Папина дочка

— Неслихан? — Омер вышел в прихожую встретить жену и увидел, как она обессиленно привалилась к стене, обнимая живот. Ходить в министерство и сидеть целый день в кресле ей становилось все сложнее. Спина просто отваливалась, а в последнее время ещё и ноги стали отекать. Омер понял это без слов, подхватил Неслихан и повел ее в гостиную. — Садись, сейчас подушку подложу тебе. Вот так. Лучше? — Угу, немного, — призналась она, расслабляясь. — Сидеть целый день очень трудно. Ноги отекают, все болит, дышать тяжело… — Родная моя, — Омер прижал жену к себе. — Ну, уже не так долго осталось, скоро увидимся с нашей малышкой. Может, ты в отпуск уйдешь? — Даже не знаю… А как все без меня? — Как-нибудь. У тебя теперь другая забота есть, — он положил ладонь на живот Неслихан. — Я не хочу, чтобы ты страдала и мучилась. Лучше иметь возможность прилечь, когда захочется, поесть, поспать… Тем более, все силы твоего организма сейчас уходят на нашу дочку. — М-м, — она положила голову на плечо мужа. Тот запустил пальцы в ее волосы, от чего Неслихан сладко зажмурилась. Омер прекрасно знал, что это действие приносит ей невероятное удовольствие. А ему нравилось, когда она счастлива. Неслихан вдруг дернулась, будто что-то изнутри толкнуло ее, затем ахнула и схватилась за живот. У Омера сердце тотчас рухнуло в пятки. — Что случилось? — Не знаю… — она тяжело задышала от испуга. — Что-то странное… Внизу живота заболело… Ай! Опять! — Может, началось? — Омера затрясло, но виду, что испугался, он не подал. Ещё не хватало, чтобы Неслихан вместо поддержки и уверенности увидела в его глазах страх. — Ты что, рано же ещё. Ой, мамочки… — Так, собирайся, поехали в больницу. — Я ничего не собрала! — вдруг зарыдала Неслихан. — Как я рожать буду? — Тише, успокойся, успокойся, пожалуйста, не плачь, — Омер обнял жену и принялся гладить ее по спине и плечам. — Все будет хорошо. Ничего не случится, я ведь с тобой. Они простояли так несколько минут, а затем Омер сказал: — Так, ну все, едем в больницу. — Подожди, — Неслихан отстранилась и прислушалась к своим ощущениям. — Вроде отпустило. — В смысле отпустило? Как это? — не понял Омер. — Ну вот так… Все хорошо. — Эм… Это странно. Давай лучше съездим в больницу? — Омер, честно, все уже в порядке, не стоит! — Неслихан, речь идёт о нашей дочери. Пусть доктор тебя осмотрит и скажет, что все хорошо — тогда я точно буду спокоен. В больнице Неслихан сразу отправили на УЗИ и КТГ, чтобы определить динамику схваток. Омер все это время волновался в приемном отделении. Голову посещали самые страшные мысли. Он, как мог, отгонял их, но они нападали снова. Он волновался и за Неслихан, и за малышку — ведь сколько таких случаев, когда беременность идёт хорошо, а потом что-то случается? Нет, не надо думать о том, что будет что-то плохое. Неслихан ведь наверняка бы почувствовала, если бы что-то было не так! — Доктор, ну что? — он увидел дежурного врача, который вышел из палаты, куда увезли Неслихан. — Как моя жена? Как ребенок? — Не волнуйтесь, все в порядке, — успокоил его мужчина. — У вашей жены тренировочные схватки. Состояние ребенка отличное, сердцебиение в норме. Вам не о чем переживать! — Фух… Слава Аллаху! Вскоре вышла и Неслихан. Смущённо улыбаясь, она взяла мужа за руку. Затем оба выслушали рекомендации от врача и отправились к машине. — Я же говорила, что все хорошо, — сказала Неслихан. — Говорила… Но я очень сильно испугался за вас с дочкой… — Омер привлек Неслихан к себе и поцеловал в висок. — Я совсем не подумала про тренировочные схватки. И болело сильно… — Все в порядке, милая. Поехали домой. Тебе нужно отдыхать. И завтра ты уходишь в декретный отпуск. Это не обсуждается. — Значит, вот как, Омер Атмаджа? — она хитро взглянула на него. — Да, вот так. Мало