Пробивные кости

      Блядство. Самое настоящее блядтво.       Прямо сейчас я стояла в этом проклятом круге и экстренно пыталась придумать способ, который помог бы мне закинуть мячик подальше. Моя причуда не дальнего действия, не межпространственная и не энергетическая. Мои кости — грубая, острая и абсолютно простая по своей природе сила. Ну как ее можно использовать в этом случае?       — И долго ты будешь так стоять? — послышался хриплый голос учителя слева от меня. Гусеница, не мешай, сам сказал, что можем делать, что угодно в пределах круга. Вот я и думаю.       Стоп.       Что угодно?       — Учитель Айзава, вы же сказали, в пределах круга можно делать что угодно, да? — я осторожно покосилась на него, желая услышать подтверждение своим мыслям.       — Да. — сначала он слегка нахмурился, впиваясь взглядом мне в самую душу, но после односложно ответил. И на том спасибо.       — И у меня есть три попытки? — дотошно ли это с моей стороны? Абсолютно точно да. Стыдно ли мне за то, что я прослушала его объяснения в начале? Абсолютно точно нет.       Он тяжело вздохнул и потер переносицу, явно раздраженный моими глупыми вопросами.       — Да, Химекава, у тебя есть три попытки. — морщась выдал он.       Кивнула самой себе и глупо улыбнулась, услышав вздох преподавателя. Сам виноват, нечего было меня столько раз бинтами хватать. Моя очередь доставать вас, учитель.       Отлично, это именно то, что мне нужно было услышать. Если у меня есть свобода действий, то необязательно же пользоваться исключительно причудой? Я же могу, скажем, просто усилить скорость своего тела и пнуть мяч?       Ну, попытка не пытка.       Держа мяч в руках, я встала на колени, чтобы оттолкнуться ими от земли. Мой план заключался в том, чтобы под углом отпрянуть от площадки, тем самым немного разогнав тело и ударить мяч. А что? Звучит не так уж и плохо!       Только я была готова начать свое представление, как сзади послышались всякие непотребные разговорчики. По голосам довольно легко было понять, что это Минета и Каминари. Мало того, что это не очень приятно, так еще и сбивает. Неужели нельзя думать о всяких пошлостях молча? У меня же получается!       Стараясь не отвлекатья на них, я выпустила кости из коленных чашечек и оторвалась от земли. Правда, именно в момент отрыва, я отвлеклась на то, как гусеница злобно посмотрел на них и что-то высказал. Из-за потери концентрации на деле, я полетела не под тем углом, под которым планировала. Вместо легкого наклона, я случайно направила себя чуть ли не по прямой.       Испугавшись от неожиданности, я сразу же втянула кости обратно, отчего пролетела еще пару метров и прокатилась по земле кубарем, собирая ртом пыль и песок с площадки. Вот и завтрак подъехал.       Вот бы меня засчитали как мяч, уже какое-то утешение бы было.       Полежав на земле несколько секунд, я с какими-то нечеловеческими стонами приняла сидячее положение, пытаясь откашляться от образовавшейся во рту сухости. Хотела представления? Вот и оно. Молодец, Теру.       Я жалобно надула губы, печально потирая свою несчастную пятую точку, которая почему-то страдала каждый раз в Академии.       — Вставай, у тебе еще две попытки. — все таким же строгим тоном обратился ко мне учитель.       Драматично морща глаза и строя из себя жертву катастрофы, я поднялась на ноги и потащилась обратно в этот злосчастный круг. Никогда не любила раздел геометрии.       Лениво дотащилась до места назначения, ибо повторять все это снова особо не хотелось. Но выбора же мне никто не давал, да? Черт, все еще считаю, что проводить такие тесты в первый день, так еще и грозить отчислением — извращение. Наш классный руководитель настоящий садист.       Пока я крутила мяч в одной руке и думала, стоит ли менять план действий, другая была занята моими волосами. Ну и ну, удивительно, что половина из них не выпала от таких акробатических действий. Жалко зеркальца нет, а то я даже не вижу, что за кавардак у меня на голове твориться. Я, конечно, люблю легкую небрежность, но в том то и дело, что легкую, а не такую, будто я месяц не расчесывалась.       — Ты не на показе мод, начинай. — задумавшись о своем виде я напрочь забыла, что мне все еще надо закинуть мяч подальше. А вот учитель Айзава ни на секунду об этом не забывал и явно не разделял мою озабоченность внешним видом. Он смотрел на меня таким безнадежным взглядом, будто перед ним стоит маленький ребенок, который не может собрать башню из кубиков. — И не отвлекайся. — напомнил он о причине моего недавнего позора. — Вы тоже. Наблюдайте, это пригодиться в будущем. — обратился он уже к классу.       Скорчив страшную рожу его затылку, я вновь опустилась на колени, решая все-таки осуществить задуманное. На этот раз, к счастью, никто не решился выпустить свои гормоны наружу. Им же лучше, а то я бы их задушила прям на месте.       Набрала в легкие воздуха, примерила, под каким углом лучше отталкиваться и на какую высоту. Нужно выпустить кости резко. Да, все органы всколыхнуться, зато это поможет прибавить силы моему удару. Сначала я думала, что может стоит ударить по мячу рукой, но довольно быстро откинула эту идею.       