forever???????

      Этот май пах иначе. Безысходностью, пустотой и желанием проглотить все закаты, что приходилось встречать в одиночестве. Да пропади оно все пропадом! Солнце полизывало мертвецки бледную кожу через окна автомобиля, желая оставить как можно больше отметин. Тяжелая голова не пропускала в себя ни одну мысль, все они роем столпились где-то вокруг почти разрядившихся наушников «Болван», «бездарь», «ничтожество», «а на что ты вообще способен кроме дурацких слез?» — доносилось в моменты внезапной тишины между переключающимися песнями. Минхо не плакал. Совсем. Потребность во влажности исчезла сама по себе, стоило только найти ей достойную, а главное тайную замену. В связи с этим идея поездки в глухую деревушку возле моря казалась еще менее привлекательной. Зной, люди и пощипывания от соли на ранах — какая неприятность Багаж и просьба его перенести не вызвали никакого интереса, чего нельзя было сказать о покосившемся, но все еще неплохом домишке. Забор, правда, ни к черту, трухлявый и абсолютно безнадежный как будущее Ли. Массивная дверь даже не была заперта к удивлению незваного гостя. Глаза быстро отыскали чердак — там-то он и планирует проводить свое последнее свободное лето. Небольшое помещение, казалось, застали врасплох: полоска медового света, проникающая через слабо сдвинутые ставни, простая деревянная мебель, добротно покрытая многолетней пылью, бездыханные божьи коровки в уголке и местами прогнившая крыша. Впрочем, постояльца это нисколько не смущало, даже наоборот. Отсутствие людей — вот его главный критерий Тело рухнуло на потертый временем пол, пересчитывая ребра сквозь огромную футболку. Руки потянулись к ушам, поправить вечно спадающие наушники, но были вовремя одернуты — вспомнил, что пришло время забросить их в кейс для зарядки. Обычно тишина давила, сжирала остатки спокойствия, спускала с поводка страхи, сейчас же было затишье. Непривычно, пусто и урчит живот А чего он вообще боится? Минхо заставляет себя подняться с пола Себя? Мерзлые пальцы старательно затягивают шнурки на истертых конверсах Других? Карман провисает от груза в виде дешевых сигарет и стащенного с домашнего камина коробка спичек Боли? Ступени протяжно скрипят, а Ли, оставляя их позади, хватает из открытого рюкзака упаковку шоколада и громко, прикладывая все усилия, впечатывает входную дверь в проем, желая оповестить родителей о своем скором уходе Теплый ветер торопит, куда-то подзывает, прокладывает дорогу. Минхо не идет за ним, ему лишь бы убежать от себя, да от кинжалов, что так отчаянно впиваются в сердце один за другим, без продыху. Он — плоть и кровь, но как же хочется состоять из мерзлых звезд, чтобы ни одна живая душа не сумела пробить его броню, выстроившуюся за миллиарды лет. Как бы он хотел, чтобы любовь и привязанность обходили его стороной, не смели даже мельком касаться. Как же страшно нуждаться в ком-то — вот что он заучил навсегда. Эти сложенные буквы хранили в себе игольницу вместо потрепанного сердца, широко распахнутые то ли от шока, то ли от боли глаза и чужие руки, которые что-то выламывают, разрывают и выкручивают. Его не научили как обращаться с чувствами, лишь дали дурацкие сказки о вечной любви и выбросили в океан нескончаемых слез, где необходимо обороняться, крепчать, вот только нечем. Любовь — это не Ли Минхо Пляж на закате представляет собой удивительное зрелище: мягкий песок, словно раскрошенная карамель, волны, тихо накатывающие на берег, даруя пусть и мимолетное, но такое ценное ощущение легкости. Все тот же ветер небрежно играл с волосами, а тёплый воздух наполнял легкие ароматом соли и свежести. В такие моменты закатное солнце казалось приятным как встреча с давним хорошим знакомым. Море успокаивало, подбиралось все ближе к истоптанной подошве, утопающей в золотистых песчинках. Оно не забирало боль, не заполняло пустоту, все вернется с первым отливом, а возможно и накатит сильнее после возвращения домой. Но сейчас все хорошо: молочный шоколад приятно плавится внутри, локти царапают острые камни и полузакрытые веки подрагивают от алеющих теплых лучей. Руки