Быстро, просто и недорого

— Сань, а вот есть же у тебя байк? Прогон закончился полчаса назад, но Саша задержался у сцены: надо было обсудить насчёт декораций и закинуть удочку к тому, как бы задействовать их в связке с персонажами. Миша Горшенев, вопреки обычаю, не ушёл сразу, терпеливо топтался у выхода и, стоило Саше закончить и устало направиться из зала, сразу же прибился рядом, заискивающе посматривая на него. — Ну есть, — хмыкнул он в ответ, уже догадываясь, к чему все идёт. — Подбросишь на нем до квартиры, Сань? — тут же завел Миша. — Нет, я бы и пешком дошёл, но заебался уже, да и Москва, емое… Москва, емое… На прошлой неделе Миша заплутал на Арбате, а в день предыдущего отъезда в Питер без группы опоздал на поезд, заблудившись на площади трех вокзалов и в итоге вообще зайдя не на тот. Саша, однако, сейчас слишком устал: Горшок старался, но каким-то непостижимым образом умудрялся постоянно тянуть с собой кучу проблем. Будь это не поздним вечером — репетиция сегодня выдалась крайне тяжкой и затянулась, к тому же, — Саша бы подумал, но расхлебывать сейчас проблемы, которые, вполне возможно, навалятся из-за этой Мишиной авантюры, желания не было. Он уже собирался было отказать, но… — Подбосишь, Саш? — снова вопросил Миша и заглянул ему в глаза, сложив брови домиком. Саша поймал себя на том, что абсолютно не находит сил сказать «нет».

***

До паркинга, где Саша оставил байк, было совсем близко, а на улице царило оживление, свойственное для вечера. Миша рядом шагал молчаливо: признаться честно, попервости, после знакомства, Саша отчего-то ожидал от него болтливости по любому поводу, но быстро выяснил, что ожидания мало имели общего с реальностью. Миша мог говорить много, но больше на темы, волнующие его. На парковке Миша с важным видом знатока сначала ходил чего-то вокруг мотоцикла, выглядывая, подергал руль, покивал. На радостях он урвал у Саши его солнцезащитные очки и теперь, в них и в своей косухе с заклепками-черепами, с зачесанными назад наполовину седыми волосами, походил на владельца байка больше, чем сам Саша. — Катался раньше, умеешь? — спросил у него Саша, протягивая свой шлем. — Умею, но не катался, — с энтузиазмом заявил Миша. На шлем глянул весьма скептически, как будто хотел заявить, что такая защита не для него, и вот это все, но отчего-то не стал. Натянул шлем — очки пришлось снять, — долго возился с застёжкой, кажется, умудрился защемить себе кожу у подбородка, о чем уведомил неразборчивыми ругательствами себе под нос. Саша, не сдержавшись, шагнул ближе, убрал его руки в сторону, застегивая сам и невольно отмечая, что над левым глазом у Миши небольшой шрамик — интересно, откуда? А нос косит немного в сторону, как будто подвинувшийся в драке и так и не вернувшийся на место. — Держись за меня, Миш, только крепко, — сказал Саша, уже привычно усевшись. Миша тут же вскинулся, глянул возмущённо. — Что мы, как эти будем, что ли? — Какие эти? А как, ты думал, мы вдвоём на байке-то поедем, Миш? Возмущения тут же пропали. Миша, повертев головой, все-таки уселся за спиной. Саша ожидал, что он будет держаться едва-едва и придётся ещё уговаривать его ухватиться покрепче, но он опять сломил все ожидания: послушно обнял за талию руками, притерся сзади, поерзал — байк от этого заходил ходуном. Вообще-то под сидением имелось за что ухватиться; совсем не обязательно было держаться именно за талию, но Саша сказал себе, что так надёжнее, так меньше вероятность, что Миша с байка куда-то улетит. Притирающийся сзади большой мужик ощущался непривычно: не то чтобы Саша часто катал кого-то, разве что с девушками бывало, и то давненько. Когда выехали на дорогу, теплое и большое вдавилось в спину как будто ещё сильнее — Саша ощутил, как Мишины пальцы стискивают его бока. Задумался: улететь боится или он это на всякий случай, для надёжности так вцепился? Ему казалось, что он слышит, как Миша шумно дышит ему в ухо: быть того, конечно, не могло — Миша сидел в шлеме, у байка ревел мотор, ветер бил шумом по ушам. По спине отчего-то ползли мурашки, и Саша еле удерживался от соблазна повести плечами. Отвлекаться от дороги на это все непонятное было нельзя, но до Мишиной квартиры действительно ехать пришлось недалеко, и Саше хотелось вздохнуть с облегчением, когда он останавливал байк во дворике. Не то чтобы жмущийся сзади Горшок был ему неприятен, просто ощущения… странно, короче. Миша отлепился почти сразу, слез, с непривычки чуть не зацепившись ногой за глушитель. Расстегивать шлем, конечно, тоже пришлось Саше. — Круто было, пиздец! — взбудораженный Миша уставился на него довольными блестящими глазами, а потом будто бы даже смутился. Улыбнулся широко-широко. — Спасибо, Сань, давно хотел. Ты это, заходи там, попить чего-нибудь… Саша тоже улыбнулся в ответ, давя непонятный порыв: волосы Миши из-под шлема растрепались, и одна прядь чуть не лезла в глаза так, что очень хотелось её убрать. — Не, Миш, мне пора, устал сегодня, да и до дома ехать ещё, — мотнул он головой, вновь усаживаясь на байк. Фантомные ощущения пальцев, вцепившихся крепко в бока, не хотели покидать тело ни тогда, когда Саша ставил байк на парковку у собственной квартиры, ни тогда, когда он отпирал дверь, ни тогда, когда устало завалился на кровать, даже не поужинав. Желая от них избавиться, как будто стряхнуть, он провел ладонью прямо поверх футболки там, где Миша цеплялся за него пальцами. Не помогло, только как будто прибавилось воспоминаний о теплом сзади. Саша закрыл глаза. С декорациями надо было решать вопрос.