Антея

      Мастерская инженера Гарсия не сказать чтобы просторное, но достаточно комфортное для извечной обывательницы помещение. Тут и там на настенных органайзерах размещены инструменты на все случаи неисправностей, а главным достоинством комнаты является большой верстак посередине, на котором застыла объёмная голубая голограмма разобранного на составные части механизма «Антеи». Долорес пыталась разобраться в недавнем инциденте, но работа встала. И виной тому вовсе не лень девушки или проблемная задача. Просто сейчас работают над ней. Лёгкое гудение аппаратуры сопровождало возбуждённое дыхание, дополняемое стонами. В мягком уголке для отдыха, освещаемом приятным тусклым красным светом, хищница пленила жертву. Бланш посадила девочку себе на бёдра, чтобы контролировать ситуацию и иметь удобный доступ ко всем интересующим местам. Мокрые средний и безымянный пальцы левой руки неторопливо совершают возвратно-поступательные движения, а большой и указательный пальцы правой нежно потягивают твёрдый сосок. — Ножки чуть-чуть пошире. Долорес послушно выполнила требование. — Хорошая девочка. — М-мисс… Д-дюко. М-мне надо… рабо-тать. Её голос звучал слишком уж неубедительно для той, кому действительно не терпится вернуться к работе. — Ты и так в последнее время не вылезаешь из мастерской. Совсем без отдыха нельзя. — Н-но Астрид… Упоминание увлечённой учёной побудило Бланш облизнуться. — Она обязательно получит своё. Сейчас мы занимаемся тобой. Верно? — Да-а-а. — беспомощно млея от ласк протянула Долорес. — Какая мокрая… Так хотела моего внимания? Ты же знаешь, меня надо просто попросить. Я с удовольствием… — пальцы прошли чуть глубже, заставив девушку напрячься и издать стон — уделю тебе пару минут. Или часов. Жаркие стоны, повышенная чувствительность и абсолютная покорность. Это не требования, это неизбежные последствия взаимодействий со старшей помощницей «Антеи». Видеть раскрасневшееся личико девочки, забывшей обо всём, кроме наслаждения, одно из любимых её занятий.       Тем временем посредница в своей каюте рапортовала адмиралу Громову о ситуации, стоя напротив небольшого голографического проектора. Однако дежурный доклад плавно перетёк в непротокольный разговор: — Честно сказать, вся эта ситуация со странными находками тревожит меня. — сказал адмирал Громов. — Слишком многие оживились, когда о них стало известно. — Интересно, что находки были обнаружены почти одновременно в разных уголках галактики. — Да, это странно. Хоть у нас пока нет доказательств, Доминион явно обратил на них пристальное внимание, что редкость. Если даже там посчитали найденное ценным… — А может, это какой-то неизвестный доселе материал? В последнее время многие государства продвинулись в изучении новых миров. Привычные нам металлы встречались на многих других планетах, может, этот просто находился чуть дальше? — Всё может быть, штаб-сержант. — выдохнул мужчина. — «Эми всё рассказала про вас. И о том, как ты её кинула». — пронеслось в мыслях. — Адмирал, если позволите… — Да? — До своей отставки коммандер Брайт участвовала в миссии, данные о которой строго засекречены. Есть ли возможность получить к ним доступ? На пару секунд адмирал замолчал. — Вижу, разведка работает безупречно даже внутри системы. Грифы придуманы не просто так, штаб-сержант. Ответ был предсказуемым, а потому не стал для Виолетты сюрпризом. — Даже если бы хотел, я не могу. Это профессиональный запрос? — Нет, личного характера. — Тем более. Надеюсь на понимание. — Да, я… я понимаю. Всё равно спасибо. — В скором времени поступит ещё одно поручение. Я свяжусь с Вами позже. Конец связи. Как только голограмма исчезла, с Виолетты спала профессиональная маска. За ней легко прятать проблемы, но оставаясь наедине с собой, контролировать их становится трудно. Разговор с Эшли не выходил из головы. — Наверное, было ошибкой напрашиваться на это задание. Сама не знаю, чего ожидала от этой встречи. Прошли годы… Неважно. У меня есть задача, сейчас это главное. Эми бы так и сказала. Мысли в этом направлении вызывают неприятные ощущения. Чтобы развеяться, Виолетта решила прогуляться по кораблю, но переступив порог каюты, едва не столкнулась с Юной. — Прости. — по-доброму улыбнулась Юна. Виолетта отступила на шаг. — Ты же… — Знаю, воспоминания обо мне остались не самые приятные. У тебя всё хорошо? — Да. — инстинктивно касаясь почти зажившей раны, ответила девушка. — Но это неважно. Ты целилась не в меня. Тон последнего предложения приобрёл укорительную ноту. — Тогда… всё по-другому было. Мы были противниками. Я не оправдываюсь, ты имеешь право злиться. Я лишь хочу сказать спасибо. — За что? — Не каждый бросится под пули, чтобы спасти кого-то, даже если речь о близком человеке. Это сильный поступок. Из-за него моя пуля впервые за долгое время не достигла цели. За это и благодарю. Принадлежность девушки к рейдерам, а также предыдущий опыт взаимодействия кричали о том, что доверять ей нельзя. Но то, что видела Виолетта перед собой, противоречило первичному суждению: искренняя тёплая улыбка, взгляд огненных глаз без капли злобы или ехидства, но с толикой тоски. — Тяжело