потянулись к одному из карманов шорт в попытке достать желанное курево — И зачем ты строишь из себя хорошего? Мы снова наедине, чего не кусаешься? — Взгляд устремлен в небо, на яркого гиганта. Чиркает спичка — А может я действительно неплохой, м? — Ли судорожно вынимает изо рта еще не зажженную сигарету, тушит о валун спичку и с яростью вскидывает взгляд в сторону источника звука — Придурок! Ебаный придурок! — Минхо не планирует закрывать свой рот до тех пор, пока не испустит все свое негодование на этого щекастого парня, оказавшегося здесь так невовремя — Еще не познакомился, а уже такими словечками бросаешься. Неужто воспитание совсем хромает? — Это уж точно не твоя забота — Юноша нервно выдыхает, теряя всякий интерес к незнакомцу — Лучше отвали и дай спокойно покурить без лишних глаз Его слова проглатывает шум волн, оставляя без ответа. Молодой человек напротив в нерушимом спокойствии опускается на соседний крупный камень. Темные кофейные глаза, спадающие на них кудрявые волосы, путающиеся от морской соли, сережка в правом ухе и почему-то притягательная улыбка. Улыбался он, конечно, не Минхо, а невесть чему, но по-прежнему чисто, ощущаясь глотком свежего воздуха Пепел спадал на пальцы, откуда уже уносился слабым ветром куда-то вдаль — Эй, заканчивай курить, самое красивое пропускаешь, смотри! — Парень с нескрываемом интересом указывал пальцем в море, а второй рукой потянул Хо за край длинной футболки — Я, по-твоему, море не видел? Битый час уже только на него и смотрю — Взгляд метнулся к лицу собеседника, но вынужден был тут же вернуться к волнам — Нет же, ты не понимаешь — Залепетал молодой человек и притянул Ли за запястье, вынуждая сесть рядом — Только глянь, какая красивая пена, а волны какие, все на поверхности отражается. Шум еще приятный, слышишь? От незнакомца пахло свежестью, загорелой кожей и кокосом. Ледяная кожа почти прогорела от касания его теплой мягкой ладони. Вдохнуть удавалось с трудом, с выдохом еще сложнее. Хотелось понять этот запах, задержать его, не позволить ветру украсть все без остатка — Я же говорил! — Юноша просиял, глядя прямо в глаза с широкой улыбкой — Даже дыхание от красоты сперло, да? — Не то слово — А Минхо все еще не может отвести взгляд от выточенного, такого притягательного профиля — И правда дух захватывает — Джисон — Лед снова попытались растопить опаляющим касанием, ладони соприкоснулись в дурацком рукопожатии — Минхо, Ли Минхо — Любишь море, Ли Минхо? — Голова чуть склонилась набок, снова всматриваясь в лицо напротив. Что он пытается выискать там? Да не научился он любить, черт возьми — Люблю, так заметно? — Глаза напротив расширились, а пухлые губы растянулись в теплой улыбке — Возможно. Местных здесь не встретишь, разве только по особой нужде приходят раз в столетие, а на тебя удалось наткнуться — А про себя чего не расскажешь, Джи-сон? — Ли пробовал имя нового знакомого на вкус, произнося нарочито медленно, повторяя мысленно каждую букву — Мы с морем почти одно целое. По утрам люблю встречать на берегу рассветы, днем загорать или наблюдать за пляжем, а вечером расслабляться, вслушиваясь в шум приходящих волн. Ему я рассказываю самые сокровенные тайны, в нем тушу свечи с торта в день рождения и иногда играю с ним в прятки — Ресницы слегка подрагивали, а Хан лишь смешно болтал ногой по ходу рассказа — Прятки? И как оно? — Соленый приятель всегда побеждает, куда ни заберись — Парень пожал плечами, кусая нижнюю губу, что не скрылось от изучающего взгляда Минхо Внутри поднималось желание подорваться с места и броситься бежать как можно дальше, выделить в голове весь сегодняшний день и нажать delete. Без музыки всегда дрожали руки, сейчас тепло чужого тела отгоняло тревогу и льды, к которым он так привык. Снова хотелось спрятаться, но получалось только обходить взглядом каждую черту лица Джисона, постепенно таять как молочный шоколад в кармане от жара его случайных, таких легких касаний и тяжело сглатывать Джи забавлял интерес, плескавшийся в кошачьих глазах напротив. Новый человек пришел в его жизнь так неожиданно, даже сумасбродно, отчего желание удерживать его там как можно дольше только крепчало, правда, планы моря с этим не сходились Уровень воды постепенно падал, заставляя поежиться от прохладного ветра, застревающего в волосах — Мне пора, Хо — Хан достаточно быстро улыбнулся и поспешил подняться, отряхивая шорты от налипшего песка Ветер быстро слизал с ладони тепло чужих рук, заставляя порывисто закусить щеку изнутри и выдавить улыбку вслед — Давай я тебя провожу, хочешь? Мне не сложно совсем, заодно местность покажешь — Ли неожиданно для самого себя произнес это и в ту же секунду захотел ударить себя по блядским губам — Я.