Тающий город (Новелла)

Прошло семь дней. Запертый в маленьком помещении на вершине часовой башни, Нин Гу измерял течение времени по количеству съеденных им порций еды. Его кормили три раза в день, и он считал каждую. Всего он поел двадцать один раз, что значило, что закончилась неделя. Если бы не люди, приносящие ему еду, Нин Гу начал бы, наверное, задаваться вопросом, а не забыли ли о его существовании жители Города-призрака. Никто не искал его все эти семь дней, и к часовой башне никто из знакомых не приходил. - Ааааа! Нин Гу высунул голову из окна, пытаясь перекричать вой ветра: - Аааа! Дин Цзы! Диин Цзыыы! Ли Сян! Лиииии Сяяяян! Ветер был слишком силен, чтобы расслышать что-то, особенно с высоты часовой башни. Его голос, казалось, растворялся в порывах ветра, прежде чем хоть какой-то звук срывался с его губ. Он смотрел на густой туман, на текстуру которого влиял ветер. Поезд снова должен приехать? Если бы он действительно был живым, то, вероятно, это был бы самый причудливый поезд из всех существующих. За короткие двадцать с лишним лет жизни Нин Гу поезд прибывал бесчисленное количество раз. Самым большим промежутком между появлениями поезда был промежуток между двумя днями рождения Нин Гу, а самым маленьким — всего лишь день. В то время даже самые безумные Странники не могли рискнуть отправиться в следующее путешествие только после одного ночного сна. Если поезд приближался снова, то как он сможет сбежать отсюда? Как он выберется из часовой башни и покинет территорию Убежища, чтобы сесть на поезд и не попасться при этом людям со способностями? - Ааааа! - Нин Гу крикнул снова. - Лииии Сяяяян! По его опыту единственным, кто мог спасти его сейчас, был Ли Сян, который делал подобное уже много раз прежде. - Ли Сян и глава ушли к заливу Шеван, - внезапно позади Нин Гу раздался голос. Испуганный Нин Гу поспешно обернулся и увидел половину лица Линь Фана через маленькое окошко в двери. - Что ты здесь делаешь? - осторожно спросил Нин Гу. - Смотрю, сбежал ты или еще нет, - ответил Линь Фан. - Как давно они ушли? - только сейчас Нин Гу отреагировал на первые слова Линь Фана. - Несколько дней назад, - лицо Линь Фана опустилось ниже, теперь были видны его глаза. - Тебе скучно? - Нет, - Нин Гу сел на пол. Обычно он мало общался с Линь Фаном. Этот человек жил уединенно, для него было нормальным запереться у себя на месяц или два, не показываясь. Но если бы не его опыт в посещении Мэйн-сити, тщательные расспросы Линь Фана и желание обыскать его вплоть до обуви, Нин Гу не придал бы большого значения его появлению здесь. Но сейчас ему стало немного не по себе. - Ты размышлял о случившемся за эти несколько дней? - спросил Линь Фан. Нин Гу взглянул на него. Когда глава и Ли Сян ушли, логично, что именно Линь Фан пришел бы вместо них убедиться, что Нин Гу вел себя хорошо и подумал над своими ошибками. - Нет, - ответил он честно. Линь Фан нахмурился. - Глава сказал мне, что тебе будет разрешено выйти только в том случае, если ты пообещаешь мне не уезжать в Мэйн-сити без разрешения. - Тогда давай подождем, - Нин Гу прислонился к стене. - С таким успехом я вряд ли выйду отсюда. Линь Фан молча наблюдал за ним. Нин Гу через мгновение напрягся, затем тоже посмотрел на него. Окошко на двери было маленьким, как раз такого размера, чтобы в него поместилось лицо Линь Фана. После долгой паузы Нин Гу не смог сдержаться и спросил: - У тебя что, лицо к окну прилипло? - Хм? - Линь Фан сначала удивился вопросу, затем вдруг рассмеялся. Это было впервые, когда Нин Гу видел его улыбающимся. Он не выглядел красиво, когда улыбался, потому что улыбка проявляла на лице все его обычно незаметные морщинки. Но как бы это ни выглядело, это все равно поразило Нин Гу. Значит, он может улыбаться. - Ты такой же, как твой отец, - сказал Линь Фан, пряча улыбку. Нин Гу не успел оправиться от предыдущего удара, как получил следующий, отчего у него возникло ощущение, что он задыхается. Он пришел в себя только после того, как несколько