Сердечное бедствие

      Эта ночь стал роковой для государства, в котором правила династия Ши. Все улицы, все дома, которые были уже разрушены до основания, все башни и даже дворец царской семьи… Всё было окутано чёрной водой, которая вышла прямиком из Чёрных Вод.       В мире у каждого человека, добившегося достижений в конкретном русле и которому судьбой предначертано это, появлялась одна из разрушительных стихий: вода, огонь, ветер или земля. Последняя может показаться не такой уж и опасной, но это та стихия, которая может поднять литосферные плиты, вызвать ужасное землетрясение и управлять растительностью мощной силой. Но с помощью стихий человек не мог творить бесчинства, мог использовать только в благих целях, иначе небеса, дарующие эту силу, накажут его вплоть до жесткой казни.       В династии Ши у всех членов была либо стихия ветра, либо стихия воды. У каждого были магические артефакты, коими были веера, чтобы управлять своей силой. Некая фишка их семьи: у всех магическим артефактом был веер. — Хэ-сюн!— позвал Ши Цинсюань своего дражайшего друга, с которым он проводил всё своё свободное время. Тот даже не повернул свою голову. Он что-то усердно мастерил возле своего небольшого домика, в котором проживал один. Раньше у него была возлюбленная и семья, но по каким-то обстоятельствам, которых Ши Цинсюань не знал, их всех казнили.— Хэ-сюн, оторвись ты уже от своего дела. Что мастеришь-то хоть? Мне интересно, дай посмотреть! — Цинсюань, отлипни,— наконец обратил внимание на своего друга Хэ Сюань, сразу загораживая своей спиной обзор на то, что так усердно пытался сделать. На самом деле он не сооружал, а пытался разобраться кое с чем, но не стал говорить это Ши Цинсюаню. — Пойдём прогуляемся в сад, в нём поставили новый фонтан! Там много каменных рыбок, которые изо рта выпускают струйки вод, представляешь?— Радостным голосом говорил Ши, в надежде на то, что его друг ради него отложит свои дела. Но этого не случилось. — Нет, я не пойду. Мне нужно работать, уходи,— ответил Хэ Сюань, блокируя разом все попытки уговорить его провести время с Цинсюанем. И как он может позволять себя разговаривать с наследником в такой манере? Это же моветон! Но Хэ Сюаня это не волновало, а Ши Цинсюань слишком дорожил своим другом, чтобы у него появилась хоть одна мысль наказать его за такое.       Тяжко вздохнув, Ши Цинсюань удалился гулять по городу, здороваясь и любезно улыбаясь всем прохожим. Он не узнал ни то, чем занимался его друг, ни то, как у него дела, потому что тот даже говорить с ним не хотел. Такое поведение очень странное, потому что обычно Сюань не позволял себе прогонять наследника, а просто терпел его громкое поведение и нехотя реагировал на все истории и вопросы.       Всё ясно стало к ночи.       Ши Цинсюань спокойно читал в своей роскошной комнате очередную образовательную книгу, которую его заставил изучить старший брат – Ши Уду. Он постоянно что-то поручал младшему брату, оправдывая тем, что он желает тому всего самого лучшего. Всё было спокойно, под окошком пели птицы в тёплую майскую погоду, но вдруг яркую луну загородили тучи, стал подниматься сильный ветер, а море, названное Чёрными Водами, стало сильно волноваться. Дурной знак.       Ши Цинсюань постарался не обращать внимание и сосредоточиться на книге, но не тут то было. Через минут пять во дворце поднялась паника. Стражи и слуги кричали во что есть мочи «потоп, там потом! бедствие!». Услышав такую новость, наследник сразу отбросил свою книжонку и выбежал из комнаты, сразу направляясь к выходу из дворца, чтобы разведать обстановку. Он ещё не успел переодеться в ночнушку, на нём всё ещё было царское одеяние, поэтому не стыдно было выйти в свет.       