Тётя Мэй против

— Нет, и всё-таки я не понимаю, почему ты выбрал именно этого Барнса. Я бы уж точно от мужчины с такой дурной репутацией держалась подальше, — Мэй снова затронула так нелюбимую Паркером тему. — Тётя, по-моему, мы с тобой это уже обсуждали, и я уже говорил тебе, что я взрослый парень и сам могу выбирать, кого мне любить. Тогда мне казалось, что ты меня поняла, ну вот опять… — вздохнул Питер. — Не понимаю, почему каждый раз, когда я прихожу к тебе в гости, ты снова и снова начинаешь разговор на эту тему? — Да потому, что я за тебя беспокоюсь, — ответила Мэй. — Ведь твой возлюбленный в своём прошлом был опасным убийцей, и я волнуюсь, а вдруг он решит тебе навредить! — Вот именно, что это было в прошлом, — ответил Питер. — Да и вообще, Баки тогда действовал не по своей воле: его лишили памяти и заставляли исполнять приказы люди из вражеской организации, но теперь он свободен и работает вместе со мной и командой Мстителей. И он любит меня и уж точно никогда не причинит вред! — А я бы не была в этом так уверена. А вдруг у него что-то снова в голове перемкнёт. Я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. — Тётя, пожалуйста, успокойся, со мной ничего не случится, в особенности, если Баки будет рядом. А вообще, давай, пожалуйста, закроем эту тему, я уже устал каждый раз повторять тебе одно и тоже.       Мэй тяжело вздохнула, но всё же наконец перевела разговор на другую тему, хотя настроение у Паркера было уже испорчено, и он не смог особо долго поддерживать разговор. По итогу он начал собираться домой под поводом того, что Баки сегодня вечером вернётся с миссии и ему нужно подготовиться к его встрече. Женщина при упоминании Барнса недовольно поморщилась, но, благо, ничего плохого не сказала, а просто проводила Питера до порога, где они обнялись. Попрощавшись с тётей, Паркер покинул её дом, отправляясь в сторону автобусной остановки, и, пока он шёл, в его голове витали не самые приятные мысли, а всё из-за того, что Мэй не воспринимала то, что он уже год встречается с Баки Барнсом, который был также известен как Зимний солдат. Да, прошлое мужчины действительно было, мягко говоря, не самым радужным, но ведь теперь всё было хорошо: тот исправлялся и помогал Мстителям ловить бандитов, и по отношению к Питеру он был очень заботливым и нежным, но Мэй почему-то всё равно была против него.       Так, когда они приходили к ней в гости вместе, она всегда старалась как-то Барнса уколоть словами, сказать что-то неприятное, и, хоть тот и держался спокойно, Паркер всё равно замечал, что ему неприятно, и именно поэтому он в последнее время навещал тётю один, но и сам начал уставать от всех этих разговоров о том, что Баки неподходящая для него пара. Что бы там Мэй не говорила, но Паркер очень сильно мужчину любил, и ему было совершенно всё равно на то, что было с ним в прошлом. Самое главное, что сейчас они счастливы, и было бы очень хорошо, если бы и тётя это поняла. Паркер качает головой, пытаясь прогнать грустные мысли и, стоит признать, как раз вовремя к остановке подъезжает нужный ему автобус. Примерно минут тридцать в пути — и он доезжает до улицы, где они с Баки снимают квартиру. Но Питер не сразу спешит домой, а решает зайти в кондитерскую, что находится через дорогу, чтобы купить там любимые Баки шоколадные кексы. Наверняка любимый десерт порадует Барнса, а сам Питер отвлечётся от грустных мыслей, ведь что-что, а встретить мужчину вечером ему хотелось в хорошем настроении. Так что сейчас он будет думать только о сладостях.