раз прокашлялся. - Что ты только что сказал? - Нин Гу вскочил и подошел к двери. Линь Фан ничего не ответил. Он отвернулся от двери. - Линь Фан! - взволнованный, Нин Гу высунул голову в окно только чтобы увидеть, как Линь Фан покидает башню. Он несколько раз сильно пнул железную дверь, и металлические ремешки на его ботинках громко звякнули об нее. - Не уходи! Что ты имел в виду? - закричал Нин Гу. - Когда прибудет поезд, охраны здесь не будет, - голос Линь Фана удалялся. - Сможешь ли ты попасть на поезд — зависит от тебя. - Линь Фан! - Нин Гу вытащил голову из отверстия и распахнул окно, пару раз дернув ручку двери. Конечно же, дверь не поддавалась, а голос Линь Фана окончательно исчез. *** «Добро пожаловать в новый день». Головная боль не прекращалась, и у Лянь Чуаня начало звенеть в ушах, как только он услышал приветствие системы. На завтрак опять были мясо и яйца, но он не почувствовал вкуса, пока ел. Все, что он мог чувствовать, это горечь во рту. Прошла неделя, поэтому его головные боли повторялись значительно реже. В ближайшие два дня они должны были полностью исчезнуть. Лянь Чуань переоделся в повседневную одежду, собираясь выйти и купить кое-что из вещей первой необходимости, прежде чем ненадолго зайти в гости к Лэй Ю. Он не привык носить повседневную одежду и ходить по улицам пешком, и особенно не привык к толпе. В повседневной одежде он не чувствовал на себе взглядов, полных ненависти, не слышал проклятий в свой адрес и не сталкивался с таким давлением, как обычно. Но, похоже, он больше предпочитал быть гиеной, чем обычным человеком. У гиены есть цели, страхи, и она будет бороться за выживание, несмотря ни на что. Поэтому, не совсем обычный человек Лянь Чуань, имея удостоверение гражданина Мэйн-сити второго класса, не смог ничего придумать за весь день, кроме как купить зубную пасту. - Какой вкус вам больше нравится? - кассирша отсканировала его удостоверение личности. - В этом месяце у нас в продаже лимон, яблоко, болгарский перец и черный молотый перец. - Яблоко, - ответил Лянь Чуань. - Что-нибудь еще? - кассирша достала из-за прилавка тюбик зубной пасты и опустила его в автомат рядом с собой. Через несколько секунд розовый тюбик выпал в маленький контейнер в руках Лянь Чуаня. -… Нет, - Лянь Чуань немного подумал, прежде чем взять зубную пасту. - Почему она розовая? - Паста со вкусом яблока всегда розовая, - ответила кассирша. - Разве яблоки не зеленые? - спросил Лянь Чуань. - Зеленые. Если хотите пасту зеленого цвета, вы можете выбрать вкус болгарского перца. - Не нужно, - Лянь Чуань взял зубную пасту и собирался уйти. После покупки зубной пасты ему больше нечего было делать, кроме как выйти на улицу. Он огляделся по сторонам и решил пойти в сторону дома Лэй Ю. Тетя Чунь заранее купила ингредиенты, сказав, что хочет сегодня приготовить для него кое-что особенно вкусное. Она также попросила его взять с собой Босса. Он пытался позвать его, но Босс всегда куда-то исчезал, если не требовалось выполнить задание, поэтому Лянь Чуань не знал, сможет ли он прийти и перекусить с ними. Чтобы добраться до дома Лэй Ю, нужно пересечь четыре перекрестка. Хотя они оба жили в районе B, общежитие Лянь Чуаня, предоставленное министерством Внутренней обороны, располагалось по диагонали от дома Лэй Ю. Лэй Ю мог возвращаться домой, только когда у него было свободное время. Хотя они виделись не каждый день, узы этой пары оставались крепкими. Неудивительно, что брак, основанный на свободной любви, хоть и не был совершенным, как, например, брак, одобренный системой, но преодолевал все недостатки со страстью и трепетом обоих сердец. Лянь Чуань шел, устремив взгляд себе под ноги. Он направился ко входу в тоннель. Транспортная сеть в Мэйн-сити была очень простой — на поверхности не было общественного транспорта. Была только подземная железная дорога, соединяющая четыре района города. Каждая станция была огромной, их размеры напоминали о величии былого процветания Мэйн-сити так же, как рекламные