Путь по течению

Лето пролетело в мгновение ока: воздух с каждым днём августа становился холоднее. Вода в речке становилась непригодной для купания, - попробуешь искупаться - сляжешь на две недели в кровать, - поиграть там с друзьями не получится. Деревья перекрасили листву в огненные цвета. Закончились каникулы, а значит, Эдему и Энель пора возвращаться в город. Начало учебного года и городская суета – наконец привычная для мальчика атмосфера. Его сестра была рада отъезду чуть меньше, но в то же время ждала скорейшей встречи со своими друзьями из города и одноклассников. Но их ждал неприятный сюрприз… - В смысле переезжаем?! Отец приехал забирать детей из деревни и сообщил им неприятную новость: его поставили работать в другое место, которое находилось очень далеко от дома. Очень далеко. В другой стране. - Я и сам не рад, - вздохнул Теодор, кажется, очень подавленный таким исходом событий. Он даже не смотрел детям в глаза. Всё из-за стыда, ведь им придется вместе с ним ехать в другую страну, бросить всё что им дорого здесь, попрощаться со всеми друзьями навсегда. Эдем молчал и никак не возмущался новости. Он понимал, что это необходимо – у отца было много проблем с работой. А тут появилась возможность выбраться из ямы. Объяснить бы это сестре. Но вряд ли есть толк – похнычет и успокоится. - Куда мы переезжаем то? – поинтересовался Эдем у отца, когда сестра чуть успокоилась. - Великобритания, Англия, - коротко ответил Теодор, приобняв детей за плечи. – Ладно вам. Я уверен вы найдете друзей на новом месте! А сюда мы будем приезжать раз в полгода. Договорились? Ещё несколько минут недовольных гримас от Энель, а после загрузка вещей и молчаливое прощание с бабушкой. И наконец-то. Поехали. ***** Ребята проснулись от громких гудков, чужих голосов и шума за окнами автомобиля. Ночь выдалась для них не самой приятной: вместе спать на маленьких старых сидениях в полусогнутом положении было очень неудобно. У Эдема теперь болела поясница, а сестра ныла от головной боли. Теодору, который вообще не спал всю ночь, приходилось их из последних сил подбадривать. - Совсем немного осталось! Пересядем на корабль, и отправитесь по каютам. Они всё ближе подъезжали к парковке, а оттуда было уже хорошо видно порт. На удивление очень спокойное море, тихий шум воды, ясное небо, что отражается в морской глубине. А на водяной глади покачивались корабли, в том числе и тот старый военный корабль с небольшим экипажем, на котором отправится в путь семья. - Отец, - Тихо произнёс Эдем, вылезая из машины и щурясь от яркого дневного света. - А ты уверен, что наш маршрут достаточно…безопасный? Северное море ведь известно своими страшными ураганами и штормами, я читал… Но не успел он договорить, Теодор махнул рукой и потрепал сына по голове, растрепав его почти идеально причёсанные волосы. - Мои коллеги всё выяснили и просчитали. Никаких штормов. Да ты сам посмотри, какая гладь! На это мальчик лишь скептически оглядел причал и судно, на котором они отправятся в путь. ***** День на борту корабля прошел, и вправду, спокойно. В каютах было очень удобно и тихо (Энель ещё полдня отсыпалась), а за бортом лишь спокойная, хоть и не совсем прозрачная вода. Небо было облачным, над судном летали голодные чайки, которым Теодор даже кинул пару вяленых рыбёшек. -Всё читаешь? Почти весь день мальчик сидел на палубе, на полу, разглядывая всё ту же карту и странный алфавит, сравнивая их, пытаясь разобрать. Всё лето он возился с этими кривыми рукописями, - оказалось тут по произношению немецкий не только ломанный, но и с кучей ошибок. - Да так, - хотел было отмахнуться мальчик, как тут его отец уже успел опустится рядом и увидеть всё.. - Ты это на чердаке нашёл? – задал неожиданный вопрос Теодор, взяв в руку один из листов. Мальчик кивнул, понимая, что отец расскажет всё сам. - Твоя мама когда-то показывала мне эту карту, - начал Теодор после недолгого молчания. – Сказала, ей отдал её твой прапрадед. Старик…чудной, вечно рассказывал ей про каких-то деревянных великанов и магию. Чудной, но безумно любящий свою правнучку. Даже навещая всего раз в год, приезжая из психиатрической больницы. Вроде бы он сказал ей спрятать эти бумажки куда-нибудь, а она просто запихнула их на чердак. Эдем молча выслушал родителя и вновь уставился на предмет своих исследований. А ведь ни он, ни Энель не знали причину смерти своей матери – десять лет назад она просто