Венская обжарка

      Одинокая звонкая трель входного звонка разорвала вязкую тишину антикварной лавки. Тётя в ожидании выгнула бровь, переведя свой взгляд с фишек маджонг, лежащих перед ней на кухонном столе. Племянники или..? За стенкой, разделяющей прихожую и кухню, раздалось недовольное ворчание, чередующиеся с шуршанием ткани, целлофана и глухих пересыпчатых ударов чего-то мелкого.       Глаза владелицы лавки мгновенно загорелись ожидающим любопытством. Тётя опёрлась подбородком на левую руку и вытянула шею, подавшись навстречу суетливых звуков. Через мгновение в кухню влетел запыхавшийся тёмный маг с перекошенным от отвращения лицом, держащий в вытянутой руке большую упаковку кофе. — Я его еле нашёл. Ничего попроще не могла загадать? — небрежно швырнув тару на стол, проворчал Вонг. — Хмф, меньше проигрывай!       Тётя незамедлительно схватила пачку кофе, проигнорировав нарастающее возмущение со стороны Даолона. Притянув кофейный слиток к носу, антикварщица прожала пластиковую кнопку и втянула источаемый упаковкой тонкий запах в лёгкие. Искристая крепость, ноты табака и перца, лёгкая солоноватость. Прелесть. Оторвавшись от искушающего аромата, Тётя глубоко вздохнула, влюблённо глядя на пачку. — Ещё немного и я начну ревновать. — Айя, так ты будешь отыгрываться? — недовольно протянула антикварщица, переводя свой взгляд на насупившегося тёмного мага. — Может, в этот раз удача повернётся к тебе? — Грх, с моей удачей всё в порядке! Это ты мухлюешь! — Хорошо, — снисходительно произнесла светлая волшебница, пододвинув фишки к Даолону, — тогда сам и раскладывай.       Светлая волшебница элегантно вспорхнула со своего стула, бережливо притянув пачку к груди, будто младенца. Переместившись к кухонному гарнитуру, Тётя открыла шкафчик, в котором стояли коробки с чаем. Потёртая турка, взгромоздившись на своих соседей, счастливо сверкнула бочком в присутствии своей хозяйки. Пара стремительных движений и зёрна уже насыпались в кофемолку, а под туркой разгоралась конфорка. — Тётя даже отвернётся, — издевательски протянула Чан, скользяще-неторопливо прикоснувшись взглядом к кипящему тёмному магу.       Возмущение, попытавшееся донестись со стороны Вонга, заглушил дребезжащий визг кофемолки. Уголки губ Тёти озорно приподнялись. По всей кухне начал распространяться тягучий аромат. Ноты тёмного шоколада скромно выплывали на поверхность восприятия, дополняя композицию. Крышка отлетела в сторону отработанным движением немолодых рук, её место моментально заняла чайная ложка, несколько раз прокрученная между тонких пальцев.       Три ложки кофе, щепотка соли и никакого сахара. Лёгкими круговыми движениями сухие компоненты закружились вихрем в обжигающих стенках медной джезвы. В след за ними в турку шипя и стремительно влилась вода, едва долитая до середины ёмкости.       Светлая волшебница, подобно коршуну, вцепилась в столешницу возле плиты, облокотившись на неё и прислонив стопу правой ноги к щиколотке левой. Её взгляд, устремлённый на едва разогретый напиток, уже нетерпеливо вспыхивал. Мечтательно прикрыв глаза, антикварщица втянула пьянящий аромат в лёгкие. Стойкая крепость, нарастающие ноты табака, обволакивающий перец. Какая же прелесть.       За повисшей на кухне тишиной, прерываемой приглушённым шипением газового огня, Тётя почувствовала пристальный ожидающий взгляд, покалывающий её спину. — Чего-то ты притих. — Наслаждаюсь видом, — бархатисто-хриплой нежностью донеслось со стороны тёмного мага. — Айя, старый извращенец, постыдился бы! — Было бы за что.       