Во-первых, площадь моих ног гораздо больше, чем рук, а значит, шанс попасть в точку больше. Во-вторых, у меня ноги сами по себе сильнее рук. Довольно странно, я старалась качать мышцы равномерно, уделяя время всем участкам тела. Наверное, это потому что я очень много хожу. Все таки пешие прогулки — это неотъемлемая часть моей жизни.       Пока я пыталась отвлечь саму себя мыслями, резко выпустила кости, отталкиваясь от площадки. Слава Богу, на этот раз я полетела под не очень острым углом. Я взметнулась вверх довольно быстро, отчего во рут пересохло, слишком уж мног воздуха мне прилетело в ротовую полость. Когда я почти приблизилась к своей максимальной высоте, то подкинула мяч, также направляя бросок под легким углом.       Столько действий за такой короткий промежуток времени, уследить довольно сложно. У меня и так с концентрацией проблемы, а здесь еще и момент ответственный.       Мячик задержался на пару секунд в воздухе, и за это время я преодолела нужное расстояние, втягивая кости обратно, попутно замахиваясь ногой и напрягая все мышцы. Взгляд постоянно был направлен на мою своеобразную цель. И в момент, когда кость втянулась в ногу окончательно, я зарядила по мячу со всей дури, при этом заорав так, будто меня режут.       Ну а что? Теннисистам, говорят, это помогает.       Мяч понесся куда-то в даль. А я надеялась, что совокупность разных новорченных действий поможет мне выбить пару десятков лишних метров. Ну в конце то концов, надо было и себя подкинуть определенным образом, и замахнуться с правильной силой, и не прощитаться с попадание. Слишком сложный план, не свойственный мне. Я сама в шоке, что в кой то веке додумалась до чего-то сама. Обычно просто рвусь напрямик. Правда, не всегда это хорошо заканчивается.       Стоило мне обрадоваться, как я тут же полетела вниз.        Точно, я же убрала кости.       — Твою мать! — я же уже говорила, что всем стоит привыкнуть к моему сквернословию?       Пока летела головой вниз, успела напридумывать себе сюжетов о том, что будет если я поврежу шею и позвоночник. Видно перспектива стать парализованным инвалидом не особо меня привлекала, ибо за несколько секунд до приземления, я машинально выпустила кости из фаланг, впиваясь в землю под прямым углом.       Поза вышла довольно необычная. Я как бы стояла на руках, но по-сути на костях.       Стояла не долго, конечно. Спустя пару секунд затупа моя пятая точка перевесила и я свалилась на спину. Измученно что-то простонав, я начала кататься по площадке, строя из себя побитую несчастную собаку. Ну правда, это не день, а сплошное цирковое представление. Не привыкла я столько раз падать, летать и дергаться.       И почему когда так надо было, учитель не использовал свои злополучные бинты? Мог бы и остановить падение. А если бы я разбилась?       — Двести двадцать три. — беспристрастно глянул на свой телефон гусеница, отрывая меня от собственного спектакля.       Резко убрав свою гипертофированную драматичность, я как ни в чем не бывала встала и с каменным лицом помчала на учителя.       Я моментально вырвала у опешевшиго преподавателя телефон, не особо веря результату. Но когда я уставилась на горящее число, то заорала так, словно мне подарили дорогую машину. Все это сопровождалась прыжками, пируэтами и озадаченными взглядами моих одноклассников.       Не удвительно. У большинства из них результаты намного выше моего, а соответсвенно они не видят причины для такой реакции. Но для меня это целый подвиг. Мало того, что я со своей неприспособленной причудой получила такой результат, так я еще и за две попытки управилась. Ну и что, что остальные выбили огромное число с первого раза? Я довольствуюсь тем, что имею!       И я могла бы продолжить скакать и смеяться, как принцесса из какого-то психоделического детского мультика, если бы у меня грубо и молча не вырвали телефон.       Ой.       Что-то я не подумала, что так нагло набросилась на классного руководителя. Нет, ну пусть вообще радуется, что я не начала бить его от радости, как Тодороки. Кстати, где он? Мне срочно нужно выплеснуть все эмоции!       — Следующий, Кода. — не отрывая от меня взгляда прищуренных и недовольных глаз, пробормотал вышеупомянутый садист.       Нервно хихикнув, я криво улыбнулась ему, что больше было похоже на гримасу скверного мима. А после механически передвигая ногами, отправилась в толпу одноклассников, чувствуя на затылке испепеляющий взгляд. Интересно, я сейчас похожа на Ииду?       Но стоило мне подойти к группке подростков, как я заметила замявшегося Коду. Похоже, ему совсем не хотелось выходить.       Он довольно милый парень, я таких обожаю! Добродушные и солнечные мальчики вызывали у меня гораздо больше симпатии, чем крутые хулиганы. Они, конечно, очень колоритные, но пообщавшись с ними достаточное количество времени становится понятно, что за маской плохих парней не скрывается чувственная и понимающая натура. Зачастую такое происходит только в кино. А на деле, почти все мудаки на людях, оказываются мудаками и наедине. За всю жизнь я встретила лишь одного паренька, который был исключением из правил.       Хотя это все рассуждения из крайности в крайность.       