щиты, стены и пол внутри. В те времена «Пусть солнечный свет Мэйн-сити будет будить вас каждое утро» было убедительным лозунгом. Сейчас все великолепие этих станций осталось прежним, но количество людей, пользовавшихся ими каждый день, упало ниже половины в сравнении с тем, что было раньше. Большинство станций было окутано черным туманом, рекламные щиты давно погасли. На немногих оставшихся стенах были вывешены объявления и запреты, изданные Городским департаментом. Даже бродяги предпочли бы сбежать в Затерянную долину, чем искать убежища здесь. Лянь Чуань стоял на платформе, бесцельно глядя вперед, но все его органы чувств работали. По привычке он всегда был бдителен. Он уже заметил позади себя мужчину в серой куртке, когда спустился на станцию. Хотя мужчина и выглядел как обычный мирный житель, Лянь Чуань ощутил что-то необычное в его взгляде. Его не волновала личность этого человека. Прямо сейчас он не был гиеной, поэтому, даже если бы перед ним стоял BUG*, ему не было разрешено предпринимать какие-либо действия. В Мэйн-сити сотрудники правоохранительных органов без формы должны были вести себя как обычные граждане. *п/п: пер. “ошибка”, в анлейте и в китайском оригинале было именно так, возможно имеются в виду те мутанты из лабораторий или нечто иное Его также не волновало, что намеревался сделать этот человек — в Мэйн-сити при обычных обстоятельствах никто не мог угрожать его безопасности. Что его беспокоило, так это то, что подобного рода граждане начали появляться в районе B. Мужчина в серой куртке последовал за Лянь Чуанем, когда прибыл поезд, держась в метре от него. Лянь Чуань не смотрел на него прямо, но всегда следил за тем, чтобы мужчина был на периферии его зрения. Когда Лянь Чуань вышел из поезда, мужчина последовал за ним. В районе B в зоне А5 было два крупных населенных пункта, поэтому на станции было много людей. После того, как Лянь Чуань вышел, мужчина, протискиваясь сквозь толпу, попытался обогнать его. Чтобы выйти на поверхность, потребуется пройти шесть поворотов, а это было довольно большим расстоянием. После третьего поворота мужчина в серой куртке оглянулся. За ним никто не следовал, в тоннеле была только толпа спешащих туда-сюда пассажиров. Он немного затормозил, прежде чем сунуть руку в карман куртки, но он не смог высунуть из кармана спрятанный предмет, потому что почувствовал, как что-то ударило его слева, мгновенно заставив его тело оторваться от земли. К тому времени, когда он понял, что произошло, его уже прижали к стене тоннеля, сдавливая горло. - Не двигаться, - Лянь Чуань сжал сильнее горло мужчины. - Молчать. Замешательство во взгляде мужчины исчезло, сменившись страхом, но он был слишком напряжен, чтобы двинуться или издать любой звук. Лянь Чуань сунул свободную руку в карман мужчины, доставая оттуда свое удостоверение личности. Он потряс им перед лицом мужчины, прежде чем положить его во внутренний карман своего пальто. Он был невнимателен, когда убирал свое удостоверение после покупки зубной пасты, так что, вероятно, этот парень увидел, как оно выпало и, подобрав, стал преследовать его владельца. - Не сообщайте обо мне, - взмолился мужчина, продолжая с осторожностью, - я умоляю вас… Я просто хотел купить что-нибудь поесть… Лянь Чуань надавил сильнее, заставив мужчину замолчать. - Я же сказал тебе молчать, - предупредил он. - Ты уйдешь после того, как я уйду. Мужчина в сером удивленно моргнул. Лянь Чуань отпустил его, затем развернулся и пошел на выход из тоннеля. Даже если кто-то получит чужое удостоверение, его нельзя будет использовать для покупок. Данные не совпадут, что приведет вора к немедленной «переработке». Чтобы суметь им воспользоваться без последствий, нужно будет отправиться в Затерянную долину и найти там Летучую мышь, способную переписать данные на удостоверении. Но прежде чем найти Мышь, можно заблудиться или, например, быть избитым до смерти, или умереть с голоду, так и не успев никого найти. Наконец, если удалось найти нужную