Смогу ли я стать героем без причуды?

       Прошёл месяц с окончания войны. Все За Одного убит, Шигараки и Тога отправлены в центр изучения причуд, с ними работают лучшие специалисты по изучению и отличные психиатры. Страна выдохнула с облегчением по окончанию боя и стала потихоньку восстанавливаться, герои активно вылавливают сбежавших из Тартара преступников. Герои и строители стараются отстроить новые здания, а гражданские убираются в субботники. В Японию прибыли лучшие врачи со всех стран, что оказали неимоверную помощь героям, которые участвовали в битве. Кацуки чувствует себя прекрасно, все органы и части тела работают хорошо, Последствий в виде осложнений не предвидится, а малышка Эри сильно старалась вернуть его руку и сердце немного во времени. Так врачи привели его правую руку и органы в порядок, а Эри даже дали грамоту почёта. Меткий стрелок выжил, после возвращения Эри, он вылез из его тела и жив-здоров. Мидория же, после возвращения своих рук на поле боя, хоть и сильно пострадал, но не то, чтобы критично. Раны были глубокие, всё тело было перенапряжено, были сломаны рёбра, а ткани мышц в некоторых местах были сильно разорваны. Но это не было тем, с чем лучшие врачи мира не могли справиться. Единственное что, руки его так и остались переломанными во многих местах, если он сломает их ещё пару раз, лишится чувствительности и тогда путь героя ему заказан… Тут поможет только Эри, но она уже и так достаточно постаралась, нельзя же только на неё полагаться. Тем более, она ещё совсем малышка, хоть и сама рвётся к ним на помощь. Они с Изуку лежали в одной палате всё это время и много разговаривали по душам обо всём, что случилось. И о том, что они чувствуют друг к другу тоже. В итоге, держась за руки с теплотой в глазах, они сошлись на том, что они не хотят быть просто друзьями или дуэтом. Чувства, что они испытывали слабо походили на дружбу. Одноклассники их поддержали, когда они их навещали, сказали, что всё это было видно невооружённым глазом. Правда? Вот они глупышки. Их отношения прошли долгий путь и множество перемен. Они не понимали друг друга и злились, однако, поговорили и, наконец, могут выдохнуть спокойно, в объятиях друг друга. Они вместе пройдут через все преграды и никто им не помеха. Их сердца будут биться вместе. Правда, сам Мидория… Мидория лишился всех причуд во время боя, он не чувствовал присутствия ОЗВ весь этот месяц. Что с ними случилось он не мог понять, наверное, все они отправились в мир мёртвых. По крайней мере, он надеялся, что их сознания и души не стёрлись бесследно. Они заслужили покой и умиротворение. Как он будет дальше, не знает и, пока что, старается не думать об этом.

***

      Сегодня был яркий солнечный день. Они с Изуку почти выписаны из больницы. Послезавтра они будут уже на свободе. Поедут в UA, что восстановили после боя почти первым делом, ведь он всё ещё являлся центром помощи гражданским. Но не это важно. Важно, что они вылечились и смогут дальше идти к пути героя, правда, Кацуки так и не понимает, что с причудами второго, тот упорно молчит, затихая в моменты намёка, а потом с удивительным мастерством уходит от темы. Сегодня, после завтрака, он заводит об этом разговор, отменяя все нервные попытки увильнуть с темы, упорно задавая один и тот же вопрос. — Ну так что, задрот? — Было видно, как второй не хотел об этом говорить, тому было неприятно и больно. Неужели...? — Каччан, они… Я не чувствовал их всё это время. Один За Всех больше нет… И я не знаю что делать, — губы затряслись, а слова вылетали с перерывами. Бакуго, что сидел на койке рядом в, такой же, как у Изуку, больничной рубашке, вздохнул, чувствуя, как сердце бухнулось вниз и снова встало на место. Но сейчас его чувства не важны. Мидории явно нужна поддержка, сможет ли он её ему оказать? Не чувствует…? Их реально нет? — Я уверен, что… Всё будет хорошо, — чёрт, он никогда не был хорош в этом, ничего хорошо не будет! Лучше бы промолчал, чем говорил такую ересь. Он сжал зубы, злясь на себя за эти бессмысленные слова. Спустя некоторое убийственное молчание, Мидория выдал следующее: — Каччан, смогу ли я стать героем без причуды? — По всему телу Кацуки пробежался пронизывающий холод. Этот вопрос… Бакуго сжал руки в кулаки, ногти впились ему в кожу, но не отрезвили его. Изуку смотрел на него пустыми глазами. Зеленоволосый наверняка много думал об этом вопросе, ведь, по сути, он стал героем только благодаря причуде, без неё, он бы не попал в UA. Деку помнил слова Всемогущего на крыше... Сколько бы тот не рассуждал, ответ один, он стал героем только благодаря причуде ОЗВ и всё, сам он только мог думать и тренировать своё тело, что без причуды было бы бесполезным занятием. Тот знал ответ на свой вопрос. Однако, блондин не согласен с этим ответом! Кацуки встал и подошёл к койке Мидории, который сидел на ней напротив него, и обнял, положив чужую голову себе на плечо. Он не согласен с ответом Изуку на этот вопрос! Не согласен! — Ты вообще видел, что старый больной дед без причуды вытворял на поле боя? Подумаешь кем он там был, пусть он и Всемогущий, но по-факту-то он был раненым сотню раз беспричудным старпёром, который смог оказать своей техникой огромную помощь в бою против ВЗО, ещё и мне помог с правой рукой! Он беспричудный герой! А значит-! — Он откинул от себя Изуку, держа его перед собой за плечи. Тот был в шоке от всего услышанного и его плечи уже сильно дрожали, как и рот, глаза были широко раскрыты и было видно, что ещё чуть-чуть и он зарыдает. И вот, Каччан произнёс роковые слова: — Это значит, что ты сможешь стать героем без причуды! — Слова отразились эхом в сознании и слёзы хлынули из прекрасных малахитовых глаз, они потекли толстыми ручьями по его, усеянному веснушками, лицу, начиная хныкать. А потом откровенно зарыдал, да так, что его было наверняка слышно во всей больнице, не боясь быть отвергнутым, доверяя человеку перед собой, что вновь обнял его. Он прижался к нему в ответ. Он сможет. Он сможет стать героем не имея причуды.

Прямо как Всемогущий!

***

      Тошинори, что пришёл проведать своих мальчиков перед выпиской, стоял возле стены со слезами в голубых глазах, усиленно стараясь не дать им волю покатиться по щекам. Одну руку он держал на челюсти, закрывая себе рот и не давая никаким звукам вырваться из него и прервать такой момент. Он совершенно случайно услышал этот душещипательный диалог и... Он, на самом деле, жалел, что тогда не сказал этих слов четырнадцатилетнему мальчишке на крыше, но сейчас даже рад, что эти слова ему сказал некто ещё более ближний сердцу человек. Его мальчики со всем справятся. Вместе. Он улыбнулся и пошёл на первый этаж больницы, он выпьет кофе и только потом придёт их проведать. Он даёт им время поговорить по душам наедине. Не будем им мешать.