Я все сделаю, чтобы вы простили меня, сэр

Гарри с чувством невероятной опустошенности лежал на кровати, поджав под себя ноги. Красные опухшие глаза и мелко подрагивающие плечи выдавали его с головой. К счастью в комнате он был один. Он боялся даже подумать, что бы было, если Рон или кто-то еще увидел его в таком состоянии. Очевидно, он не был готов рассказывать хоть что-либо своим друзьям. Дурацкое, дурацкое чувство вины съедало его душу. Хотелось провалиться сквозь землю и никогда больше не попадаться ему на глаза. И вообще, вряд ли он захочет его когда-нибудь видеть. Как же все теперь будет? Гарри бесконечно сильно хотелось сейчас просто умереть. От беззвучных рыданий начинала болеть голова. Он никак не мог успокоиться. Хотелось просто выть от безысходности. Обилие мыслей и чувств сводило с ума. Хотелось просто нажать на какой-нибудь выключатель и просто перестать чувствовать. Каждый вздох, казалось, заново ломал грудную клетку изнутри. Почему это так больно? Он же действительно не хотел, эта была не его вина. Так почему же так невыносимо больно? Понимая, что ему становиться все хуже, Гарри сполз с кровати и, утерев слезы, пошатываясь пошел к двери. Ни о какой гордости и речи не шло. Он должен извиниться, обязан. И пусть Северус сделает хоть что-то. Игнорирование оказалось самой страшной пыткой для парня. Он был готов на все, только чтобы заслужить прощение. В абсолютном беспамятстве он добрался до подземелий, не помня даже, встретился ему по пути кто-то или нет. Стараясь лишний раз не думать, он постучал в дверь. — Мистер Поттер, вы что-то хотели? — на лице мужчины застыла неприязнь, от которой становилось физически больно. — Северус, пожалуйста… — Гарри прошептал, не думая о том, насколько жалко выглядит. — Мистер Поттер, я не думаю, что дозволительно обращаться к преподавателю по имени, — холодное безразличие в его глазах заставляло Гарри сжаться. — П-профессор Снейп, пожалуйста… Я правда не хотел… Не хотел… — горячие слезы обжигали побледневшие щеки парня. — Прости меня, я умоляю… — Гарри опустился на колени и попытался прижаться к ногам мужчины. — Поттер, ты совсем из ума выжил? — Северус зашипел на него в свойственной ему манере и затащил захлебывающегося слезами и соплями парня к себе в кабинет. — Посмотри на себя, жалкий и ничтожный маленький ублюдок. Как ты смеешь приползать сюда и что-то просить у меня? Гарри действительно чувствовал себя ничтожным ублюдком. Но терпеть он не мог. Пусть Северус сделает хоть что-то, накричит на него, унизит, только перестанет игнорировать его, будто ничего не было. Они целовались, черт побери. И это был лучший момент в его отвратительной жизни. А теперь из-за какого-то глупого недоразумения все это исчезнет? Гарри понимал, что любой ценой не допустит этого. — Северус, пожалуйста, — заикаясь прошептал он. — Я все с-сделаю, пожалуйста… — Все сделаешь, Поттер? Я не хочу даже видеть такое убожество перед собой, — Гарри слышал надлом в его голосе, даже не представляя всю глубину злости. — Неужели ты правда думал, что если приползешь как псина, в соплях, так сразу все изменится? Ты глупый и ничтожный, как твой отец. И к моему огромному сожалению мне придется видеть тебя каждый чертов день. Так что вытрись и уходи отсюда, Поттер. В плохо освещенном помещении казалось, будто тени на лице Северуса стали глубже, а лишние морщины делали его еще более изможденным. Гарри украдкой смотрел на него, и понимал, что он влип. После всех этих слов он все равно чувствовал, насколько сильно он любит Северуса. Такого грубого и жестокого. Поэтому никаких иных путей, кроме как бороться за него, он не видел. — Профессор Снейп, я никуда не уйду, — тихо, но твердо произнес Гарри, поднимаясь с колен и вытирая слезы. — Я все