Рукописи не горят

Кап-кап.По стеклу мерно стучал апрельский дождь. Книги тихо шелестели — каждая на свой особый, магический лад. Лишь шелест и дождь за окном. И тихие шаги, мерно звучащие в тишине. Поздним вечером библиотека напоминала свой отдельный мирок со стеллажами, уходящими ввысь — как колонны, устремлённые в небо. Должность архивариуса — одна из почётных, но очень неблагодарных. Книг много, а архивариус на этаже (одном из трёх) чаще всего один. Мужчина нахмурился, остановившись, и обвёл взглядом темноту. Свет фонаря освещал лишь ближайшие полки. Снова экономят на освещении... Не то чтобы Аксель Авалати не был доволен своей должностью, но... Чего-то точно не хватало. Неприятностей? Хаоса? Взрывов? Вот и наступила по-настоящему взрослая жизнь — без героического спасения лягушек из лаборантской... Кап-кап-кап.Капли быстрее забарабанили по стёклам. — Ни черта не видно... — Молчание. — Да и ладно, не так уж и нужно-то. Продолжился путь в никуда. Вокруг словно шелестящее мёртвое царство с привкусом гари и смога... Архивариус обернулся в ту сторону, откуда пришёл. Гари? Здесь, в запретной секции? Теперь шаги уже не казались такими спокойными, как раньше. Подбирая полы мантии, мужчина буквально летел в обратном направлении, уже не боясь потревожить книги. Это прекрасно сделали до него. Страницы шелестели, со всех сторон летел их пересуд:

«...пожар ...пожар?»

«...вы слышали..? горит...»

«горит? сгорим?..»

Всё острее. Жар выжигал глаза, а свет — всё ближе с каждым шагом. Только дурак бы не заметил огня! Руки взметнулись, роняя магический фонарь. Очертить круг, махнуть вправо. Быстро-быстро вдохнуть. Дрожащими руками втянуть огонь. Сжать. Очертить круг. Ещё... ...сердце словно зажали меж молотом и наковальней — всё ближе и ближе, тесней... — Чёрт-чёрт-чёрт! — грудь ходила ходуном. Движения — быстрее, нервознее. Невыносимо. Невыносимо! Огонь подбирался всё ближе, как зверь. Ещё ближе — и в прыжке лизнёт ткань белой мантии. Опали́т. Руки сжались в дрожащие кулаки. Нужно бежать. Пресвятая богиня... Огонь успел охватить пять стеллажей и несколько читательских продолговатых столов, в то время как маг уже бежал на свободу, минуя препятствия. Треск.Кажется, именно с таким звуком пламя пожирало деревья. Как быстро... «Бежать. Бежать, не оглядываясь,» — набатом стучало в голове. В бедре разлилась боль при столкновении со столом. — «Давай, спасай свою шкуру...» Впереди возвышалась последняя преграда — высокая дверь. Бежать больше некуда. Ключи скользили в потных ладонях, выпадая в попытке вставить в замок. На третий раз механизм щёлкнул. Маг обернулся. Треск. Именно с таким звуком догорали его мечты и надежды. Его снова накажут и вышвырнут. Но в этот раз... В этот раз всё серьёзнее. И пусть, что сгорит только его секция — та была защищена древней магией от всего, но это же играло плохую шутку — помещение выгорит полностью, и потушить разыгравшийся пожар будет ой как не легко... ...как раз в этот момент из пламени выскочила тень и, отталкивая служащего, распахнула двери, выскакивая к библиотекарской стойке. Аксель больно приложился спиной, но всё же смог разглядеть пару сверкнувших ярко-зелёных глаз, скрытых под алой тканью... Но таинственный поджигатель уже скрылся в стене дождя и ночной тьмы. Маг резво вскочил и обернулся, прощаясь с работой, а после — нырнул следом, исчезнув в ночи.