Не по плану

Арсений смеётся с очередной шутки Антона, слизывая ванильное мороженое с вафельного рожка, так как оно начинает таять и стекать по рукам. Сегодня жаркий день, воздух становится тяжёлым и влажным, дышать почти не возможно; настолько жарко, что даже мороженое не выдерживает и превращается в молочный коктель в рожке. Деревья в парке выглядят так, как-будто они сейчас вспыхнут пламенем. Люди на скамейках пьют прохладную воду, мимо парней пробегают дети, играющие в мяч и другие игры. Антон ─ лучший друг Арсения, они дружат с самого детства. Попов помнит тот день, когда переступил порог чужой квартиры и увидел Шаста, когда впервые вдохнул его свежий запах вина. Он опьянял его. Каждый вздох давался с большим трудом. Рядом с Антоном он забывал всё на свете, Арсений много времени проводил с альфой. И за это время он просто потерял от него голову. Омежье нутро хотело близости с Шастуном, хотело, чтобы он поставил ему метку, сгрёб его в свои объятия и никогда не отпускал. Один раз Попов осмелился поцеловать его, но тот, хоть и ответил взаимностью, сказал, что сейчас ему отношения не нужны. Сказал, чтобы Арсений подумал ещё, хочет ли он связывать свою жизнь с ним, но омега уже всё для себя решил. Сейчас Антон зовёт Арсения гулять, угощает мороженным, спрашивает, как он сдал последнюю сессию, иногда приобнимет парня за плечо, нежно целуя в висок. Но-о... Зачем? Зачем он это делает, если не хочет с ним ничего? И ведь это повторяется уже неделю. Арсению это, конечно, нравится, он давно добивался такого внимания со стороны альфы, но это очень странно. ─ Антон? ─ Да? ─ К чему ты это всё делаешь? ─ полушёпотом спрашивает Арсений, вытирая липкие, от мороженого руки, салфеткой. ─ Что я делаю? ─ Антон поднимает одну бровь, немного нагибаясь над Арсением чтобы услышать о чём он там говорит. ─ Зачем ты обнимаешь меня, целуешь? Зачем ты заставляешь меня потом рыдать в подушку и на что-то надеяться? ─ Арсений многое сейчас чувствует, в том числе и сильную привязанность к другу, от которой не сможет избавиться. ─ А ты не замечаешь, что у тебя течка начинается? ─ Шастун останавливает Арсения и берёт его руку в свои большие ладони. ─ Просто я хочу, чтобы ты чувствовал себя нужным, я знаю, что омеги во время течки очень чувствительные в двух смыслах, я не хочу тебя задеть. Понимаешь? И вправду, Арсений как-то не заметил того как меняется его поведение. Во время этих дней он много плачет, его до глубины души затрагивают любые темы. Попов становится очень нежным. Сейчас он почувствует, как у него подкашиваются ноги, как появляется тягучесть внизу живота. Похоже началось. Антон это явно начинает чувствовать, немного принюхавшись. Запах Арсения становится сильный и резкий, к лаванде прибавляется бергамот. ─ Пошли, я тебя до дома провожу. Антон обнимает парня за талию, со всей любовью прижимая Омегу к себе. Арсений кладёт голову на плечо Шастуна и щекчет носом его шею. Попов, как маленький котёнок, которого забрали от мамы. Он немного подрагивает, вздрагивает от громких звуков, тихо постанывая от боли и накатывающегося возбуждения. Доходят они достаточно быстро. Антон заводит Арсения в лифт и тогда начинается. Омега начинает водить руками по плечам Альфы, по рукам, но вот потом его руки переместились на пуговку на джинсах Антона. ─ Арс, потерпи пожалуйста, чуть-чуть осталось, ─ он убирает руки Арсения со своих штанов, но того это не успокаивает; продолжает водить носом по ключицам друга, вдыхая его феромоны, одновременно с этим кладёт ладони на его грудь, маленькими ноготками царапая её через футболку. Антон нервно сглатывает, но продолжает бездействовать, давая Омеге делать то, что он хочет, естественно, до того момента, пока он не начнёт переходить все границы. Двери лифта открываются и Шаст решает, что парень не дойдёт до дверей сам, а уж тем более до кровати, поэтому поднимает его на руки, перед этим сжав в кулаке ключи от квартиры, которые достаёт из барсетки на талии Арсения. Антон со второго раза попадает в замочную скважину ключом и наконец открывает железную дверь. Попов уже давно живёт отдельно от родителей, поэтому оставить парня одного он не может ─ о нём никто не позаботится. Мама с папой в другом, совершено другом городе, поэтому Антон просто не может оставить его одного. Посадив омегу на пуфик рядом с входом