***

      И вот наступает вечер, и Питер начинает готовиться к встрече Баки. Он приготавливает ужин, разогревает чайник и осторожно перекладывает кексы из упаковки на тарелку, и ставит всё это на стол. Что ж, пожалуй, выглядит неплохо. Он как раз вовремя заканчивает накрывать на стол, в замке входной двери слышится скрежет ключа, и Паркер тут же спешит туда, чтобы вскоре оказаться в объятиях Барнса. Тот крепко прижимает его к себе и целует куда попало, а Паркер радостно смеётся, обнимая возлюбленного в ответ. Казалось, что они могли наслаждаться объятиями вечность, но Барнс всё же осторожно от Паркера отстраняется. — Ох, Питер, как же я по тебе все эти три дня скучал. И я так рад вернуться домой, — радостно улыбнулся Баки. — Я тоже по тебе очень скучал и с нетерпением ждал твоего возвращения, — чмокнув Барнса в щёку сказал Паркер. — Как всё прошло? — Более, чем удачно. Мы вместе с Наташей и Стивом избавились от всех бандитов и успешно завершили миссию — так что всё хорошо! — Отлично! И мне кажется, удачную миссию и твоё возвращение стоит отметить вкусным ужином. И кстати, на десерт я купил твои любимые шоколадные кексы… — Вот значит как, — улыбнулся Барнс. — Ну тогда пойдём скорее, мне не терпится всё попробовать.       Питер, улыбнувшись, кивает, и они вместе спешат на кухню, где садятся за стол и принимаются за ужин. Во время него Баки рассказывает о миссии более подробно, вспомнив смешной случай о том, как Наташа, после её завершения, немножко перебрала с горячительными напитками и умудрилась в таком состоянии забраться на пальму, с которой обратно слезть не смогла из-за того, что Романофф развезло, и им со Стивом пришлось её оттуда снимать. Они искренне посмеялись над этой историей, и Баки снова заговорил: — Да, вот такие вот у меня были дела… А ты чем тут занимался? — Мы вместе с мистером Старком разработали несколько улучшений для моего костюма Человека-паука, вчера я попробовал их использовать, и это было просто супер… Обязательно покажу тебе свои новые умения, если у нас выдастся совместная миссия. А ещё я сегодня навестил тётю Мэй…       Вспомнив об этом визите, Паркер резко замолчал недовольно поморщившись, и Баки, заметив это, осторожно коснулся его плеча рукой в поддерживающем жесте. — Что, она снова говорила о том, какой я нехороший человек и неподходящая для тебя пара? — вздохнув, спросил Барнс. — Ага, — кивнул Паркер. — Я не знаю, почему она так, неужели Мэй не понимает, что с тобой я счастлив и что мне неприятно то, что она так о тебе говорит.       Питер грустно вздохнул, и Баки поднялся со своего места и, подойдя к нему, крепко обнял парня, целуя его в висок. Некоторое время они провели вот так, а потом Барнс решил прервать тишину. — Ну ладно, Питер, хватит грустить, я не люблю, когда ты такой, ведь мне тоже становится грустно. Конечно, ситуация с твоей тётей не самая приятная, но будем надеяться, что постепенно она всё же примет наши отношения. А пока давай пойдём в гостиную, посмотрим какую-нибудь весёлую передачу, я хочу, чтобы ты снова начал улыбаться. — Знаешь, а мне кажется, я знаю метод гораздо лучше, чтобы поднять мне настроение, только для него нужно пойти в спальню. Там мы снимем с себя всю одежду и займёмся любовью, в твоих объятиях мне точно будет не до грусти. — А вот такой твой настрой мне нравится гораздо больше, как и твоё предложение. И мне не терпится воплотить его в жизнь.       Паркер ничего не успевает ответить, как Барнс вдруг поднимает его на руки и уверенно несёт в сторону спальни, где он аккуратно опускает парня на постель, принимаясь одновременно его целовать и раздевать, и, недолго думая, Паркер принимается ему помогать, расстёгивая рубашку Барнса. Через несколько минут их одежда падает куда-то на пол, и в комнате раздаются первые стоны удовольствия, и в эту ночь Питеру точно будет не до плохих мыслей, он нашёл идеальный способ от них избавиться.

