Мы встретились вновь и, думаешь, всё будет как раньше?

— То есть ты, Давид, даже не знаешь как умерла твоя мама? — сидя за столом спрашивала мама Никиты — Мария. — Нет, — он помотал головой, — отец никогда мне не говорил причину. Он как-то умудрялся скрывать её… — Я бы на его месте рассказал, — вмешался в разговор зашедший мужчина — папа Никиты. — Да! Это же твоя мама, ты должен знать, что с ней! Ты даже не попрощался с ней… — Мария склонила голову, — И я тоже… Скучаю по ней, она, правда, была хорошей подругой, — на лице женщины появились слёзы. — Дорогая! Ну, не надо плакать, — подойдя к ней и, обняв, начал утешать её муж. — Да. Тётя Маша, я уверен, моя мама простила бы вас! — Давид пытался её подбодрить, он знает, что мама Никиты — сильная женщина. Однако, видно, что сейчас ей плохо и нужно как-то исправить ситуацию. — Я… просто скучаю по ней. Я должна была извиниться! Что ж… — она вздохнула и вытерла слёзы тыльной стороной рук, и её муж отошёл, — раз так, тогда я возьму ответственность на себя. Давид, ты хотел бы, ну… — Вы хотите меня усыновить? Не-не… Извините, хочу остаться при фамилии мамы. — Ха-ха, фамилия Ули тебе явно идёт больше. Хорошо. Значит, мы должны поехать к её брату. С ним мы хоть и редко общаемся, но тут мне надо было ему позвонить… Это было недавно, кстати. Так он и сообщил мне то, что Ульяна умерла. Также сказал, чтобы я приехала к нему как-нибудь. Однако… вот… так получилось, что ни времени, ни памяти у меня не было и нет, — женщина нервно посмеялась. А её муж — Андрей — пошёл налить для неё воды. Как она вообще смогла такое забыть? Давид явно хорошо влияет на память, раз женщина вспомнила о таком. Хорошо ещё, что вспомнила сейчас, а не спустя очень долгое время. — Подождите, так вы тоже не знаете причину? И почему дядя позвонил вам только недавно? А раньше? — удивлённо спросил парень. — Причину, да, не знаю. Мне просто сказали, что она мертва. Почему недавно? Ну, Давид, мы же были в ссоре. И её брат знал. Семья, вроде бы, тоже. Смерть Ульяны повергла меня в шок. Мне было ужасно плохо, однако приходилось работать с такой душевной болью. Было тяжело, — к ней подошёл Андрей и дал бокал воды. — Спасибо, милый, — мужчина на это лишь кивнул. Тут в дверь постучались. Никиты, кстати, в это время дома не было, поэтому отец сразу понял, что это он. — Кажется, Машуль, твой сын забыл ключи. Всё понятно, — усмехнулся мужчина и пошёл открывать дверь. — Хей! Ты, что, вообще уже?! — женщина крикнула ему вслед, от чего шатен рассмеялся, — Тц, ну надо же! За кого вышла замуж, блин. Дивид рассмеялся.

***

Прошёл один день. Сегодня выходной и семья полублондина вместе с кареглазым отправились в гости к брату Ульяны. — Так, Никита, Давид, вы собрались? — кричал отец Никиты. — Да, пап. Уже идём! — и в эту же секунду парни вышли из комнаты. — Отлично, все в сборе. Пошлите, нам долго ехать, — Андрей подождал пока все выйдут из квартиры, а после вышел и сам, закрыв двери. Спустившись вниз, родители и дети пошли к машине и сели. — Ну, что ж, поехали, — сказал мужчина и завёл двигатель, двинувшись в путь. Дорога предстояла долгая…

***

— Тёть Маш, — обратился как-то невзначай к женщине Давид, — думаете, дядя вспомнит меня? — Думаю, что да, — Мария обратила внимание на него и спящего Никиту на плече шатена. — А? Никита заснул? Хи-хи, его всегда выматывала долгая поездка. Кстати, Давид… На будущее, знай о том, что Андрей — не родной отец Никиты. — Ну, я так-то заметил это. У вас, дядя Андрей, волосы чёрные, а у вас Мария — блондинестые. А коричневых нет, поэтому я и подумал, что он вам не родной… Ибо откуда у Никиты такая гетерохромия волос. — Смышлёный ты, Давидик, — усмехнулся мужчина, не убирая взгляда с дороги. — Спасибо, — кивнув, шатен улыбнулся. Спустя время они остановились, дабы покушать, ведь было уже поздно — пора бы подкрепиться. — Мальчики, вот, держите, — мама полублондина передала им готовые дошираки, — Покушайте. Мы скоро уже приедем. — Спасибо, мамуль, — сказал гетерохромный. — Да, спасибо большое, — у парня немного закололо в сердце от слова «мамуль», но он не стал обращать на это внимания — пройдёт, ведь так? Сколько он уже живёт без этого родного человека… Справится, но почему так больно? — Не за что. Я ему уже написала — сказал, что ждёт нас, — посмотрев на своего мужа, протараторила она. — Надеюсь, он будет рад увидеть меня… — шёпотом и с тоской в голосе, сказал шатен. — Давид, не стоит накручивать себя. Уверен, он будет ещё как рад, — гетерохромный положил руку, которой брал вилку, на плечо сидящего рядом. — Ты, наверное, прав… Спасибо.

