Идеальная поза

Как бы Егор не старался, у него все равно не получалось привлечь внимание Глеба самостоятельно. Он, очевидно, стеснялся Глеба, совсем чуть-чуть. Можно задаться вопросом, почему Егор все ещё стесняется Глеба, хотя они встречаются как полтора года, и любовью они занялись уже двенадцать раз. Да, в течении двух недель они смогли дойти до числа двенадцать не принимая много усилий, но попотеть всё же пришлось. Страсть, которая бушует между Глебом и Егором разрасталась с того момента, как они занялись сексом в первый раз, любовь росла. Глеб любил Егора так же, как и Егор Глеба. Они были скреплены этой розовой лентой счастья и, как бы это пакостно не звучало, похоти. Они сильнее закрепляли в себе похоть, они как будто были ее приспешниками, они вдыхали похоть всеми лёгкими, они жили благодаря похоти. Что уж здесь ещё сказать. Момент когда это произошло... "Займёмся этим в первый раз?" ...все как-то поменялось. Оба влюбленных стали ближе к такому действию, как интим. Это было прекрасное чувство, прекрасное ощущение, которое заполняло до последней капли двоих парней. Егор стеснялся Глеба не потому что сам Глеб его как-то пугает, а из-за того, что Егор боится недопонимания, или... "Это вы во всем виноваты!" ...предательства? Все-таки иногда Егор понимал, что не предложи Глебу встречаться, ничего бы не произошло. Сама мысль того, что они встречаются занимаются любовью когда захотят, вселяла в Егора небольшой ужас, какую-то панику. И было непонятно, нравится ли ему то, что происходит. Было до сих пор непонятно, нравится ли Глеб ему по-настоящему, или нет? Глеба же удручала лишь одна мысль, что они в один перестанут встречаться и навсегда лишатся возможности насладиться плодами похоти. Глебу все же хотелось больше тепла от Егора, ему хотелось больше узнать его внутренний мир. Но когда же это свершится? Это оставалось загадкой для двух парней из одного класса. И все же они встречались как и раньше, у них не было разногласий, не было огромных споров, насчет того, что кто-то из них сделал что-то не так. Они жили в спокойствии и ласке, постоянно даря комплименты друг другу, постоянно любя. И эта вся гармония укрепляла их отношения, все становилось гораздо лучше и мелодичней. Их любовь была на грани самого великого счастья. Можно сказать, если бы они не начали встречаться, они бы не были поистине счастливы. И когда была поздняя ночь, им совершенно не хотелось спать, у обоих был энтузиазм к чему то большему, чем просто валяться в постели без дела. Они хотели сделать это в двенадцатый раз, они захотели положить в копилку еще один очаровательный секс в их жизни. И как же была прекрасна эта теплая и нежная ночь, будто каждая ночь у них была лучше другой. Каждая ночь им казалась просто магией, и ничего больше. Ведь ничего не может быть больше магии, которая царила над их страстями. Над ними порхало что-то необыкновенное! Но они оба, ни Егор, ни Глеб, в этом жутком экстазе не заметили за окном ярких вспышек маленького карманного фотоаппарата. На улице стоял теплый воздух июня, который бил в нос ярким запахом будущих дождей. Был слегка светлый вечер, приближающийся к ночи, слышалось звонкое скрежетание сверчков. В одном двухэтажном частном домике на первом этаже горел тускловатый желтый свет, выделяющий окно в неосвещенном дворе. Друзья в комнате Дани играли в монополию, кости звонко трещали на зеленом поле, предвещая ход следующего игрока. Артему, Егору и Глебу было по особенному весело, кроме Дани. Он старался сидеть со строгим видом, качественно продумывая план действий. Иногда это настораживало остальных, но все равно это была крайне удачная тактика. В конце своего удачного и гениального хода, Даня резко поднялся и басистым голосом продекламировал на всю комнату: - Дамы и господа, я отлучусь на улицу чтобы большим удовольствием выкурить сигариллу на свежем воздухе. - он раздвинул руки. - Кто-нибудь со мной? Глеб слегка усмехнулся: - Кого же ты увидел здесь из дам? Ну давай что-ли я составлю компанию. Глеб встал и пошел вместе с Даней на улицу, чтобы подышать свежим и несвежим воздухом одновременно. Глеб никого не стал ждать из остальных, ведь знал, что эти остальные больше не курят. Оба вышли на