Но Кода был именно той самой крайностью. Я человека милее не встречала. Хотя, наверное, эта прелесть строится на его неуверенности. Довольно частый феномен. Но даже так, он, наверное, единственный из всего класса, кто не вызывает даже мысли о насилии. Если глядя на всех остальных, я могу увидеть, что в крайнем случае они готовы примкнуть к жестокости, то Кода будто бы не был на это способен. Или тут в очередной раз играет мое предубеждение.       Хотя, если так подумать, то далеко не все в 1-А прибегнут к насилию только в крайнем случае. Я мельком глянула на спорящих вдалеке Бакуго и Ватанабэ. Да, точно далеко не все.       Закатив глаза, я хлопнула Коджи по плечу, отчего тот взрогнул.       — Не боись! Если даже я что-то сделала, то у тебя точно все получится! — в попытках поддержать его, я улыбнулась ему во все тридцать два зуба. Может, мне грильзы поставить, чтобы они еще и сверкали? А это идея!       Парень обескураженно поднял на меня взгляд, а я поддерживюще показала ему большой палец.       Он слегка улыбнулся мне в ответ и, постояв еще немного, двинулся к Айзаве.       А я радостно оскалилась, довольная тем, что попыталась подбодрить одноклассника.       Насколько я поняла, Кода может общаться и управлять животными. Суперская способность. Хотя, со своими ограничениями. Она будет полезна только на открытых территориях. В городе есть птицы и крысы. В полях грызуны, а в лесах целый зоопарк. Про насекомых вообще молчу. Но вот если это закрытое помещение, без какого-либо выхода на улицу, то, боюсь, его причуда будет почти что бесполезной.       В принципе, сейчас он может просто попросить какую-то птицу унести мяч подальше. И, вообщем-то, он это и сделал. Подозвав к себе летающего в небе голубя, он вручил ему мяч и попросил унести его как можно дальше.       — Блин, да он же так может попросить унести мячик в другой город. — восхищенно пробубнила я.       — Это вряд ли. — возникший из ниоткуда Мидория заставил меня пискнуть и подпрыгнуть на месте. — Причуда Коджи позволяет ему управлять животными только в радиусе действия его голоса, поэтом очень далеко голубь не улетит. — пролистывая свою тетрадь бормотал Изуку. Откуда она у него тут?       — Э, Мидория… Это что? — выгнув бровь в изумлении, я ткнула пальцем в его потрепанную тетрадь.       — О, это мой своебразный сборник причуд. — воодушевленно посмотрел он на меня. — Это уже тринадцатая! — интересно, насколько сильно у меня в этот момент округлились глаза. — Я сначала разбирал причуды героев, а потом стал записывать и знакомых. — он показал мне первые листы, где разбиралась причуда Бакуго.       — Ого, да ты полон сюрпризов. — задумчиво я посмотрела на него сверху вниз. Все таки есть плюсы в высоком росте. — А чего она в таком плачевно состоянии? — я нагнулась, чтобы рассмотреть получше обоженные края бумаги.       — А это… — он неловко почесал затылок. — Каччан в средней школе слегка вспылил, когда увидел тетрадь и вот… — он застенчиво опустил глаза на сборник.       — Каччан? Бакуго что ли? — я нахмурилась. Эта истеричка еще более беспринципная, чем я думала. — Почему ты вообще с ним общаешься? — получив его непонимающих взгляд, я поспешила объяснить. — Ну просто, ты уже несколько раз за сегодня пытался с ним заговорить, хотя он реагировал на это довольно агрессивно. — я все еще хмурилась, не понимая такого отчаянного желания найти общий язык со своим обидчиком.       — Ну, мы с Каччаном дружили в детстве и… — он замялся. — Я не хочу, чтобы он думал, что я обманывал его все это время. —       — Обманывал? Ты о чем? —       — Долгое время моя причуда не проявлялась… — парень внезапно занервничал, отчего казалось, что он пытается придумать себе оправдание. — Но недавно она появилась, ну знаешь, такое иногда случается... — он не знал куда смотреть и просто отвел взгляд.       — А, вот оно что… — я потерла подбородок, решая игнорировать его нервы. — Хочешь вернуть дружбу детства? —       — Да, и к тому же, я восхищаюсь его силой. Я правда считаю, что он очень способный. — Посмотрев на продолжающего спорить с Ватанабэ парня, взгляд Мидории будто бы погрустнел.       — Я все еще считаю это странным. — выдохнула я. — Мне сложно понять такое рвение к человеку, который обращается с тобой подобным образом. — я многознаительно кивнула в сторону тетради. — Но это твое дело, просто… Знаешь, просто не давай ему думать, что с тобо так можно обращаться. Или хотя бы не принимай его оскорбления близко к сердцу. —       Парень какое-то время смотрел мне в глаза, но создавалось ощущение, что он ищет там какой-то ответ.       — Я постараюсь. — кивнул он самому себе и воодушевленно сжал кулак.       — Эй да ты чего такой серьезный! — я дала ему дружеский подзатыльник, правда, немного не рассчитала силу, и его голова почти столкнулась с землей. У меня сердце в пятки улетело, как бы не помер.       Но уже спустя пару секунд мы весело засмеялись.       — Кстати, Теру, можешь рассказать больше о своей причуде? — внезапно переключился он.       Зря. Зная мое тщеславие, я могу часами говорить о себе без передышки.       Приблизительно так и вышло. Я начала так активно тараторить и жестикулировать, объясняя механику моих сил, что Изуу едва успевал записывать.       Забавно. Моя причуда была настолько проста и не имела особых тонкостей, что ее описание могло бы вместиться в парочку предложений, но такой балаболке, как я, это не по душе.