в квартиру, он садится перед ним на корточки и, пока развязывает туго завязанные кеды, осматривает юношу с ног до головы. Красные щёки, взмокшая чёлка, нижняя губа трясётся также, как и руки с коленками. Закончив с обувью, Антон снова подхватывает его на руки и несёт в спальню, где аккуратно, со всей нежностью кладёт Арсения на мягкий матрас кровати. Он хочет уже было пойти за обезбаливающим, но его останавливает рука, схватившая его запястье. ─ Антон... П-полежи со мной, пожалуйста... ─ хриплым голосом говорит Арсений, сжимая в ладони руку Шаста. ─ Не бросай меня.. ─ Я не бросаю тебя, мне нужно найти у тебя обезбол, чтобы тебе стало легче, ─ Антон хочет снять чужую руку, но передумывает, смотря в голубые глаза перед собой. Антон не может отказать этим глазам и молча лёг рядом с омегой, и тот сразу же прижимается к нему всем телом, водя рукой по животу и груди. * Арсений просыпается от того, что у него очень сильно тянет живот. Рядом никого нет, хотя он помнит, что засыпал рядом с Антоном. Украдкой смотря в окно, подмечает, что на улице уже начинает темнеть. Болезненно промычав, омега медленно поднимается с кровати и, держась за стены идёт на кухню, где за столом сидит Антон и пьёт ароматный зелёный чай. ─ Как ты себя чувствуешь? ─ спрашивает Антон, когда поднимает голову и замечает омегу. Альфа встаёт из-за стола и подходит к парню, который ещё щурится от неяркого кухонного света. ─ Антон, помоги мне, пожалуйста... - говорит Арсений сонным голосом, после чувствует, как запах Альфы давит на лёгкие, как к нему опять приходит возбуждение, а ноги подкашиваются. Ему срочно нужен секс и побыстрее. Он хочет, чтобы его взяли жёстко, грубо, ну и, конечно, немного поласкали. ─ Антон, трахни меня! Я не могу терпеть... Арсений берёт его запястья и пытается затянуть в спальню, но Антон тянет омегу на себя и врезается в его губы долгим опьяняющим поцелуем. Запах вина развеивается по всей квартире, Арсению становится трудно дышать. Альфа проталкивает ловкий язык в чужой рот, сплетая их языки, но он отстраняется первый от мягких губ. ─ Арс, ты же понимаешь что у нас нет презервативов? Мы не можем так просто, вдруг ты забеременеешь. ─ У меня есть дилдо, пошли, ─ говорит Арсений, снова впиваясь в губы напротив грубым поцелуем, лунной походкой ведя их в спальню. Они падают на мятую постель не в силах оторваться друг от друга. Антон водит руками по податливому телу под собой, пока младший стягивает с него футболку. Рука сама тянется к ширинке шорт Арсения, одним движением растёгивая её; с пуговицей приходится повозиться, но она поддаётся. Антон отбрасывает предмет одежды куда-то на пол и, разорвав поцелуй, проводит языком по щеке, подбородку, спускаясь всё ниже и ниже. Арсений приподнимается и снимает через голову футболку, ложась обратно. Альфа старательно вылизывает его всего, не задерживаясь на одном месте, ладонью он водит по вставшему члену младшего через ткань боксеров, иногда останавливаясь на мокрой дырочке. Арсений громко стонет, всхлипывает, поддаётся бёрдами вверх. Когда Шастун не сильно кусает правый сосок, он кричит, до крови закусывая губу, но потом чувствует, как больное место смачивают слюной и обхватывают губами. Антон не оставил в стороне и левую бусинку, крутит, щипает, сжимает между пальцами заставляя нежную кожу покраснеть. Альфа довольно рычит, и наконец стягивает полностью мокрые боксеры, грубая ткань которых потёрлась об чувствительную головку члена, и Арсений, громко простонав обильно кончает себе на живот. Антон отрывается от сосков и обхватив ладонью член Попова быстро-быстро водил рукой вверх-вниз доводя парня до оргазма. ─ Где? ─ шепчет на ухо омеге Антон, намекая на дилдо, о котором тот говорил. Арсений, чуть дыша, отвечает: ─ Коробка под кроватью... Ахм-м... Антон нагибается и смотрит под кровать. Там лежит немного пыльная, чёрная коробочка, которую он достаёт и открывает, откидывая крышку в сторону. Там лежит две игрушки, один розовый дилдо, маленький вибратор и тюбик смазки. У Шаста загораются глаза. Старший пока откладывает коробку в сторону, но достаёт смазку, поливая ей пальцы. Он вставил сначала один палец, на который Попову было как-будто бы всё-равно, он только тихо скулит и закрывает лицо руками. Шаст вставляет второй палец, быстрее двигая его внутри парня, от чего тот одной рукой