Летучую мышь, не имея достаточно средств на оплату такой услуги, существовала опасность, что удостоверение отберут, изобьют до смерти или оставят голодать — в конце концов, с удостоверением личности можно было сделать много чего. Одно такое стоило целой руки или ноги. Лянь Чуань не хотел слушать, о чем говорили подобные личности, будь то во время его миссии или в обычной жизни. Он не хотел слышать никаких слов отчаяния или беспомощности. Они могли затянуть его в глубокую пропасть, из которой не было выхода. *** - Босс пришел сюда раньше тебя, - тетя Чунь протянула ему напиток, - попробуй. - Мне нужно было кое-что купить перед визитом. Лянь Чуань взял из рук тети стакан и отпил немного. Напиток был вкусный, с легкой кислинкой среди общей сладости, благодаря чему напиток был не слишком приторным, и его можно было пить непрерывно. Дом Лэй Ю совсем не изменился: он был таким же просто обставленным и уютным. В меру своих возможностей и муж, и жена с энтузиазмом приносили в дом различные украшения. У них даже было несколько комплектов диванов и кресел, сделанных в разных стилях и из разных материалов. Босс в данный момент занимал мягкий одноместный диван, пытаясь там вздремнуть. Лянь Чуань на самом деле не знал, действительно ли тот дремал или просто притворялся, но в любом случае, он лежал там с закрытыми глазами, не обращая внимание на находящихся в комнате. Когда тетя Чунь ушла, чтобы заняться едой, Лэй Ю сел рядом с Лянь Чуанем с пачкой сигарет в руке. - Хочешь одну? - Нет, - Лянь Чуань махнул рукой. - Что ты купил? - Лэй Ю закурил и посмотрел на него. - Зубную пасту, - Лянь Чуань достал розовую зубную пасту из кармана и сжал ее в руках. - Мило, не правда ли? Лэй Ю рассмеялся. - Тебе с детства не нравился розовый цвет. Лянь Чуань молча улыбался. В тот момент, когда Лэй Ю упомянул его детские годы, у него начало ломить кости. Хотя у него было и много других воспоминаний с того времени, например, тетя Чунь, которая играла с ним в игры, водила смотреть на маленьких животных и готовила ему еду… Мучительная боль и страх все равно оставались самыми отчетливыми из всех воспоминаний. Тело никогда не запомнит смех. Но боль тело запомнит. Радость никогда не оставляет свой отпечаток в сердце. Страх оставит. - Как в последнее время идут дела? - сделав две затяжки, Лэй Ю помолчал мгновение, прежде чем спросить. - Отлично, - ответил Лянь Чуань, изучая выражение лица Лэй Ю. Он редко задавал подобные вопросы, и в большинстве случаев, он это делал, чтобы узнать что-то о самом Лянь Чуане, нежели о секретах, которые он скрывает. Босс определенно притворялся, что дремлет. Когда Лэй Ю снова заговорил, он приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть на них. - Этот Нин Гу, - начал Лэй Ю, - если он снова посетит Мэйн-сити, тебе, возможно, опять придется иметь с ним дело. - А посетит ли? - Лянь Чуань нахмурился. - Из того, что нам известно, он едва может защитить даже себя. - Я так не думаю, - возразил Лэй Ю. - Он сумел сбежать от тебя, да еще и со своим спутником. Босс закрыл глаз и фыркнул. - Он сбежал от меня, поэтому я обязан поймать его в следующий раз, - сказал Лянь Чуань. - Ты это имеешь в виду? - Не совсем, - Лэй Ю затушил сигарету, которой затянулся всего дважды, и долго смотрел на ее тлеющий кончик. Лянь Чуань молчал, ожидая, когда он продолжит. - На этот раз его нужно поймать живым, - наконец продолжил Лэй Ю. - Чего бы это ни стоило, и где бы он ни прятался. Только ты можешь это сделать. - Где бы он ни спрятался, - рассмеялся Лянь Чуань, но затем его выражение лица стало вновь холодным. - Это включает в себя и Затерянную долину, верно? Лэй Ю кивнул. Когти Босса злобно впились в диван. - Эй, это новое кресло! Как ты компенсируешь мне его, если испортишь? - вошла тетя Чунь с подносом в руках и поставила его перед Лянь Чуанем. - Сначала закуски, остальное еще не готово. - Ммм, - Лянь Чуань отреагировал на ее слова. - Чуань, - тетя Чунь посмотрела на него. - Ты единственный, кому удалось