Изменись для меня

Николай сидит в кресле в гостиной , подтянув ноги под себя , а голову задрав к потолку , как и правую руку , в которой держал осколок цветного стекла. Осколочек переливался , то зеленоватым , то голубым при свете солнца из окна. Сейчас был полдень и было достаточно светло. Фёдор не любил , когда слишком светло. Но всё же парень был вынужден сидеть на диване , в одном помещении с клоуном. Достоевский поглощал информацию из книги. Темная синяя обложка уже готова была отдать печатное издание в руки читателю , а сама свалиться на пол. Но все же делать было нечего , из-за этого можно было и потерпеть и почитать старую книгу. Иван ещё утром ушел на поиски и спасение Александра из новых передряг. Тот влез в долги и использовал "каннибализм" на двух боссах знаменитых компаний , управляющих банками в Йокогаме. Но , увы , его поймали почти сразу же. Именно из за этого Федора был вынужден остаться наедине с человеком , чьё поведение и настроение менялось за сущие секунды. И именно из-за голоса этого эспера , глава Крыс сейчас вздрогнул , выходя из размышлений. — Дост-кун , а какая у тебя ориентация? — теперь рука с осколка стекла была направлена на брюнета , а сам Николай смотрел сквозь острый по краям кусок. Достоевский напрягся. Неожиданно слышать такое , спустя минут тридцать молчания. Теперь тишина начала давить ещё сильнее , но Гоголь опять продолжил болтать. — просто Гончаров у нас натурал. Пушкин тоже , а ты? — Николай , зачем тебе данная информация? — ты не ответил на мой вопрос! — ладно. Я асексуал. Всё? Нет расспросов более? В ответ был лишь кивок головой. Слабый , но заметный. Достоевский достаточно долго не отводил взгляд от ладони со стеклом своего собеседника. Он не сразу почувствовал на себе взгляд того же. Спохватившись , что он не закрылся и его сейчас читают , как открытую книгу , он всё же попытался что то сделать. Ничего не получилось. Он с разочарованием вздохнул и отвёл взгляд, а вот на лбу выступила испарина. — я бисексуал , если ты хотел это узнать. — тихо говорит Николай , а после медленно встаёт с кресла , потягиваясь , как кот. Для дома есть сменная одежда. По этому Гоголь находится сейчас в обычной рубашке с длинным рукавом и штанах. Но шинель он так и не снял. Как и маску. Все остальное лежит где то на втором этаже. В его комнате. Федор же одет в темно синий бомбер с слишком длинным рукавом и длинные штаны. Любимую накидку он тоже не снимает , как и ушанку. Достоевский инстинктивно подвинулся в сторону. Ближе к краю дивана. Но это не совсем помогло ему. Николай все равно подсел близко. Федор покосился на того недоверчивым взглядом. Что ещё может взбрести в голову к этому ненормальному? Что угодно! По этому лучше будет поберечься и побыть от Гоголя подальше. Или , хотя бы , держать дистанцию. Но и этого не выходит. Сначала Коля заглянул в сам текст , что так жадно пожирал глазами брюнет , а после стал всматриваться в лицо собеседника. — а что , если тебе изменить ориентацию? — совсем тихо , чуть ли не шепотом , вырвалось из уст беловолосого. А улыбка расползалась на лице. — что? — не уверенно спросил вмиг потерявший интерес к чтению , Достоевский. — а что если тебе не сменить ориентацию , Дост-кун? — уже в пол голоса , возможно громче , чем нужно было , проговорил беловолосый. Он продолжил улыбаться. Садистская натура. Либо издевается , либо говорит из потоков мыслей правду. Достоевский застигнут врасплох. Если бы таким методом действовал враг , то можно было бы и проигнорировать , но это Коля , Коля Гоголь. Его нельзя игнорировать. Он один из подчинённых. Важное звено. Ух , мы что то углубились к обозначению Николая в организации. Вернёмся к ситуации. Гоголь уже буквально нависал над Достоевским. Книга была убрана , путем телепортации. Осколок стекла уже непонятно куда делся. Фёдор замешкался и вздрогнул , когда Коля поставил одну руку на спинку дивана. Та была единственной надеждой в