Чан повернула голову на ехидно улыбающегося Даолона, разложившего фишки для новой партии. В прищуренных разных глазах сдержанно трещали холостые искры, стремящиеся навстречу мягко разгорающимся углям, притаившихся за пенсне. Весело фыркнув, Тётя отвернулась к плите, услышав подходящие к кипению звуки.       Звонкий щелчок конфорки и дребезжание чашек вновь оживили кухню. Обжигающий напиток тёмно-карамельного цвета, перелитый в чашки, распускал колышущие цветы пара на своей поверхности. Сполоснув кофеварку и поставив её обратно на своё законное место, антикварщица подхватила керамику в руки.       Кофейные чашки заняли свои места около разминающихся перед новой партией оппонентов. Тётя до хруста потянула ладони, оценивая доставшиеся ей фишки. Неплохо, но могло быть и лучше, всё-таки удачливость у Вонга и правда такая себе. Сам тёмный маг, хмурясь, закусил нижнюю губу. Похоже и эта партия будет за Тётей. Уже предвкушая победу антикварщица, потянулась за своей чашкой и сделала глоток. Горячий и плотный напиток, горьковатый на послевкусии слегка обжёг язык. Облизнув губу, Чан отставила его в сторону ещё поостыть, с интересом переведя взгляд на притихшего и хмурого тёмного мага, вопросительно выгнув бровь. — Я не собираюсь пить эту твою дрянь. — Айя, ты его даже не попробовал, а уже говоришь, что дрянь! — Весь кофе одинаковый, — раздражённо протянул Вонг, скрестив на груди руки. И без того перекошенное от отвращения лицо, ещё больше скривилось, — мерзко-горький и жжёный. Давай начинать.       Взяв кубики из центра разложенной на столе стены, тёмный маг интенсивно встряхнул их в ладонях, резко бросив. — Ха! Восемь, попробуй перебить! — Ну ты сам напросился, — подхватив пару кубиков и кинув их, Чан тронула те взглядом и высунула язык, – девять. Восток – мой!       В воздухе повисло тягуче-сковывающее напряжение, разрываемое громкими щелчками фишек. Ему достался на редкость хреновый расклад, но, если собрать хотя бы пару комбинаций, можно выпутаться. Он до боли стиснул зубы. Улыбающаяся одними губами антикварщица сделала ещё глоток кофе, простреливая тёмного мага обжигающим взглядом. В его носу свербело пылким перцем и буйно-горьким табаком. По лбу пробежала капля пота. Она ещё и издевается. — Уже готов сдаваться? — Мы ещё не закончили! — Цк, и ведь ничему тебя жизнь не учит.       С громчайшим щелчком, Тётя сделала свой ход, забирая последнюю фишку. Чан выложила свои фишки лицевой стороной вверх, четыре группы по три фишки и пара одинаковых красовались в свете кухонной люстры. — И что же у тебя?       Недовольно рыкнув, Вонг презрительно выложил свои. Одна комбинация из четырёх, одна из трёх и полный бардак из шести фишек. — И Тётя снова выигрывает! — быстро пробежавшись взглядом по итогам, антикварщица громко вскрикнула, гордо скрестив руки на груди и широко ухмыльнувшись. — Вонь твоего проклятого кофе меня сбила! Я не мог сосредоточиться! — Плохому танцору и ноги мешают!       Тёмный маг издал протяжный разочарованный стон, уткнувшись лбом в сложенные на столе руки. — Чего ты хочешь? — обречённо сказал Даолон, не поднимая головы. Он уже подсчитывал во сколько обойдётся это поражение для его кошелька.       Тётя широко ухмыльнулась, сощурив пылающие глаза. Её взгляд упал на нетронутый кофе в чашке тёмного мага. — Мерзко-горький кофе, говоришь? Абсолютно весь одинаковый, не дающий сосредоточиться, говоришь?       Вонг вопросительно смотрел на антикварщицу одним показавшимся глазом с толикой нарастающего опасения. Что она опять удумала? — Есть у Тёти одно желание. Специальное занятие на усидчивость, — подавшись навстречу, Тётя зарылась правой кистью в мягкие седые волосы Даолона, слегка перебирая пряди, — только запри дверь.