***

— Ну вот. Пошлите постучимся, — сказала Мария и повела всех к двери дома. Дом был довольно богатый и на одного человека довольно большой. Впрочем, это никого не смутило. Дойдя до входной двери блондинка постучалась. С другой стороны послышалось «Иду!». И через пару минут дверца была открыта. — Здравствуйте. Ох, как вас много. Заходите, — брат Ульяны отошёл от двери, приглашая внутрь. Пришедшие зашли и сели на диван. В комнату которую завёл владелец дома. — Я рад тебя снова видеть, Давид, — осмотрев всех присутствующих и посмотрев лишь на одного из них, сказал мужчина и сел на кресло. — Помнишь моё имя? — в ответ шатен лишь покачал головой. — Ясно… Давно вы ко мне не ездили, вот и забыл. Ничего. Я Даниил, или же Даня. Что ж… теперь объясните, что случилось, раз вы приехали ко мне. — Данила, у нас есть проблема, — начала женщина, — Ты ведь помнишь, что Ульяна умерла… Извини, что напоминаю… Так вот… Никто из нас здесь — не знает причину её смерти. Ты можешь нам рассказать. Нам просто нужна эта информация для суда. — Суда?! Ого, а что настолько серьёзного? — бросил удивлённый взгляд Даниил. — Меня избивал мой отец. Он, оказывается, принимает наркотики, так ещё пил, и продолжает, постоянно. Поэтому мы здесь… Я хочу узнать, что случилось с моей матерью. — Роменский решил сам всё рассказать. Не может же он не доверять своему дяде. — Я не удивлён, — он ударил себя по лицу, — Я должен был забрать тебя ещё тогда, Давид. Но я не сделал этого. Майкл ещё тогда начал принимать всё это. В то время был ещё не такой сильный эффект — никто и не замечал. А я, дурак, никому из вас и не сказал… — Ничего страшного, дядя. Я же живой… — Да, ты прав, но всё равно… Эх, спасибо. А сейчас поговорим о моей старшей сестре Ульяне. — Даня закрыл глаза и громко с горестью вздохнул, — Она умерла, потому что её убил Майкл, — выпалил он. — Что?! Этот урод убил её?! А я так и знала! Наглотался своих веществ — теперь невинных калечит! — вскочив, прокричала Мария. — Милая, присядь, пожалуйста, — Андрей аккуратно схватил её за руку и наровил её посадить обратно. — Да, мам, тише. Я уверен, эм… Даниилу тоже сейчас тяжело всё это вспоминать, — сказал Никита и мама села, явно успокоившись. А после парень обратил внимание на Давида. Выглядел он будто сумашедший: смотрел в одну точку, склонив голову вниз. — Хей? Давид, всё хорошо? — Ему плохо? Давид, может принести воды? — спросил Даниил нервно смотря на своего племянника, и родители Никиты тоже обратили на парня внимание. — Нет. Нет, не стоит… Спасибо. Просто это ужасно осознавать… спустя столько лет я узнал правду… — шатену хотелось заплакать. Прямо здесь и сейчас. Сил держаться уже нет. — Дядя Даня, где у вас ванная комната? — И всё же тебе плохо. Эх, весь в маму… Выходишь отсюда и поворачиваешь направо. Вторая дверь возле кухни — ванная. — Спасибо, — поблагодарив, он встал и побежал прочь с комнаты. — Можно я пойду к нему? А вы тут пока вместе поговорите и всё обсудите, — полублондину стало жалко своего самого первого и дорогого друга, поэтому он решил, что должен помочь ему успокоиться. В ответ ему кивнули и гетерохромный удалился, оставив родителей одних.

