Новенький // Часть 1.

Плейлист: Нервы - Нахуя тебе я. Payton - Habits. Три дня дождя - Театр теней. Velvet Acid Christ - Phucked Up Phreak. ____________________________________

      Первое сентября — самый ужасный день, который только может быть, а особенно, когда этот день начинается в новой школе. Новые учителя. Новые враги. Или, может, новые друзья? А может и враги, и друзья?

***

      Время было раннее. Антон встал с кровати и, посмотрев на экран телефона, понял, что встал слишком рано, но и заснуть вновь он не сможет. Поэтому, протерев глаза и нащупав на тумбочке свои очки, направился в ванную. Спустившись на первый этаж, он повернул влево, где была ванная. Закрыв за собой дверь, он снова снял очки и положил их на раковину, а сам открыл холодную воду, чтобы полностью проснуться и намочив руки, взял в них чуть воды, плеснул себе водой в лицо. После чего он надел очки и взял зубную пасту и зубную щетку, которую сначала промыл теплой водой, а потом нанес на нее зубную пасту.       Умывшись, он направился наверх, чтобы проверить, все ли он сложил и все ли вещи готовы. Также ему нужно было принять таблетку перед завтраком, но он решил, что чуть позже выпьет ее. Усевшись на кресло возле стола, он пододвинулся к нему и, открыв шкафчик с левой стороны, достал блокнот, карандаши и начал рисовать.       Обычно Антон рисовал для Оли или когда ему было грустно. Но сейчас причин не было. Просто захотелось? Зеленоглазый владел талантом рисования с самого рождения. В никакие художественные школы он не ходил.       Рисовал Антон не долго, так как времени было не слишком много. Закрыв блокнот, он положил его в рюкзак и спустился на кухню — позавтракать. Он мог бы завтракать в школе, но Карина была категорически против того, чтобы Антон выходил в школу голодным. А вдруг забудет в школе про завтрак? На Антона это было бы похоже. Не смотря на его ум, таланты и так далее, он все же частенько подзабыл что-то важное или второстепенное.       Зайдя на кухню, за столом уже сидела Оля, ждавшая свой драгоценный завтрак и Карину, готовившую его. Отец от них ушел, а точнее его выгнала Карина, когда застала его за изменой. Непростительно. В тот же день Борис собрал свои вещи, и уже на следующее утро его не было. Оле сложно было принять того факта, что отец не вернется, но сейчас ей уже все равно.

***

      Карина освободилась гораздо раньше обычного и поехала домой. Открыв дверь, она включила свет. Разувшись, Карина прошла внутрь. Как она не заметила какую-то лишнюю пару обуви в коридоре? Неизвестно. Возможно, виновником является работа.       Несмотря на то, что Карина сегодня закончила раньше, она все равно устала. Все таки работа нелегкая.       Петрова поднялась наверх, уже было подходила к комнате, как вдруг слышит какие-то звуки, похожие на... поцелуи? Эти звуки доносились с их с Борисом комнаты. Она решила тихонько пройти и подсмотреть.       М-да, лучше бы она этого не делала. Это было совершенно не то, что она хотела увидеть. Она хотела, чтобы это было что-то вроде галлюцинаций. Но нет. Перед ней восторжествовала картина. По пояс обнаженный муж и та самая "это коллега по работе", практически полностью обнаженная, в одном нижнем белье. Зрачки Карины расширились от такого поворота. Она, недолго думав, решила ворваться. И теперь-то она не пожалела, что сделала это.       — Какого черта? — Выкрикнула Карина, неодобряюще косясь то на мужа, то на его любовницу.       — Дорогая, это... — начал было Борис, но осекся. Понял, что ситуация безвыходная.       — Тебе, бляди такой, уже ответить нечего, — холодно выкрикнув, ответила Карина. — В общем, ясно все с вами. Чтобы завтра тебя в этом доме не было, — Ответила она, смотря на Бориса. На что тот ничего не ответил. И спустя пару секунд ответил:       — Ладно, оправдываться мне смысла нет. Поэтому, как ты и сказала, завтра утром я уйду. Навсегда, — Особенно выделив последнее слово, ответил тот.       Карина молча кивнула и спустилась вниз прогуляться. Слава богу, что Антона и Оли дома не было. А то Оля бы этого точно не выдержала. А Антон вроде-бы уже все понимает. Любовница Бориса ушла почти сразу же, минут через пять, после ухода Карины. А дети вернулись домой почти в одно время с Кариной.       Антон и Оля явно были навеселе, а вот матери было явно не до веселья. Только Оля не заметила, что настроение у мамы не лучшее. А вот Тошенька сразу заметил и спросил:       — Мам, что-то случилось? Почему ты такая грустная?       Карина промолчала. В груди все сжималось от этих вопросов. Она хотела забыться. Забыть все события сегодняшнего дня. Она сдерживала наступающие слезы. Она смогла. Все же она была сильной. Поэтому, тяжело выдохнув, она лишь тихо ответила:       — Все в порядке, Тош.       Антон понимал, что что-то явно случилось, но вот причину он понял только тогда, когда зашел домой. Он заметил, что между матерью и отцом стала какая-то атмосфера. Не такая. Странная. И... гнетущая?       Походу, снова поссорились, - подумал Антон и поднялся к себе в комнату.       Когда наступил вечер, Антон спустился на кухню на ужин. За столом были все. Но все же верно, они поссорились. По лицу Карины было видно какое-то отвращение, когда она смотрела на Бориса, но, видимо, пыталась скрыть. Выходило не очень хорошо. Но из всех, похоже, только Оля ничего не понимала.

Следующее утро.