пройти эксперимент на совместимость. - Никто не может превзойти тебя в силе, - сказал Лэй Ю. - Будет лучше, если ты поймаешь Нин Гу снаружи. Но если он попытается скрыться в Затерянной долине и будет пойман Цзю И, Нин Гу станет для него козырем. Мы не можем этого допустить. Лянь Чуань ничего не ответил. Затерянная долина не была для него каким-то слишком пугающим местом. По его мнению люди, живущие там, не сильно отличались от тех, кто жил в Мэйн-сити. Но, кроме Летучих мышей, имеющих информацию о Мэйн-сити, люди, которые заходили туда, так и не выходили обратно, поэтому он не знал, зачем тетя Чунь и Лэй Ю уговаривают его посетить долину. - Ты должен это сделать, - тетя Чунь схватила его за руку, ее собственные слегка дрожали, когда она сказала тихим голосом: - Дело не только в том, чтобы поймать Нин Гу. Лянь Чуань взглянул на нее, внезапно осознавая, что они имели в виду. Для начальства не было ничего необычного в том, чтобы хотеть заполучить живым Странника с необычными силами. Таких отряд зачистки ловил часто. Однако слова тети Чунь были для него напоминанием. Он должен был войти в Затерянную долину, чтобы доказать свою силу. Как и ранее, когда он должен был доказать, что способен взаимодействовать с Бетельгейзе, теперь он должен был доказать, что может справиться и с этой задачей, что он незаменим. В конце концов, незаменимость была единственной ценностью, из-за которой его все еще оставляли в живых. *** За те примерные двадцать лет, что Дин Цзы успел прожить в Городе-призраке, он никогда не проживал свои дни с такой осознанностью. Когда он вышел за дверь, то взглянул на отметины на металлической табличке рядом с ней, потрогал их и сосчитал — всего шестнадцать. Нин Гу уже шестнадцать дней был заперт в часовой башне, и у Дин Цзы не было ни единой возможности приблизиться к ней. Это было оскорблением их с Нин Гу крепкой дружбы. В тот день он больше не мог ждать — глава и Ли Сян как обычно отправились вместе к заливу Шеван. Каждый такой раз они отсутствовали примерно двадцать дней, оставляя все под присмотром Линь Фана. Линь Фан редко показывался. Если бы Дин Цзы не воспользовался этой возможностью, пока глава и Ли Сян не вернулись, чтобы вытащить Нин Гу, потом у него не осталось бы ни единого шанса. Зная характер главы, он может держать Нин Гу взаперти до тех пор, пока тот не превратился бы в груду костей. - Куда ты? - спросил Чуэй Цзы у выхода. - Я собираюсь найти Лэнд Кинга, - сказал Дин Цзы. - Ты уже трижды ходил искать его, - вздохнул Чуэй Цзы. - Как он может помочь, не получив ничего взамен? - Этот старый дурак живет здесь уже столько лет, что у него наверняка припасены какие-нибудь хитрости в рукаве, - нахмурился Дин Цзы, надевая защитные очки. Их передал ему Чуэй Цзы. Нин Гу купил ему эти очки в Затерянной долине. - Я обменяюсь с ним на что-нибудь. Чуэй Цзы схватил брата за руку. - Чем ты собираешься обмениваться? - Когтем обезьяны, - Дин Цзы посмотрел на него. - Это орлиный коготь, - поправил его брат. - По-моему, он больше похож на обезьяний. - У обезьян не было когтей. - Ты когда-нибудь их видел? - не сдавался Дин Цзы. - А сам-то? - Чуэй Цзы тоже не уступал. Дин Цзы больше ничего не ответил. Он приподнял свой воротник и пошел вперед. - Такого когтя нет ни у кого во всем Городе-призраке, - Чуэй Цзы последовал за ним. - Он исчезнет, как только ты его обменяешь. - Нин Гу тоже один такой, - возразил Дин Цзы. - Неужели он стоит меньше обезьяньего когтя? - Ладно, - кивнул Чуэй Цзы, - я пойду с тобой. - Ты не обязан, это мое дело, - сказал Дин Цзы. - Я боюсь, что он обманет тебя и уйдет, не оказав взамен помощи, - Чуэй Цзы потер руки, чтобы согреть их. - Если он будет играть нечестно, я устрою ему взбучку. *** Время для сегодняшнего ужина уже пришло, поэтому Нин Гу был голоден. Исходя из его чувства голода, он прикинул, что прошел уже по меньшей мере час с того времени, когда ему обычно приносили еду. - Эй! - он пнул стальную дверь. - Я могу умереть с голоду в любой момент!