Призрачный шанс

Конечно, Гарри было ужасно интересно. Все эти намеки от Снейпа добавляли масла в огонь, он чувствовал себя как приобщенный к какому-то таинству. Высокий мужчина повел его на второй этаж. Там они вошли в ничем не примечательную гостевую спальню, и только Гарри подумал, что с ним просто поговорят, как хозяин дома дернул один из канделябров возле кровати и что-то пробормотал. От его действий кровать в комнате рассеялась, как иллюзия, вместе с ковром, который покрывал весь пол комнаты. Открылся вид на большой люк в полу, закрытый добротными дубовыми створками. Ни ручек, ни колец. Ничего, чтобы можно было подцепить и открыть проход. Северус снова что-то пробормотал, и створки распахнулись, обнажая лестницу, уходящую в темноту. – Идем. Волшебники зажгли люмос и начали спускаться. Гарри молча следовал за наставником, хоть ему и не терпелось прокомментировать все происходящее. Лестница вела, по ощущениям, очень глубоко - несколько этажей под особняком, это точно. Наконец они уперлись в простую деревянную дверь, от которой очень фонило чем-то густым и тяжелым. – Ты чувствуешь что-нибудь необычное здесь, Гарри? Юноша большими глазами посмотрел на мужчину, возвел глаза вправо вверх, прислушиваясь к себе. Почмокал ртом, встряхнул рукой. – Я чувствую… Как будто меня обволакивает осязаемая темнота. Она мягкая, но немного липкая. На языке ни с того ни с сего появился привкус лакрицы, а кончики пальцев покалывает. Северус с интересом уставился на мальчишку. Обычно люди описывают более некомфортные ощущения от присутствия в подобных местах. – Запомни это чувство. Оно будет появляться каждый раз, когда ты будешь сталкиваться с концентрацией темной магии. Это может спасти тебе жизнь. В этой комнате темные заклинания призваны охранять очень темные артефакты. Добро пожаловать в мою тайную лабораторию, Поттер. С этими словами Снейп распахнул дверь. За ней тут же вспыхнули жаровни с волшебным огнем, вырывая из тьмы довольно большое помещение с высоким потолком. По одной стене шли многочисленные стеллажи, заполненные фолиантами и свитками. По соседней, на максимальном отдалении от бумаги, стояли столы с зельеварческим оборудованием. Напротив двери в стене была арочная ниша, в которой хранилось очень много шкатулок и футляров разных размеров и материалов. Ниша была отгорожена от остальной комнаты тонкой пеленой какого-то защитного заклинания. Снейп провел гостя к нише, остановившись у завесы. Гарри встал за его плечом, за что получил одобрительный взгляд. Мужчина поднял палочку и начал выводить ею замысловатые пассы, абсолютно безмолвно. Юноша тем временем завороженно наблюдал, как от сложного колдовства завеса истончается, идет рябью, и, наконец, исчезает. Волшебники подошли ближе. В самом центре стояли пять шкатулок из белого камня, все разных размеров. Снейп коснулся пальцем одной из них и она открылась. Внутри, на тканевой подкладке, лежал медальон с огромным изумрудом, поверх которого была выгравирована змея. Гарри тут же уставился на вещицу, как завороженный. Его разум зашептал о красоте вещи, ему захотелось прикоснутся к холодным граням украшения. Забрать себе. Спрятать. Внезапно его запястье крепко схватили, и юноша вынырнул из транса. Оказалось, что его рука почти коснулась медальона. – Что? Как? – непонимающе уставился он на свою руку, как будто она не принадлежала ему вовсе, – это крестраж? – Да, один из них. Все найденные вещи здесь, под особой защитой. И сейчас мы пополним коллекцию. Северус коснулся шкатулки покрупнее, та открылась и оказалась пустой. Из-под мантии зельевара появился сверток. Он осторожно развернул ткань, и, не касаясь самого предмета, аккуратно положил диадему на подготовленное для нее место. Синий камень отразил свет. Гарри залюбовался украшением. – Какая