ли, ты прямо в министерстве рожать начнёшь. Нет уж, лучше дома побудь до родов. Тем не менее, на следующий день Неслихан все же поехала на работу. Надлежало привести в порядок дела, раздать инструкции подчинённым, попрощаться со всеми, забрать кое-какие вещи. Она не представляла, что теперь будет делать дома. Давно у нее в жизни не было таких спокойных моментов. Она вернулась около двух часов дня, даже не зная, чем заняться. Хотя чем, казалось бы, должна заниматься любящая жена? Разумеется, готовить для мужа. А то в их семье постоянно готовил Омер, а по выходным — Эбру, если была здесь. Неслихан открыла холодильник. «Надеюсь, я ничего не испорчу», — подумала она. Когда вечером Омер вернулся в дом, то уловил запах чего-то горелого. Сердце заколотилось от плохого предчувствия. — Неслихан? До уха Омера донеслись тихие рыдания. Он бросился на звук и обнаружил Неслихан под кухонным столом, на котором на противне были какие-то непонятные ошмётки. — Что случилось? — спросил Омер, забираясь под стол и хватая Неслихан за холодные руки. — Все сгорело, — всхлипнула она. — Я так хотела приготовить тебе ужин, а он… Сгорел… Я так старалась… Я просто уснула как-то незаметно, а когда проснулась, уже все было в дыму. И вот… — Ну и ерунда, — Омер обнял жену. — Закажем из доставки. Не плачь, ничего страшного не произошло. Он гладил спину любимой женщины, растирал ее ладони и шептал успокаивающие слова. Ведь и в самом деле, ничего страшного в том, что сгорело какое-то блюдо! Главное, что его родные живы и здоровы. — Любимая моя… Все хорошо. Сейчас закажем что-нибудь вкусное, что ты хочешь? — Ничего, — Неслихан было обидно из-за сгоревшего ужина. — Обними меня. — Обнимаю уже. Идём лучше на диван пересядем, ладно? И я всё-таки закажу еду.

***

Эбру видела этого человека потом еще несколько раз. Во вторник он шел за ней с репетиции, в среду провожал ее в школу. Она всерьез забеспокоилась, но что-то предпринимать пока не хотела. Да и пугать кого-то рассказом о странном мужчине, который ходит за ней, не решилась. Мало ли, вдруг ей только кажется? Вдруг это были разные люди? Или один человек, но так совпало, что они пересеклись? А папа с Мираном могут начать бурную деятельность, наймут ей охранника или будут сами возить в школу и забирать оттуда. Зачем оно надо? — Ты чего такая задумчивая? — спросила Дениз, когда они втроём сидели за столом и обедали. Их школу обслуживала кейтеринговая компания, и молодые ребята на ярком грузовичке каждый день привозили вкусные обеды. Эбру откусила кебаб и сказала: — Ничего. Все в порядке. — Это твой типичный ответ, — фыркнула Мерве. — Я бы удивилась, если бы ты когда-нибудь сказала: «Случилось то-то и то-то». — Ничего не случилось, девчонки, вы чего? — Так, — пожала плечами Дениз. — Как там Метин? — спросила Мерве. — Никак, — холодно произнесла Эбру. — Мне на него плевать. Пусть отжигает со своей рыжей и дальше. — Плевать, значит… М-м-м… Ну ладно. Конечно, Эбру было не плевать. Ради Метина она в июне сиганула в воду с катера, плыла к нему так быстро, что от частого дыхания разболелась грудная клетка. А потом вытаскивала его на берег — она и сама не помнила, как у нее это вышло, ведь Метин весит гораздо больше. Не то чтобы она хотела благодарности за спасение жизни, но такого отношения она точно не заслуживала. Аппетит пропал, она отложила кебаб в сторону и сказала: — Я пойду на урок. — Ты чего, еще же рано, — удивилась Мерве. — Ничего, мне как раз нужно повторить, вдруг вызовут отвечать. Само собой, ничего повторять Эбру не собиралась. Вместо этого она зашла в укромный уголок под лестницей и принялась удалять с телефона фотографии, связанные с Метином. Не хотелось даже думать о нем, даже случайно пролистывать в телефоне так и не отправленные ему