До скорого, Минхо, в другой раз, ладно? Извини, спешу ужасно — Парень сжал губы в тонкую линию и активно замахал руками, попутно отдаляясь — Идиот навязчивый… — Влажная ладонь с характерным шлепком коснулась лба — Главное, чтобы этот другой раз вообще случился Вяло переплетая ноги, Ли по прошествии получаса оказался возле места своего временного пребывания. В маленьких окнах горел тусклый свет, а из приоткрытой входной двери доносились такие привычные слуху крики — Пришел, вы только посмотрите на него! — Женщина повышала чуть охрипший голос с каждым словом, переходя на крик. Кухонный стол украшала россыпь разноцветного стекла: осколки пивных бутылок, бокалов и купленной отцом бутылки виски Отвратный запах, стоящий в комнатах первого этажа, заставлял скривиться, сдвинуть брови и, не желая задерживаться ни на секунду, посмешить к лестнице — Даже не соизволишь с матерью поговорить? Неблагодарная скотина! — Вслед Ли полетела еще целое горлышко одной из стеклянных бутылок, что, столкнувшись с деревянными перилами, разлетелось на осколки по всему пыльному полу Щеколда стала спасительницей хотя бы на эту ночь, позволяя наконец выдохнуть и сбросить все напряжение. Море выставило счет за подаренное спокойствие

***

Ночью чудилось то теплое спокойствие, беззаботное время и жар майского солнца. На языке крутились кокос и соль морской моды. Утром стало дурно как никогда, где-то в животе стянуло крепкий узел, что так невовремя не позволял вдохнуть полной грудью. Где-то вдалеке пели птицы Какая-то мысль пульсировала так сильно, отдаваясь в виски. Что-то не давало покоя совсем. Едва разлепив глаза, Ли принялся затягивать шнурки на еще более потрепанной обуви. Те же шорты, та же пустота в желудке, только футболка другая. Ступеньки вновь предательски разрывали плотную тишину своим скрипом. Видимо, недостаточно громким, чтобы разбудить крепко спящую на стуле женщину. Пользуясь моментом, Минхо быстро вытащил из коробочки несколько бумажных салфеток и завернул то карамельные, то шоколадные звезды, пряча в своих больших карманах. Он старался ухватить как можно больше, вдруг удастся встретить нового знакомого. Мысли о нем сразу же выступили ключом к зудящей двери — он думал о том, как встретил Джисона на пляже. Несусветная ерунда, Ли Минхо Хлопок тяжелой двери поднял пыль и закружил в лучах рассветного солнца. Припекало так, что казалось вот-вот расплавишься и обратно уже не склеить — Еще и кепку забыл, вот же — Досадно усмехнулся парень, выводя из-за дома велосипед. Новым он не казался, но и не разваливался на ходу, значит сойдет Звезды начали крошиться в карманах, стоило только начать крутить педали. Оторвав руку от руля, Минхо смахнул влажную от пота челку, продолжая ехать прямо к пляжу. Глаза прикрывались от ослепляющих лимонных лучей, футболка была готова налипнуть, да и сил постепенно становилось все меньше и меньше. Счастью Ли не было предела, когда послышалась первая волна. Морской шум еще никогда так приятно не ласкал слух. Первые песчинки ловко пробрались к цепи, колесам и конверсам, усложняя проезд стократно — Сука, дурацкий велосипед, и песок дурацкий, бля-бля-бл… — Кудрявая макушка заставила замолчать на половине слова и растянуть искусанные до крови губы в осторожной, но искренней улыбке Хан растянулся на теплом, еще не до конца нагревшемся песке, в задумчивости поглядывая на кепку, что так рьяно крутил у себя в руках. Резкий громкий звук позади него оборвал дрему, заставляя вынырнуть на поверхность и обернуться — Привет, Джисон — Рядом с новым знакомым валялся старенький велосипед, полностью заполнивший песком корзину спереди — Привет, Хо — Нервно быстро пролепетал парень в попытках подняться — Напугал так напугал, мстишь за наше знакомство? Ли просиял и тихо засмеялся, оказываясь в теплых и немного царапающих приставшими песчинками объятиях. На миг показалось, что солнце уже не так припекает, ноги не подкашиваются от непривычной нагрузки, да и на душе больше не скребут кошки. А ведь сейчас его вылечила даже не музыка — Ты чего такой уставший? Торопился куда-то что ли? — Взгляд Джисона блуждает по влажному лицу Ли, плавно перескакивая на его тело — А, это. — Парень тушуется и быстро оценивает, стоит ли вновь говорить все, что он так желает — Хотел тебя встретить Хан молчит, но его выдает искренняя улыбка, что теперь для Минхо дороже взятого тайком от матери шоколада. Сейчас он улыбается ему, а не морю. Сейчас это поднимает волну мурашек Рука парня неожиданно быстро обжигает свои прикосновением в уже полюбившемся жесте и затаскивает обоих на растерзание ленивым волнам. Прохлада кажется билетом в рай, особенно если ладони Джисона все еще касаются его бледных пальцев. Тот смеется беззаботно, глотая соленую воду, стоит только накатить волне. Хо сам еле касается дна, удерживаясь на добром слове и уже чуть окрепших ногах, но крепко держит свободной рукой виновника шалости, желая рассмотреть и запомнить в нем каждую деталь, почувствовать кокосовый аромат и путать пальцы во влажных кудрях Ли приходится вынырнуть из приятного наваждения из-за внезапно ослабшей хватки Джисона на его руке. Взгляду быстро представляется надвигающаяся мощная волна и на ум приходит их шаткое положение прямо сейчас — Ли Минхо, эту я не выдержу уже — Парень прерывается на кашель, желая избавиться от морской воды в неприятно саднящем горле, но по-прежнему улыбается глазами — Хватайся давай, несносный — Хо позволяет юноше сцепить руки вокруг своей шеи и общими усилиями оказаться на берегу, подальше от возможных приключений, не имеющих счастливого конца — Клянусь, замышлял только шалость — Кашель все еще не стихает, время от времени сменяясь смехом — Зато тебя охладили Однако внутри Ли все горело адски. Снова полная тумана голова, волна тепла где-то в районе груди и бешено колотящееся сердце. Не дожидаясь ответа, Джисон опустился на вчерашние валуны, приятно холодящие спину. Минхо присел рядом, выуживая из кармана сладких гигантов. Салфетки шуршат, привлекая внимание еще более размякшего чем они парня. Тот вытягивает руки в ответ на кивок-предложение — Я хочу видеть тебя как можно чаще — Минхо стискивает зубы, разгрызая последнюю белую звезду — Меня приносит прибой, ничего не могу поделать — Ответ дается Джи непросто, ведь самому хочется впечатать парня с прищуром как у кота в память, занять подранные губы не сигаретами, а поцелуями, просто быть рядом в конце концов — Это ты загадку так предлагаешь разгадать или тебя? — Ли смотрит пристально, чуть сводя брови, желая найти ответ в манящих глазах напротив — Как это понимать? — Ровно как я сказал — Хан хрустит карамельной звездой и прикрывает глаза, сбегая от прикосновений солнца — В море живу Минхо лишь улыбается, изо всех сил пытаясь поверить в слова собеседника — Ты печенье пробовал когда-нибудь? — Белоснежные свертки вываливаются из опустевших карманов, оставляя след из шоколадных и карамельных крошек — Я принесу. Столько могу, что жевать устанешь. Там же в море такое не готовят, а у нас хоть отбавляй. Еще чай тебе свой любимый приготовлю, он ароматный и к печенью замечательно подойдет Джисон блаженно прикрывает глаза, треплет Ли по волосам и, чувствуя ладонью, насколько нагрелись под лимонными лучами темные пряди, накидывает свою кепку — Я еще тебе песни свои любимые включу! — Минхо светится от радости, совсем не думая о том, сколько он болтает, громко ли это, навязчиво ли. Он просто счастлив, сам не знает отчего — Буду чертовски рад — Парень затягивает Хо в крепкие объятия, горячие и на этот раз мягкие. Он пахнет лавандой. Аромат плутает между кудрей и застревает в мокрой