***

      Следующие три недели они с Баки просто наслаждаются жизнью, вместе занимаются бытовыми делами, гуляют и ходят в кино. С тётей Питер в основном разговаривает по телефону, и, к его большой радости, та в этих разговорах темы Барнса не касается и настроение Паркера ничто не портит. Правда, особо долго расслабляться не выходит, поскольку у них появляется новое совместное задание. В городке неподалёку террористы захватили и подожгли здание, и задачей Питера и Барнса было обезвредить преступников и спасти мирное население из горящего здания. Они принялись за дело, и поначалу действовали вместе, но потом пришлось разделиться. Питер справился с тремя бандитами и, освободив заложников, помог им добраться до выхода, а сам решил зайти чуть глубже: проверить, не осталось ли здесь кого.       И это было его ошибкой: в одном из коридоров огонь горит более сильно, и здесь достаточно много дыма. Паркер начинает кашлять понимая, что нужно уходить назад, но только он собирается это сделать, как сзади раздаётся какой-то грохот. Парень еле успевает отскочить, как на то место, где он стоял, падает несколько больших балок. Конечно, то, что ему удалось от них увернуться — это хорошо, но те перекрыли выход назад, а значит, если он не придумает, как выбраться, то есть очень большой шанс на то, что он может тут просто задохнуться. От мысли об этом Питеру становится очень страшно, нужно срочно придумать, как выбраться!       Он включает специальный сканер в своём костюме, и результаты проверки помещения не самые позитивные. Даже если ему удастся обойти огонь, впереди всё равно находится прочная кирпичная стена, которую он точно пробить не сможет, а значит, выход у него только один — нужно попробовать разобрать упавшие балки, и сделать это нужно очень быстро — воздуха становится всё меньше. С первой он справляется достаточно легко: она упала так, что под неё можно просто залезть. А вот вторую нужно поднять и откинуть в сторону. Она оказывается настолько тяжёлой, что сделать у Паркера это выходит далеко не сразу, даже при помощи паутины. Но, наконец, у него это сделать получается, и теперь остаётся только последнее и самое тяжёлое препятствие. Эта балка значительно больше двух предыдущих, и лежит она очень неудобно: подлезть не получится. Когда Питер пробует её сдвинуть, он лишь рвёт паутину и начинает чувствовать что-то похожее на отчаяние. Неужели до выхода остаётся всего ничего, а он так и не сможет выйти? А всё из-за этой проклятой балки!       Тем временем дыма становится всё больше, воздуха практически не хватает, и Паркер часто кашляет. Перед глазами становится как-то мутно, и, кажется, он того и гляди готов потерять сознание. Но допустить этого никак нельзя, иначе он точно не сможет выбраться. Питер пытается сосредоточиться, но выходит не особо хорошо. Как вдруг ему кажется, что из-за перегородившей дорогу балки раздаётся какой-то странный звук, как будто там что-то падает. Паркер уж начинает было думать о том, что у него от дыма начались галлюцинации, как вдруг звук снова повторяется, притом он, кажется, становится всё ближе.       Балка начинает как-то подрагивать и неожиданно переламывается посередине, и в облаке белой пыли появляется Барнс. Он выглядит очень напугано и, заметив осевшего на пол от слабости Питера, он тут же бросается к нему и, стоит признать, как раз вовремя. Тихо прошептав «Баки», парень буквально падает в объятия мужчины. Дальнейшее Паркер помнит как-то смазано, он оказывается у Баки на руках. Тот быстро куда-то его несёт. Потом они резко куда-то поворачивают и оказываются на улице. Питера со всех сторон окутывает свежим воздухом и, кажется, ещё никогда он не вдыхал его с таким удовольствием, как сейчас, и он никак не может надышаться вдоволь.       Правда, нормально прийти в себя им не дают появившиеся как из ниоткуда журналисты. Их окружают яркие вспышки фотокамер и видеокамер, и героев начинают буквально засыпать вопросами. Баки чуть слышно выругивается, принимаясь быстро осматриваться в поисках отступления. Наконец он находит какой-то проулок и, поудобнее перехватив Питера, бежит туда. Некоторое время журналисты с камерами следуют за ними, но потом Барнсу всё же удаётся оторваться, и, убедившись, что за ними нет погони, они останавливаются немного передохнуть в одном из переулков.       Баки связывается с кем-то по рации, примерно минут через десять к переулку подъезжает чёрный автомобиль, и из него быстро выходит Наташа. Она помогает им добраться до машины, и, когда они в неё садятся, Романофф сообщает, что повезёт их в башню Мстителей, чтобы их там осмотрели медики. Питер собирается было возразить, ведь ему уже становится легче. Баки, как будто прочитав его мысли, говорит ему о том, что ему всё же будет спокойнее, если Паркера осмотрят врачи, поэтому в итоге Питер ничего не говорит, а просто прижимается к нему чуть ближе. Да, денёк сегодня выдался, мягко говоря, не самый простой, но самое главное, что в итоге они остались живы.