картинки. По лицу текли слезы. Эбру вытерла их ладонью. Надо все-таки приводить себя в порядок и возвращаться к прежней жизни, как было до Метина. В четверг Эбру была крайне внимательна, но ни по дороге в школу, ни по пути обратно не встретила преследователя. Она даже порадовалась: хорошо, что не стала пугать Мирана с Рейян или папу! И вечером без страха поехала в бассейн одна — Гюль пожаловалась на боль в горле, и Рейян решила не отпускать ее на тренировку. — Может, тоже не поедешь? — предложила она. — На улице холодно, мало ли, простудишься. — Ничего страшного, если простужусь — посижу дома недельку, — пожала плечами Эбру. — Все равно надо ехать на тренировку, чтобы деньги зря не пропадали. Да и я отвлечься хочу… — Ну, хорошо. Назад сама доберешься или забрать тебя? — Я на такси. Рейян и Эбру обнялись, и девочка поспешила вниз по лестнице. До тренировки ещё оставалось время, и она решила пройтись пешком, тем более, расстояние было не таким далёким. Эбру предвкушала встречу с водой — она обожала плавать, потому что это помогало избавиться от тяжёлых мыслей и разгрузить голову. В бассейне все оказывалось на своих местах. Эбру казалось, что она спокойно могла плавать часа три, не меньше, и ни капли не уставать. Такая у нее была психотерапия. Вот и в этот раз получилось так же. После окончания тренировки Эбру даже осталась поплавать ещё — Гюль нет, ждать никто не будет. Да и в бассейне оставалось совсем немного людей. Эбру сделала пару кругов, затем нырнула, чтобы охладить разгоряченное лицо и заодно попрактиковать умение долго задерживать дыхание. До закрытия комплекса оставалось всего полчаса, когда она вышла на улицу. Она вытащила телефон, который просил срочно поставить его на зарядку, открыла было приложение вызова такси, но тут откуда-то сбоку послышались шаги. Эбру спрятала телефон в карман и обернулась. — Попалась! — ее вдруг схватили и прижали к стене. Рот накрыла тяжёлая мужская ладонь. Эбру парализовало от испуга, но всего на минутку. Перед ее лицом были страшные глаза, смотревшие исподлобья. — Поедешь со мной, — сказал нападавший. — Пусть твой папочка заберет тебя! «Мамочки, что же мне делать? — запаниковала девочка. — Аллах, пусть кто-нибудь поможет! Геральт… Геральт всегда оказывался рядом! Где он? Почему его нет?» Эбру глубоко вздохнула, усилием воли прогоняя панику и заставляя себя успокоиться. «Брызнуть бы ему чем-то в лицо», — мелькнуло в голове. — Отпусти, я сама пойду, — сказала она, выворачиваясь из цепких пальцев. — Сама, видишь? Не трогай! Другой рукой она расстегнула боковой карман в сумке, молясь, чтобы баллончик с дезодорантом оказался там. Судьба явно была к ней благосклонна. Секунда — и в глаза страшного человека полетела струя. — Ах ты стерва! — завопил он, прижимая руки к лицу, а Эбру, роняя дезодорант, уже помчалась к дороге. Скорее, туда, где люди, на остановку или к магазину! Она оглянулась, но даже не заметила, идёт ли за ней бандит. Казалось, мозг снова отключился, заставляя ее бежать куда глаза глядят. Она увидела, что у остановки стоит автобус, и прыгнула внутрь, даже не заботясь о том, куда он едет. Чтобы успокоиться окончательно, понадобилось добрых полчаса. Кажется, Эбру даже задремала на уютном сиденье в теплом салоне. А когда открыла глаза, то услышала, что автобус подъезжает к конечной остановке. Под пристальным взглядом водителя девочка вышла и посмотрела по сторонам. Она жила в Стамбуле почти полтора года и ещё не успела хорошо выучить город. Вот и теперь автобус привез ее в незнакомый район. Сердце заколотилось. Эбру достала телефон, но тот, поморгав на прощание экраном, выключился. Паника накатила с новой силой. Девочка опустилась на скамейку и обхватила себя руками. «Вот теперь ситуация точно безвыходная», — подумала она.