сделаю, чтобы вы простили меня, сэр. — Поттер, уходи, — прошипел Снейп, угрожающе нависая над парнем. — Нет, — Гарри уверенно посмотрел мужчине в глаза и начал расстегивать пуговицы на рубашке. — Неужели ты думаешь, что я прикоснусь к такому убожеству как ты? — лицо Северуса исказила гримаса отвращения. — Тогда я сам, — сам себе кивнул парень. Гарри вновь опустился на колени перед своим преподавателем, однако теперь уже с иной целью. Глянув снизу вверх на Северуса, он расстегнул ширинку штанов. Ему было адски страшно, но он затолкал это чувство поглубже, сосредотачивая внимание на мужчине. Гарри никогда ни с кем не был, все знания были лишь из тайком просмотренных журналов в магазине. Северус в это время ничего не делал, будто ожидая, что парень все-таки одумается и убежит. Кривая усмешка на его лице лишь подтверждала это. И каково же было его удивление, когда Гарри не только не испугался, но и достаточно решительно достал мягкий пенис мужчины из штанов и прикоснулся к нему своими губами. Преподаватель шумно выдохнул, цепляясь пальцами за стоящий рядом стол. — Поттер, что ты творишь? — Северус попытался оттолкнуть мальчишку. — Заслуживаю твое прощение, — Гарри твердо посмотрел на него и, не отрывая взгляда, насадился ртом на растущее возбуждение преподавателя. Хотелось сопротивляться, правда хотелось. Но мужчина четко понимал, что не собирается отказывать себе в удовольствии. Если Поттер настолько хочет извиниться, значит Северус примет эти извинения в полной мере. Насладившись некоторое время неопытным, но таким приятно горячим ротиком парня, Профессор потянул его вверх и толкнул на ближайший стол. В глазах Северуса играл какой-то опасный огонек, и Гарри не смог набраться сил, чтобы возмутиться. Он не рассчитывал на такой исход, и теперь замер, боясь почувствовать прикосновение от мужчины, которого так любил. Северус же без промедлений стянул со своего ученика брюки месте с трусами. На некоторое время Гарри чувствовал лишь тяжелый липкий взгляд на себе. Он отчетливо понимал, что сейчас будет происходить, но это не давало ему успокоения. Парень почувствовал холодные пальцы. В движениях не было ни ласки, ни желания сделать приятно. Четкие движения с хирургической точностью, будто мужчина подготавливал ингредиенты для очередного зелья. Гарри ощутил, как сразу два пальца погружаются в него. Это не было больно, просто неприятно и непривычно. Он закусил губу, понимая, что это лишь начало, и покрепче ухватился за край стола. Действительно, Северус долго не останавливался на подготовке входа, ведь его задачей не было доставить Гарри удовольствие. Холодная расчетливость и желание получить разрядку с тем, кто сам этого отчаянно хочет. Глупо не пользоваться тем, что само идет к тебе в руки. Мужчина плюнул себе на ладонь и растер импровизированную смазку по своему уже достаточно возбужденному члену. Красное колечко мышц замершего от страха парня заставляли глаза мужчины потемнеть от желания. Ждать было нечего, поэтому, разумеется не без усилий, Северус сразу на всю длину вошел в парня. Он видел, как тот дрожит от боли, но не остановился ни на мгновение, чтобы дать ему привыкнуть к ощущениям. Мужчина начал двигаться сразу, резко, с каким-то даже садистским удовольствием. Гарри боялся издать хотя бы один звук, хоть и бесконечно сильно хотелось разрыдаться от боли. Он понимал, что вряд ли все это принесет ему удовольствие, он же не за этим шел сюда. Но и такого нестерпимого мучения не ожидал. Все, что ему оставалось, это терпеть. Он не заметил, как по щекам вновь потекли слезы. И тем более не мог увидеть, как член преподавателя окрасился в красный от его собственной крови. Гарри вымученно улыбался, искренне веря, что теперь между ними все будет хорошо.