      Когда Антон проснулся, потер глаза и, широко зевнув, потянулся к тумбочке за очками, а затем пошел умываться и, пройдя на кухню, все сидели за столом, но...       ...Но Бориса не было. Антон хотел было спросить: "Мам, а где папа? ", но вовремя вспомнил вчерашний день. Сегодня Карина чувствовала себя как-то. лучше? Несмотря на уход отца, она улыбалась. Может, скрывает истинные чувства?       Шло время, все наладилось. Все же без Бориса было спокойнее, и у Карины перестали случаться приступы.

***

      Позавтракав, Антон поднялся наверх за рюкзаком, а Оля стала его ждать. Она любила провожать брата в школу и встречать со школы тоже.       На прощание Оля обняла брата обоими руками и, слегка погрустнев, убежала к себе в комнату. Ей всегда становилось немного грустно, когда Антон уходил прогуляться или в школу. Зато по его возвращению он с ней играл, рисовал ей все, что она попросит. особенно она любила всяких так Тирексов, а также смотрел с ней мультики.       Антон спокойно шел в школу. Было темно. Так он еще и в глубине леса живет. Опасное место. Но дошел он спокойно. Зайдя в школу, он пошел искать свой класс, как вдруг его кто-то толкнул. Но вместо извинений послышалось лишь громкое и угрожающее:       — Сука, смотри куда прешь! — Оглянувшись на Антона, рявкнул какой-то пацан. — Извиниться не думаешь? — Еще больше разозлившись, спросил пацан.       — Извини, — неуверенно проговорил Антон. Да, струсил. Он был не из тех, кто может постоять за себя. Слабым был. Хотя Оле все время говорит "Я всегда буду тебя защищать". Хотя ему самому бы защита не помешала.       — Кстати, ты новенький что ли, Я тебя тут раньше не видел, — рассмотрев Тоху, сказал парень. И после того как зеленоглазый кивнул, продолжил. — М-м, какой класс?       — Шестой «В», — ответил Антон.       Цвет лица на пареньке, который и без этого был каким-то грозным изменился. Проговорив про себя что-то, явно матерное, он заговорил вновь:       — Еще и в моем классе, пиздец просто, — выдохнув, сказал он. — Что ж, так полагаю, что ты не знаешь кабинет, поэтому просто иди за мной.       Антону показалось это немного опасным — идти с хулиганом. Но и пойти за ним он не намеревался. А после «Не убью я тебя, это пока, так что иди за мной», все же решил пойти за ним, все же опасный этот Рома. Да, именно так он представился.       Поднявшись на второй этаж и стоя у окна напротив кабинета математики, Антон ждал звонка. Чуть позже к нему подошла какая-то девочка.       — Приветики, меня зовут Полина, — представилась та.       Полина была красивой девушкой, имела прелестные длинные и черные волосы, рассыпавшиеся по ее плечам, голубые, словно глубокий океан глаза, тонкие и ухоженные руки, пальцы были длинными. Она музыкант. Играет на скрипке. Также у нее аккуратные и правильные черты лица, были видны тонкие, но казалось, острые ключицы — притронешься — порежешься. Милая девочка. Первая скрипка школы.       — П-привет, — голос Антона слегка дрогнул. — Я... — Не успел он договорить, как его перебила Полина.       — Я знаю, ты Антон, новенький, — улыбнувшись, ответила Полина.       Антону стало немного не по себе, о нем уже почти весь его класс знает, а он никого, в прочем, это все само собой разумеющееся.

Прозвенел звонок.

      Все уже были в классе, Полина зашла первая, а после и Антон. Лилия Павловна начала представлять всему класса нового ученика.       — И так ребят, с сегодняшнего дня с вами учится новый ученик — Петров Антон. Прошу вас его любить и жаловать. Так, теперь, думаю хватит с представлениями, — Лилия Павловна сделала небольшую паузу, разглядывая, есть ли места в классе. — Так Антон, садись за Семеном. Точнее, за третий ряд, предпоследнюю парту.       В то время Антон сделал лёгкий кивок, и только собирался пойти к своему месту, как вдруг заметил, что Пятифан слегка склонился к Семену и что-то проговорил. Бабурин усмехнулся. Что же он ему сказал? Антон не знал. Но явно что-то про него. Петров это чувствовал, а это означало, что так и есть. В этом его интуиция никогда не подводила.       Когда Антон начал проходить между парт на свое место, Бабурин ему подставил подножку. Тоха чуть было не упал, но успел ухватиться за парту. Рома, Семён и ещё какой-то пацан рядом с Ромой залились громким смехом. Все же это было правдой. Рома сказал Семену про него. Чтобы тот подставил ему подножку. После урока ему это сказала Полина. Хотя Антон и без этого догадывался.

***

      Весь урок Рома сидел в телефоне и что-то, может быть, даже кому-то писал. А писал он в общую группу с Бяшей и Семеном. Он собирался подкараулить Антона вместе с этими двумя и устроить ему немножечко, и без этого, веселую жизнь.       «Крч, нам сегодня нужно будет этого новенького возле школы подождать, а после за ним втихаря. Он с моей Полинкой разговаривал. Она может быть только моей.» — Напечатал сообщение Рома. Он не любил, когда к Полине кто-то подходил, разумеется, что из пацанов. Она же «его».       В группу из пацанов никто не ответил, так как Игорь сидел рядом, Семен тоже, просто на другом ряду и на парту вперед. Рома, лишь повернув голову то на одного, то на второго и увидев кивки, угрожающе улыбнулся и сделав такой же кивок, означающий, что они договорились, продолжил сидеть в телефоне.