***

Рейян уже в пятый раз набирала номер Эбру. И точно так же в пятый раз слышала «абонент временно недоступен». Беспокойство начинало атаковывать все сильнее. Эбру обычно никогда не задерживалась и всегда предупреждала, если что. На сердце было тревожно. — Что-то Эбру долго нет, — Миран вышел из комнаты. — Спорткомплекс уже давно закрылся. Даже если она пешком пошла, давно должна была вернуться. — И телефон недоступен, — Рейян вздохнула. — Мне это совсем не нравится. — Она не могла поехать к отцу? — Не думаю. Оттуда в школу далеко добираться. К тому же, форма и школьная сумка дома остались. Нет, что-то точно случилось… Миран обнял жену за плечи. — Не паникуй раньше времени, Рейян. Может, она решила прогуляться после тренировки? Может, подругу встретила или этого… как его там… Метина? — Они поссорились, — вздохнула Рейян. — Эбру сказала в понедельник вечером. Да и Метин в соцсетях фото с другой девушкой выкладывает. У Мирана сжались кулаки. — Почему я об этом узнаю только сейчас? — он повысил голос, ударяя по стене. Рейян вздрогнула: — Именно поэтому, Миран! Ты уже готов бежать и бить его! А ничего такого в этом нет. Ну да, поссорились, ну да, он с другой… Да, такое бывает, особенно в их возрасте. Это же подростки. — У меня так не было, — сквозь зубы процедил Миран. — У меня тоже… Но ты не забывай, что мы росли в Мидьяте, там нравы другие. А здесь Стамбул. Миран вздохнул. — Нет, я так не могу, — сказала Рейян. Я скоро с ума сойду от волнения! Надо звонить Омеру, возможно, Эбру у него. Или он хотя бы знает, куда она могла отправиться. Она набрала знакомый номер и уже через секунду услышала голос отца Эбру: — Слушаю, Рейян. — Омер, добрый вечер. Ты сейчас не занят? Не на операции? — голос Рейян дрогнул. — Нет, дома с Неслихан. — Понятно. Скажи, пожалуйста, а Эбру… — девушка облизала пересохшие губы. — Эбру случайно не с вами? — Нет, — голос Омера зазвучал удивленно. — А… что случилось? — Она пошла в бассейн. Давно должна была быть дома, а ее все нет! И телефон недоступен. Мы очень переживаем. — Так, — Омер казался спокойным, но голос его дрожал, — будьте дома. Я сделаю запрос нашим, пусть проверят, где последний раз включался ее телефон. Еду к вам. — Хорошо, мы ждем. Окончив разговор, Рейян посмотрела на Мирана: — Ну вот, она не с отцом! Я очень переживаю… Вдруг ее похитили? — Тогда бояться нужно уже за похитителей, — усмехнулся Миран. — Это же Эбру, она устроит им сладкую жизнь. Пожалеют, что связались. — Опять ты шутишь! А если… если ее пытают? — на глазах у Рейян проступили слезы. — Родная моя, успокойся, пожалуйста, — Миран обнял ее. — Мы все равно ничего не сможем сделать. Мы ведь даже не знаем, в какую сторону ехать искать ее! — Надежда только на Омера… Звонок в дверь раздался минут двадцать спустя, когда Рейян уже допивала вторую кружку успокоительного сбора. Миран бросился к двери. — Она не появилась? — спросил Омер, едва увидев его. Отец Эбру тоже выглядел не лучшим образом: бледный и явно встревоженный. Оно и неудивительно: дома беременная жена, которую совсем не хочется оставлять, а тут еще семнадцатилетняя дочь пропала. — Нет, — мотнул головой Миран. — От твоих есть известия? — Должны быть, — его телефон зазвонил в руке. — О, как раз