пропала из их жизни, а отец так и сумел рассказать им правду, сокрушаясь от внутренней боли. И в то время как сестра ещё пыталась выяснить хоть что-то, мальчик старался не лезть к Теодору. Может поэтому, придерживаясь той же тактики «не вмешиваться», он стал таким холодным, отстраненным…будто вовсе не из мира сего. - Пап, - начал мальчик после недолгого молчания. Отец издал вопросительное: «М?», кивнув, показывая, что слушает. Эдем уже хотел задать давно осевший в его голове вопрос, на который никто пока, по его мнению, ответить не смог. Тяжело вздохнув, он взглянул на Теодора. - Когда мы прибудем? Тот оказался на пару секунд в замешательстве от этого вопроса. А после, широко улыбнувшись, мужчина расхохотался и вновь взъерошил патлы своего чада. - Как завтра проснешься, будем подплывать к порту. Ещё одна улыбка с его стороны, а после отец ушёл в другую часть корабля, не проронив за этот вечер ни слова. ***** Проснулся Эдем посреди ночи от сильной тряски. Он упал с койки в их с сестрой каюте, откатившись к входной двери. - Энель! – крикнул юноша, пытаясь подняться на ноги и осматриваясь вокруг. Неподалеку, в углу, сидела его сестра и с ужасом смотрела на брата. - Эдем! На секунду у мальчика что-то ёкнуло в груди. Он в панике стал смотреть по сторонам, не понимая, что делать. Одно понятно – они попали в сильный шторм. Сверху слышались крики вперемешку с громом и ударов огромных волн о судно. Мальчик поддался вперёд и крепко схватил сестру за запястье, притянув её к себе. Та, кажется, потеряла дар речи. В её глазах блеснули слезы и всхлипы, готовые вот-вот перерасти в настоящую истерику. - Успокойся! Нытьём здесь не поможешь, - крикнул он сквозь шум сестре, хотя и у самого голос от страха дрожал. Казалось, сидели они там бесконечность, на сыром, скрипучем полу… Но тут дверь в каюту открылась, а внутрь ворвался отец детей, что в панике нашёл их и поднял с пола. - Главное без паники! – пытался он успокоить дрожащих подростков, сам смотря на выход. - Мы с командой всё вырулим! Сидите здесь и не высовывайтесь! Он поцеловал каждого из них в лоб, а сам убежал обратно к штурвалу. Энель, что всё это время стояла неподвижно, внезапно ринулась вслед за отцом. - Энель! Он же сказал оставаться здесь! – крикнул ей брат, но его слова не были услышаны. - Аргх…дура! Эдем рванул вслед за сестрой, чтобы остановить её. Если она будет мешать отцу – тот может не справиться с управлением, а с открытой палубы так вообще смыть может! Поэтому времени на раздумья не было. Но он не успел догнать её, остановить. Они оба оказались на палубе, среди шторма, грома и молнии. Среди волн, что словно могучие горы возвышались над кораблём. - Энель, пошли обратно! Судно накренилось вбок, дети от испуга закричали, схватив друг друга за руки. Их отбросило к одному из бортов. Окатило морской холодной водой. - Мне страшно…- в истерике крикнула девочка, прижавшись к брату. Мальчик попытался метнуться обратно к центру палубы, но раз за разом обоих отбрасывало в разные стороны: то к бортам, то к носу корабля. В один момент вообще унесло в хвост. Дети в который раз стали откашливаться от воды, пытаясь перевести дух хотя бы чуть-чуть. Эдем тяжело дышал, весь дрожал, не в силах отпустить младшую, хоть и всего на пару часов, сестру. Ему впервые за последнее время стало страшно. Он смотрел по сторонам в поисках помощи, которой ждать было совсем не от кого. Внезапно его руки коснулось что-то инородное. Он взглянул на пол. Перед ним была карта. Вся насквозь промокшая, но на удивление не поплывшая. Все чернила оставались в тех местах, где их изначально поставили с помощью пера. А одна надпись, которая, как всегда казалась Эдему не к месту на середине карты, казалась ещё более точной, яркой, чем он видел ранее. И тут раздался крик. Мужской испуганный крик. Навстречу к детям бежал их отец, крича что-то неслышное из-за грома. Но было поздно что-то говорить. Их подбросило вверх. Волна была настолько сильной, что будто отбросила корабль от поверхности воды. А впереди показались острые пики скал, на которые несся корабль. На несколько секунд у Эдема помутнел рассудок. Всё стало будто совсем медленным, чужие голоса, посторонние звуки, даже громкий треск и удар об скалы оказались где-то на заднем плане. Тут он услышал голос своей сестры. Неестественный для неё голос пронзил его слух. А дальше только вспышка. - Createur de reves! И наступила кромешная тьма…