***

      После этого ужасного норматива, оставалось еще три. Но, быть честной, сил уже не было. Мало того, что я выкладывалась на максимум, так еще и моя гиперакитвность принесла свои горькие плоды. Сейчас даже не полдень, а я уже измоталась. Ну прада, сколько раз за сегодня я падала, прыгала, кривлялась и все такое? Так ко всему прочему еще и новая среда и новые люди.       Энтузиазм и заряженность присутствовали, а вот тело намекало на то, что ему сейчас не помешала бы прохладная ванна.       Даже когда мы качали пресс, я уже была полумертвой. Ненавижу это дело. Сколько бы не старалась и не заставляла себя — больше тридцати раз за один заход сделать не могу. Когда-то я попыталась за один присест согнуться сотню раз, так я на следующий день не могла даже встать, настолько мышцы тянуло. Эх, не видать мне жесткого и идеального пресса. Как и высоких результатов.       После была растяжка. Вот что удивительно — когда на вступительных я сражалась с роботами, то ноги разъезжались как циркуль. Я там скакала, кувыркалась, крутила пируэты, а тут меня чуть не вырвало, стоило мне попытаться дотянуться до пола, не сгибая коленей. Не понимаю я как это работает. Может, адреналин?       Последним зачетом был бег на длинные дистанции. Сдавали его все одновременно, правда я не поняла — нужно ли нам соревноваться между собой. Я предпочла не смотреть на других, так как на прошлых нормативах меня это сбивало. Сейчас есть только я и мои кости.       Стоило прогреметь звуку, оповещающему о начале забега, как я рванула с метса, попутно выпуская кости из фаланг. Хорошо хоть, что тут думать не надо, все по той же схеме, что и на первом нормативе. Единственное, что было обидно, так это то, что бежали мы по кругу, а не по прямой. А это, в свою очередь, означало, что я не могу за пару рывков добраться до финиша. К сожалению, кости — это кости. И даже если они удлиняются, это не значит, что они могу гнуться и менять свою траекторию. Именно поэтому я скачками пролетала метров десять — двадцать, втягивала фаланги обратно, и снова выпускала в нужную сторону. Такой своеобразный дробовик.       Правда, на третьем круге кулаки начали немного зудеть. Пусть, я уже и привыкла к неприятным ощущеним от выпуска костей и почти не обращала на них внимания, но все же когда кости беспрерывно ходят туда-сюда — кожа начинает зудеть и раздражаться. Я закусила щеку изнутри, успокаивая себя тем, что осталось еще два круга и можно будет отдохнуть. Все ради места. Не расслабляться, не сейчас.       Кстати, как бы я не старалась игнорировать своих одноклассников — это было невозможно. Особенно учитывая повсеместные оры, крики и кряхтения. Чуть меньше половины ребят обгоняло меня, другая половина знатно отставала. Некоторые бежали со мной вровень.       Когда я заканчивала свой пятый круг и неслась к финишу на костях, мне уже было все равно насколько элегантно я закончу. Честно говоря, я бы не отказалась в очередной раз за сегодня просто свалиться на землю и уснуть. Почти так и случилось. Стоило мне уцепиться костями за финишную черту, как я по инерции пролетела вперед, и не устояв на ногах — обессиленно упала на спину.       Рядом со мной упало еще несколько ребят, явно разделяя мою усталость. Кто-то тяжело дышал, кто-то злился на самого себя, а кто-то чуть ли не плакал.       От мыслей меня отвлекла ноющая боль на костяшках кулаков. Кожа вокруг белых участков раскраснелась и немного кровоточила. Неприятно. Очень неприятно. И совсем не круто.       Какое-то время мои родители думали, что моя причуда несовместима с моим телом, так как причиняет болезненные ощущения. У мамы такая же история. Именно поэтому она почти не использует свои способности, даже вспомнить не могу, когда это было в последний раз. Но врач объяснил нам, что реакция моего тела — в пределах нормы.       Скажем так, если моя причуда во время использования причиняет мне «мелкий» вред, значит тело может с ней справиться. Случай, может, и не очень частый, но не сказать, что редкий. К тому же, к этому можно привыкнуть. Думаю, если буду много тренироваться, то привыкну к быстрому и механичному выпуску костей.       Правда, позже еще и выяснилось, что если я переусерствую за один раз, то мой скелет может начать перестраиваться и нарушать строение моего тела и органов, что опасно для жизни. Благо, врач успокоил, сказав, что нужно еще знатно постараться для такого эффекта, ибо это крайний случай. Да и я смогу почувствовать это и остановиться.       Но сам факт подобной вероятности — пугал.       — Итак, я быстро расскажу вам о результатах. — убрав руки в карманы и оглядвая уставших детей прогремел учитель. — Общая оценка - это сумма за все нормативы. — он нажал какую-то кнопку на своем телефоне, и перед нами возникла огромная голограмма с нашими итогами. — Проговаривать их - пустая трата времени, поэтому я сразу покажу их вам. —       Сердце замерло на секунду, а в груди собрался холодный и инородный комок тревоги. Я сразу же начала искать глазами свое имя. Только бы не быть последней. Только бы не вылететь.       