хватается за запястье Антона и сам начинает медленно насаживаться на пальцы, доставляя себе удовольствие. Член Антона уже стоит колом, он возбуждён не меньше течного омеги, поэтому пока Арсений стонет и трахает себя антоновыми пальцами, расстегивает ширинку вместе с пуговицей на своих джинсах и, оттянув боксёры вниз, начинает резко водить пальцами по своему стояку. Шастун вставляет третий палец, что было уже немного болезненно для омеги. Арсений грациозно выгибает спину, как кошка, и останавливает Антона, привыкая к пальцам. Но уже через пару секунд он сам двигает руку Антона достаточно быстро. Старший берёт дилдо и, «выдернув» пальцы из растянутого прохода, входит игрушкой на половину. Арсений поднимает ноги и прижимает колени к своей груди, держа руками под ними. У Антона просто сносит крышу от такого вида, он хочет всунуть вместо этой чёртовой игрушки свой член и затрахать этого малыша до смерти, но надо держаться. Антон продолжает насаживаться на свой кулак, параллельно вставляя дилдо до основания в Арсения, слыша удовлетворённый всхлип и стон. Шастун берёт в руки маленький вибратор и, включив его сразу на полную мощность, проводит им по яичкам и по всей длинные члена Арсения. Тот, громко крикнув, изливается на свои бёдра второй раз. Большие капли спермы стекают по аппетитным половинкам и Антон слизывает всё до последней. Попов дрожит и плачет навзрыд, а Антон, продолжив целовать мягкую задницу младшего, быстро трахает его игрушкой и прижимает вибратор к головке. ─ Антон! Антон, Господи! - кричит Арсений и, впутывая юркие пальцы в светлые волосы, тянет голову парня на себя, заставляя смотреть в глаза. - трахни меня! Антон..! Шастун целует омегу в губы и ещё пару раз войдя резиновым членом по самое основание с хлюпающим звуком вытаскивает игрушку и убрает от красного члена вибратор. Оторвавшись от манящих губ напротив, он опускает его ноги и садится между ними. У Антона достаточно большой член, и он беспокоился, что может сделать больно. Шастун переворачивает Арсения на живот, поставив в колено-локтевую позу и, сжав ягодицы, просовывает язык в растянутую дырочку. Он входит и выходит, старательно вылизывая нежные стенки. ─ Антон.. Мф.. Я хочу тебя-яах! Пожалуйста, Тоша! Альфа его не слушает, продолжает повторять движения и шлёпать парня по бёдрам, выбивая из него стоны. Арсений поддаётся назад, насаживаясь на длинный язык. Ему очень хорошо, и он не хочет, чтобы это когда-нибудь заканчивалось. Антон наконец решает, что он готов, отстраняется и, пару раз проведя по своему члену, входит только головкой. Но Арсению, видимо, этого мало, и он старательно пытается сесть полностью. Антон слишком расслаблен, поэтому не успевает среагировать, когда омега резко насаживается на всю длину и, задрожав, сжимает Антона внутри. Альфа глухо стонет, но, подождав пару минут, давая Арсению привыкнуть к размеру, он начинает медленно двигать бёдрами. Для Попова это был некий знак того, что он может спокойно перейти на более грубый темп. Парень положил антоновы руки себе на грудь, а сам водил рукой по своему телу, иногда шлёпая себя. ─ Тоша! Ах..! Потрогай мой живот! Чувствуешь какой ты большой? Ахм..! Ах! Антон перемещает правую руку на живот омеги, чувствуя свой член через тонкую кожу. Он, не убирая руки, продолжает входить в дрожащей тело, вдалбливая омегу под собой в матрас. Старший дёргает младшего за бёдра, тем самым заставляя его лечь всем телом, и лёг на него сверху, трахая как последнюю суку. Арсений стонет и кричит, он ждал этого с того момента, как по уши влюбился в молодого альфу, и, видимо, его услышали. Антон не жалеет задницу Арсения, он шлёпает её, царапает и бьётся кожа об кожу. В комнате становится очень жарко, шлепки тел становятся очень громкими, запах секса и сильной страсти душит их обоих. Когда Шаст понимает, что он уже на пике, то выходит из омеги и, надрачивая себе, кончает ему на спину. Арсений тоже в стороне не остаётся и кончает на красный плед под собой. Парни тяжело дышат. Антон падает рядом с Арсением на спину, восстанавливая дыхание, и только потом поворачивает омегу с живота на спину, прижимая его к себе. ─ Ан.. Антон? ─ Да, Сюш? ─ Кто мы теперь друг другу? ─ Я больше не хочу быть тебе другом, я хочу быть твоим парнем, любимый. Арсений всхлипывает, и Антон гладит его по голове, целуя в макушку.