И действительно, выйдя на улицу, Ши Цинсюань увидел, как уже довольно внушительные волны разрушают дома и постройки, что находились ближе всего к морю. Юноша не мог ничего понять, ведь ещё десять минут назад была прекрасная, тёплая и спокойная погода. Как же так?       Цинсюань сразу побежал к дому Хэ Сюаня, в надежде на то, что тот не находился где-то близко к морю. Пока бежал по улице, кричал всем обеспокоенным людям не переживать и не паниковать, хотя он сам понимал, что в такой ситуации невозможно не паниковать. Добравшись до дома друга, Цинсюань отдышался, оперевшись на деревянную дверь, а после постучался. Но вместе того, чтобы ему открыли дверь, она сама открылась. В помещении было пусто…       Тогда Ши Цинсюань на свой страх и риск побежал к берегу, практически не беспокоясь за свою жизнь. Ему срочно нужно было выяснить, в порядке ли Хэ Сюань. Сердце билось быстро, ещё чуть-чуть, и оно выпрыгнет из грудной клетки, и это совершенно не из-за одышки, причиной которой стал бег. Это тревога невероятной силы и беспокойство.       Каков был его ужас, когда он издалека увидел, что прямо возле моря в эпицентре событий стоит Хэ Сюань… Погодите, в эпицентре событий? Почему волны накатывают с огромной скоростью, с каждым разом снося всё больше домов, но его обходят стороной?       Присмотревшись, Ши Цинсюань увидел чёрный веер, сочетавшийся с его чёрным одеянием, в руках. Веер?       Побежав в сторону Сюаня, Цинсюань меньше беспокоился. Его друг жив и здоров, а это главное. Но вот что он сейчас творит – уже другой вопрос. — Хэ-сюн! Что ты делаешь!? Откуда у тебя такой мощный артефакт? Разве ты не обычный человек!?— Кричал во вест голос Цинсюань, надеясь быть услышанным. И его услышали, но почему-то в его сторону близкий человек метнул такой злобный взгляд, какой Ши никогда в своей жизни ещё не видел. — О, Цинсюань, пришло время расплаты за все грехи. Возможно, тебе никто не рассказывал, но мою любовь и семью казнили из-за тебя,— со злостной усмешкой сказал Хэ Сюань, наблюдая за полным недоумением своего «друга».— Хорошо, я объясню поподробнее. Ты единственный в семье родился без стихийной силы. Помнишь, мы же родились в один день, в одно время, а в нашем имени один иероглиф совпадает? Твой брат в тайне от всей семьи обманул небеса и забрал мою силу, передав её тебе. Интересно получается, да? Изначально я должен был быть повелителем мощнейший силы ветра, способной разрушить весь мир одним заклинанием. Но нет, Цинсюань, из-за тебя я лишился этой возможности. Моя возлюбленная выяснила это, потому что была таким же повелителем мощнейшей силы воды. У неё был доступ к связи с небесами. Сами божества не знают, что история была изменена, но она догадалась, увидев совсем небольшие правки в свитках. Рассказав это мне и нашей семье, она собиралась устроить разборки с твоей семьёй и сначала отомстить им, а потом пожаловаться небесам, но, прознав это, твой любезный старший брат подставил мою семью в убийстве десяти человек, которые он совершил собственноручно. Меня он подставить не смог, потому что в тот момент я был за городом, а когда я приехал, был уже день казни. В тайне от всех моя любовь передала мне свою силу, что противозаконно и карается ужасным наказанием, но, так как ей терять было нечего, она пошла на это. Казнь состоялась, а после этого ты прилип ко мне, как банный лист, по какой-то непонятной причине, хотя я обычный простолюдин, никак не относящийся к высшим слоям общества. Из-за этого твой брат не мог устранить меня, потому что ты двадцать четыре часа в неделю вертелся возле меня. Я понял, что у меня есть возможность совершить месть, потому что меня не тронут. Очень жаль, что ты не смог попрощаться со своей семьёй, потому что совсем скоро твоя жизнь подойдёт к концу. Это государство будет стёрто с лица земли в самое ближайшее время. Каково тебе быть виноватым во всём этом?       