Пятнадцатое место.       Я удивленно замерла, не зная какую эмоцию сейчас испытывать. С одной стороны, хорошо, что я не последняя, но с другой… Я как будто надеялась быть в десятке лучших.        Хотя, это и не удивительно.       Я привыкла, что в средней школе на уроках физкультуры я была одной из лучших, как среди девушек, так и среди парней. А сейчас я попала в коллеткив, где есть люди, гораздо сильнее меня. Это немного выбивало из коллеи.        Ну и ладно, пусть так. Я все равно молодец.       С интересом взглянула на топ лучших. Ну кто бы спорил, конечно все эти тут. Первое место Тодороки, второе Бакуго, третье Ватанабэ. Из всех них только Шото мне более менее импонировал. Правильно говорят: «молчи — за умного сойдешь». Никогда, кстати, не пользовалась этим правилом.       Дальше был Киришима. Не шибко удивлена, у него вон какие мускулы! Потом шла Цую. Ура, хоть одна девочка в топе! Нечего этим мужикам все лавры забирать. Так держать! А на пятом месте была… Яойрозу!       Весело хлопнула в ладоши, радуясь тому, что в список лучших попали девушки! Все таки, даже в топ 10 героев Японии, мужчин было гораздо больше, чем женщин. Поэтому такой результат не мог меня не вдохновлять!       Но мое воодушевление быстро сменилось на настороженность, стоило мне вспомнить об исключении «худшего» ученика. Я слегка боязливо опустила взгляд на двадцать второе место и удивленно отшатнулась.       Нет, конечно, это было довольно предсказуемо, но все равно… Будто бы что-то было не так. Будто бы Мидория не мог вылететь вот так вот. Что-то внутри подсказывало, будто это ошибка. Странная и глупая.       Да, он весьма посредственно сдал результаты, но мало ли! Вдруг ему сегодня нездоровиться? Всякое в жизни бывает.       Я жалобно посмотрела на веснушчатого, который обреченно зажмурился. Черт, как это все неправильно. Совсем неправильно. Отвратительно ложно. Нельзя так делать. Нельзя проводить подобные тесты в самом начале.       Только я хотела подойти к однокласснику, пусть и не совсем понимала что говорить, как меня в очередной раз перебили.       — Кстати… — скучающе отвел взгляд учитель и почесал ухо. — Я соврал про исключение. — повернул он свою безразличную рожу к нам.       Секунда замедления.       Еще секунда.       И еще.       — Это было рациональной хитростью, чтобы вы использовали причуды по максимуму. — он опять улыбнулся как психопат, питающий страсть к детским мучениям.       Ор нашего класса надо было слышать. Мне кажется, я почти что выплюнула свои легике от негодования.       Это что еще за эмоциональные качели? Он совсем больной?! Ну точно садист! Как его совесть не загрызла? Мы тут чуть не подохли, а он снова про свою рациональность затирает!       Я продолжала беситься и выкрикивать нечленораздельные звуки, но в какой-то момент мое негодование переросло в смех. Уж не знаю, истерический он был или нет. То ли дело было в резком облегчение, то ли в странном подходе преподавателя, то ли в радости от того, что никто сегодня не уйдет.       Мой крик смешался со смехом, отчего могло создаться впечатление, что я сейчас умру. Громогласные звуки, вылетающие из моего горла, больше походили на кашель бездомного старика-пьяницы.       — Конечно же это была ложь. Это же очевидно, если подумать как следует. — скептично посмотрела на нас Момо, не разделяя всеобщего шока.       Ну уж нет! Это было вообще не очевидно! Пусть я и знаю эту гусеницу от силы час, но уже с уверенностью могу сказать, что он способен на подобное извращение!       Большая часть слегка смутилась, как бы признавая, что не поняли замысла преподавателя. Я вообщем-то была в их числе. Но были и те, что как и Яойрозу раскусили его коварный план.       Ну и ну. Я с кем учусь? С гениями? Или, можт, с психологами? Откуда они все такие умные и проницательные повылезали только…       — Итак, урок окончен. Ваши учебные планы в кабинете. — махнул рукой Айзава и развернулся, собираясь уходить. — Когда вернетесь, то посмотрите их. — закончил он.       Вот же черт. Ну правда, что за методы такие? Я, наверное, всю учебу буду припоминать этот день. Будто мне дома эмоциональных встрясок не хватает, давайте мы еще и тут устроим гид «как попасть в психодиспансер за три года учебы».       Краем уха услышала, что он выдал Мидории направление в медпункт. Что? А зачем оно ему? Приглядевшись повнимательней, то заметила, что палец на руке, которой он держал листок, весь посинел и опух. Ух, какой кошмар. Это же очевидный перелом. Уж кто-кто, а я специалист по костям.       Но где он только умудрился? И как учитель это вообще заметил?       Забавно, конечно. Сначала устроил тут убойные тесты, а потом сомнительную заботу проявляет. Какой веселый мужик. Выпить бы с ним.       Но в любом случае, сейчас я была слишком измотана. Хотелось лишь переодеться и пойти домой, смотреть сериалы в мягкой постели.       Предвкушение от желанного отдыха заставили рот расплыться в улыбке. Я лениво потянулась, радуясь окончанию этого мракобесия.       — Ну и хорошо! Теперь мы с вами точно вместе на три года! — пританцовывая пролепетала я.       Некоторые ребята просто мне улыбнулись, кто-то не обратил внимания, а кто-то в очредной раз пробубнил какое-то ругательство. Я уже начинаю привыкать.       Пока мы дружно шли в раздевалку, то обсуждали прошедшие нормативы.       — Теру, ты так эпично запульнула этот мяч! Я прям вся мурашками покрылась, здорово ногой замахнулась, прям настоящая героиня! — махала руками Мина, пародируя мой удар.       Приятно.       — Да-да! Ты еще так смешно потом упала в конце! — усмехнулась Джиро, которая шла рядом с нами.        — Не упала, а эффектно приземлилась! — вскинув указательный палец, я поучительно начала объяснять, что такова была моя задумка и это вовсе не по тому, что я засмотрелась на улетающий мяч.       — Мадмуазель права. Она приземлилась, словно Жанна д`Арк, заносящая свой меч правосудия над врагом. — поправив волосы подметил Аояма. Я не особо поняла в чем была моя схожесть с французской героиней, но спорить не стала.       — Вот-вот! Аояма меня понимает! — панибратски я положила руку ему на плечо, предварительно перекину ее через его шею. Из-за разницы в росте мы выглдели, как воспитанный младший брат и быдловатая старшая сестра. Хотя внешне мы ни капельки не похожи.       Так мы и шли до раздевалок за милой беседой. Удивительно, но даже Тодороки что-то сказад. Правда всего пару слов и с каменным выражением лица, но это уже что-то! И все-таки, какая до боли знакомая у него фамилия. Где же я ее слышала?       Кстати, пока мы шествовали, я успела заметить, что несмотря на первый день, наш класс уже успел распределиться по группкам. Мидория, Иида, Урарака и Цую — в первой. Бакуго, Киришима и Каминари — во второй. Оджиро, Токоями, Шоджи и Хагакурэ — в третьей. Тодороки, Джиро, Яойрозу и Горо — в четвертой. Последний, кстати, этому был не рад. Были и те, кто шел парами. Так, к примеру, Сато и Кода мило о чем-то беседовали. Точнее говорил только Рикидо, а Коджи лишь активно жестикулировал. Минета плелся хвостиком за Серо, попутно расхваливая девочек в нашем классе, чем вызывал мечтательную улыбку на лице брюнета.       Ну а мы миленько, чуть ли не вприпрыжку, шагали с Аоямой. Он что-то рассказывал мне о разных сортах сыра, о его пупочном лазере и моде. Последнее особенно сильно зацепило меня, и мы разговорились еще больше. У нас намного больше общего, чем кажется!       — Эх, сейчас переоденусь и домой. — когда мы наконец дошли до раздевалки, радостно протянула я.       — Домой? Теру, у нас еще уроки впереди. — озадаченно остановился рядом со входом в мужскую раздевалку Серо. Крутой парень. Я еще в классе подметила его значки с разными аниме на сумке.       — Чего? — удивленно нахмурилась и застыла я. Где-то рядом послышался разочарованный вхдох Каминари.       — Ага, у нас еще пять уроков вереди. — подмигнул мне Киришима. — Ты чего? Забыла что ли? —       — Не скажу, что удивлен. — едко заметил Ватанабэ, проходя мимо нас. Ой, иди отсюда подальше.       — Погоди-погоди! То есть, ты хочешь сказать, что после всего этого мракобесия, я должна еще и сидеть за партой четыре часа?! — встав в позу, напоминающую морскую звезду, ошарашенно выпалила я.       — Ну, да. — выгнув бровь сказала, появившаяся из ниоткуда, Яойрозу.       Секундная пауза. Осознание. Боль.       — Да еб***й в рот! —       Говорила же, что школе нужно привыкнуть к моему сквернословию.

***

      Уроки закончились около часа назад, все ученики разошлись кто куда. Кто-то пошел в кафе, кто-то домой, кто-то в парк.       К сожалению или к счастью, преподаватели такой возможностью похвастаться не могли. Да и не факт что хотели.       В учительской собралось несколько профессиональных героев, которые оживленно обсуждали новые классы.       — Ну и ну, Бакуго из класса 1-А такая заноза. С ним дел будет невпроворот. Он весь урок просидел закинув ноги на парту, так еще и открыто посылал всех и вся. — Полночь взмахнула волосами, всем видом показывая, что этот мальчишка знатно потрепал ей нервы на уроке.       — А вы видели Моному из класса 1-Б? Он постоянно бубнит себе что-то под нос, даже на уроке. — хватаясь за голову подметил Эктоплазм.       — Не наговаривай на моих учеников! — воодушевленно прогремел Кровавый Король. — Монома крайне способный парень! — начал отстаивать честь своих учеников он.       — Ничего не говорите. Хатсуме Мэй из класса поддержки, вот кто настоящий ураган непредсказуемости. Я глазом моргнуть не успел, как она превратила всю аудиторию в хаос. — потер переносицу Загрузчик.       — Да они все друг друга стоят. Взять хоть Минету из класса 1-А, он весь урок пялился на девушек, вместо того, чтобы слушать меня. — как-то печально пробубнил Цементос. Он любил свой предмет и хотел, чтобы подростки тоже прониклись литературой, как и он.       — Он хотя бы молчал! ТецуТецу весь урок спорил со мной о понятии мужчины в современном искусстве! — опять вклинилась Полночь, ударяя кулаком по столу.       — Да они у вас хотя бы что-то знают! Сегодня на английском, у меня не то что половина, почти весь класс молчал! — безнадежно завыл Мик, вскидывая руки к небу.       — Зато они вроде все неплохо поладили друг с другом. — вежливо улыбнулся Всемогущий, пытаясь сгладить обстановку.       — Ну это как посмотреть. — надула губы Каяма и встала со своего места. — Кстати! Как вы думаете, уже есть какие-то любовные интрижки? — резко переключилась она, многозначительно виляя бедрами и улыбаясь.       — Первый день, а ту уже о любви говоришь?! — всплеснул руками Стрелок, отчего я шляпа слетела с головы.       — А ты что не веришь в симпатию с первого взгляда? — уперевшись руками в бедра, наклонилась к нему женщина.       — Ну не знаю как о любви, но вот я заметил как на перемене Мидория краснел, когда Урарака с ним о чем-то разговаривала. — задумчиво отметил Цементос.       — О! А я видел, как Кендо постоянно одергивала Моному! — встрепетнулся Эктоплазм, вспоминая свой урок математики. — Думаю, там что-то намечается! — прищурил он глаза.       — А вы не заметили, как Терука постоянно дразнила Бакуго на переменах? Эти двое каждый перерыв устраивали догонялки. — скорчил хитрую рожу Сущий Мик и заговорчески потер руки.       — От ненависти до любви? Ах какие страсти! — мечтательно сложила руки в замок Полнось.       — Можно потише? — злобно зыркнул на них сидящий за столом Айзава. Он пытался проанализировать результаты своих учеников и разобрать их сильные и слабые стороны.       — Кто бы говорил! Это же ты сегодня громко заявил о том, что исключишь ученика, с худшими результатами нормативов! — вредно посмотрела на него Полночь.       — Работа героев это не про нежности и вечные потакания. Это было рациональное решение, чтобы они выложили на полную. — не отрывая взгляд от своих записей, хриплым голосом ответил Сотриголова.       — И как? — заинтересованно спросил Стрелок, поправляя свою шляпу.       — У них не нулевой потенциал. — коротко и ясно подытожил классный руководитель 1-А класса.       — Я слегка подсмотрел за твоей проверкой… — неловко почесал затылок Тошинори, получая убийственный взгляд Айзавы. — Могу сказать, что у тебя очень многообещающие ученики. — от отвел глаза, рассматривая виды за окном.       — Да? Думаешь, кто-то из них сможет стать следующим героем номер один? — заискивающе пропела Полночь, обращаясь к брюнету.       — Я не собираюсь делать поспешных выводов. — скрестил руки на груди Айзава. — Но у Бакуго есть все шансы, если он охладит свой пыл. — фыркнул мужчина. — Хотя Ватанабэ с Тодороки не отстают от него. —       — Ох, эта заноза… — нахлынули воспоминания на единственную женщину в компании. — Тодороки? А, сын Старателя? Он же по рекомендации поступил, да? Что ж не удивлена. Зная его отца, он должен быть чертовски умелым парнем. А вот Ватанабэ… Разве он не модель? — отстраненно пробормотала она. — Я следила за ним какое-то время, у него могла сложиться довольно успешная карьера, но выбрал быть героем? Ну и странные ученики у нас в этом году… —       — А что на счет Яойрозу? Она ведь тоже поступила по рекомендации. — вклинился Сущий Мик. — Насколько помню, у нее чертовски богатая семья. — он широко развел руки, как-бы показывя уровень ее достатка.       — Она заняла пятое место в тесте по нормативам. — задумчиво отозвался Сотриголова. — У нее сильнее развито стратегическое мышление, нежели физическая подготовка. По большей части, она получила высокие результаты благодаря смекалке. У нее довольно хорошие данные. —       — Смекалка тоже важна для героя. Может, даже больше, чем грубая сила. — подметил Цементос. — А тот парень, что сломал себе руки на вступительных? Мидория вроде. Он довольно тихий. —       В этот момент Всемогущий слегка напрягся, сам не понимая по какой конкретно причине.       — Мидория Изуку… — прохрипел ночной герой. — У него худшие резултаты. — сказал, как отрезал. — К тому же, он сломал себе палец во время сдачи. В нем я уверен меньше всего. Я бы даже казал, вообще не уверен. — беспристрастно выдал учитель, получив в ответ нахмуренное лицо Всемогущего.       — А как же: «Я не собираюсь делать поспешных выводов»? — язвительно передразнила его Полночь, получая уничижительный взгляд коллеги.       — Это не поспешный вывод, это мое нынешнее мнение. —       — Погоди-погоди! А что с той девчонкой, которая сжульничала на вступительных? — Резко оживился Мик, опираясь на стол. — Она одна из немногих, кто на моем уроке не молчала! — будто бы сам удивляясь своим словам, выпалил Мик.       — Что?! На моем уроке у нее было такое лицо, будто бы ее пытают! — обидчиво вскрикнул Стрелок, учитель биологии.       — На моем еще хуже. Она раз пять вышла в туалет, так еще и сидела, как на иголках. — разочарованно вздохнул Эктоплазм, учитель математики.       — Интересно, у нее какая-то особая связь с туалетами? Так ее и тянет туда. Может, проблемы какие? — как бы невзначай пошутил Кровавый Король.       — Не стоит так говорить про молодую девушку, Секиджиро. — неловко поднял руки Всемогущий. — Она довольно неплохо справилась на тестировании Айзавы. — вспоминая фееричное падение девушки, во время броска мяча, Тошинори мягко улыбнулся.       — Тем не менее, она на пятнадцатом месте. — строго подал голос Шота. — Неплохо, но хуже многих. —       — Ты слишком категоричен. — вскинула подбородок Полночь. — Вот поэтому ты до сих пор одинок. — едко хихикнула женщина.       — Ну ты что! У него гордая холостяцкая жизнь! Видела бы ты, что у него дома твориться! Носки по всей квартире, даже на люстре! — присоединился к ней Ямада.       — У вас двоих тоже никого нет. И у тебя, Хизаши, бардак похлеще моего будет. — беспристрастно заметил брюнет, у которого, при этом, задергался глаз.       — Эй! — в унисон крикнули они, чем вызвали смех у всех остальных.       — Короче, ты слишком строго судишь ее, да вообще всех их! — в привычной манере закривлялся громкий герой, активно двигая телом.       — Напомнить, что она соврала тебе прямо в лицо на экзамене? — устало прикрыл глаза классный рководитель 1-А класса.       — Да-да. — небрежно махнул рукой блондин. — Но она оказалось нормальной девчонкой! Я то думал она какая-то мерзкая фива или типо того, а она вообще своя в доску. Видал, как она шутки выдает? — попытался оправдать девушку Сущий Мик.       — Глупо шутит. И нервы мотает. — дополнил его слова Шота. — А еще орет вечно. —       — И материться знатно. — выдохнул Эктоплазм, вспоминая, как она, пытаясь ответить на его вопрос, случайно выдала все свое негодование.       — А какой подросток не материться? Не так уж это и удивительно! — присоединилась к защите ученицы, Полночь. — К тому же, она красавица! —       — Красавица? Она довольно… ну… экзотичная. — засомневался Стрелок. — На гяру чем-то смахивает. Эти ее яркие губы и обвес украшениями… —       — Вы уверены, что стоит обсуждать внешность учеников? — взволнованно вклинился Всемогущий, но был быстро прерван воодушевившейся учительницей.       — Еще как стоит! — она показала пальцем, чтобы герой номер один замолчал, отчего тот знатно опешил. А после указала этим же пальцем на Стрелка. — Гяру! В точку! В этом и есть весь колорит! — хлопнула кулаком об ладонь она.       — А что такое гяру? — непонимающе уставился на коллег Стрелок.       — Ну это что-то вроде субкультуры против стандартов красоты в Японии. Она появилась лет шестьдесят назад, ну, в семидесятых. — начала объяснять героиня. — Ну в основном, они нарушали все табу, загорали, ярко красились, носили пеструю одежду и все такое. Парни тоже были, но не так уж и много. — махнула рукой женщина. — Они правда почти пропали году так в двадцатом, но по сей день некоторые все еще следуют их идеологии! —       — Когда я учился, они были довольно популярны. — усмехнулся собственным воспоминаниям Всемогущий. — Но разве Химекава гяру? —       — Конечно! — Немура хлопнула по столу. — Ты видел ее вообще? Мало того, что по внешности подходит, так еще и вразрез со всеми стандартами! Ты где видел, чтобы кто-то описывал идеальную девушку громкой, веселой и взбалмошной? Вот и я нигде! —       — Да, она выглядит круто. Как западная реперша! — показав руками странные жесты, присоединился Мик.       — Мне кажется в наше время все эти стандарты так размыты… — облакатился на руку Эктоплазм.       — Это только в крупных городах так. В регионах и маленьких населенных пунктах люди все еще гнобят друг друга за внешность и поведение. Вспомни хоть про мутации. — тяжело вздохнул Хизаши.       — Она чем-то на тебя похожа. — после долгого молчания, обратился к другу Сотриголова. Тот на это лишь самодовольно улыбнулся.       — А ты, Айзава, очень похож на Шинсо. Прям вылитый ты в молодости. — мягко улыбнулся Цементос, вспоминая свои школьные годы.       — И вправду. — задумался Тошинори. — Вы оба довольно… спокойные. —       — Ты хотел сказать занудные скептики? — усмехнулся Эктоплазм, заставляя символ мира слегка замяться.       — Раз уж речь зашла о сходствах… — раздраженно выдохнул Айзава. — То причуда Мидории уж больно похожа на твою. — он подозрительно взглянул на Всемогущего.       Тот немного напрягся и хотел что-то ответить, но не успел.       — Боже, Айзава, ну не нуди! — панибратски хватая брюнета за плечо, прогундела Полночь. — Мало что ли в мире похожих причуд? Возьми хоть ТецуТецу и Киришиму! —       — Сплетничаете об учениках? — в учительскую бесшумно зашел директор, заставив всех повернуться в его сторону.       Преподавательский состав моментально затих, удивленно уставившись на Незу. Очевидно, не очень правильно обсуждать вот так вот учеников. Но так хотелось. Они ведь тоже люди.       — Мы? Да никогда! — замахал руками Мик.       — А я разве сказал что-то против? — многозначительно хихикнул Незу. — Но как вы могли не позвать меня? —       В секундной тишине кабинета послышался уставший вздох Айзавы и удивленный выдох Всемогущего.       А после все снова погрузились в омут обсуждений.