из штаба… Слушаю, Оператор… Так… Понял. Мы немедленно едем туда. — Вы нашли ее? — выбежала навстречу отцу Эбру Рейян. — Не знаю. Ее телефон выключился в районе Умрание. — О Аллах! Это же так далеко от нас! Что она там делает вообще? — Не знаю. Я поеду туда. — Я с тобой, — Миран схватил куртку. Более часа понадобилось им, чтобы добраться до Умрание. Омер то и дело сверялся с координатами, которые отправили ему коллеги из разведки. — Должно быть где-то недалеко, — сказал Омер. — Аллах-Аллах, дочка, что же с тобой случилось… Как ты забралась в этот район вообще? Они кружили по улицам еще минут десять, прежде чем прибыть на место, которое показывали координаты. Омер и Миран выбежали из машины и принялись оглядываться. Прошло уже так много времени с момента выключения телефона! Кто знает, что могло случиться с девочкой? — Смотри! — вдруг закричал Миран. — Вон, на остановке… Это не она сидит? Омер прищурился: — Вроде… Она! Эбру, дочка! — Эбру! — позвал Миран. Худенькая съежившаяся фигурка на остановке обернулась. — Папа… Миран! Они оба подбежали к девочке, подхватывая ее и обнимая. Руки Эбру были ледяные, ее всю трясло от холода. Впрочем, неудивительно: вокруг не наблюдалось никаких мест вроде магазинов или заведений, где можно было бы погреться. Остановка была, пожалуй, единственным местом, которое хоть чуть-чуть спасало от ветра. — Эбру, дочка, дорогая, что случилось? Как ты здесь оказалась? — вопрошал Омер. Эбру вздрогнула и посмотрела на него широко распахнутыми глазами. — Идем в машину скорее, — Миран сбросил с себя куртку и закутал девочку в нее. — Замерзла вся… Тебе в тепло надо. В машине Омер скинул и свою куртку, укрывая дочь, которая с ногами забралась на сиденье. Ей и правда было очень холодно. Дрожь не прекращалась, даже когда они уже достаточно далеко отъехали. Девочка так и не проронила ни слова насчет того, как оказалась в Умрание. У Мирана сжимались кулаки, когда он смотрел на нее. Он молился, чтобы с Эбру не случилось что-нибудь страшное вроде изнасилования или ограбления. Больше всего на свете ему хотелось ударить того, кто так сильно напугал девочку. Судя по всему, Омера обуревали такие же чувства. — Эбру, как ты? — он обернулся к дочке на светофоре. — Мы скоро приедем, держись, милая. Девочка только кивнула. Рейян, естественно, так и не смогла уснуть, несмотря на несколько выпитых кружек успокоительного чая. Едва у дома остановилась машина Омера, она тут же бросилась к двери. И вскоре уже выхватила у мужчин из рук дрожащую Эбру: — Аллах, спасибо тебе! Слава Аллаху, с тобой все в порядке, милая! Ты цела? Ничего не болит? — Эбру помотала головой. — Идем, надо принять ванну, чтобы согреться. Я помогу тебе. Как ты оказалась в этом чертовом Умрание? Девочка покорно побрела в ванную и даже не возражала, когда Рейян принялась стягивать с закоченевшего тела одежду. На ногах никаких синяков или следов крови девушка не увидела, и это не могло не радовать — значит, Эбру точно не насиловали. Зато когда она сняла свитер и майку, то заметила на руке чуть выше локтя красные отметины — будто следы пальцев. Сердце заколотилось. — Эбру? Кто это сделал с тобой? — вырвалось у нее. — На меня какой-то псих напал, — едва разжимая губы, произнесла девочка.