крыльцо, Глеб уперся на периллу, а Даня, покопавшись в кармане, достал металлическую пачку сигарилл от Давидофф, одну предложил Глебу а другую сунул себе между зубами. И оба закурили, к счастью у Глеба нашлась своя зажигалка. Они стояли, смотря на соседние дома и устало задумываясь над чем-то. Даня начал разговор: - И долго же ты собираешься это делать? - Ты о чем? - Я то о чем? Ты это сделал целых двенадцать раз в периоде ваших отношений. - И разве это плохо? - Плохо? Да я рад за вас, я просто прыгаю от счастья. - Даня говорил спокойно, и нельзя было понять действительно-ли он счастлив. - Серьезно? В твоем голосе я не вижу счастливых нот. - Они должны быть? - Не знаю. - Слушай, если я счастлив, значит я необязательно должен орать тебе прямо в ухо и показывать это. Тебе разве не достаточно того, что я тебе это высказываю. - Да ну все, закрыли тему... - Глеб долго затянулся, после чего выдохнул густое облако дыма. Тем временем Артем с Егором, пережидая время дома, не знали чем себя занять. Егор открыл рот: - Слушай, Тем, ты не считаешь Даню каким то странным в последнее время. Артем прыснул. - Я с ним живу, понимаешь? Я теперь ничего из его проделок не считаю странным. Я знаю, что он может выглядеть как сумасшедший, но я так сильно привык, что я это перестал замечать. Егор немного призадумался. - Ты когда-нибудь заглядывал в его ящик с порнухой? - Никогда. Мне это не интересно. - Да? А где он у него лежит? Артем внезапно посерьезнел и резко посмотрел на Егора. - И что ты там хочешь увидеть? - Я просто хочу глянуть. Так, прикола ради. Мне интересно рассмотреть эти фотки лучше. - Ну если ты их не испортишь, то ладно. Там, под кроватью. Егор сразу засиял, он быстренько сунул обе руки под кровать Дани и явно нащупал добычу. Он вытянул стальной ящик, маленький, размером в словарь. Он с таким заинтересованным видом растер руки, потянулся пальчиками к защелкам, и раскрыл залежи фотографий. Егор улыбнулся, увидев множество разных фото с еблей, он их разбирал и щупал как игрушки. Ему было интересно посмотреть каждую из них. Здесь высокий блондин с длинными волосами кончает на лицо слегка пухлому азиату, здесь веснушчатый симпотяга делает минет брутальному мулату, здесь было сольное фото одного мексиканца, жадно раздвигающего свои ягодицы. Лицо Егора резко приобрело испуг. Он заметил на небольшой глубине ящика следующее фото, где был изображен молодой парень, которого трахали на кровати держа за горло, его лицо было в крови, а глаза свирепо смотрели в камеру, будто это были глаза хищника. У Егора прошли мурашки по коже. Что это делает в ящике у Дани в укромном месте. Он начал копаться дальше. Дыхание учащалось, Егор смотрел на эти фотографии с ужасом, где была нескончаемая кровь, где у парней лицо выражало скопление мучений. Егору врезалось в память фото, где вполне атлетичный юноша связан изолентой, и на переднем плане блестят многочисленные глубокие порезы, напоминающие окрас тигра, только красный цвет улегся по телесному. Егор подумал, что в этот момент он потеряет сознание, просто упадет в обморок. Он резко встал, покачиваясь побежал к выходу, отворил дверь и взял с собой Глеба прочь от этого дома. Глеб возмутился: - Эй, ты что творишь?! - Потом все объясню, просто бежим! И они скрылись в ночной тьме. Даня был, конечно, в шоке от происходящего, он не понимал такой бурной реакции. Когда он, наконец, докурив, зашел домой, то увидел распахнутый ящик и раскиданные вокруг фото. Даня понял, это конец, произошел взрыв его репутации, причем огромный. И лишь единственное вертелось у него в голове, факт того, что они теперь все знают. Все знают, и больше никуда не деться. Они знают. Знают его внутренние ужасы... Днем, когда Глеб был в курсе всего происходящего, потерял дар речи. Они решили вызвать полицию в их дом и все-таки прекратить злодеяния Дани. Они надеялись, что это все как-то поможет избавить город от этой убивающей нечисти. Они решились на такой смелый поступок, ведь он их друг детства, они были неразлучны с самого первого класса. Им было одновременно жаль, и как-то спокойно. По прибытии полиции, открыв дверь в двухэтажный частный дом, Даню нашли на дорогой люстре и с мертвенно-бледным лицом повешенным.