стоял похожий на рассвирепевшего быка Иви. — Варко, выйди и позови слуг, чтобы они угомонили Иви. — Простите, господин Уэбер, но у нас ЧП. Вам приказано доставить очень важное письмо. — Варко, ты оглох? Все дела потом, сначала посади гадёныша на цепь и сломай ему пару ребёр, а потом… — Господин Уэбер, люди, которые попросили доставить вам письмо, сейчас ждут у входа. Они хотят получит вашу аудиенцию. Немедленно, — прибавил дрожащим голосом мужчина, протягивая Уэберу конверт. Граничащее с паникой волнение в меньшей степени сообшилось и хозяину. Он раздражённо фыркнул, потёр переносицу и махнул рукой. — Ладно, что за письмо? Какие у нас там посетители, что они не могут подождать по крайней мере полчаса? — Трое альф в чёрном, господин. Это люди генерала Гершфельда.