футболке. Только оказавшись еще ближе, удается почувствовать бешеное сердцебиение обоих Вечер словно легкое покрывало незаметно оказывается на плечах. Прохлада подкрадывается из неоткуда, покалывая кончики пальцев. Душа согревалась в объятиях не хуже продрогшего некогда тела. Почти не вздымались уставшие волны, волосы лишь слегка подрагивали на ветру, а море утопило страхи. Счет не играл никакой роли, ведь сейчас море Ли — Джисон. Нежный, позволяющий дышать без опаски, не поджидая предательства, пропитанный любовью и теплом солнца под загорелой кожей. Это море теперь хранило в своих водах достаточно их секретов — Ты не против подождать немного, Джи? — Парень поднял взгляд и уставился в глаза, ожидая ответ — Холодает, я бы принес обещанный чай и пледы — Конечно, никаких проблем, кот Последнее слово прострелило голову, вынуждая сердце совершить кульбит. Кончики ушей покраснели, а на лице показалась неловкая улыбка. Педали крутить теперь казалось невероятно легко. Когда это нужно карамельному Джисону, любая помеха кажется пустяковой. Скрипучий транспорт останавливается у едва стоящего забора. Свет. Блядский свет из окон — Была ни была, ма-ту-шка — Минхо переступил порог, моментально давясь спертым воздухом в кухне. Она снова пьет, как удивительно — Аай, сынок — Женщина тяжело поднимается со стула, пытаясь заключить Ли в объятия, не потеряв при этом равновесия. Парень отстраняется, засыпая в термос чай. Карманы в миг становятся набиты шоколадным печеньем, а тишину прорывает звонкий хлопок. Щека пылает, отрезвляя некогда окрыленного юношу — Сукин сын, только попробуй сюда вернуться! В последние минуты для побега Хо хватает приготовленный чай, чью-то куртку с вешалки и, уворачиваясь от очередного удара, с треском захлопывает дверь — И пусть, главное успеть — Ли забрасывает вещи в корзину на руле и вновь, не жалея сил, крутит несчастные педали. Только на середине пути простреливает во второй раз — отлив. Он готов вывернуть легкие наизнанку, стереть остатки подошвы или вовсе поплыть за ним, только бы успеть. Ветер протягивает руку помощи, охлаждая покрасневшее лицо. Он хочет быть с ним, определенно и точно. Видеть как отражаются медовые солнечные лучи в его волосах, как подрагивают ресницы при малейшем порыве ветерка, посмотреть с ним все фильмы мира, надкусить все печенье и приготовить свое, очерчивать губами пухлые щеки и кричать каждому закату, что теперь он встречает его не один, вылечить каждый свой шрам его теплом и завести рыжего кота. Любовь — это Хан Джисон Песчинки снова собираются вокруг колес, вбирая их в бездонную воронку. Как же Минхо боится увидеть пустое побережье, оставленную им кепку и холодные валуны. Как же он этого не хочет. Приливы — отливы, да что за бред? Он хочет быть рядом всегда Пляж встречает тишиной и издевательским мерцанием звезд. Он даже не встретил закат в его объятиях, вот черт. Миллионы глаз свыше устремились на него, то ли безмолвно насмехаясь, то ли вовсе не обращая внимания. Вот бы их всех разом потушить и разгрызть как карамельные сегодня. Надежда готовится отпускать ладонь Ли, но вовремя останавливается, замечая спящего юношу, прислонившегося спиной к массивным камням. Футболка сползла, оголяя одно плечо, рот совсем немного приоткрыт, а кудри спадают прямо на лицо. Первые секунды били по лицу и щипали за руки, лишь бы пробудить и без того тяжело дышащего Минхо, но безуспешно. Ему удалось лишь опуститься рядом с Джисоном, выуживая из корзины сверток с обещанных печеньем и его любимую чашку с черным котенком — единственная выстоявшая после материнских истерик. С особым наслаждением заполняя ее дымящимся напитком, Ли неожиданно для самого себя вздрогнул от теплых ладоней, обвивающих талию. Справа от него находился самый родной и теплый взгляд. Они встретят рассвет, он придет, знали оба В карамельном чае растворялись звезды, а мягкие губы Джисона накрыли чужие. Переплетенные пальцы и спрятанные в море бесчисленные влажные поцелуи. Любовь — это все же про Ли Минхо Этот май пах иначе. Дымящиеся чашки чая, хрустящие звезды, морская пена и тепло загорелой кожи