***

— Давид? Ты тут? — постучался в ванную гетерохромный. — А? Никита? Тут я, да… — кареглазый встал с насиженного места и открыл дверь, сразу почувствав объятья друга. — Никита… — шатен схватился за одежду парня, уткнувшись в предплечье. — Ты можешь поплакать. Я буду здесь с тобой… Пока тебе не станет лучше, — от него последовал лёгкий поцелуй в макушку старшего. — Никит?.. — Да? — Что это было.? — Лёгкий поцелуй, чтобы ты быстрее успокоился. Мне нельзя тебя поцеловать? — полублондин немного отлипнул от парня, дабы посмотреть в его глаза. Они, кажется, уже не такие заплаканные, чем ранее. Шатен успокаивается, это не может не радовать. — Придурок… — кареглазый опять уткнулся в предплечье друга. — Почему всё не может быть как раньше, а? Всё же было так хорошо. Отец любил меня… А теперь, оказывается, был ещё тем уродом… — Он начал принимать. Из-за этого у него катушки поехали не в ту сторону. Но, хей, Давид, выше нос. У тебя же есть я! Я вернулся. Вот, стою рядом с тобой. Так ты меня ещё обнимаешь, — гетерохромный улыбнулся. И если шатен не заметил, то точно почувствовал эту улыбку. — Ты такой дурак, Господи… Спустя время Давид успокоился и они вернулись в зал. Родители нового почти ничего не узнали. Зато сообщили, что Даниил теперь будет помогать им. Также брат Ульяны познакомил всех со своей женой Хлоей и их маленькой дочкой — Ассоль. Однако, как бы грустно не звучало, уже пора уезжать. На дворе уже ночь. И завтра парням надо в школу. Даня же старался остановить своих гостей, чтобы те поспали хотя бы пару часиков, но ничего не получалось. Ну что за гости? Тем не менее, мужчина выпроводил их и они уехали, обещав вернуться.

***

По приезду домой мама Никиты заставила всех идти мыться и спать, чтобы утром были как новенькие. И никто, естественно, не ослушался. Десять утра. На удивление, Никита проснулся без будильника в виде матери. Первым делом он пошёл в ванную, дабы ополоснуться и привести себя в порядок. Приведя себя в ещё большего красавчика, гетерохромный пошёл на кухню. Из неё довольно вкусно пахло — мама что-то готовила. И это «что-то», как обычно, явно вкусное. — Доброе утро, мам. О, и вам, тёть Даш. — Никиточка! Привет! Как давно я тебя не видела! — сестра мамы встала из-за стола и подошла к парню, чтобы обнять его. — Я тебя тоже рад видеть… Ты меня сейчас задушишь, тётя, — сказал Никита, пытавшийся выбраться из объятий. — Да ладно тебе! Вот уж сын у тебя, а, сестрёнка! — женщина отошла и села обратно на своё место. — Никит, папа ушёл в магазин. Ты иди и разбуди Давида. Он явно хочет покушать. Заодно и познакомлю с моей сестрой, — проговорила женщина посмотрев на сына. — Хорошо, — парень удалился с кухни. — М? А что это за мальчик такой? — Дарья вопросительно посмотрела на Марию. — Давид? Ну… — женщина рассказала всё. Её сестра тоже должна была знать, что она собирается делать. Даша удивилась, но сказала, чтобы блондинка не останавливалась и продолжала всё это. Если что она поможет. Закончив весь этот серьёзный разговор, женщины перешли на обычный диалог. И тут уже пришли Никита и его друг. — Кхм, Давид, это моя тётя — Дарья, или Даша. Как видишь, она сестра-близнец моей мамы. Тёть Даш, это Давид Роменский — мой лучший друг. — Да-да, уже знаю. Здравствуй, Давидик. Ты очень красивый, однако, — с улыбкой произнесла она. — Спасибо, — Роменский отвёл смущающий взгляд. — Так, вот и познакомились, а теперь, садитесь и кушайте, — выразилась Мария и поставила на стол тарелки с едой. — Держите, только аккуратно — горячее! Приятного аппетита, мальчики. Нам, пожалуй, нужно отлучиться. Пошли, Даш, хочу кое-что показать. — Ох, хорошо, без проблем! — женщина встала и пошла следом за сестрой, а после парни услышали как входная дверь открылась — Андрей пришёл. — Вечер в хату, дама и юноши! А? Дашуля, моя хорошая, привет! — прокричал отец. — Я ревную, вообще-то, Андрюш, — послышалось от матери Никиты с коридора. Парни, услышав это, лишь посмеялись, продолжая есть свои порции.