По лицу Ши Цинсюаня катились слёзы. Ни всхлипов, не рыданий из его рта не слышалось, слёзы текли по его щекам, неконтролируемо выливаясь из глаз. Он смотрел на Хэ Сюаня с полным ужасом в глазах. Как же так? Почему?       Цинсюань догадался, откуда у Сюаня артефакт. Оказывается, эта вещица принадлежала его покойной возлюбленной. Неужели она была настолько сильна? Ши не хотел верить, что всё это реально. — Хэ-сюн… Убей меня, но не трогай людей и мою семью!— Воскликнул Ши Цинсюань, подбегая ближе Хэ Сюаню. Но путь ему преградила вода.— Прошу, убей меня! Убей только меня! Во всём виноват я, виноват я! Пожалуйста!       Но мольбы Ши не были исполнены. Наследник упал на колени и смотрел на Хэ Сюаня снизу вверх. Между ними образовался зрительный контакт. Ши Цинсюань уловил во взгляде друга глубокую печаль. И он даже представить не мог, что Хэ сейчас думает и грустит совсем не о своей возлюбленной. Он никогда бы не подумал, что в жизни Хэ Сюаня появилась новая любовь, которую он просто не хотел принимать, пытаясь остаться верным покойной. Цинсюань перестал ощущать течение времени. Он смотрел на Хэ Сюаня в надежде, что всё это страшный сон, что всё это сейчас прекратится. Но надежда была почти потеряна, потому что он чувствовал холод, исходящий от воды, хоть и волны почему-то обходили его. — Хэ-сюн… Убей меня поскорее… Убей меня прямо сейчас…— умолял Ши Цинсюань уже менее громким голосом. — Размечтался. Сначала ты посмотришь на руины и разрушенный дворец твоей семьи, а потом потонешь вместе с этим всем,— молвил ледяным голосом Хэ Сюань, будто его сердце не разрывается прямо сейчас, смотря на Ши Цинсюаня.       Наследник стал крутить головой по сторонам, замечая, что дворец уже окутала вода, что он вот-вот сейчас рухнет. Через пару минут оглядок Ши Цинсюань увидел, что уровень воды резко поднялся ещё выше. Если раньше он был высотой приблизительно с половину дворца, то сейчас он значительно превышал её в два раза. — Эту волную я приготовил специально для тебя, дорогой «друг»,— с усмешкой сказал Хэ Сюань. Он уже поднял веер, чтобы метнуть волну прямиком на Цинсюаня, но… — Хэ-сюн! Отойди, ты же напротив меня! Ты же тоже утонешь!— Стал кричать в панике Ши Цинсюань. Даже сейчас он переживал за жизнь Хэ гораздо больше, чем за свою. — Да какая тебе разница уже? Просто скажи свои последние слова и попрощайся с жизнью,— всё так же холодно говорил Хэ Сюань и шёл ближе к Ши, пытаясь скрыть в своём голосе нотки боли. — Поседение слова?— Цинсюань горько усмехнулся. Он увидел, как Хэ Сюань собирался опустить руку, явно не давая договорить последнюю фразу Цинсюаню. Поэтому Ши решил сказать это.— Я теб…       Но, как и предполагалось, договорить он не успел. Его резко захлестнуло волной, от чего он почти сразу потерял сознание. Но остатками разума он успел осознать, что Хэ Сюаня тоже накрыло волной. Он распахнул глаза, в которых уже темнело, и увидел перед с собой друга, а после почувствовал прикосновение к себе, будто его… обнимают? Но до него это не успело дойти, потому что осознание покинуло его. Покинуло навсегда.       Так они и приняли свою смерть с невысказанной любовью. С невысказанной любовью друг к другу.