***

      В комнате приглушённого света раздавалось тяжёлое дыхание. Жилетка и расклешённые джинсы лежали неподалёку от закрытой двери в тётину комнату, деля соседство с остроплечей мантией. Белая рубашка под руками тёмного мага, неторопливо стекла с плеч светлой волшебницы на пол рядом с кроватью. Покрывая горячими поцелуями оголившуюся ключицу, Даолон спускался всё ниже.       Нарастающее напряжение внизу живота растекалось по всему телу антикварщицы. Под немолодой кожей, оглушающе стучало разгорячённое сердце. Ненавязчиво прикасаясь пальцами к затвердевающим соскам, тёмный маг нежно положил ладонь правой руки к груди Чан, после наклонившись к грудной клетке и, покрывая её лёгкими влажными поцелуями, переместил ладони на крепкую спину, проведя большими пальцами по напрягающемуся прессу. Обведя языком ореолу, Даолон сорвал с губ Тёти ещё одно трепещущее дыхание.       Встретившись глазами с антикварщицей, Вонг увидел за запотевающими пенсне, разгорающийся лесной пожар в глубине тёмных глаз. — Готова к чему-то большему? — Вонг навис над её торсом, разводя мускулистые бёдра в стороны. — Или и дальше будем вести себя как влюблённые подростки? — Айя, даже не думай отлынивать! Тётя ещё не готова. — Хорошо, — в урчащем тоне слышалось явное удовлетворение словами светлой волшебницы.       Спустившись ниже к тазу, Даолон провёл ладонью по левому внутреннему бедру Чан, после прильнув к нему, прочерчивая дорожку быстрых поцелуев. Мышцы под его руками напряглись, по ногам пробежалась мимолётная дрожь. Тёмный маг легко улыбнулся. В этот раз расклад удачный. Он провёл языком по пересохшим губам, направляясь в самое жерло вулкана. Аккуратно разведя когтистой ладонью внешние губы, он наклонился, прикасаясь влажным языком к разгорячённым лепесткам внутри.       Чан втянула воздух через сомкнутые зубы, напряжённо замерев. Сердце разгорячённо билось об рёбра, всё её лицо покрыл плотный румянец. Не спеша двигаясь по внешним органам, язык Даолона всё ближе подбирался к разгорячённому лоно, в конце погружаясь в него. Прикусив нижнюю часть губы, антикварщица тяжело и быстро дышала, пытаясь удержаться как можно дольше. Всё же этот чёрт был хорош в том, что он знал.       От ощущения тёплого языка тёмного мага, ласкающего внутренние стенки её влагалища, у Тёти кружилась голова. Она чувствовала, что и без того горячее тело, стало раскалённым, изредка раздираемым волнами холодного пота. Внутри было так жарко. И пусто. Ей хотелось чего-то большего. Поняв, что смазки стало достаточно, Вонг отстранился. — Уже сдаёшься? – наклонившись вплотную к шее антикварщицы, низко прошептал тёмный маг. — Ещё чего! Тётя тебе покоя не даст! — Хах, за это я тебя и люблю.       Его давно затвердевший и подрагивающий член прижимался к влажному лоно, покрываясь смазкой поступающими движениями. Нащупав им вход во влагалище, Вонг медленно и плавно начал погружаться внутрь. Тело Тёти вновь напряглось как струна, быстрое дыхание громко разнеслось между партнёрами. — Тише, расслабься, — успокаивающе покрывая шею поцелуями, Даолон придвинулся ближе, — теперь я не хочу тебе зла.       Он замедлился, дав Чан перевести дыхание, через пару мгновений, как только почувствовал расслабление, вновь начав погружаться внутрь до конца. — Айя, можно подумать, Тётя тебя когда-либо боялась.       Ощутив наполненность, Тётя сомкнула мускулистые бёдра на поясе тёмного мага, прижимая его как можно крепче к себе. Вонг клокочуще-глухо рассмеялся, слегка показав острые зубы. — Не отпустишь? — Ни за что!       Вновь облизав губы, он погрузил Тётю в новый поцелуй, начав медленное движение. Сильные руки антикварщицы обхватили плечи тёмного мага. Под её ладонями мерно переваливались плотные мышцы худощавой спины, покрытой бесконечными татуировками. Внутри степенно разливалось нарастающее удовольствие. Разорвав поцелуй, Даолон сам закусил губы, приглушая тяжёлое дыхание и иногда проскальзывающие стоны.       