поверить, что тот снайпер и девушка передо мной — один человек. Но Эми доверилась ей… Ладно, что было, то было. Но это не значит, что я тебе доверяю. Я знаю, кто ты. Неважно, на что ты способна, один запрос — и Альянс достанет тебя в любой дыре галактики. — Если бы у меня были дурные намерения, ты своими словами сместила бы фокус моего внимания с Эмили на себя. Во второй раз. Кажется, она очень тебе дорога. Услышав последнее слово, Миронова едва заметно занервничала. — Это тебя не касается. — Твоя правда. У меня нет злого умысла и мне не неважно, кто на кого работает, поэтому и к тебе претензий нет. Я не прошу верить мне. У тебя есть веские причины этого не делать, поэтому я предпочту делом доказать свои слова. С этими словами Юна направилась по своим делам. — Вы с ней похожи. Ты тоже очень хороший человек. — добавила она, скрываясь за углом. Какое-то время Виолетта смотрела ей вслед. — Вокруг неё нет плохих людей, да?       Почти в то же время чем-то взволнованная учёная попросила Эмили как можно скорее навестить её в лаборатории. — Что за срочное дело? Суетливая Астрид, бегая глазами по столу, собрала листы с формулами в стопку. Вид у неё был уставший, но воодушевлённый. — А, д-да, срочное. Я тут… Это… сложно будет объяснить. Она протянула стопку Эмили, которая бегло изучила информацию: множество формул, сопровождаемых подчёркнутыми или перечёркнутыми пояснениями, мысли и зарисовки сливались в кошмар гуманитария, понятный только «высоким» умам. — И… что я должна из этого понять? — А-ам… Сейчас. Порывшись на столе ещё немного, она достала кусок материала, который получила от Виолетты, и передала Эмили. — В-вот. — Похож на тот, что был на Энте. Я всё ещё не понимаю… — Его добыла наша посредница. Материал не похож ни на что. Я долго не могла понять, что это такое, пока меня не осенило — он невозможен! Эмили недоумённо перевела взгляд с листов на Астрид. — Чего? Да! — воскликнула учёная. — Вот именно! Определить химический состав оказалось невозможно. Удалось установить лишь его кристаллическую природу, хоть он таким и не кажется. Во всяком случае, исходя из известных нам критериев кристаллов. Но это не всё! Когда вы активировали пушку, он… как бы сказать… ожил. — Ожил? — Не буквально. Он… как будто активизировался. И тут началось… — Началось… что? Поправив очки, девушка постучала по зарисовке на листе. — Он начал меняться! Как… — она судорожно оглядела помещение в надежде найти подходящий пример, но ничего не нашла. — Как пластилин! Кристаллическую решётку невозможно было зафиксировать в конкретном положении, она постоянно менялась. Но главное… он как будто срезонировал с кораблём! Вернее, с обшивкой. Я поговорила с Долорес, она сказала, что корабль пережил несколько попаданий, но после диагностики не было найдено повреждений. — То есть, виной тому этот кусок? — Да. Нет. В-возможно… Я не знаю, честно. Единственное, что приходит на ум, это схожесть химического состава материала с обшивкой «Антеи». Энергия пушки пронеслась по всему кораблю, «пробудив» кристалл, и активировала что-то вроде регенерации. — Хочешь сказать, корабль… взял и самозаживился? — Что-то вроде того. Ну не прелесть ли! — почти фанатично воскликнула учёная. Поверить в это было достаточно сложно, но Эмили предполагала некоторые допущения в отношении «Антеи». — Мы с Леной нашли корабль в руинах. Какое государство может обладать такой технологией? Астрид села в своё кресло. — Никакое. Как я уже сказала, материал невозможен в рамках известной нам химии и физики. У нас есть примеры самовосстанавливающихся материалов, но чтобы кристаллы, да ещё и в масштабах космического корабля… Разве что… Архивы Альянса и Доминиона утопают в секретных проектах и разработках, не говоря уже о других государствах. Но могли ли там успешно освоить такой материал втайне от всех? — Вот это новость, конечно. — ладонь сжалась в кулак. — Если меня подрядили только для того, чтобы не привлекая внимания добывать этот материал, я устрою им разнос похлеще того, что был три года назад. — Я бы так не спешила, коммандер. Пока нам не встречались похожие на «Антею» корабли, как и иные технологии схожего толка. Не стоит сбрасывать со счетов и… более специфичные варианты. — Какие? Пришельцы? — Человечество не изучило Млечный Путь даже наполовину, не говоря уже о других галактиках. В любом случае, я первая независимая учёная, получившая в свои руки такой ценный образец. Назову его… Унобтаний. — Унобтаний? — Так инженеры называют необходимые для работы тех или иных технологий материалы, но либо пока не открытые, либо невозможные в рамках известной физики или химии. Как раз наш случай. — Открытие, конечно, интересное и полезное. Теперь ты можешь и отдохнуть, так? Рассмеявшись, Астрид откинулась на спинку кресла, сняла очки и накрыла глаза рукой. — Да уж, отдых бы не помешал. Но я не жалею ни об одной секунде без сна или еды. — Будешь так перенапрягаться — отберу исследовательские игрушки. — Да, мамочка. А лучше бы уделила немного времени своей личной учёной. В лаборатории порой бывает одиноко… — с намёком пожаловалась она. — Выспись сначала и поешь.