Затяжка

      Сигаретный дым как никогда успокаивал нервы Нила Джостена, больше не напоминая о матери. Он держал сигарету, зажатую между пальцев, достаточно долго, наблюдая, как она медленно тлеет. Он думал. Было много причин для глубоких раздумий о жизни, а именно через что ему пришлось пробраться, чтобы в конце концов обрести свободу, но главное, с чьей помощью. Ноги свисали с края крыши, а ветер ласково трепал его рыжие волосы, пылающие от света закатного солнца. Глаза цепляются за движущихся людей внизу, выходящих из общежития шумной компанией. Его лицо трогает улыбка, пока он наблюдает за монстрами, которые собрались на вечернюю прогулку. Но, конечно, он не увидел среди них Эндрю, потому что Нил знал, что он предпочтёт отыскать его, чем бессмысленно сопровождать желающих нагуляться и наесться до отвала в ближайшей забегаловке. Ему было просто приятно от мысли, что его все равно застанут здесь, на их крыше.        Нил подносит сигарету ко рту, собираясь зажать ее ненадолго в зубах, да только лёгкие будто бы сжало, и глухой кашель начал вырываться наружу, заставляя Джостена отодвинуть сигарету подальше. Он шумно вздохнул, как только почувствовал, что его понемногу начинает отпускать, пока лёгкие срочно требовали снова наполнить их воздухом после короткого приступа. Нил оборачивается, слыша скрип двери, ведущей на крышу. Он снова улыбается, ещё и кривит улыбку так, будто только что впервые попробовал покурить сигарету и по неопытности затянул весь дым в лёгкие.              — Ты как ребёнок, которому дали новую игрушку, — саркастично протянул Эндрю, стоя в проходе. Шагнул вперёд, а дверь сама захлопнулась за ним.              — Я был обескуражен твоим появлением, — в той же манере отвечает Джостен. Он отворачивается, ожидая, что ему составят компанию.        Эндрю усаживается рядом, свесив ноги с крыши. Он взглянул на лицо Нила, недолго всматриваясь в его глаза. Поднимает руку, чтобы собеседник молча отдал сигарету сам. Нил, не задумываясь, передаёт ему почти дотлевший до фильтра окурок.              «Значит, давно здесь — мысленно подметил себе Эндрю».        Нил, несмотря на появление блондина, был всё ещё озадачен некоторыми вопросами, давно поселившиеся в его голове. Скорее же нет, это были неподтверждённые факты, которые не давали ему покоя. Один из них лежал на поверхности, дожидаясь лишь одного «да» от любимого человека, но в глубине души Нил был уверен, что уже получил беззвучный ответ. Ведь такая у них с Эндрю игра: их стиль общения и особенные отношения, делающие их зависимыми друг от друга. Все до того очевидно, что подобные рассуждения в голове казались ему пустой, но приятной тратой времени, пока он сидел рядом с виновником его размышлений. Но есть и другие мысли, которые не отпускали так же, как и мысли об Эндрю. С победы над Воронами прошло не так уж много времени, вкус сладкой победы ещё остался на языке каждого из лисов, в том числе и у Нила. Победа подарила ему право быть тем, кем он хочет, забыв о бегах. Но почему он стал задыхаться, вздохнув чистейшей свободы? Каждая новая сигарета затягивала петлю на шее Джостена всё сильнее, очень быстро лишая кислорода. Неприятно осознавать, что до сих пор не все в порядке. Мелочь, бывало и хуже, разве нет? Можно было сказать и так, если бы приступы кашля не стали обретать цикличность. Это мешает. Заметно тревожит и раздражает.              — Да или нет? — Нил поворачивает голову, встречаясь взглядом с Эндрю, а на его лице уже играет улыбка, предвкушая ответ.              — Да.        Терпеливо дождавшись незамедлительного «да», он потянулся к манящим губам, но перед этим, почувствовав всё тот же неприятный осадок от кашля, поглубже вздыхает, лишь бы как можно дольше не прерывать сладостный поцелуй. Правда, ненадолго помогает. Поцелуй чувственный, не на редкость нежный. Нил чувствует лёгкое помутнение сознания, отдаваясь губам Эндрю, пока руки блондина заскользили по затылку, взъерошив рыжие волосы. Стараясь удержаться за губы Эндрю, Нил истратил свой маленький запас кислорода, снова почувствовал нехватку воздуха, а вместе с этим неприятный вырывающийся из самой грудной клетки кашель, который снова разразил его, как только Джостен нехарактерно резко отстранился, болезненно откашливаясь.              — По тебе Эбби плачет, придурок, — Эндрю хмурится, демонстрируя видом всю серьёзность ситуации.        Нил мотает головой, как ребёнок. Было видно, как безостановочно-пробивающий кашель не давал ему возможности ответить что-нибудь, что успокоит недовольного Миньярда. Рукой Нил пытался рефлекторно закрыть рот, заглушить кашель, который измучил его всего за пару минут. Он бы хотел поклясться, что не болен. Горло не болело и не першило, не было привычных шмыганий носом. Кашель взялся будто из ниоткуда, который душит и преследует его вот уже несколько месяцев              — Делай вдох. Через нос, Нил. — Эндрю внимательно смотрит, отдав четкую команду, которую рыжий тут же попытался исполнить, сделав шустрый вздох через нос, — медленнее, дыши только носом.        Нил наклонился к коленям, невольно выдохнув через рот воздух, которым мгновение назад заполнял лёгкие. И это стало большой ошибкой. Он перетерпел последний глухой кашель и задышал строго через нос, стараясь сдержать все позывы. В конце концов и правда отпускает. Джостен не спеша поднимается, замечая руку Эндрю, что всё это время оберегала его от падения головой вниз и не давая ему наклониться слишком сильно, пока он ёрзал с опущенной грудью.              — Завязывай с курением, — Миньярд, по-прежнему державший сигарету, начал усердно и с нескрываемой ненавистью вдавливать её в бетон, чтобы затушить.        Нил ничего не хотел отвечать, но он точно уяснил для себя, что больше никаких чертовых сигарет. Он бы взялся снова, но не в случае, когда об этом просит Эндрю. Он тяжело вздымает грудь, приходя в себя.              — Отвези меня к Эбби и покончим с этим, хорошо?        Эндрю лишь слабо прищуривается, оценивая не только раскрасневшееся лицо Джостена, но и его реальные намерения. Каким бы они не были, но он лично проследит за каждым его шагом, заставив пройти любой, даже самый утомительный медосмотр.              — Ты ведь не любишь больницы. Раз решил остаться, то начни жить как все нормальные люди, — язвительно произнёс Эндрю, — иначе я намерен сделать так, что ты не то что не будешь допущен на матч, — клюшку держать в руках больше не будешь.        Нил послушно кивает, запоминая угрозы, напоследок сказав:              — Поехали.