***

      Домой Питер и Баки попадают только на следующий вечер. Сейчас они оба чувствуют себя нормально, хотя в ходе вчерашнего осмотра медиков выяснилось, что досталось не только Питеру, но и Барнсу. Оказалось, что он был ранен одним из бандитов в правый бок, но он настолько был увлечён освобождением Паркера, что о своей ране совершенно не думал. Да и даже когда их осматривали врачи, он не столько волновался о себе, сколько постоянно спрашивал, как чувствует себя Питер и, только убедившись, что с тем всё точно будет в порядке, успокоился.       Благо, рана Барнса оказалась неглубокой, и медики довольно быстро её обработали. В принципе, герои могли попасть домой и раньше, но Мстители решили немного их пожурить за то, что они были так неаккуратны на задании. В особенности досталось Паркеру, но, что было трогательно, Баки всячески за него заступался, и в итоге от них всё же отстали. И вот наконец-то они смогли оказаться дома. Сейчас им обоим хотелось только одного: быстренько принять душ, а потом просто завалиться на кровать и хорошенько выспаться, но выполнить задуманное они не успели: в дверь кто-то постучал. Поначалу они думали дверь не открывать, но начали не только стучать, но и звонить, и в конце-концов Паркер не выдержал и, подойдя к двери, её распахнул. Стоило ему это сделать, как он тут же оказался в объятиях тёти Мэй. — Боже, Питер, с тобой всё в порядке?! Ох, как же я переживала, увидев сегодняшний репортаж новостей по телевизору… Там говорили, что тебя бессознательного вынесли из горящего здания… Я пробовала тебе позвонить, но ты не брал трубку, и я тут же поспешила к вам… Ох, Питер… Скажи, как ты себя чувствуешь? — Сейчас хорошо. А вот если бы такой плохой, по твоим словам, Баки меня из того здания не вытащил, я даже не знаю каково мне было бы. Скорее всего, я бы с тобой уже не разговаривал, — в голосе Паркера послышался укор. — Питер, не нужно… — начал было Барнс. — Нет-нет, он прав, — перебила его Мэй. — Кажется, я только сейчас поняла, что действительно всё это время относилась к вам несправедливо и во многом была неправа… Я не должна была такое говорить о вас… Питер, Баки, извините меня… — Ничего страшного, — кивнул Баки. — Я вас понимаю, ведь, зная моё прошлое, немудрено, что вы опасались и беспокоились за Питера. Но, поверьте, я пытаюсь исправиться, и, что бы не произошло, Питеру я никогда не наврежу. — Это точно, Баки доверять можно. И этот, и другой случай, когда он вытаскивал меня из передряг это доказывает, и я рад, что ты начинаешь это наконец понимать, — улыбнулся Питер. — Да, как говорится, уж лучше поздно, чем никогда, — кивнула Мэй. — Ну ладно, раз с тобой всё хорошо, я, наверное, пойду, а то вы наверняка устали после миссии, а тут я… Но как только вы отдохнёте, я жду вас к себе в гости. Вы ведь придёте? — Конечно, мы с большим удовольствием вас навестим, — кивнул Баки. — Правда, Питер? — Да, как только мы немного придём в себя после миссии, обязательно к тебя заглянем, — согласился Паркер. — Я тебе позвоню.       Мэй кивает, они с Питером обнимаются на прощание, и, кивнув Баки, женщина уходит. Закрыв за ней дверь, парень облегчённо вздыхает и, подойдя к Барнсу, просто и без слов его обнимает. Стоит признать, что, несмотря на то, что всё началось не так уж радужно, закончилось очень даже неплохо. Пусть и не совсем идеально, но миссия была выполнена, они были живы, и — самое главное — тётя Мэй, кажется, наконец начала понимать, и принимать Баки. Конечно, возможно, чтобы окончательно это понять, ей понадобится ещё некоторое время, но первые шаги сделаны, что уже хороший знак.