спасении. Маска с лица Гоголя была убрана им же. Свету открылся зелёный , почти изумрудный глаз. — а знаешь , я ведь все это время любил тебя. Буквально с первого дня нашего знакомства. — начал говорить нависающий над Достоевским , Гоголь. — Коль.. — попытался прервать речи беловолосого брюнет. — ты был прекрасен во всём. Абсолютно во всём. А твоя способность... — не обращая внимания на попытку Феди , Николай продолжил речь. — Коля. — уже настойчивее начал Достоевский. — а ты буквально не обращал на меня вниман- — Николай! — окликнул того Фёдор , почти впервые повысив голос. И уже Гоголь лежал на спине , вдоль дивана , а Фёдор практически восседал у того на животе , но не придавливая. Обе руки были поставлены так , что голова беловолосого была посередине. Маска выпала у того из рук и упала на пол , а раздавшийся стук биения железа о дерево , пробудил Николая из раздумий. Фёдор достаточно строго смотрел на него сверху вниз , но потом взгляд поменялся и то приблизившись , опалил шею и ухо беловолосого , ели тёплым дыханием. Сам Николай покрылся мурашками и только сейчас понял , в какой ситуации находится. Щеки покрылись румянцем. Кровь прилила к ним ещё сильнее и парень немного отвернулся. В другую сторону от лица Федора. А тот в свою очередь зашептал на ухо только что вылившему чувства наружу , Гоголю. — Коль , Коля , как же ты не понимаешь , что я всегда обращал внимание на тебя и всегда следил за тобой. Твои чувства взаимны , а про ориентацию , скорее всего была ложь. — не переставал шептать глава Крыс , но потом резко остановился и аккуратно прикусил мочку уха Николая. Тот немного вздрогнул , а из уст донёсся непонятный звук , схожий с мычанием. Фёдор ухмыльнулся и продолжил так делать , а потом перешёл к шее. Гоголь сначала рванулся , но его руки оказались крепко зажаты над головой руками Достоевского. Тот немного прикусил кожу на шее у коли , но потом быстро слизал появившиеся капельки крови. Такое действие заставило второго задрать подбородок выше и подставить шею , как чистый холст для картин Достоевского. Но все же , никто не запрещал использовать способность , этим и воспользоваться Гоголь. С помощью телепортации , он очутился на Достоевском. В той же позе , что был тот. Сразу же улыбнувшись своим действиям , он поймал недовольный взгляд нижнего. Да , конечно , тот заставил реально помучатся Николая , да так , что штаны стали уже тесными. Скорее всего и у Феди тоже. Но теперь пришло время возмездия и Коля точно не уступит свое место Достоевскому. Наклонившись , он опалил своим живым и горячим дыханием губы Фёдора , а после накрыл их своими. Сначала поцелуй вышел 6ежеым и мягким , но с попыткой перехватить инициативу Федора , Гоголь углубил его и тот стал более страстным и жестким. Оторвавшись от губ брюнета , беловолосый перешёл к шее. Он начал украшать каждый сантиметр за сантиметром. В конце концов , дойдя до ключицы , он поставил метку. На каждый поцелуй и укус он получал полу-стон , полу-рык от нижнего , но на этот , он получил полноценный стон. Сразу же слизав , образовавшуюся кровь , он полюбовался своей работой. На коже шеи и в районе ключиц не оставалось и живого места. А на самой ключице красовался багрово красный засос. Тут , оба услышали щелчок замка двери , что была входной и мягкие шаги человека. Похоже Иван вернулся. Быстро столкнув с себя Николая , Федя встал и накинул на себя свою накидку. Меховой воротник помог скрыть шею. Николай , как назло забрал и шапку и книгу. Сам он уже сидел в кресле и спокойно надевал маску. Рукой Достоевский нащупал что то мягкое за спиной и усевшись поудобнее на диване , натянул шапку. Взяв книгу , тоже оказавшуюся там , он уткнулся в неё. Все это произошло за секунды , но они очень много значили для этих обоих. Ведь , если бы просек Иван , то ещё ничего бы. А вот если бы это был Александр , чьи шаги были слышны сразу за шагами Гончарова по коридору , то это был бы конец организации.