красивая. Возможно ли сохранить целостность вместилища? От этого вопроса на лбу Снейпа появилась скорбная складка. Он прикрыл глаза и тяжело вздохнул. – Как ты заметил, Дамблдор не знает, что я не уничтожил крестражи. Я не стал торопится, пока мы не соберем как можно больше. Это опасно, я знаю. – Почему эти вещи так завораживающе действуют на меня? Мне очень сложно отвести взгляд. Я хочу прикоснуться. Забрать себе. Это как будто… не мои мысли. – Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Приведя тебя сюда, я доставил в эту комнату еще один крестраж. Повисла пауза. Гарри нахмурился, непонимающе глядя на наставника. Но потом зеленые глаза распахнулись от осознания. – Но как? Как такое возможно? Вы уверены? – К сожалению, да. Твоя реакция дополнительно подтвердила, что ошибки нет. Именно поэтому я прячусь от Альбуса - он думает, что тебе придется умереть, Гарри. Но я этого не допущу. – И как же вы сможете это провернуть? – Мы воскресим Темного Лорда, Гарри. И он не сможет отказать мне в маленькой просьбе. *** – Как это - пропал? В смысле - пропал? – от крика Беллатрисы дрожал хрусталь в мини-баре кабинета, – как ты мог такое допустить? – Если бы я знал! В один прекрасный день самое охраняемое помещение поместья оказалось вскрытым! Никто ничего не видел, не слышал, не чувствовал! Эльфы как один твердят, что их всех разом усыпили! – Хороша защита! ТЫ должен был охранять вещь Повелителя как зеницу ока! Когда он вернется… – Я очень надеюсь, что нет. Повисла пауза. Леди Лестрейндж разъяренно смотрела на хозяина кабинета, который нервно теребил трость в руках. – Как ты смеешь… – Вспомни! Вспомни что творилось в последние полгода перед его исчезновением! Как волна безумия накрывала нас, как только он входил в зал! Я хочу забыть это время, стереть из своей памяти! – Ты поклялся, Люциус! – Я не клялся безумцу! Все должно было быть не так! Неужели ты забыла? Я знаю, ты любила его, но это было слишком! Белла осеклась. Негодование и ярость грозились затмить ее рассудок, но разум взял верх. – Я хочу верить, что мы сможем все исправить. Сказать честно, я не помню… последнее время… Помню только, как очнулась в какой-то подворотне с ощущением страшной утраты. Я больше не чувствовала его. Я не знаю, что бы со мной было, не появись на моем пути Гермиона. Девочка спасла мне жизнь. Она медленно выныривала из небытия. Под веками мелькали вспышки, в голове звучало эхо криков - чьих? - отчаянных, обезумевших. Глаза распахнулись, и тут же зажмурились от яркости низкого, серого неба. Горло саднило, язык прилип к небу. Тело болело. В спину что-то впилось. Хриплый стон вырвался из пересохшего горла. Тело через боль приняло сидячее положение. Слезящиеся глаза приоткрылись, оценивая обстановку. Какой-то старый дом. Крыша обвалилась, на горе трухлявых досок и каменной крошки она и оказалась. Накрапывал дождь. Она нащупала палочку, которая оказалась на месте. Хорошо. Голова шла кругом, мысли путались. Что произошло? Как она здесь оказалась? Грязная спутанная прядь волос лезла в лицо. Как долго она здесь? Воспоминания возвращались вспышками боли. В душе ощущалась болезненная пустота. Она схватилась за правое предплечье. Посмотрела на свою метку. Крик отчаяния спугнул притаившихся под крышей ворон. – Нет, нет… мой господин… это не может быть правдой… Порванный подол платья не защитил внезапно ослабевшие колени от удара о пыльные камни. Она рыдала, срывая ногти на руках об пол, разбивая кулаки в кровь. Но боль физическая не заглушала боли потери. Со временем рыдания стихли. Тихие всхлипы тоже. Ярость пыталась прорваться сквозь скорбь, но на нее не было сил. Она поднялась на ноги. Размазала слезы на лице грязной рукой. Вдох. Выдох. Нужно собраться. Она подняла палочку. Звук аппарации разорвал тишину.