Запах сирени

      Посреди ночи из маленького, обшарпанного дома доносились крики и звуки борьбы. В деревне уже привыкли к этому; поначалу неравнодушные жители пытались помочь супружеской паре, но тишина и покой в этой семье длилось от силу пару дней. Стоило супругу сделать всего один глоток крепкого напитка, как все начиналось по новой. Хотя каких-то несколько лет назад, когда молодые супруги только приехали в деревню, казалось нет пары счастливее их. Но все изменилось несколько лет назад, когда женщина родила мальчика. Новоиспеченный папа на радостях собирался устроить пир на всю деревню, только вот следующие слова лекаря, принимавшего роды, разрушили момент счастья. — После осмотра ребенка, стал известен вторичный пол. Ваш сын - омега. *** — Убирайся с глаз моих! Мерзкий выродок!       Мальчик в последний момент успел захлопнуть дверь, перед тем как в нее разбилась пиала. Отец сегодня проснулся не в настроении, и даже не умывшись, уселся распивать дешевое вино. В то время, как матушка за несколько медных цянь работала в поле. В крупных городах на эти гроши не купить даже плешивой лепешки. Их деревенька находилась посреди леса, дичи обитающих в них, вполне хватало кормиться хоть всю жизнь.       Дом, в котором они жили был очень маленьким, было всего две комнаты. Говорят мать Ци Жуна в прошлом была принцессой государства и продав всего одну золотую серьгу, супруги смогли купить себе жилище.       Детской комнаты как такой не было ранее, ее просто переделали из кладовой, тут ребенку то не было развернуться, поэтому глава семейства старался сюда не заходить, на радость сына. Плотно затворив дверь, мальчик рухнул на маленькую кроватку - единственное что помещалось в этой комнатке без окон. Лежа в кромешной темноте, в голове ребенка то и дело крутились мысли о еде, желудок Ци Жуна болезненно сжался, он ел только, когда мама дома. Но из-за работы ей приходилось уходить на рассвете и возвращаться после захода солнца. Поля тут были небольшими, но работы было всегда предостаточно, Ци Жун мечтал поскорее вырасти и помогать матушке. А еще у хозяев была такая красивая лошадь, мальчик блаженно прикрыл глаза от мысли хотя бы раз на ней прокатиться. От мечтаний отвлек громкий стук по двери, Ци Жун моментально подскочил на месте, в испуге глядя на дверь. Та с грохотом открылась и перед глазами предстал отец, гневно глядя на сына. — Уже скоро время Собаки , кто в такое время работает на поле? Эта шлюха.. — Не говори так о матушке! — крик мальчика был подобен мышиному писку. Ци Жун сам не заметил как слова вылетели, обычно из-за сильного страха перед отцом, он не то что говорить, даже взгляд лишний раз боялся поднять.       От пьяного и разгневанного взгляда мальчику становилось не по себе. Сильно трясясь и падая возле ног родителя, Ци Жун уже сам не помнил как начал молить о прощении: — Отец, простите, я правда не хотел. Не гневайтесь, прошу. Простите, простите…       Видят боги как Ци Жоу в начале пытался полюбить и принять этого никчемного мальчика. Неужели Небеса были настолько против их брака с Сяолянь? Он держался ровно до того момента, пока не стало известно, что когда-то любимая жена, больше не способна выносить плод. Не о таком мечтал мужчина, он хотел вырасти сильного и выдающегося воина, каким сам не смог стать. Омеги слабее даже женщин, они не то что сражаться, даже меч не в состоянии держать. Как такой мусор только мог родиться в их семье? Не в силах сдержать свой гнев, Ци Жоу пнул по плечу, все еще сидящего и извиняющегося на коленях мальчика. Болезненный вскрик на секунду отрезвил, но последующие завывания стали толчком к еще большей злобы и ярости на несправедливую судьбу.       Когда Сяолянь вернулась, ее в первую очередь насторожило, что муж не выскочил, как обычно, на встречу, громко бранясь. Она уже привыкла, что каждый вечер уставшую от физической работы женщину, ее также «добивал» морально муж. Ей было куда уйти, было куда сбежать, сестра в письмах неоднократно просила бросить нерадивого мужа и приехать жить к ней во дворец. Но что-то удерживало ее на месте. Может это чувство стыда? Она чувствовала, что это Небеса недовольны тем, что она бросила несогласных с этим браком родителей и сбежала. Ее предупреждали, ей неоднократно твердили, что несогласованный с родителями брак, всегда будет несчастливым. Куда же тут до благословения от Небес, когда даже родные люди его не давали. Она готова была нести ответственность за свои поступки ровно до того момента, когда переступила порог их спальной комнаты. Сяолянь готова терпеть все побои и обвинения со стороны Ци Жоу, она искренне верила, что заслуживала этого, ее грех был слишком велик. Но разве их ребенок в ответе за грехи глупой мамы? Женщина яростно оттолкнула мужа и прижала к себе тихо плачущего Ци Жуна. Алкоголь в крови сыграл явно не маленькую роль, раз от одного толчка рослый мужчина упал и от сильного головокружения даже не предпринял попыток встать. Глядя сверху вниз на это тело, Сяолинь искренне не понимала прошлую себя. Да, будучи молодым охранником императорского дворца, Ци Жоу выглядел как небожитель спустившийся с Небес. Или так казалось маленькой принцессе, не любящей ходить на приемы и толком не видящей других юношей своего возраста? И как тот высокий и подтянутый молодой человек с прекрасным характером превратился в этого жирного ублюдка, посмевшего поднять руку на ребенка. Женщина пнула мужа, вложив в удар всю свою боль. — Да как ты мог? Неужели за столько лет ты так и не проникся к нашему сыну хоть капелькой любви? Небеса наказали тебя, не дав того ребенка, которого ты так желал. Небеса наказали меня, не дав той любви, ради которой я отказалась от семьи. Но разве наш Жун-эр заслужил отвечать за наши грехи? Ответь!!       Не переставая бить пьяного супруга, женщина с громким всхлипом рухнула на пол. Сяолинь готова была всю жизнь терпеть от него все, это был ее выбор. Но Ци Жун не выбирал себе жестокого отца, он не выбирал себе трусливую мать. Как только она увидела как Ци Жоу применяет к ее единственному ребенку физическую силу, Сяолянь поняла: так больше продолжаться не может. Она покинет эту деревню навсегда, но не ради себя. Она этого не заслужила. Этого заслуживает ее сын.       В спешке собирая небольшой мешочек с необходимыми вещами для длительного путешествия, Сяолянь посмотрела на Ци Жуна, тихо сидящего на стуле, по опухшим щекам которого, не прекращая, текли слезы. Сердце моментально болезненно сжалось. Большую часть мира составляли беты, они с уважением относились к сильным альфам, но совершенно не воспринимали мужчин-омег. Хоть ее сын и омега, но женщина пойдёт на все ради его счастья. Главное поскорее оказаться подальше от этого дома.