Продолжая движение, чуть ускорясь, он периодически морщился. Эти мелкие штуки под руками мешали, он никак не мог найти нормальное чистое место для опоры. О чём Чан только думала? — Для меня это слишком, — Вонг остановился, с отвращением отряхивая ладони от налипших зёрен, — давай их уберём к чёртовой матери! — Нет-нет-нет, ты сам согласился на это желание! — Тогда давай сама! Я не понимаю, как нормально опереться.       Резко выдохнув, Тётя взглянула на тёмного мага исподлобья. Вот умеет же он испортить момент! Синхронно переместившись, они кое-как приняли нужное положение. Оседлав бёдра Даолона, Тётя скрестила руки на груди, дожидаясь, пока тёмный маг не перестанет извиваться как угорь. Ей не терпелось продолжить. — Ну долго ты? — Шшш, теперь эти штуки впиваются мне в спину. — Правда? — поставив руки на простыни рядом с Вонгом, антикварщица похлопала театрально-невинными глазами. — Ай-яй-яй, бедный Даолон.       Когтистые ладони тёмного мага плотно сомкнулись на мускулистых бёдрах, чуть царапнув мощную спину. Встреченный Тётей взгляд мог убить высоковольтным током. Чан метнула не менее разгорячённый взгляд в ответ. Значит, будем по-плохому.       Возобновив движение, светлая волшебница не отрывалась от разных глаз, мечущих искры в разные стороны, будто болгарка. Замедлившись, антикварщица самодовольно смотрела на скривившееся в раздражении лицо тёмного мага. Чан положила ладони рук на тяжело поднимающуюся грудь своего партнёра, продолжая размеренные, не спешащие движения. — Всё ещё слишком для твоей костлявой поясницы? — звенящим насмешливостью тоном, произнесла Тётя. — Раздражаешь. — Тётя тоже тебя любит.       Наклонившись вплотную, она прикусила ухо Даолона, вырвав из него недовольное рычание. Хватка на её бёдрах стала плотнее, ногти практически до крови впились в плоть до позвоночника. Вот ведь паршивец. — Приподнимись-ка на минуту, я покажу тебе фокус. — Айя, какая же ты вредина, — оперевшись всем весом на свои предплечья и колени, Тётя оставила тёмному магу пространство для манёвра, — сделаешь больно — прибью.       Приподняв таз, Вонг стряхнул рукой с места, на котором лежал, что-то мелкое и глухо бьющееся, на пол. С облегчением выдохнув, он опустился на матрас и притянул Чан за пояс поближе. Мерные толчки, едва ощутимые поначалу, со временем начали набирать обороты, выбивая из Тёти глухие стоны, прерываемые хриплыми вздохами. В какой-то момент, развившаяся скорость могла посоперничать с циклом четырехтактного движка.       Антикварщица ощутила нарастающее внутри напряжение, сворачивающееся как тугая пружина. Она была совсем близко. Намертво вцепившись в плечи своего партнёра, светлая волшебница до хруста прогнулась в спине, отдаляясь от тёмного мага. В её глазах на миг потемнело, а по уголкам зрения метались холостые искорки. Поступающее движение, так и не останавливающееся, наконец прекратило свой ход. Через писк в ушах и стремящееся погаснуть сознание, Тётя почувствовали нечто тёплое, разливающееся внутри.       Со стороны Даолона послышалось хриплое, прерываемое редкими глухими рыками, дыхание. Две тесно сплетённые разгорячённые фигуры прерывисто подрагивали, пока, расслабившись, не прильнули вплотную друг к другу, почти замерев.

***

— И не жалко тебе? — с раздражением стряхивая кофейные зёрна с простыней и ног, проворчал Вонг. Он мог поклясться, что пара из них точно запуталась в волосах в процессе!       Тётя, до этого лениво потягивающая продираемые лёгкими уколами руки, с силой притянула тёмного мага за шею, страстно поцеловав, глядя на того с игривой нежностью через полураспахнутые веки. — Ещё сходишь. — Ах ты, мегера!       В спальне на втором этаже лавки раздался звонкий смех антикварщицы, чередующийся с нарастающим завыванием раненного животного.